Не читайте сказки на ночь...

«A foul morn may turn to a fair day» ©

Татьяна Леонидовна вот уже пять минут стояла рядом со второй партой и недовольно постукивала каблуком сапога, изредка бросая гневные взгляды на пришипившийся класс. Нет, сон — это самое прекрасное, что только может быть у учителя с зарплатой в двадцать пять тысяч рублей и стадом вечно недовольных подростков с желанием выделиться в общей толпе. Как написал один из учеников в своем сочинении на лето: «Спи, пока не проголодаешься и ешь, пока не захочешь спать» — женщина даже занесла эту фразу в личный сборник цитат, в виде тетрадки, которую она заимела через три года преподавания учителем русского в этой школе. Но вернёмся к нашим баранам. Вернее одной овечке, которая, наверное, видела уже третий сон. На уроке английского. Кстати говоря, что эта немного пухлая женщина забыла на английском, если она учитель русского и литературы? Да ровным счётом ничего. Просто зная этот класс, Татьяна не могла не пройти мимо и не заглянуть, как ведут себя эти бесы. А тут на тебе, какая удача! Нет, джекпот! Ученица спит посреди урока и пускает слюни на парту. Грех не воспользоваться случаем и не запугать 9 «А» перед контрольной. Да и выпустить пар после пересказа домашнего задания нерадивого восьмиклассника. Нет, с одной стороны ей жаль девочку — у неё, как и у всех, проблемы, экзамены на носу, да ещё эта щедрая душа делится с ней успокоительным и валерианой, но с другой стороны… КАКОГО ХРЕНА ОНА ВООБЩЕ СПИТ?! Женщина ударила рукой о парту, из-за чего та затряслась, грозясь развалиться в скором времени, — неужели нельзя все «деньги на занавески» потратить на что-то нормальное? Ноль внимания. Она точно жива? Татьяна взглянула на соседку по парте этой наглой нарушительницы. Та, как ни в чём не бывало, взирает на доску и придерживает падающие учебники от мощной атаки учителя на деревянное сооружение, именуемое партой. На задних партах кто-то начал перешёптываться и хихикать. В петлю их, но потом. — Котова! — раздался громкий возглас с хрипотцой — после частого крика и спрашивания домашнего задания, которое больше похоже на «хорошего и плохого полицейского» — обычно она была плохим, — голос мог вообще осипнуть, так что ей ещё повезло, можно сказать. Девушка моментально реагирует и вскакивает с нагретого места, ударяясь затылком о широкий подоконник так, что цветы в горшках подпрыгивают. Теперь хихикает весь класс, даже не скрывая этого. — А? — встав в постойку «Смирно!» и приложив руку к голове, она зевнула. — К пустой голове руку не прикладывают, — на выдохе произнесла учительница и помассировала виски. — Почему спишь на уроке? — произнесла Татьяна Леонидовна и на бедную ученицу уставились тридцать пар глаз. — Ну, я… А можно я просто дневник дам? — русая с надеждой посмотрела на педагога, ожидая, что та сейчас смилуется. Не тут-то было. Разгневался Бог Асгарда!.. — И дневник, и к классному руководителю. Быстро! — Котова поспешно начала собирать вещи в потрёпанный временем и злющими первоклассниками портфель с кучей брелков и значков, прицепленных на него. Когда же сумка была собрана, а дневник был отдан Терминатору — так в простонародье называли этого строго преподавателя великого русского языка, — кивнув соседке по парте, мол «I’ll be back. Не забывайте», и печально посмотрев на доселе молчавшего учителя английского, девушка пошла к Светке, в мыслях подбирая строчки в завещании. Нет, их классная была на редкость доброй и отзывчивой женщиной, правда немного странной и потерянной, но доброй. Она просто никогда до этого не была руководителем у одного из самых странных, буйных, но в то же время стеснительных классов этой школы. Почему стеснительных? Ситуация « — Ну, это же легко… Ааа, тьфу на вас! Это «Капитанская