Тьма бывает светлой

Все как-то слишком ярко и расплывчато. Карлия идет по каким-то широким коридорам, с высокими узорчатыми потолками, панорамными окнами от пола, почти достающие до самого потолка. Яркие теплые лучи, пробирающиеся сквозь стекло, ослепительно ложатся на пол и, будто мерцая, греют его. Звук топота ножек глухо разлетается эхом. Девушка чувствует себя тепло и уютно, идя по этим удивительным коридорам. Но они пусты. Ни одна живая душа не встречается Карлии. Заходя за каждый поворот, что попадается на пути, она идет дальше, по такому же коридору, ничем не отличающемуся от предыдущего. Но с ней шествует кто-то еще. И, кажется, Карлия должна поспевать за кем-то, потому что чувствует, что ее выведут из этого бесконечного лабиринта. А когда девушка пытается разглядеть ее спутника, то перед ней, будто через мутную воду, мелькает ни то платье, ни то плащ, ни то просто кусок ткани. Карлия протирает глаза, но это не улучшает ее зрение. «Странно» И вот, когда Карлии кажется, что она шагает около часа, то на резком повороте спутник выводит ее из скучных коридоров в огромный зал. Вы, наверное, подумаете, что это просто большая комната, но нет. Это действительно огромный зал. Потолка тут и вовсе не видно. Или у Карлии опять что-то со зрением. С левой и с правой стороны в ряд стоят толстенные столбы. Карлия сначала путает их с высокими деревьями, но когда они прошли дальше в глубь зала, оказались, это колонны, выложенные из бледно-желтого камня. Они продвигаются в самый конец зала. А там, куда, кажется, и вел ее спутник, возникает, наверное, само солнце, но в миниатюре. Оно так слепит глаза девушки, что та смотрит на него сквозь прикрытые веки. Все вокруг было будто сделано из золота, поэтому и сливается в глазах Карлии в одну размазанную картину. И тут неожиданно Карлия замечает рядом с собой еще одного сопровождающего. Но на нее это не производит никакого впечатления. Она принимает это спокойно, считает, что так и должно быть. И все, что вокруг нее происходит, было будто в порядке вещей. Второй спутник тоже плыл у Карлии перед глазами, что девушку начинает немного раздражать. Еще можно подметить, что они были на головы две выше ее. И это Карлию не удивляет, она смотрит на них снизу вверх. Но вдруг, один из провожающих берет Карлию за руку и поворачивает к ней свое лицо. По руке девушки тут же проходит приятное тепло, мягкая рука легонько тянет за пальчики Карлии, гладя их большим пальцем. Белобрысая догадывается, что это женщина, и хоть ее лицо было расплывчатым, девушка учла ее черные длинные локоны и до того добрую улыбку, что Карлия сама невольно улыбается ей в ответ. Вот, они уже подходят к этому странному источнику света. И когда Карлия подходит всё ближе к нему, в ней трепещет какой-то тревожный голосок, заставляя сердечко биться все чаще. Она нервно сглатывает и выдыхает пару раз через нос, но это ощущение не проходит. Тут она чувствует, как ее всю затрясло. Карлия поняла, что это. Это страх. Он словно невидимым змеем ловко проскальзывает внутри нее, оставляя за собой тревогу и непонимание. Карлия начинает замедлять шаг, пытаясь незаметно отпустить руку той женщины. Она это замечает. Второй спутник тоже. Но руку не отпускают. Наоборот, даже крепче хватают, пресекая все попытки вырваться. Это больше пугает Карлию. Те что-то говорили, но все слова девушка слышит словно через толстое стекло. Карлия другой рукой пытается отцепить сильные пальцы. К девушке тут же тянется второй неизвестный, и Карлию уже охватывает паника. Она хочет что-то закричать, но с губ срывается только резкий выдох, а слова будто застревают в горле. Резко выдернув руку, и наконец вырвавшись из цепких пальцев, бежит