Желтые шорты или детство, отрочество и юность У Чихо

За три года обучения в Японии Чихо многому научился и очень многое приобрел здесь. Он полюбил эту страну, но не больше, чем тосковал по своему родному дому. Чихо стал Зико. Теперь он знает чего хочет от жизни, решителен и целеустремлен. Он вырос. Ему казалось, все эти прощания с одноклассниками, с отцом, который оставался там из-за работы, будет очень трудным процессом. Он ожидал слезы и много ненужных слов, которые уже не имеют значения, ведь все и так знают, что будут скучать, и все понимают, что все это больше не повторится. Чихо знал, что больше к ним не вернется, что возможно не встретится никогда, что прощается с маленькой частью своей жизни. Но к его удивлению, он почувствовал лишь облегчение. Нет, он любил всех этих людей, с ними связано много интересных и незабываемых моментов, но… в Корее Чихо ждало нечто более важное. Мама. Друзья. И скорая встреча с Пак Кеном, который через пару месяцев, окончив учебу в Новой Зеландии, вернется домой. Так получилось, что последние два года, он регулярно с ним переписывался, общался через скайп, и кажется, стал даже ближе, чем когда они учились в одной школе и виделись чуть-ли не каждый день. Они попрощались как-то быстро и спонтанно. Ведь для Чихо он тогда был лишь парнем из параллельки, с которым они общались во время обеда, ходили вместе в школу, иногда и домой. Они часто проводили время вместе, и не то чтобы ему это не нравилось, но тогда у Чихо были друзья с которыми он был ближе и общался более тесно. А Кен не был чем-то особенным. Просто был в его жизни и его это устраивало. Он помогал ему справляться со старшеклассниками, а тот иногда делал ему домашку. Обычные друзья. Даже его скорый отъезд в другую страну он воспринял слишком легко. Они попрощались, как обычно делали это, когда расходились по домам после школы и все. Затем Чихо сам уехал в Японию, и около года они не особо поддерживали связь. Все изменилось, когда Чихо копаясь в вещах, ища тот заветный карандаш, которым так любил рисовать раньше, нашел коробочку с фотографиями. Он принадлежал его отцу, и был полон всяких фотографий, что присылала ему ее мама. Его отец так давно работает в Японии, и так редко видится с сыновьями, что видеть, как они растут, ему приходилось лишь по фотографиям. Вот он, совсем маленький Чихо широко улыбается, держа в руках коробку с подарком на Рождество, что прислал ему отец, а сзади на него довольно глядит его брат. Вот маленький Тэун, только-только окончил начальную школу и хвастается на камеру похвальным листом, а в сторонке плачет малыш Чихо. Вот фото его двух сыновей, которые сладко спят, укрывшись одним одеялом. Чихо помнит, это был зимний день, когда в доме выдалась неожиданно холодная ночь, и они спали в одной постели, пытаясь вместе согреться. А потом он увидел эту фотографию. Маленький Чихо без одного переднего зуба, широко улыбается, прижав к себе маленького Пак Кена, и оба они в одинаковых желтых шортах, на одном из которых виднелась детская надпись «повторюшка», а на другом более крупно — «дурак». Чихо тогда долго смеялся вспомнив это время. Он никогда ранее не видел эту фотографию, и решил все-таки украсть ее из коллекции отца, чтобы сохранить себе. Тогда то он и решился, наконец, найти в сети старого друга, Пак Кена, и написать сообщение. Он отсканировал найденную фотографию и без слов отправил ему. На что получил ответ «А ты не изменился. Все тот же дурак с дурацкой улыбкой». И в тот момент Чихо вдруг осознал, как ему его не хватало, как ему одиноко в этой чужой стране, и как все-таки много для него значило их общение, которое раньше казалось таким обыденным и естественным. Они общались чуть-ли не каждый день. Делились всем, что с ними происходило, отправляли странные записи, что вычитывали где-нибудь или находили в сети, временами делили тоску по дому, но чаще всего ржали над всяким. Чихо в то время начал увлекаться музыкой, начал ходить на разные танцевальные занятия, сочинять тексты. И замечал, как по тем же стопам идет и его друг. Они начали делиться музыкой, отправляли на оценку друг-другу свои тексты, видео из репетиций. Со временем у обоих родилось желание заниматься этим вместе. Они хотели развиваться вместе, создать группу, выступать. Желание настолько овладело ими, что они начали отсчитывать дни, когда, наконец, увидятся. И все, к чему они в принципе стремились, уехав в другую страну, перешло на второй план, на первый встала музыка. Пак Кен начал получать более низкие баллы за учебу, чем раньше, а Чихо чаще начал пропадать в залах для репетиций, чем ходил на занятия. И когда, наконец, вернувшись в Корею, и прождав эти два месяца, Чихо стоял в аэропорту, ожидая увидеть среди толпы тупую мордашку с очками, которая за эти два года стала для него роднее своего брата. Чихо до сих пор ощущает этот трепет в районе сердца, который ощущал в тот момент, ожидая скорой встречи. И никогда не забудет, как его сердце пропустило удар и словно упало в пятки, когда неожиданно сзади раздался голос: «Красавчик, а вы случайно не меня ожидаете?», и эту тупую счастливую улыбку на лице его самого странного и любимого друга. И объятия, что следовали за фразой — «Я тебя уже заждался, придурок», были самые длинные за всю его короткую жизнь.