дочка»! — Да-да, я знал! Я говорил!» вам знакома? «Быть в толпе дураков умному грустно…» Котова остановилась у старой деревянной двери с круглой ручкой. С одной стороны, она могла бы не открывать дверь, не говорить с классной в очередной раз по поводу своего поведения и не выслушивать потом громкие крики родителей с глупой улыбкой на лице, и даже не потому, что это у неё одна из разновидностей мазохистских наклонностей. Но с другой стороны, было бы лучше послушать любимого учителя ТЛ — точно мазохистка, — и поговорить со Светланой Анатольевной. Она хорошая, она не выдаст. Всё же, второй вариант оказался лучше, и девушка толкнула дверь рукой. — Здрааастеее, — весело протянула она и улыбнулась, проходя в помещение. Сам по себе класс ничем не отличался от других: такой же большой, с тремя старыми окнами в деревянной раме. Стены, окрашенные тёмно-голубой краской, местами были испачканы грязью с ботинок, а в некоторых местах были замазанные пятна, где немного просвечивались не очень культурные слова, что когда-то были быстро выведены чёрным маркером не понятно для каких целей. Старый потрескавшийся пол, не единожды покрашенный краской, начинал громко скрипеть стоит только ступить на него. Да, эта школа была довольно старой, перетерпевшей кучу прорванных труб и поджогов. За все сорок лет её практически не ремонтировали, и для учеников уже было вполне обычным делом, если с потолка вдруг упадёт штукатурка прямо на голову. «Ну и что? Отряхнулся и пошёл себе дальше!» На стуле, стоящем рядом с одним из окон, прямо в углу класса сидела женщина. Заметив, что в класс зашла ученица, она встала из-за стола, отодвинув рукой пачки с тетрадями и стопку рисунков, и, мягко улыбнувшись, проговорила: — Ну, что на этот раз? Русая небрежно бросила портфель на близстоящую парту, отряхнула сарафан от невесть взявшейся, откуда пыли и странно улыбнулась, впрочем, Светлана давно привыкла к такому поведению этой особы и прекратила попытки научить её правильно себя вести в такой ситуации. — Опять спала, — Котова подошла к парте, запрыгнула на неё, расправила подол и начала болтать ногами. Учительница утомлённо выдохнула. — Опять. Тебе что, дома спать не дают? — девушка отрицательно начала мотать головой и женщине на минуту показалось, что та сейчас отвалится. — И родителей не жалко? — Так я тут отсыпаюсь, чтобы повысить свою работоспособность. Зачем, скажите мне, я должна вставать рано утром, чтобы потом ничего не делать и кричать на других? Правильно, незачем!.. — дальше педагог этот нескончаемый поток и так давно знакомых каждому мыслей не хотела слушать. Хотелось просто сесть на стул и попить. Коньяка. Литра так два. С лимончиком. — Ладно уж, сиди тут до звонка, — Котова кинула взгляд на часы, висящие над дверью и внутренне начала ликовать, что осталось не так много. — Я поговорю с Татьяной Леонидовной, и ещё один маленький секрет добавится в твой шкаф со скелетами, — грозно произнесла женщина и решила вернуться к своим делам, пока эта ленивая девушка решила полежать на парте с телефоном в руках. Ну вот что за ребёнок? Хорошо хоть, что она спать не собралась на этой парте. Пятнадцать минут пролетели незаметно, пока Светлана проверяла тетради учеников, у большинства которых руки растут не из того места. Черчение — простецкий предмет, что тут можно занемочь и получить плохую оценку? Нет, женщина не спорила, почти каждому учителю нравится пакостить и ставить большие такие, красные двойки с закорючками, а потом наблюдать за вытянувшимся лицом ребёнка. Иногда это приносило некое садистское удовольствие — особенно если потом ещё поставить «кол» или «картошку» и вызвать в школу родителей. Хотя последнее будет лишним. Кхм, вернёмся к тетрадям. Вроде она понятно объясняет, вроде все кивают головами, что