в противоположную сторону, к золотым дверям, которые вели из зала. Ноги как-то неуклюже путаются, вот-вот они зацепятся друг за друга. Вслед Карлии доносятся тревожные голоса, но та не откликается на них. Вскоре в двадцати шагах перед Карлией оказываются высоченные приоткрытые двери. Из образовавшейся щели на пол льет яркий свет, и у девушки проскальзывает надежда, что она нашла выход. Рванув к нему, не оборачиваясь назад, она собирается толкнуть их, но они сами медленно и величаво распахиваются. Ее встречает приятно слепящий глаза свет. Легкий ветерок забирается в ее локоны, путая волоски. Она чувствует запах соли, словно где-то рядом есть море, и оно волнуется, зовя Карлию с помощью бриза. На глазах невольно проступают радостные слезы, что заставляет все перед Карлией расплыться и превратиться в океан ярких переливающихся красок. Страх немного отступает, но как только она об этом думает, он сразу возвращается на свои позиции. Впереди, под ее ногами расстилается золотая лестница, а дальше никогда невиданные Карлией необычной архитектуры дома. А еще дальше видно уходящую вдаль дорогу, которая разноцветными огоньками мерцает, захватывая всё внимание. Карлия, воодушевленная таким зрелищем, не долго думая, спускается по золотым ступеням вниз, на центральную улицу. На этой главной дороге кипит жизнь. Появляются какие-то прохожие, люди, бежавшие или спокойно шествующие, кто-то стоит за прилавками, кто-то вовсе, собравшись в группы, что-то весело обсуждают. Но не видела их лиц Карлия, как и вообще четких фигур людей. Все вихрем кружится, блестит, мелькает перед глазами. Будто краски размазали по холсту, и все смешалось в один неопределенный цвет. Карлия думает, что уже избавилась от тех душащих оков запутанных коридоров, но в этой толпе она снова теряется. Даже уже не видит, откуда пришла. Она крутит головой в разные стороны, и волосы весело повторяют эти движения. Толпа начинает сгущаться, проходить через нее становится немного труднее. Девушка всё время цепляется одеждой за что-то, хотя даже и не понимает, что на ней надето. Люди точно выросли в два раза, и Карлия уже находится в их ногах. Она боится, что ее задавят, и резко расталкивая всех, пытается выплыть из океана людей. Вдруг она замечает, как на другой стороне толпы сияет какой-то более темный, холодный тон, сильно отличавшийся от теплых цветов вокруг. С той стороны добирается до Карлии прохладный ветерок, что встретил ее на лестнице, и девушка понимает, куда ей держать путь, чтобы выбраться. Она чувствует последнее дуновение ветра, и на том краю что-то мерцает темно-голубым или зеленым цветом. Карлия тянет чему-то вслед руку и пытается крикнуть, но слова застывают на ее губах. Тогда она яростней расталкивает вокруг людей, наконец вырывается из этой давки и выпрыгивает на другую открытую улицу. Ее взгляд мечется из стороны в сторону. Она не знает куда податься, и теряет ту загадочную искорку. Или… Вновь загадочный уже темно-зеленый блеск появляется из-за угла, и снова скрывается за ним. Карлия с радостным вздохом мчится туда. Бегом она минует несколько кварталов какого-то причудливого города. Все такое оживленное, яркое. Это место возбуждает в Карлии некую эйфорию, хотелось кричать от радости, но она может только широко улыбнуться. И вот уже почти догнав необычное мерцание, Карлия выбрасывает руку вперед, чтобы ухватиться за него. Совсем немножко… Еще чуть-чуть… Хватая лишь какую-то темно-зеленую ткань, Карлия замечает, что это стоит какой-то высокий человек. И не успел он обернуться, как девушка скрипит зубами от невыносимой жгучей боли в легких. Словно плотное огненное кольцо сковывает ее грудную клетку. В глазах Карлии все меркнет.

