Не играй с огнем, куколка.

Не жалея ни о чем Домой он вернулся поздно, почти в полночь. Хантер надеялся, что Блэк и малышка уже спят. Но когда он вошел на кухню и включил там свет, мужчина увидел только девушку, которая, вжавшись в диван, тихо плакала. Сердце защемило, он не хотел видеть ее слезы. — Алекс! — он быстрым шагом подошел к ней и сел рядом, — Что случилось? Она на секунду замолчала, повернулась к нему лицом и как-то странно улыбнулась. — Ничего… — ее голос был хриплым, чужим, будто не ее совсем — Тогда почему ты плачешь? — Вечером заехали Майк и Лайла, они очень благодарили нас. — без всякой видимой связи ответила русоволосая — Ну, а с тобой что? — Со мной… — она усмехнулась, после чего посмотрела ему прямо в глаза, — Я беременна, Ник. Вот почему меня тошнило, и были перепады настроения… Но он уже не слышал ее. В его голове застучало. Весь его разум кричал, бил тревогу. Этого не должно было произойти. Они ведь всегда предохранялись. — Как, мы же… Как? — Вот так, Ник. Срок один месяц. И я оставлю его. Так что тебе решать, что делать. — Алекс, ты же понимаешь, что я не могу? Я не создан для заботы и всего такого… Я буду помогать деньгами, я обеспечу все, но только не свое участие. Прости, я просто не могу. — Чтож, в таком случае… — она встала с дивана, вытерла руками глаза, и он заметил, что она одета не в пижаму, а в обычную одежду, — Я ведь знала, что так будет. Ну, а теперь послушай меня. Этот ребёнок был жив, пока меня не поймали и не увезли пытать. В больнице был выкидыш. Врач сообщил мне сегодня. Так что никого обеспечивать не придется. Русоволосая быстрым шагом направилась в комнату и вернулась оттуда с двумя сумками с одеждой. За это время Ник успел встать, но не более, его тело сковывало странное чувство, он не мог пошевелиться. — Я переехала, но даже если ты найдешь мой адрес, дверь моего дома всегда для тебя закрыта. — девушка подошла к мужчине, все еще непонятно чему улыбаясь, поцеловала его в щеку и направилась к выходу — Алекс, стой! Почему ты уходишь? — Ты не хочешь быть с моим ребёнком, а значит и со мной тоже. Мы оба знаем, что чувствуем что-то друг к другу, но если ты не хочешь… То и я не хочу. — Прости, ты думаешь, что я что-то чувствую? — пошла защитная реакция в виде отрицания того, что он не мог принять в себе — Да, думаю да. И не мало. — Но я ничего не чувствую! Ты думаешь, что я что-то чувствую, но нет. Я не могу. Я не создан для чувств. — он оживился, практически переходя на крик — Ник… Я же видела, видела как ты относишься к матери, ко мне… Ты ведь умеешь заботиться. — Все эти вещи — это мой долг, как человека. Мать меня родила, ты… Ты для меня ничего не значишь. — Хорошо, тогда прощай. — она еще раз улыбнулась и ушла Вот так просто взяла и покинула его жизнь. А в голове Ника будто обрушилась целая вселенная. Он упал на диван, не в силах стоять. Сначала его трясло, потом лихорадило, затем по его щекам покатились слезы, и из-за невозможности что-либо изменить, он ударил рукой по кофейному столику, стоявшему рядом. Как он мог упустить ее? *** Ну, а Алекс ехала в такси к своей новой квартире, которая была чуть больше ее старой. В ней (в новой) были две светлые комнаты, ванная и кухня. Вещи она перевезла, как только обо всем узнала. Пока Блэк ехала туда, она размышляла обо всем произошедшем, но уже без слез. Девушка довольно хорошо знала Ника, она знала, что он скажет, поэтому соврала ему. Ей хотелось верить, что он примет их ребенка, но он показал свое отношение к этому. Поэтому она соврала про выкидыш. Русоволосая все еще беременна. И она, будущая мать, собиралась растить ребенка одна, ни о чем сделанном не жалея.