им понятно, а на деле… Молчать лучше. А то цензурно выразиться не получается. Язык не поворачивается. Чтобы хоть как-то сменить занятие и отвлечься от этих чудо-конспектов, женщина решила посмотреть цветы на подоконнике. Фикусы, фиалки, кактусы, денежное дерево — бесполезная трава, которая никак не может оправдать своё название, — аглаонема, герань, азалия — все растения в пыли. Так, нет, не надо смотреть на цветы, а то она ещё больше разозлиться и будет кричать на своих подопечных, почему они не убирают в своём кабинете. Хотя, в классе было ещё одно растение… — Ира, — громко, аки оратор на трибуне, провозгласила учительница, — а почему ты не выспалась? Котова, похоже, решила сегодня отработать все прыжки по физкультуре, поэтому буквально подлетела над партой от неожиданности и свалилась на пол. И, судя по всему, прохлада пола, да и вообще всего класса — какая прохлада? Это морозильная камера! В морге теплее будет! — её не смутила, поэтому девушка просто отряхнулась и вновь засела в телефоне. — Ну, там, аниме смотрела, мангу читала, — не отрываясь от гаджета, ответила она. Когда-то давно, когда эта проблемная девушка только в первый раз пришла к своему новому руководителю, та ещё не знала, что её ждёт, но в итоге они смогли найти общий язык. Спустя тысячу объяснений всех тонкостей интересов Ирины правда… Но нашли же! — Ты скоро жить в своём аниме будешь, — недовольно высказала учительница и отвратно поморщилась. — Хотелось бы! Прозвенел звонок, поэтому Светлана поспешила вернуться за свой стол — а то есть стадо, по ошибке названное школьниками, которое снесёт всё, что угодно, в том числе и её. И Ира решила не отставать и тоже ретировалась за парту, где лежал портфель. Через несколько минут класс начал заполняться учениками из 9 «А». Все галдели, визжали, смотрели ленту соц. сетей и обсуждали завтрашние изменения в расписании, где синим по белому было выведено самое ужасное сочетание букв и цифр, которое только может быть, а именно «два урока геометрии». Согласитесь, не самое лучшее расписание, когда в этот день математики и в помине нет. Так его ещё будет вести злющая училка. Чем вообще думают завучи, когда такое пишут? — Итак, дети, — не дожидаясь звонка, начала Светлана. Все сразу обратили на неё внимание, — Как вы уже знаете, скоро в нашей школе состоится праздник, посвященный Дню всех влюблённых! Я знаю, я сама не очень рада этому празднику, — поспешно стала заверять женщина, видя как люди начинают закатывать глаза и разочарованно-возмущенно вздыхать. — Но сделать надо! Поэтому наш директор попросил наш класс украсить парадный вход и холл первого этажа. — С каких пор мы вообще это празднуем? — недовольно прошипел Антон Белов, что сидел и разбирал-собирал ручку от скуки. — С тех пор, как нашему Сергею Ивановичу кольнуло в голову! — яро прокричала брюнетка, сидящая за первой партой. — Тупая, Евгению! — вторил ей высокий молодой парень, ранее занятый тем, что троллил свою соседку по парте. — Хватит! — классный руководитель разъярённо ударила рукой по столу, призывая учеников немедленно заткнуться и навострить свои ушки, которые иногда хочется открутить, чтобы ее наконец послушали. — Я считаю, чт… За окном прогремел взрыв. Потом ещё один, и второй, третий. Как будто бы кто-то взрывал салют — не отошли ещё после Нового Года. Опомнились бы, февраль на носу, — или что-то похожее, и один из фейерверков угодил в окно. Классную комнату ослепил яркий свет, как от светошумовой гранаты и раздался громкий взрыв. Что это? Что случилось? Америка начала войну? Ким Чен Ын промахнулся? Начался российский Евромайдан возле школы? Террористы? Терминатор? Супермен? Все паниковали и, ничего не видя перед глазами, пытались нащупать хоть что-то руками. Некоторые успели отдавить друг