***

Карлия просыпается в холодном поту, не понимая, где она и что она. Ее окружает темная комната, которая вокруг нее сжимается, и только лунный луч, заглядывающий в окно, дает понять, что Карлия все-таки где-то находится. Грудную клетку сдавливает, при вздохе воздух все-равно не поступает в легкие. Пытаясь успокоить дыхание, что девушка делает с трудом, она садится в кровати. Расправляя плечи, она хватает ртом воздух, нервно дергаясь от боли. Все это сопровождается противным писком в ушах. Мысли сбиваются в кучу, девушка не понимает, что происходит и что ей делать. Она сейчас задохнется, и никто ее не услышит. Что она в таких случаях делала? Ингалятор, кажется, лежит на письменном столе, а он был очень далеко, для девушки один шаг в таком состоянии являлся огромными усилием. Она с грохотом падает с кровати, что добавило ей новую порцию боли. Закричать от нее же она не может, так как на это требуется такой драгоценный воздух… Она ползет в сторону стола, опираясь руками о пол, пытаясь хоть как-то передвинуться. Карлия думает, что каждое ее движение может стать последним. Вдох уже не спасет ее дыхание. Шлепнув рукой по поверхности стола, Карлия подтягивается вверх с помощью нее. Ноги не слушаются, но в конце концов подобрав их под себя, ее лицо оказывается на уровне рук. Вложив, наверное, последние свои силы, она поднимается и падает половиной тела на стол. Рука судорожно хватает ингалятор, девушка вдыхает его… И ничего. Он пуст. Карлия еще раз проделывает тоже самое. Безрезультатно. Отчаянно швырнув его куда-то в сторону, Карлия сползает и падает на пол, задев рукой несколько книг и лампу, что звонко разбивается. Она уже лежит на ковре, ногтями раздирая его. Подгибая ногу под себя и медленно чиркая по полу пяткой. Девушка смотрит сквозь пелену на потолок, в ужасе корчась от жгучей боли. Темнота поглощает всю комнату, и не видно ни лунного света, ни потолка. Карлия медленно перестает чувствовать, все мысли ускользают от нее… Чьи-то холодные пальцы вцепляются в ее плечи, резко и грубо дернув. Карлия тут же упирается спиной об ножку кровати, бессильно уронив голову на грудь. Кто-то поднимает ее за подбородок, и девушка ничего не видит перед собой, кроме чьего-то лица, потонувшего в темноте. Кто-то зовет ее, но в уши будто налили воды, и она слышит только непонятные обрывки. Чьи-то холодные пальцы, касаясь кожи, поднимают футболку до груди. Произносятся еле слышимые ругательства. Взгляд Карлии падает на выжженные вокруг ее грудной клетки некие иероглифы. Ее глаза расширяются от непонимания происходящего. Чужие пальцы медленно проходятся по неким символам под мужской полушепот, и девушка потихоньку начинает вдыхать воздух. Постепенно приходя в себя. Жжение отпускает, писк исчезает, пелена сходит с глаз, и Карлия лицезреет перед собой обеспокоенное лицо трикстера. Белобрысая хочет вдохнуть больше и у нее это получается. Вместе с воздухом она вдыхает и приятный запах одеколона. Больше Карлия боли не чувствует, только бешеный стук сердца в ушах. Прикрыв глаза, она кладет свою руку поверх его и немного сжимает, оттягивая вниз. Он поддается. Живот невольно втягивается, когда его нечаянно задевают. Девушка жадно вдыхает воздух, как человек, долго не пивший воды, наслаждаясь им. — Ты как? Карлия открывает глаза и встречается с нахмуренным взглядом Локи. Она облизывает пересохшие губы и делает еще пару вдохов. — Живая. — Посиди, тебе нужно успокоиться, — доносится глухой баритон. Карлия еле кивает, не отводя глаз от трикстера. Она устало шепчет: — Я не понимаю… — Что это было? — договаривает за нее Локи, — Скажем так, это сложное заклинание… — делает паузу, — Это древние руны, как и само заклинание, — он сжимает губы в тонкую линию, — Что с тобой происходило до этого? Нормализованное дыхание дает Карлии шанс говорить без постоянных сбивчивых вдохов. — Мне… Приснился сон и всё. — О чем он? — требовательно спрашивает он. — Точно не вспомнить, — картинки расплывчиво восстанавливаются в ее памяти, — Но было очень много ярких бликов и… Странное ощущение, будто он не первый раз снится. Карлия замолкает, наблюдая, как Локи переваривает услышанное. Но на ее языке вертится больше вопросов, чем у него. — Расскажи поподробнее. Карлия поджимает губы. Она рассказывает всё, что помнит из этого странного сна, заканчивая тем, как хватается за чью-то зеленую ткань. Замечает, как Локи на секунду меняется в лице. Кажется, он встревожен. — Тебе это что-то дало? Он, словно очнувшись от раздумий, быстро мотает головой. — Не знаю, — и после паузы добавляет, — Наверное, мало что дало. Локи встает, попутно помогая подняться и Карлии, за что она проговаривает тихое «спасибо». Сажает ее на кровать, а сам остается стоять подле