Под золотой маской

***

Хованский мчался по проспекту со всех ног. Руки его почти заледенели из-за холодного ветра и отсутствия перчаток, но он ничего не чувствовал, кроме страха. Страха не успеть. Опоздать. Виден полицейский участок стал, когда стрелка на часах уже подходила к девяти вечера. Оставалось буквально пять минут. Кирилл попытался несколько раз дозвониться до Крузенштерна, чтобы предупредить его, но поздно вспомнил, что у него нет телефона с собой. Парень так спешил, что не заметил, как с другой, боковой стороны, к зданию приближается тёмная фигура. Фонари за ним стремительно потухали. Кирилл сам не понял, как оказался втянутым по уши в настоящую гонку. Гонку за жизни людей. Парень ещё чуть ускорился, заметив, что в здании гаснет свет. Окна закрывались, охрана готовилась к смене. Хованский сминал в замёрзших пальцах лист со своими догадками. Прямыми, которые могли хоть чем-то ему помочь. Он не знал, зачем взял этот лист с собой. Просто ему казалось, что он сегодня должен пролить хотя бы тусклый луч света на эти бесконечные поджоги. Кирилл подбежал ко входу, но его остановила охрана. — Парень, что-то случилось? Ты по делу? — Хованский попытался прорваться, но его по-прежнему держали за руки. — Вы не понимаете, сейчас там случится пожар! Скорее, преступник возможно в здании! Вы должны что-то сделать! — один из бугаев-охранников расхохотался, вырывая у Хованского из рук бумагу. — Что ты несёшь, парень? У нас отличная противопожарная безопасность, в здание нет другого входа, кроме как этот. — Да видел я вашу пожарную безопасность! — проворчал Кирилл, на что тот, что постарше, нахмурился. — Вот что, проваливай-ка домой, пока тебя не задержали! — внезапно у него зазвонил телефон. — Да, Павел Евгеньевич… что? Да, мы сейчас подойдём! Кирилл сделал вид, что уходит и дождался, пока эти два бугая наконец покинут пост. Тогда он беспрепятственно проникнул бы в здание, но… Но охрана заперла дверь перед тем, как уйти. — Чёрт! Ненавижу современную полицию! — он теперь не представлял, как попасть в здание. Между тем он разглядел в окне знакомую каштановую шевелюру. Форточка, несмотря на решётку, была приоткрыта. — Эй, Круз! Парень выглянул в окно, оглядываясь. Через железные прутья он увидел Хованского, взволнованного и махающего руками. — Кирилл? Что ты делаешь здесь? — черноглазый начал что-то кричать, но парень не понимал. — Я не понимаю тебя, что случилось? — Чёрт! Круз, я выследил этого поджигателя! Он может быть уже в здании, просто предупреждаю! Пожалуйста, если будет возможность, поймай его! Только не бей сразу в морду, а то вдруг я ошибся, придётся потом сидеть за два нападения! — Не смешно, Хованский! Слушай, кажется, я что-то чувствую. — Игорь замер, повернув голову к двери. Оттуда доносился какой-то шорох, а затем парень ощутил резкий запах гари. — Чёрт, он поджёг дверь! Кирилл, звони пожарным быстрее! Хованский выхватил телефон, набрав знакомый уже хорошо номер. На том конце провода быстро ответили, Кирилл вкратце описал случившееся и бросил трубку. — Круз, слышишь меня? Дыши через мокрую ткань, и мне глубоко плевать, где ты её достанешь! Если ты задохнёшься, я тебя убью! — Всё нормально, здесь есть раковина! Я дышу через мокрую ткань. Кир, следи за входной дверью, он может выбежать! Парень совершенно забыл о поджигателе. Краем глаза он увидел, как открывается дверь. — Эй, ты! Стоять! — Хованский подлетел к двери, но фигура успела выскочить и помчалась в сторону двора. Парень, не помня себя, побежал следом, только молясь, чтобы в этот раз он не ушёл. Ещё одного поджога Москва не потерпит. Тем более, что следующей жертвой может оказаться какая-нибудь счастливая семья с несчастливой фамилией Жуковы. Кирилл давно понял, что всё это крутится вокруг девушки Крузенштерна. Но что такого Ольга сделала этому поджигателю? Она никого не убивала, никого не садила, а хотя нет, он глубоко не прав. Их компания посадила множество, нескончаемое количество преступников. Чем больше он об этом думал, тем быстрее, казалось, бежал — в его жилах закипела кровь, ему хотелось схватить этого человека за шиворот и раздробить ему голову о ближайшую бетонную стену. Но фигура почуяла сейчас реальный страх и петляла по дворам ещё сильнее, путая Хованского. Нет, с ним не пройдёт. — Эй, сдавайся! Ты не сможешь сбежать! — Кирилл заметил, что фигура летит прямо в тупик, заворачивая за один из углов дома. Его радости не было предела — наконец он сможет посмотреть в глаза этому психу. Хованский в предвкушении заворачивает за угол, но его встречает. Пустота. Абсолютная тишина, будто здесь никого и не было. — Какого… — Кирилл хватается за голову, осматривается по сторонам, но вокруг ни единой души. Только если присмотреться, там, очень далеко, по крышам бежит силуэт, сальто с крыши на крышу выделывает, скрывается на фоне полной луны…

