Мистер Ким, Гукки

Дверной замок неприятно скрипит и режет слух. А эта старая дверь так вообще убить вздумала. Сколько времени? Четыре или пять утра? Устал. Очень сильно. Он не хочет делать абсолютно ничего. Тэхен заваливается в эту злосчастную квартиру и сразу опирается о стену. Свет выключен и ничего не видно, но это его не останавливает. Парень на ватных ногах идет в гостиную и несколько раз спотыкается. Первое, что он делает — это включает небольшой светильник, что стоял на тумбе возле дивана, на который и заваливается Ким. Он опирается о спинку и закрывает глаза, но ему нельзя спать. Просто Ви позволил подремать себе каких-то пару жалких секунд. В голове каша и хочется блевать, ему нужен крепкий алкоголь, чтобы забыться хотя бы на время. В голове отрывками мелькают недавние события и блондин усмехается. В себя его приводит лишь огромные часы, висящие на стене и бьющие пять утра. Когда ему нравилось это старье? Потом выкинет. Тэхену так херово, что он прямо сейчас готов выйти в окно, чтобы больше не существовать. Какой же он глупый. Как можно было провалить такое легкое задание? Особенно если нужно было лишь задержать его… — Мало тебя в детстве били, мелкий паршивец, — шипит Ви и, открыв глаза, начинает сверлить потолок взглядом. Почему-то именно сейчас юноша вспоминает те незначительные прикосновения, детскую улыбку, прогулки за ручку, нежные поцелуи в лоб, а после все заканчивалось с любовью приготовленным бенто. — Да я и сам хорош, — Ким скидывает со своих плеч черную толстовку, поправляет слегка растянутую футболку и ворошит светлые волосы. Склонившись и оперевшись локтями о колени, Тэхен стал рассматривать свои пальцы, о чем-то размышляя. Он облизывает пересохшие губы и не долго думая, тянется за пачкой сигарет и зажигалкой, которые лежали на той самой тумбе. В упаковке дорогих «Winston» осталась лишь одна штука. Ким огорченно вздыхает и вытягивает сигарету, после чего пустая пачка летит куда-то в сторону к черту на куличики. Фильтр обхватывают пухлые губы, щелчок зажигалки и парень делает первую затяжку. Он вновь облокачивается назад, после выдыхает дурманящий дым. По телу проходится приятная нега, и сознание юноши плавится. То, что надо. Первоклассный табак — это то, что так любит Ви после сложного дня. Еще одна затяжка и Ким вновь позволяет себе закрыть глаза, расслабиться и насладиться этой маленькой роскошью. В квартире тихо, часы тикают, а за окном разъезжают машины. Вечно живой Сеул никогда не спит, он постоянный и непрерывный наблюдатель. Как иногда хочется уехать в никому неизвестную провинцию и отдохнуть от этой городской фигни, которая с каждым днем все напряжнее. Почему-то именно сейчас хочется навестить бабушку, даже не думая о том, что ее уже нет в живых, обнять свою женушку, наругать сынков-оборванцев. От этой розовой херни уже тошнит, но это лучше чем то, что сейчас происходит. Тэхен вовсе не такой, несмотря на высокую должность в агентстве, его жизнь наполнена ненавистью, убийствами и прочим, с чем ему приходится сталкиваться еще с малых лет. Он сам выбрал эту профессию, бороться со злом, хотя ему когда-то говорили идти в музыкалку или на актерское. Но ведь Ким не ищет легких путей. Ви не такой, как все, и наверное поэтому его последняя любовь не такая уж и счастливая, несмотря на то, как он дорожил ею. Проходит не так уж много времени, сигарета наполовину сгорела, но Тэхен тянет последний кусочек удовольствия. Он тяжело дышит и не замечает как скрипит входная дверь и кто-то шагает прямиком в комнату, где сейчас находится агент. — Тэхен, можно… — Мистер Ким, Гукки, — перебивает Тэхен своим слегка охрипшим голосом. Он слегка приоткрывает глаза и смотрит снизу вверх: перед ним стоит молоденький юноша лет двадцати похожей комплекции и может чуть ниже самого агента, одетый в легкую белую футболку и в черные рваные джинсы. Младший смотрит с какой-то пустотой в глазах, он откидывает челку вороньих волос, ведь те подзадолбали лезть в глаза. — Мистер Ким, можно я вам отсосу? — спрашивает Чонгук с легкой усмешкой. — Я не против, солнышко, — Тэхен слегка посмеивается. Он ожидал, что Гук заявится к нему в квартиру, но все равно не стал подготавливаться к его приходу. Чонгук скептически вскидывает бровь. Он конечно пришел сюда не ради того, чтобы делать минет своему бывшему, а, то ли нет, парню, но как по команде усаживается на чужие колени, обхватывая руками шею агента. Младший слегка