нее. Ожидая от нее вопросов. И у нее не укладывается в голове одна мысль — Но это был приступ. Самый настоящий приступ! При чем здесь закл… — Думаю, это и было это заклятие, — перебивает ее Локи, — Оно что-то сдерживало в тебе, а побочным эффектом была твоя «болезнь». Карлия в изумлении открывает и закрывает рот. То есть все это время… — Ты вылечил мою астму? — с нескрываемым удивлением спрашивает девушка. — Скорее всего да, — слышит она в ответ. Белобрысая, в недоумении сдвинув брови, собирается что-то сказать, но не может ничего придумать и с радостным визгом бросается к нему в объятия. Локи невольно дергается от неожиданности. Он неуверенно поднимает руки. Но так и не опускает их. — Спасибо, спасибо, спасибо! — как на повторе произносит Карлия. Проходит пару секунд, и она отлепляется от него со стыдливым румянцем на щеках, — Теперь мы снова не квиты. — Что? — Ты опять спас меня. И я опять у тебя в долгу. На лице трикстера проскальзывает та добродушная улыбка, с которой, как заметила Карлия, он смотрел на ее детские фотографии.

***

Уже вечером, Карлия осознает, что сегодня тридцать первое декабря, когда по телевизору на каждом канале поздравляют с наступающим Новым годом, идут новогодние серии разных сериалов и вообще любые упоминания о сегодняшнем дне. И когда очередной диктор говорит на эту тему, проходящий мимо Локи задается вопросом: — Что такого особенного в этом празднике? Карлия отрывается от экрана и удивленно поднимает брови. И тут же осекает себя, вспоминая, кто такой Локи… — Ну… — протянула Карлия, никогда не думая, что когда-нибудь ей придется объяснять значение праздников, — Это календарный праздник, его отмечает весь мир. Тридцать первое декабря - это последний день в году, а первое января - первый в новом. Люди украшают дома, ставят и наряжают елки, дарят друг другу подарки… — Вот как? Занятные у вас праздники. — Это сарказм? — спустя минуту спрашивает Карлия, продолжая смотреть в телевизор. Но ответа она не дождется, так как трикстер уже находится на втором этаже. В голову Карлии только что пролезла мысль, которую она обдумывала с упирающимся в одну точку взглядом. Она понимает, что новогоднего настроения у нее вовсе нет, хотя она еще не отошла от того радостного избавления от недуга. Нет желания ставить елку, что скучает на чердаке, доставать для нее игрушки, мишуру и другие предметы украшений. Да и Локи, кажется, не собирается весело отмечать праздник. Это было заметно по тому, как он быстро убежал в свою комнату. Карлия ощущает, как что-то кольнуло в груди. Родители далеко в другом городе, Калеб тоже не рядом. Сейчас она действительно считает себя одинокой. Локи не в счет, он ей никто по сути. Точнее нет. Он ее надзиратель. Эгоист. Деспот. Лжец. Какая-та злоба поднимается внутри Карлии. Ей подкинули не того бога. Он со своими тайнами играет с ней в неизвестную для нее же игру. Девушка думает, что он как трус заперся в клетке, а ключ выбросил, и теперь считает, что до него не доберутся. Что за магия? Что за эльфы? Что за чушь?! Карлия неожиданно замирает, уставившись в одну точку, хотя до этого она никакие движения не совершала. У нее, возможно, есть проходной билет. Она поднимается в свою комнату, сразу бросается к тому месту, где пару дней назад спрятала заветную книжонку. Поднимая краешек матраса, она достает, что искала. Осматривается по сторонам, словно хулиган, задумавший пакость. Запирать дверь бессмысленно, но, в случае чего, это даст дополнительные секунды. Книжонка оказывается вся исписана, кажется, в нее добавляют новые страницы. Карлия открывает самое начало, тонкими пальчиками осторожно перелистывая страницы. Явно трикстерский почерк ровными витками рассекает бумагу. — «Собственные заклинания Локи Одинсона, — и чуть ниже, — Кто найдет, каким-то образом эту потерявшуюся вещь, прошу вернуть ее владельцу. Если нашли и не вернули, то вас скоро ждет неминуемая мучительная смерть» «Кажется, Локи подкинул мне идейку, что написать на заставке моего телефона» Карлия листает дальше, и буквы почему-то плывут перед ней, не давая ничего прочитать. Девушка протирает глаза, попутно замечая почерневшие пальцы. — Да что? Что опять? Чернота вмиг исчезает, как и появляется. За секунду Карлия чувствует покалывание в висках. Ее взгляд снова возвращается к книге. Внезапно осознает, что она может прочитать, что там написано. Но слова будто вписаны в другие слова, и у них какой-то странный шрифт, доселе никогда невиданный Карлией. Но разобрать их можно было. Она натыкается на одну интересную страницу. — «Телекинез. Упрощенный метод», — читает она. И под названием, кажется, инструкция по применению. «Ну что ж, начнем с простенького, а потом доберемся до открывания дверей...»

