магические заклинания с пак чимином и его маленьким приятелем

чимин всегда думал, что юнги ворвался в его жизнь как первый снег. не из-за его равнодушного выражения лица, не из-за постоянно холодных рук, не из-за бледно-белой кожи, нет, не поэтому. юнги был как первый снег, падающий на плечи, заполняющий его мир этой новой, недавно открытой магией. их совместно проведенные моменты были похожи на снежинки, что с легкостью тают на кончиках пальцев, прежде чем удается их схватить. но все они были особенными, плохие или хорошие. когда они спорили, чимин будто замерзал, холод расползался по телу и достигал сердца. это было самое болезненное чувство, но его никак невозможно было избежать. ссоры делали их сильнее, сближали их. это был единственный холод, который чимин принимал с радостью. а порой юнги наклонялся и шептал ему на ухо нежные слова; слова, за которые других он убил бы. но пуффендуец знал, что он просто очень стеснялся. никто не понимал юнги так, как чимин, ему нравилось в это верить. вот почему чимин использовал для него слово снег, таявший на его голове и плечах: старший не сможет сказать вслух эти нежные слова при других людях. губы юнги постоянно были потрескавшиеся, когда они целовались. но они были и мягкими. чимин покраснел и засмеялся сам себе от этой мысли. — чего улыбаешься? чимин отвернулся от неба, с которого падал снег. он улыбнулся юнги и сжал его руку в перчатке: — я просто счастлив. он знал, что юнги хотел расспросить его, но вместо этого он выскользнул из своего серебряно-зеленого шарфа и обмотал шею чимина по самый нос, который юнги поцеловал в кончик, прежде чем тоже спрятать: — это хорошо. чимин любил первый снег. но мин юнги он любил еще больше.