***

Жуковой не по себе. Куда бы она не шла, где бы не находилась, с кем бы не разговаривала — всюду слышала только о двух вещах. О пожарах и о предательстве. Её душили эти слова, душу выворачивали наизнанку, каждый, кто произносил об этом, разбивал её сердце ещё раз. Она шла, спотыкаясь о собственные мысли странные, куда бы не направлялась — в школу, в магазин, на прогулку — ноги приводили её к отделению полиции. И каждый раз её встречали противные ей объятия Алексея и тоскующие взгляды Крузенштерна сквозь прутья решётки. От этих взглядов внутри всё жгло, горело аж до дыма, которым впоследствии девушка тихо дышала. Но её непутёвые встречи со следователем несли хоть какую-то пользу — заявление он так и не написал. Завтра Крузенштерна отпускают. С такими мыслями Жукова ложилась спать, с такими мыслями писала смс Даше, и именно они сопровождали её во сне. Но её сон, счастливый и такой желанный, не длился долго. Легла она в восемь от усталости и тут же, через какой-то час, проснулась от того, что задыхается. Почувствовала резко запах гари, от которого сморщилась. Через сгоревшую дверь балкона должен был идти воздух, но ей его не хватало. Она была уверена, что ничего не горит, и тревогу поднимать не стала. Тогда откуда же этот ужасный запах? Заснуть ещё раз Ольга уже не могла. Она встала с кровати, подходя к балкону и вдыхая носом холодный сырой воздух. Снег блестел от света фонарей и луны. На улице было тихо. Пока не… — Эй, сдавайся! Ты не сможешь сбежать! — эти крики прорезали оглушительную тишину и тут же утонули в сугробах. Девушка испуганно стала вертеть головой по сторонам, ведь хотела знать, откуда исходили звуки. Буквально тут же, на другой стороне от детской площадки она увидела двух человек, бегущих куда-то в темноту. Это было похоже, или нет… Просто напоминало погоню. Парень в сером бежал за странным силуэтом, и даже не понятно было, парень это или девушка. Силуэт выдохся, видно, потому что начал замедляться и, в конце концов, свернул за угол, за которым находился тупик. Жукова не знала, может быть это грабитель или насильник в серой куртке бежит за жертвой и ей следует позвонить в полицию? Но ей казалось, она уже видела где-то эту куртку… Когда преследователь исчез за тем же углом, Жукова разглядела, что силуэт взбирается на крышу дома по водосточной трубе. Всё, что она смогла сделать, это схватить телефон и в полном шоке начать снимать это на видео. В любом случае, этот материал мог пригодиться где-нибудь. Силуэт тем временем оказался на крыше и побежал по ней, буквально как гимнаст или настоящий цирковой артист — в воздухе он совершал разнообразные трюки и пируэты. Ольга смогла нажать кнопку «Сохранить» только тогда, когда он торопливо перепрыгнул на другую крышу дома в соседнем дворе. В голове противной пульсацией раздавалась лишь одна мысль. — …Что это было?..

***