ерзает на бедрах Ви и медлит, смотря на любимое лицо. Тэхен никак не реагирует и звука не издает. Лишь смотрит, что делает эта до жути развратная сучка. Вновь слишком многое себе позволяет, но он не против, ведь может это последний раз. Иногда нужно наказывать за наглость мелких преступников. Ким вздыхает и делает последнюю, глубокую затяжку, кидает догоревшую сигарету в пепельницу и, схватив Чонгука за ворот футболки, притягивает к себе, впиваясь в манящие губы. Чон и не против, лишь отвечает. Ви выпускает табачный дым прямо младшему в рот, а тот недовольно мычит, ведь горло неприятно саднит и обжигает. Гук хочет отстраниться, чтобы вдохнуть в легкие воздух, который таким жестоким способом отобрали, но агент свободной рукой держит его за талию, не позволяя уйти. Поцелуй медленный, нежный, тягучий, будто последний, но это ненадолго… Тэхен резко отпускает мальчишку и, отстранившись от губ напротив, со всей силы бьет своей головой в лоб Гуку. Тот удачно падает с чужих колен на пол и лишь слегка посмеивается, ведь ожидал подобное. Больно, но почему-то это лишь веселит парня. — Думаешь, я не знаю зачем ты сюда пришел? — Ви усмехается уголком губ и рывком встает с дивана. Он не сводит глаз с младшего, который приподнимается и потирает лоб. Жалко? Возможно… — Хен… — жалобно скулит Чонгук. Наигранно. — Не называй меня так больше, — рычит Тэхен и вновь хватает того за футболку. Он, не щадя чужую спину, впечатывает Гука в стену. Тот лишь шикнул, ведь сильно ударился затылком. — Мистер Ким, я конечно очень сильно хочу вам отсосать, но убить мне вас нужно куда больше, — Чонгук нагло улыбается, смотря в глаза напротив, в которых уже зажглась искорка. Он сам провоцирует старшего, поэтому удар в лицо не был сюрпризом. Чонгук шипит и уже хмурится. Он хочет что-то съязвить, но его вновь хорошенько прикладывают головой к стене. — Заметь, ты первый поднял руку… Пару мгновений и Тэхен разбивает губу о плазму телевизора, когда встречается с ней своим лицом. Чонгук сильно давит на затылок Ви, а тот пытается как-то вызволиться из захвата. Он не ожидал, что мелкий может быть настолько сильным. Телевизор нещадно ломают, а Тэхен умудряется перехватить чоновскую руку. Еще один удар в челюсть и слышится, как стеклянный шкаф, а после и фарфор, стоявший в нем, разбиваются в дребезги. Чонгук не смог сдержать вскрика. Осколки нещадно режут его кожу, а кровь морает белую футболку. Тэхен давит сильнее и не обращает внимание, что приносит тому лишь больше боли. Старший вновь впивается в гуковские губы. Но теперь их поцелуй был животным, переполненным ненавистью. Ви терзает чужие губы, кусает до крови. Чонгук стонет, то ли от боли, то ли от наслаждения. Он находит в себе силы, чтобы поменять себя и Кима местами. Разорвав поцелуй, Чонгук несколько раз бьет некогда любимого Тэхена в лицо. Тот ловит чужой кулак и коленом заезжает в пах младшего. — Ебаная сука… — Ви как никогда спокоен, даже если об него разбивают вазу с цветами. Чертов Чонгук схватил его за одежду и поволок вдоль стены. — Зато твоя сука, — Чонгук вновь усмехается, а Ким лишь хватает его за волосы и отталкивает от себя. Младший удачно заваливается на кресло возле выхода из гостиной, но Тэ нависает сверху, а его кулак вновь встречается с миленьким личиком. — Блять! Ты нежнее можешь быть?! — А я думал, ты любишь когда пожестче, — Тэхен дышит тяжело и прерывисто, так же, как и Гук. Он останавливается и смотрит младшему в глаза, давая передышку. Пару секунд и Ким как животное вгрызается зубами в нежную кожу шеи Чонгука. Он оставляет не то чтобы метки, а кровоточащие ранки, Чонгук стонет как последняя блядь. Он пачкает старшего своей кровью, когда пытается скинуть с себя и прекратить эту пытку. Все оборачивается тем, что они оба летят на пол, а кресло переворачивается. Они лежат прямо на пороге. Тэхен зализывает собственные укусы, а Чонгук тянется за поцелуем. Вновь жадно кусают губы друг друга, чертовы голодные монстры. Кима хватают за светлые волосы и скидывают с себя. Младший еле поднимается на ноги, а агент следует его примеру. Так они перемещаются в коридор, где продолжают сносить все вещи на своем пути и бить друг другу лица, да и не только их. Они даже не беспокоятся о том, что соседи могут услышать и вызвать полицию. Пол квартиры уже превращается в развалины, на полу валяются осколки разбитого ко всем чертям зеркала, а повсюду отпечатки крови двух парней. Просто замечательная