другу руки, пока слепота не кончилась. Всё прошло за тридцать секунд, почти так же быстро, как и началось. Сначала появились всё те же очертания класса, правда, размытые, потом одноклассники услышали голоса друг друга. С каждой секундой становилось всё шумнее, разборчивее и чётче. Ира наконец смогла увидеть происходящее. Всё было как и всегда, за исключением взволнованных школьников, одних, мотающих головой из стороны в сторону, стараясь найти ответ на то, что только что произошло, другие же быстро мельтешили в поисках чего-то, вызывая у девушки головокружение. — Дети, успокойтесь! — крикнула не менее испуганная Светлана, в надежде утихомирить учеников и после самой разобраться в ситуации. Сильно паникующие метались туда-сюда, другие же пытались следовать указанию учителя, но сами волновались не меньше. Их убьют? Котовой было понятно одно: Нихрена не понятно! Нет, не то, что только что произошло, а что изменилось. Одноклассники… Знакомые рожи. Учитель… Класс… — Заткнулись все! — женщина взяла себя в кулак и… этот же кулак опустила на стол, что смог выдержать такой напор эмоций. Громкий стук разнёсся по классу, заставляя учеников замолчать и спокойно сесть на свои места. Преподаватель выдохнула, — Вы были на репетиции пожарной безопасности, поэтому знаете как себя вести. Сейчас вы останетесь тут и я схожу проверю что там случилось. — А если тут не безопасно?! — почти пропищала Алёна и испуганно спрятала голову руками. — В любом случае, если бы это было что-то опасное, то мы слышали бы сирену и топот в коридорах. Оставайтесь на своих местах и ждите. Русоволосая подскочила с места, увидев, что учительница направляется к двери, и подбежала к ней, хватая за руку. Женщина с непониманием сверху вниз осмотрела девушку, та, по обыкновению, странно улыбалась, но на её лице не было ни капли страха. Ирина скачкообразным движением отошла в сторону и произнесла: — Не выйдет! — и указала рукой на класс. Все тут же начали осматривать себя и щупать руками, смотреть в зеркала или на соседей. Светлана Анатольевна испуганно посмотрела на своё отражение в окне. Высокая женщина сейчас выглядела иначе, что-то странное с пропорциями и лицом — они как мультяшные. Хоть она не раз рисовала себя и других людей в похожем стиле — такова её работа, — но чтобы в реальной жизни… Серьёзно?! Педагог посмотрела на девушку широко раскрытыми глазами, лицо сильно вытянулось от удивления, а рот открылся в попытке что-то сказать, но не выходило. — Что за херня?! — закричал Дима, схватив себя за лицо, аки Кевин Маккалистер. Ира тяжело вздохнула и прикрыла глаза рукой. — Мы попали в аниме мир, что не понятного? Класс затих с удивлёнными лицами, и лишь одна Юля, что сидела на второй парте ближе к окну светилась от счастья, как начищенный самовар. Русая это увидела и улыбнулась, показав ей большой палец. — Какого хрена мы в него попали? — брюнет вскочил и стукнул ладонью по парте, тем самым притянув взгляды офигевших одноклассников к себе. — Не знаю, — просто ответила Котова и пожала плечами, тряхнув головой вперед. — Ещё бы разобраться в какое? Ильичёв пару раз проморгался, не веря в происходящее, и быстро пробежался взглядом по не менее возбужденным одноклассникам. Кажется, у него задёргался глаз. Кто-то истерично хихикнул. — Ничего не хочу слышать! Выводи меня из этих своих китайских порно-мультиков! — Дима грохнулся обратно на стул и обиженно насупился, не понятно на что. — Рот свой закрой! — единственная блондинка в классе, что до сей поры радостно улыбалась от такой прекрасной возможности и одной из главных мечт любого отаку, грозно посмотрела на парня. Тот хмыкнул и отвернулся. Русая опёрлась на учительский стол и начала думать, проходясь по друзьям задумчивым взглядом. На лбу образовалась тонкая