Алиса в Вестеросе

Дети сидели друг напротив друга и напряжённо тараторили. - Рыцари бравировали-бравировали, да не выбравировали! Ну? Давай теперь ты. - Рыцари бравировали... - начал с улыбкой Том, уверенный в успехе, - бравировали, да не выблабалавали. А, Маргарет, опять! И что это за слово такое вообще? - Да это я так, в таверне услышала от дяди с лютней, когда папе мёд брала. Сама не знаю. - А может, плохое что, а? Дети, заскучав, развлекались между собой. Алиса сидела рядом с окном и аккуратно выглядывала на улицу, боясь прихода момента, когда бандиты начнут шариться в округе и искать Офелоса. Ослабевший мужчина лежал неподалёку, щурясь от солнца, но не желая засыпать. Он тоже скучал, а жар от ран, растекшийся по телу горячей смолой, не давал ему покоя. Поэтому он тихим хрипловатым голосом начал разговор: - Алиса, а эти дети, они тебе родня? Девушка задумалась. Не первый раз она слышит вопросы касаемо своей личности, но впервые она не думает, что ссылаться на незнание языка будет хорошей стратегией. - Нет. - А почему ты возишься с этой семьёй и почему подвергаешь себя опасности ради меня? Ты понимаешь, - он понизил голос, боясь быть услышанным детьми, сам немного пригнулся к деревянному полу чердака, и, кажется, еле заметно улыбнулся, - понимаешь, что, если меня найдут здесь перевязанным, а ты окажешься рядом, то тебе серьёзно непоздоровиться? Алиса неуютно повела плечами. Да, она понимала это. - Я люблю этих людей, а бандиты сделали им больно, поэтому я хочу, чтобы ты выжил, и убийц наказали, - она тщательно продумывала слова, стремясь не вызвать больше вопросов. - Внизу привязана собака. Если кто-то чужой подойдёт сюда и я не замечу этого, то Руф точно задержит его. Мы с детьми вылезем на крышу, прыгнем в сено и убежим. Что будет с тобой в таком случае... - Она чуть замялась, наткнувшись на неудобную тему, но сказала честно. - У тебя есть оружие, и ты можешь умереть, как положено рыцарю. Я не боец, не убийца, и помочь чем-то большем, чем сейчас, не могу. Вся наша надежда на того лохматого паренька, которого ты видел час назад. Он кивнул, удовлетворённый таким ответом, и откинулся на спину, уставившись в потолок. Мужчина дышал трудно и часто крепко сжимал веки, разгоняя наплывающий туман. - Офелос, у вас есть семья, дети? Вероятно, вы хотели бы им что-нибудь передать, ну... Надеюсь, вы понимаете. - А-ха, девчонка, не спеши меня хоронить! Даже если бы я не был заядлым холостяком, в последние часы жизни я вряд ли страдал по как-то женщине и её отпрыскам. Но если можешь, передай от меня записку моей возлюбленной - службе Короне! Офелос, судя по всему, немного бредил, и Алиса прекратила беседу. Маргарет тихонько спросила: "Как думаешь, Том, а нам долго ещё здесь сидеть?". Будто отвечая на эти слова, внизу захрипел и залаял Руф. Первая мысль у Алисы была - бежать, хватать детей и скорее убегать. Но тут послышалось приглушённое: "Тихо, мальчик, тихо, мы свои. Ты здесь кого-то сторожишь, верно? Эй, Маргарет, Том! Мы пришли от вашего дяди! Выходите, всё будет хорошо!". Том без разрешения высунулся в поглядеть на лестницу и тут же призывно махнул рукой. Алиса помогла Офелосу опять скрыться в дальнем углу помещения и вышла последней. Там уже радостно прыгал Руф, облизывая лицо Маргарет, которая легко его усмирила, и стояли два вооруженных топорами мужчины. Немного позади виднелась толстая знахарка, принесшая мешочки с растениями и ищущая, как же быстрее проникнуть в дом. Алиса подошла к старшему из мужчин, бородатому работнику Леха, которого она уже видела прежде. - Я знаю, что у вас много вопросов, - сказала она, - но пойдёмте к дому, я вам открою. Быстро пробежала двор, залезла в окно и изнутри отворила дверь. Женщина тут же, широко шагая, завалилась в хижину и, орудуя пухлыми руками, зажгла какие-то особые травы. Так же решительно она ступила в комнату Берты, но тут же всё поняв с первого взгляда, обернулась. Алиса и работник Бесник ждали, что она скажет. Знахарка вздохнула и грудным басом объявила: - Опоздали мы, голуби. Почила в бозе бедная Берта. Жалко, конечно, - и спешно потушила травы. Алиса зашла в комнату. Там лежала уже начинающая коченеть Берта. Вернее, коченеть начало тело, раньше служившее вместилищем жизни этой матери и жены. Её лицо было бледно, в таких румяных раньше щеках не осталось ни кровинушки. Лоб, покрытый высохшим потом, тускло блестел. Как-то неосознанно, без каких-либо мыслей в голове Алиса начала открывать окна, стягивать одеяло и делать всё, что необходимо для проводов покойника. Тут же вбежали радостные дети, хотевшие обнять мать. Они как вкопанные остановились в дверях. В углу стоял Бесник, поглаживая заросший подбородок и напряжённо сведя брови. На простыне застыла большая лужа крови. Женщина, кажется, не сильно мучилась в агонии, поэтому поза её была обыкновенной - будто человек просто прилёг отдохнуть и закрыл глаза. Маргарет закачала головой из стороны в сторону, будто отрицая увиденное, делая шаги назад, отказываясь верить своим глазам. Она сползла по стене на пол и, свернувшись калачиком, начала сотрясаться от рыданий. Лицо мальчика же исказилось большой злостью, ненавистью ко всему. Он крикнул Алисе в лицо - "почему ты не сказала, что она умерла, почему?", а затем стрелой выбежал из дома. Брат Бесника не успел его остановить, и ребёнок исчез в чужих садах. Знахарка попрощалась и обещала зайти к Леху, чтобы сообщить ему печальную новость. С собой она увела Маргарет. Алиса продолжала чисто механически совершать действия, но её сердце, кажется, стало биться надрывнее. Она первый раз видела мёртвого человека. "Что это? Почему она умерла? Какое право она имела умереть? - думала девушка, подметая в доме, - А дети? А Якуб? Что дальше, как они будут жить после такого? - Алиса вспоминала, как ещё несколько часов назад давала женщине снадобье, думая, что она просто простудилась. Мысль о том, что она могла ещё тогда побежать за лекарем, пронзила её стрелой. Вслед за этом мысль ещё более страшная буквально толкнула её вниз, и Алиса села на лавку, мимо которой проходила. - А что, если бы я тогда не убежала, а приняла на себя другого? Может, она бы выжила, может, её хватило бы, и она сейчас не лежала там, а обнималась с детьми... Боже мой, как страшно! - Сердце её ужасно стучало, а в груди кололо. - Я не могу теперь ничего, а тогда, может, могла. Но я думала только о себе! - Она, сжав кулак, отчаянно ударила себя им по голове - раз, другой, третий. - Что же я, как теперь быть?" Она беспомощно оглянулась. Слёзы бессилия текли по её щекам. Не было вокруг никого, кто мог ей помочь, утешить её. Даже Бесник вышел переговорить с братом - девушка услышала краем ухом слова "полные сироты", донёсшиеся из открытого окна. Алиса вышла на улицу и, не зная другого пути, пошла в хлев и поднялась наверх. Офелос, переживший приступ обострения жара, поднялся к ней навстречу. - Что с тобой, Алиса? Почему ты плачешь? Я слышал крик, произошло что-то плохое? Девушка почувствовала, что, если она начнёт отвечать, то расплачется. Поэтому она просто села на колени тут же и разрыдалась без слов. Губы её изогнулись дугой, все лицо намокло и опухло, глаза были красные, покраснели даже брови на белом лице. Она сквозь слёзы сбивчиво рассказала всё, что произошло вчера вечером и раскрыла те мысли, что её так тревожили. Офелос качал головой и, положив руки ей на плечи, говорил: - Ну, полно, в чём же тут твоя вина? Не мучай так себя. Ты сделала всё, что могла. Тебе не надо стыдиться того, что ты спасла свою жизнь. Том сказал это не со зла, он просто... тоже испугался, Алиса, не надо же так... Он пальцами вытирал слёзы с лица девушки, оставляя пыльные полосы. Она потихоньку перестала плакать от его тихих слов. Попила воды и умылась тут же. Затем прилегла, почувствовав сильную усталость, и мгновенно уснула. Офелос лёг рядом и долго смотрел, как разглаживается лицо успокоившейся девушки.