картина. Их семейные ссоры всегда будут так заканчиваться? Дело доходит до кухни. Чонгук бьет Тэхена локтем в живот, прижимая к холодному кафелю. Тот шипит и сплевывает кровь куда-то в сторону. Гук продолжает надавливать на чужой живот и неотрывно смотреть в глаза Ви. — Солнышко, кто сверху, тот и побеждает. Не так ли? — Тэхен злобно улыбается. Он нащупал на рядом стоящем столе скалку и зарядил ею прямо по лбу тонсена. Не сильно, ведь это только в планах младшего убийство. Чонгук громко заматерился, ибо ему буквально рассекли лоб. Он делает пару шагов назад, кухня небольшая, поэтому он тут же упирается в столешницу. Тэхен вновь хватает Чона за майку и грубо отшвыривает к стене. Он держит руки младшего и не позволяет тому ударить. Они вновь целуются подобно диким зверям, что напали на свою жертву. Чонгук отвечает и пытается перенять инициативу, но его кусают за язык. Очередная струйка крови стекает по подбородку и капает на холодный пол. Этот поцелуй переполнен любовью и ненавистью, да и всеми чувствами подряд. Хочется насладиться друг другом сполна, не оставить ни кусочка на потом. Отстранившись, Ви буквально срывает верх с младшего, оголяя его грудь. Агент подхватывает Чонгука под ягодицы, а тот лишь обхватывает его талию ногами. — Животное, — простонал Чонгук, когда Тэхен взял в рот его сосок, а руками сквозь ткань начал мять упругую задницу. Младший обнял чужую шею, чтобы не упасть. Этого ребенка хочется любить вечно и он готов любыми способами добиться его. — Тебя бы отодрать хорошенько за такие словечки, — отвечает Ким и отходит от стены, продолжая держать Чона на руках, после чего усаживает того на стол. Чонгук позволил снять с себя штаны вместе с боксерами и развести свои ноги как можно шире. Юноша вжимается руками в плечи Ви, а тот высвобождает свой стояк из штанов. — Не надейся на нежности, малыш, — Тэхен плюет в ладонь и, растерев слюну по стволу, подтягивает к себе Гука. Он слегка подается вперед вместе с младшим, чтобы открыть для себя доступ к аналу, а после резко и без растяжки войти во всю длину. Чонгук срывает голос в полустоне-полукрике. Он себя не растягивал, да и сексом тоже давно не занимался. Его будто рвут изнутри. Чон сильнее сжимает пальцами чужие плечи, а из глаз текут слезы, скатываясь по щекам и перемешиваясь с кровью, ведь Тэхен начал делать первые толчки, толком не дав привыкнуть. Чертовски больно и удовольствием вообще не пахнет. Движения агента все грубее, особенно когда Чонгук выкрикивает его имя и слабо бьет кулаком в грудь. Ким притягивает мелкого за затылок и вновь вгрызается в его губы. По ягодицам стекает кровь, а Чон опять пытается сопротивляться и соскользнуть с члена, только Ким не позволяет, держит за бедра, сжимая их до синяков. Темп все быстрее, а Чонгук думает, что лучше еще раз получить в лицо, ведь Ви его уже порвал ко всем чертям. — Убью, ублюдок, — стонет Чонгук, когда Ви кусает его губу. Порезы от стекла дали о себе знать и вновь чертовски больно. А вот Тэхену нравится, это его месть за предательство. — Я тебя тоже люблю, — усмехается Ким и кусает младшего в районе ключиц, оставляя очередную метку. А ведь правда любит, даже после всего, что произошло. Чертовски любит и знает, что это взаимно. Ведь Чонгук тоже не знал о его профессии. Как два дурака, ей богу. И если кто захочет убить этого мелкого преступника, то это будет именно Тэхен, ведь так он проявит свою заботу. — И ты принадлежишь мне, хочешь этого или нет. Тут уже ясно кто победитель. Чонгук, когда шел сюда, уже понимал, что у него нет шансов. Он так развратно стонет и просит еще быстрее, что аж стыдно за самого себя. Волна оргазма накрывает мелкого с головой и он, не сдерживаясь, кончает. Толчки продолжаются и они все чаще попадают по простате, а Чон просто тонет в океане удовольствия. В него изливаются, а он сорванным голосом блаженно произносит имя Тэхена. Тепло и мокро, а ранки пекут сильнее. Ким же выходит из младшего и перемещает свои руки на его талию, чтобы прижать к себе и поцеловать. Поцеловать уже более нежнее, как бы говоря, что игра окончена. — Если я твой… тогда убей меня, — шепотом произносит Чонгук прямо в губы и жмется сильнее, обнимая Тэхена за шею. Зад болит адски, даже все повреждения на фоне этого лишь щекотка. — Я подумаю над твоим предложением, но сейчас повторим пройденное на кровати, и мне похуй, что там у тебя болит. Это твое наказание, сука. — Люблю тебя. — Я знаю.