морщинка, а брови были нахмурены, выдавая глубину задумчивости девушки и, как бы предупреждая, что трогать сейчас её не стоит. Юля восторженно озиралась по сторонам, наблюдая, как изменился их класс. Да и погода за окном. Да и школьная форма не та. Ой, да слишком много всего изменилось, что блондинка не успевала всё рассмотреть, как следует! — Ира, — тихо позвала задумавшуюся девушку Светлана. Русая не отвечала, видимо её мыслительные процессы имели очень хорошую звукоизоляцию. В классе было на удивление тихо и многие уже успокоились. Ну, по крайней мере, они уже не кричали или пялились на стену с тупым лицом, а сидели и рассматривали друг друга, иногда удивленно охая. Тишину нарушил звук открываемой двери. В кабинет вошла молодая женщина в строгом костюме, состоящем из чёрной классической юбки-карандаш, белой блузы с рукавами и расстёгнутого пиджака, с пучком на голове, и сразу привлекла всё внимание к себе. Она скептически обвела класс взглядом и сказала: — Я, как понимаю, вы закончили классный час, Хикару-сан? — Светлана Анатольевна, поняв, что обращаются к ней, перевела непонимающий взгляд на свою ученицу-знатока и задала немой вопрос «Что делать?». Котова лишь покачала головой, давая отрицательный ответ. — Н-нет, — сконфужено, но громко произнесла учитель 9 «А». — Мы продолжим, можете идти. — Незнакомка внимательно осмотрела брюнетку с головы до ног и, не найдя ничего интересного, хмыкнула, развернулась на каблуках и ушла, предварительно закрыв за собой дверь. Класс вопросительно уставился на Иру, ожидая дальнейших действий с её стороны, надеясь, что этот ужас закончится, если, конечно, это вообще происходит в реале. Наконец, если бы это вообще было возможно, над головой русой зажглась лампочка, и она хитро оскалилась. — Итак, — девушка упёрлась руками о стол, — Все мы попали в аниме, причём непонятно в какое, поэтому эта проблема сейчас на первом месте. Вторая, мы не знаем, как вернуться обратно, поэтому пока что нам нужно привыкать к жизни здесь, иначе есть шанс угодить в какое-нибудь Г, а то и хуже. Третье, как я предположила на примере Светланы Анатольевны, у каждого своё имя и жизнь, из этого вытекает четвёртая проблема «Как нас зовут, где мы живём и так далее?» — многие согласно кивнули, другие решили промолчать, из-за личной неприязни к Котовой и тому, что она права. — Сейчас предлагаю поискать что-нибудь в классе: что угодно, что может дать ориентировку на наши имена и остальное, я же возьму Юлю в напарники, — блондинка оторвалась от созерцания происходящего за окном и сделала умное, сосредоточенное лицо. — Она тоже в теме, и я пойду разведывать, где мы оказались и насколько всё плохо. Все согласны? Почти все кивнули, и лишь несколько человек сидели и злобно смотрели на одноклассницу. — Почему я должен поступать по-твоему? Может, я тоже хочу посмотреть! — вновь вспылил Ильичёв и, раздвинув друзей в стороны, встал и буквально подлетел к девушке, становясь рядом. Русая окинула его недовольным взглядом снизу вверх и отошла в сторону. — Твоей проблемой будет, если это аниме про игру, в которой все должны друг друга убить или сражаться с миллионом монстров, если не больше. И если ты сдохнешь, я буду первой, кто станцует на твоей могиле, — она исказила своё лицо в такой гримасе, словно этот парень враг народа. Иру отвлекла Светлана. Классный руководитель положила ей руку на плечо, сказав, что всё проконтролирует, и ученицы, как разбирающиеся в этом больше других, могут идти. Радостная девушка подбежала к подруге и схватила её за руку, потащив за собой вон из класса. В коридоре было необычайно тихо — наверное, уроки уже кончились, да и, судя по погоде за окном, давно пора. Одноклассницы шли тихо, каждая думала о своём. Разве возможно, что они и вправду