***

Тем временем всё село уже ожило. Когда бандиты узнали, что их главарь ранен, произошло то, чего он точно не ожидал от "крепко сколоченной компании" - ребята втихаря стали делить отобранный конфискат. Они ещё не знали точно, умрёт или нет Косой, на авторитете которого и держалась вся ватага, но были уверены, что в случае его смерти перебьют его ближайших соратников и растащат дорогие ткани. Приказ по поиску оставшегося на свободе рыцаря выполнялся медленно и неохотно - никто не хотел далеко отходить от дома старосты, где лежало всё добро, и то и дело показывались вооруженные люди, снующие без дела - кружили, как вороны над умирающим, и ждали. Миклаш знал про это и клялся убить первого, кто войдёт в дом, чтобы расхитить конфискат. Он бешено вращал единственным глазом, а его тело боролось, но жар в груди, вызванный бессилием и злобой, распалялся всё сильнее, разнося яд по организму. В те же минуты просто так, из ненависти к законникам, убили запертого в сарае рыцаря дозора. Его хотели казнить, но нетвёрдая рука хмельного бандита была слаба, так что меч вошёл в шею лишь на ширину клинка. Только с третьего удара ему удалось отрубить голову благородному человеку, но даже такому достижению он был невероятно рад. Он поставил голову среди кочанов капусты и, смеясь своей шутке с друзьями, помочился на неё. Через несколько часов жена старосты нашла её тут же и упала в обморок.