***
Конечно, выходной нельзя было оставить без тягучих нежностей и проявлений страсти. Демоны с такой спешкой старались оказаться в кровати, что из их голов повылетали все важные ежедневные операции и потребности в заклинаниях. Одежда оказалась во всех возможных и невозможных местах комнаты — на люстре, на полке с книгами, у входа в ванную… Единственное, что мешало супругам предаваться страсти в полное мере — это обернувшееся вокруг них одеяло, что больше напоминало случайно сложившееся гнездо. Шатен томно стонал на покрасневшее ушко князя, опирался ладонями на его плечи и прижимал ближе к себе, без остановки поднимаясь и опускаясь на его плоть в попытке доставить им обоим наслаждение и почувствовать еще больше любви, льющейся прямо из души брюнета. Каштановые кудряшки подпрыгивали при каждом резком и нетерпеливом движении, пока сильные руки сжимали до побеления кожи нежные бедра и оставляли на них красные полосы. В алых глазах напротив сверкали искры, и магма готова была вылиться из них, лишь бы сделать мгновения еще жарче. Они оба были практически на самом пике… Поцелуи никак не прекращались, как и бесперебойные нашептывания. Вдруг за дверью послышался быстрый топот, и демоны с ужасом глянули друг на друга, успев только притянуть ближе к себе одеяло. Дверь с грохотом распахнулась, и в спальне оказались внезапно вернувшиеся дети. Шумные, веселые и слишком уж взбудораженные чем-то произошедшим. — Вы не поверите, что деда Люци нам пообещал в этот раз! — сразу же начал Верен, не попробовав даже отдышаться. Диппер смотрел на них расширенными глазами, прижимая крепче к себе и без того вцепившегося в него мёртвой хваткой Сайфера. Верен никак не прекращал свой монолог, постоянно дергая своего брата за руку и размахивая второй рукой в воздухе, что-то описывая. Девочки, видимо, еще были со своим любимым дедушкой в прихожей. Мейсон настолько сильно сжимался, что у князя всё сильнее и сильнее краснели щеки, а стояк и не думал пропадать. Им даже пошевелиться нельзя было, чтобы не спалиться перед детьми окончательно. — А что вы делаете? — склонил голову набок Асмодей, постаравшись подойти поближе к родителям, но Билл вовремя тихо щелкнул пальцами, отбив у того всё желание при помощи магии. — Мы просто обнимаемся, — постарался как можно увереннее ответить шатен, натянув на лицо улыбку. — Мальчики, подождите нас в гостиной, пожалуйста. Мы скоро придем к вам. — Но так ведь не интересно! — громко произнёс Верен, нахмурив брови. — Да и мы тоже хотим обниматься! От этих слов Пайнс дернулся и сжался еще сильнее. Его зрачки сузились, а затем убийственный взгляд упёрся прямо в ошарашенные глаза князя. Вместе со злобой пришла и гениальная идея — остановить время. Дети замерли на месте, весь мир посерел, а Билл зажмурился в предвкушении скандала. Осторожно расцепиться не получилось — белые густые капли всё равно оказались на темных простынях, сорвавшись с кожи юноши. — Я тебя сейчас прикончу, — прошипел Мейсон, прищурив побелевшие омуты. — Ты не мог еще чуть-чуть подержать себя в узде?! Почему ты вообще это допустил?! Сайфер тяжело вздохнул, постарался успокоиться, а уже после притянул своего любимого к себе, пусть тот и сопротивлялся. Он сам прижал его к своей груди, понадеялся на благоразумие своей второй половинки. — Мы оба виноваты. Нужно было запирать дверь. Прости меня, Сосенка. Ты просто был слишком невозможным. — Брюнет чуть отстранился, потёрся носом о слегка сморщенный носик Пайнса. — Получилось всего-то на сорок девять лет раньше, чем планировалось. — Вот ты им и будешь лично заниматься, — фыркнул Диппер, всё же немного остыв. — Глупый. Князь тихо рассмеялся, дабы потом сладко поцеловать надутые обиженные губки. Им всё же пришлось одеться, сменить простыни и запустить течение времени снова.***
— Добрый день, папа. Вы не устали возиться с этими проказниками? — широко улыбнулся Пайнс, встретив в объятиях подбежавших к нему девочек. — Они отнимают больше сил, чем попытки устранить конфликты в адских землях, — утробным голосом ответил владыка, оперевшись обеими руками о взявшуюся из ниоткуда резную трость. — А вы тут не устали без нас? — рассмеялся Люцифер, чуть приподняв брови. — Эм… Нет? — замялся шатен. Внимание юноши привлекли девочки, что-то спрашивающие по поводу следующих выходных. Владыка тем временем подошёл ближе к своему сыну, оглядел его растрепанный вид и широко усмехнулся. Сайфер отвёл взгляд в сторону, покраснел. Он всё еще не мог вернуться к своему обычному хладнокровному состоянию после произошедшего конфуза. — Сын, я понимаю, что ты у меня не можешь держать себя в узде, но за что ты так наказываешь своего ненаглядного мужа? И неужели он не может контролировать тебя и твоё ужасное поведение? — прошептал владыка на полностью красное ухо, прищурив в коварстве свои глаза. — Пожалуйста, хватит, — шикнул князь, скрестив руки на груди. — Это вышло случайно. Как ты вообще понял? — У него аура изменилась. Такое происходит каждый раз, когда ты думаешь не той головой, которая у тебя на плечах находится. — Люцифер ткнул рукояткой от трости в бок Сайфера, отчего тот стиснул зубы. — Отец, не лезь в мою семью, прошу тебя, — закатил глаза демон. — Если это будет не девочка, я разочаруюсь в тебе, Уильям, — строго произнёс Люцифер. Он отошёл от князя, чтобы снова оказаться у расслабленного шатена, внимательно слушающего рассказы девочек о прогулке по поверхности, опустился на одно колено и протянул что-то спрятанное в бархатном мешочке. Пайнс осторожно забрал это, забыв скрыть удивление на лице. — Это поможет вам остановить появление новых коренных обитателей Ада. — Владыка подмигнул, а после растворился в воздухе. В мешочке лежало что-то лёгкое и прямоугольное. Юноша осторожно достал это оттуда, прочитал надпись на коробке и покрылся пунцовыми пятнами, после быстро спрятав подарок обратно в мешочек. Магия перенесла подарок в спальню — в самое укромное место. Это точно бы помогло хоть как-то контролировать внезапные пополнения в семье. В темном уголке ящика прикроватной тумбочки лежала новая большая пачка презервативов…