попали в аниме? А если, как правильно подметила Ира, это может быть игра на выживание, как, например, не малоизвестная «Sword Art Online», что тогда? Умереть? А если это единственный выход отсюда? Вопрос оставался загадкой. Следующий вопрос состоял в том, куда им идти, что тут же и озвучила Юля. — Сейчас неважно куда идти, — выглядывая из-за поворота, произнесла девушка и многозначительно посмотрела на оппонента, — Если достаточно долго идти, то куда-нибудь ты точно придёшь, — заключила русая и, спустя некоторое время, они остановились перед массивной деревянной дверью. — И, я так поняла, мы куда-то пришли, — заключила блондинка, разглядев табличку рядом с входом, которая гласила «учительская». Ира вопрошающе посмотрела на неё. — Не смотри на меня так, я не знаю. — Возьмем на заметку. Если Света нас спросит, — дополнила она и резко развернулась. Они прошли такой длинный коридор, там так много классов и дверей, что Юля уже успела запутаться, пока вспоминала в каком классе они оказались. На счастье, рядом с ней была эта маленькая русая… что-то с чем-то. Особенно с шилом в одном месте. Но она точно могла помочь ей найти. За своими размышлениями девушка не заметила, как Ира уже успела упорхать метров так на тридцать вперёд прямо по широкому коридору, ещё так по-детски, вприпрыжку — ей явно не грустно или страшно от этой ситуации. Откуда в ней столько бесстрашия? Не боится умереть? Судя по тому, что она делала с собой в средней школе, она даже смеётся над понятием Смерть. Когда-то ей это точно вернётся ножом в спину. — Ир, подожди меня! — закричала блондинка и, с высокого старта, метнулась за подругой, ничего не оставляя после себя. Проблуждали они по школе ещё минут двадцать, наверное. Нашли пару интересных мест помимо учительской, карту и какие-то вырезки из газет, которые Ира почему-то с жадностью любознательного ботаника начала перечитывать, не отрываясь от дороги. Это у неё такая любовь к газетам или её Гермиона Грейнджер покусала? Тем не менее, карта тоже являлась важной вещью. Сопоставив некоторые факты, такие как, внешность, школьная форма, внешний вид и строение школы и карта, теперь они хотя бы знали месте находятся — Токио, они в столице страны Восходящего Солнца и в самой ж… Впрочем, это как-нибудь поправится. — Юля, как школа, по которой мы бегаем, называется? — задумчиво протянула русая и сложила листы газеты в аккуратные свёртки. — Не знаю. — Если мы и вправду в Токио… Я хочу проверить одну теорию, — Ира подняла глаза на подругу, блондинка неуверенно кивнула. — Ты же знаешь, что я помогу. Да и выбора особого у нас нет, — девушка вопросительно посмотрела на напарницу, пока та продолжала искать что-то в куче бумажек и картинок, и, не дождавшись пока она сама скажет, спросила: — И… в чём заключается твоя теория? — А? Я думала, что ты уже пошла проверить. Прости, я опять подумала, что сказала тебе, — русая по-детски ударила себя кулачком по голове и улыбнулась. Она вообще когда-нибудь перестанет дурачиться? — Смотри, мне нужно, чтобы ты сходила на улицу и посмотрела на табличку с названием школы — в Японии они обычно вешаются на ворота. — То есть, просто узнать название? — Юля решила удостовериться в услышанной информации. Котова утвердительно кивнула. — А я пока продолжу изучать вот это, — девушка потрясла какой-то картинкой перед лицом блондинки. — Без проблем. Юля со скоростью Усэйна Болта понеслась к выходу из школы, который они уже проходили, когда осматривали этажи. Добежала она быстро и была несказанно рада, что ей никто не встретился на пути, а то её немного насторожили слова русой о том, что нужно не подавать виду, что она попаданка. Вдруг, если она проколется, то её посадят под арест или куда хуже? Но, одновременно с этим, внутри она кричала от