Судьба или случайность?

В плеере на повторе новая песня. Уже около часа я прослушиваю её снова и снова. Я попросил Намджуна скинуть её мне, чтобы запомнить и привыкнуть. Но слушал я не только мелодию. Голос хёна проникал глубоко внутрь, оставляя часть себя в каждой клеточке. Зря он говорит, что совсем не умеет петь и способен только на рэп. Высокие ноты ему, конечно, не даются, что звучит забавно и как-то по-детски мило. Я уже проваливался в сон, как в комнату влетает Джин и что-то вопит. Я не слышал из-за наушников. Юнги сразу подорвался и выбежал. Я не снимал наушники. Я понимал, что произошло что-то страшное, а узнать, что именно, не хотел. Начнутся проблемы. Мир рухнет от нескольких дней до очень надолго, а то и навсегда, в зависимости от тяжести произошедшего. Я просто хотел и дальше тонуть в мелодии, разливающейся от наушников по всему телу. Джин подошёл ко мне и вырвал наушники. Как я и думал. Хватило пары слов, чтобы окунуться в страшный мир тревоги. Эти слова, они звучали, как рок. Намджун попал в аварию. Требуется операция. Собравшись мемберами, менеджер отвёз нас в больницу. Вся дорога прошла в тишине. Я уже жалел о том, что уехал со студии раньше, не дождавшись лидера. По приезду, операция была окончена, но новости от врача были неутешительны. Джун в коме. В аварии он потерял много крови, повреждён череп. Радовало безумно то, что жить он будет, очнётся через пару дней. Репетиции были отложены. Друзья приезжали каждый день, засиживаясь допоздна, пока менеджер и врач чуть ли не пинками выгоняли их домой отдыхать. Но прошла неделя, а Джун всё не просыпался. Репетиции нужно было возобновлять, ведь скоро концерт в честь четырёх лет. Если Намджун не проснётся к тому времени, то всё будет отложено, а пока нужно тренироваться. Из-за репетиций участники стали реже появляться в больнице. Но не я. Всё также я сидел рядом по несколько часов. Мне влетало как от менеджера, так и от Бан Шихёка. Все они твердили, что им также тяжело. Но через долгие уговоры мне разрешали остаться. Я оправдывался тем, что способный и подтяну хореографию за пару дней. Как ни как, я часть танцоров группы. Прошла неделя, за ней вторая. Сам врач недоумевал в чём дело. Состояние Намджуна только ухудшалось. Все часы, что проводил рядом, я рассказывал события, которые происходят, пока его нет, и как все по нему соскучились. Что всё это похоже на те времена, когда лидер потерял паспорт в путешествии, и мы продолжали без него. Как и тогда, чувствуется пустота, не хватает детали пазла нашей семьи. Иногда я срывался и начинал плакать, крепко держа хёна за руку. Мыслей в голове не было. А ведь совсем недавно хотел от них избавиться. Я получил желаемое, но слишком жестоко. Лучше задохнуться мыслями. Была лишь одна – громкая и важная. Это мольбы о выздоровлении такого прекрасного человека. - Пожалуйста, проснись. Ты нам всем очень нужен. Ты нужен мне. Наверное, тебе было настолько же больно, как и мне сейчас. Я дал надежду и сразу же разочаровал. Не представляю, как было тебе тяжело. Но пожалуйста, поборись за жизнь. И прости меня… Прости, если сможешь… Я плакал ещё довольно долго, пока не уснул. Проснулся я около восьми вечера, что-то заставило меня это сделать. Я думал, что Джун очнулся и мысленно зовёт меня. Но он всё также спал. Его лицо безмятежно и спокойно. Наконец, я понял, что меня разбудило. Его сердце. Пульс стал слабее. Я нажал на кнопку вызова врача. Снаружи я выглядел спокойно, будто всё хорошо. Просто я уже начинал опустошаться. Я достал наушники, воткнул в уши Намджуну и включил его же песню, но уже со своим голосом. - Я записал её. Записал для тебя. Я действительно пару дней назад был на студии. Записываться было тяжело, но думаю, что именно тогда мне и удалось передать все чувства, которые ты вдохнул в текст. Я хотел, чтобы ты услышал их сразу, как проснёшься. Первым. Сейчас я ненавижу себя за то, что где-то, глубоко в подсознании думаю, что ты уже не очнёшься. Что это последний шанс дать тебе послушать её. Я вложил плеер в руку. Забежали врачи и начали отталкивать меня к двери. Я видел, как влага застилает глаза. - Я жду тебя, - произнёс я одними губами и покинул палату.