***

Локи этой ночью не спалось. Плохое предчувствие тревожит его. Лежа на кровати, он смотрит в потолок, размышляя над тем случаем прошлой ночью. Он знает, что это за заклятие, и знает, кем оно наложено. И сняв его, трикстер зажигает тот огонек, который потом превратится в неистовый пожар, сжигающий все на своем пути. Локи это понимает. Его раздражает ошибка, которую он допускает. Надо было еще раньше возвращаться, а не отсиживаться здесь. Но таков был его план. Отсиживаться здесь. Наблюдать. За ней. Трикстер устало трет переносицу и с помощью магии включает свет. В доме полная тишина. Ни то, что на улице. Какие-то громкие взрывы раздаются снаружи, с последующим свистящим звуком и снова взрывом. Он подходит к окну, пальцами немного отодвигая штору. Небо захватывает внимание трикстера, в нем и происходит красивая война мигающих огоньков. Мужчина только закатывает глаза. — Смертные. Он решает не тратить бессонную ночь зря, и глазами ищет свою книжонку с заклинаниями, дабы попрактиковаться. Скорее просто от скуки. В этой дыре не раскроешь свой потенциал. Поэтому он в своей комнате тихо тренируется на мелких заклятиях. Но книги он не находит. — Неужели оставил внизу? Спустившись вниз, он и здесь ее не обнаруживает. Локи свирепо сжимает челюсти, так что выступают желваки. — Воровка! — вспыльчиво шипит трикстер. Но его передергивает. Краем глаза замечает, как прядь его волос вздымается вверх. Как и большинство предметов вокруг. Словно в доме отключили гравитацию. Локи осознает, что весь дом дрожит. На что не посмотришь, все как будто вибрирует. Тарелки в кухонных шкафчиках звонко стучат друг о друга, шторы плавно поднимаются вверх, книги со стеклянного стола, перелистываясь, плавают в воздухе, мебель начинает подниматься к потолку. Локи тут же мчится к виновнику этого хаоса. Дверь, как и ожидается, заперта. Трикстер пытается открыть ее магией, но она не поддается. Не думая, выламывает дверь плечом, и та с жалобным треском открывается. Вместе с замком выбивается кусок дверного косяка. Комната Карлии находится в таком же бардаке, как и все внизу. Девушка с почти черными волосами и ладонями пристально наблюдает за стеклянным стаканом, парившим над кроватью. Его книжонка одиноко валяется на полу. Девушка не замечает, как в ее комнату резко врывается мужчина, кричащий на нее. Ее вытянутая рука, чуть согнутая в локте, направлена в сторону стакана. — Что ты делаешь?! — какой раз вскрикивает трикстер. Ноль внимания. Она парализована. И не слышит его. Локи тянет ее за руку, но сквозь зубы шипит, отдергивая свою. Ее магия болью сводит его ладонь. Защищает. Не дает прикоснуться. Но что-то нужно сделать, иначе будут жертвы. Он сдавленно шипит, когда боль, словно иглами, врезается в его ладонь, которая снова держит Карлию за кисть. Произносит контрзаклинание. Девушку отпускает паралич. С ее губ срывается сиплый вздох, и в ее полные удивления глаза упираются два грозных, прожигающих изумруда. Где-то внизу с ужасным грохотом падают вещи.