счастья, что её угораздило попасть в другой мир. Когда же наконец показались шкафчики, девушка резко затормозила, чуть не врезавшись в один из них. И… что теперь? Она у выхода. Но там за стеклянной дверью виднелись небольшие сугробы. Да и окно запотело. Не пойдёт же Юля вот так вот в школьной форме на мороз — это, как минимум, глупо. Хотя бы что-нибудь найти, чем можно укрыться. Блондинка посмотрела по сторонам, но ничего не нашла. Желание выходить на улицу вообще ушло, тщательно попытавшись скрыть и то, что оно было. Девушка на минуту даже выпала из реальности, рассматривая окружающую обстановку, и забыла, что она тут делает, но, благо, вскоре вспомнила. — Где-то тут была подсобка… — приложив указательный палец к подбородку — привычка, — тихо произнесла девушка. — Есть вероятность, что там будет, чем укрыться. С такой мыслью Юля нашла эту маленькую пыльную комнату, заставленную коробками, швабрами и ведрами. Как она и предполагала, в одной из коробок была тряпка, правда, не в самом лучшем виде, но это лучше, чем ничего. Укрывшись, блондинка быстро выбежала на улицу, надеясь, что она быстро прочитает и убежит обратно, в тёплую школу, но притормозила уже на крыльце, прямо перед первой ступенью. Осознание того, что она в Японии, в месте, куда хочет почти каждый анимешник, пришло не сразу. Аккуратно ступив ногой на заснеженную ступеньку, девушка сделала шаг. И вправду, она осуществила мечту. Одну из них. И что дальше? Тогда это было каким-то желанным, неизвестным, а сейчас она непонятно в каком дерь… месте она оказалась и во что по уши влипла. Мечты и цели не приносят почти никакого удовольствия, когда они, после долгого ожидания, наконец, случаются. Даже как-то неприятно. Мечты всегда должны быть нереальными, недосягаемыми, иначе, лишившись их, у нас пропадает желание к чему-то стремиться — оно же уже есть. Да, конечно эта фантазия была глупой и детской, — хах, попасть в аниме мир, как глупо! — но Юля считала, что она должна у неё быть. В голове, в частых мыслях, в идеях — довольно полезное занятие — думать о том, чего нет Голубоглазая спустилась вниз и стала искать глазами что-нибудь, что может быть хоть немного похожим на табличку. Вокруг всё белое и ничего не понятно. Что там сказала Ира? На заборе? Точно, на воротах! Взгляд девушки упал на железную ограду с прикреплённой на ней деревяшкой. И она вся в снегу. Блондинка стряхнула его уже успевшей замёрзнуть ладонью — своеобразное покрывало ничем не помогло. — «Старшая школа»… Чего?.. — девушка сощурила глаза, чтобы разобрать написанное. Да, наверное, не ошиблась. С успехом проведя эту небольшую операцию, Юля со скоростью ежа Соника понеслась назад, подальше от холодной улицы. Как её ноги донесли до места, где на подоконнике её ждала мирно покачивающая ножками подруга, она не помнит, так же как и то, что она еле-еле, запыхавшись от бега, начала говорить ей об увиденном. Ира внимательно слушала, даже то, что, казалось бы, не важно — сейчас ей всё, что угодно могло пригодиться. — Старшая школа Сейшин, значит, — задумчиво произнесла русая, отодвигая стопку из газетных вырезок в сторону. — Хреново! — подвела итог она. — И что… это значит? — всё ещё никак не отойдя от такого марафона по школе — она снова запуталась в коридорах, — спросила блондинка, на что получила какой-то странный взгляд от собеседницы. Иногда сложно было догадаться, о чём Котова думает в это время, потому как она часто вела себя непонятно, даже слишком. — Это значит, что мы в полной пизде! — всплеснула руками Ира. — Тогда… ты знаешь где мы? — девушка с надеждой в глазах посмотрела на одноклассницу, пока та почему-то невидящим взглядом дырявила стену. Анимешница хмыкнула. Что-то внутри Юли дало маленькую трещину. — Предположительно, в «Токийском гуле».