Глава 8. Пыль воспоминаний
9 ноября 2018 г., 14:32
Лето, 2028. Окрестности Линчбурга, Штат Вирджиния, Америка.
В тёмном буреломе практически ничего не было видно, луна окуталась пеленой приближающегося тумана, а ветер был едва уловим. Одинокое холодное дыхание леса нарушал только свет фар автомобилей, изредка проезжающих по трассе в такое время. Умиротворяющая гармония симфонии шелеста травы, редких птичьих полётов, перекликающихся сверчков, — всё это было дыханием природы, проникающим в душу и вносящим в неё спокойствие и тепло. Даже такая тёмная ночь могла показаться кому-то светлой. Но только не нашим героям, ибо у них сейчас не было времени наслаждаться тайной красотой ночных чащоб. Сейчас они, подворачивая ноги и врезаясь в частые, густые ветви деревьев, пробирались бегом сквозь тучные заросли растительности. Сзади не переставали гудеть сирены полицейских машин. Они лишь становились всё тише и тише. Ребята бежали в кромешной тьме, стараясь создавать как можно меньше шума своими движениями. Где-то позади слышались крики полицейских, их фонарики светили в спину беглецам. Организм Криса ещё не успел достаточно окрепнуть, поэтому его на своём растительном покрове аккуратно несла Вайя, следя за тем, чтобы ничего не произошло с человеком, которого ей доверили. Бонди прорубал ребятам проход маленьким топором, что прикупил в одном из городов раннее. Фумико двигалась так, будто у неё было ночное зрение, или она знала этот лес как свои пять пальцев. Словно кошка, перепрыгивая туда-сюда, от ствола к стволу, периодически помогая копьём своего станда преодолевать препятствия. Тамика держалась за Хидеко, сзади обвивая её шею и талию руками и ногами. По её лицу текли слёзы, и она со всей силы вжималась в могучую спину девушки, стараясь спрятаться от надвигающейся опасности. Неожиданно раздался лай нескольких собак. Животных отпустили с цепи и отправили в погоню за преступниками. Звери надрывали глотки и неслись на всех парах на звук ломающихся ветвей. Они стремительно приближались к героям, казалось, что ещё чуть-чуть и псы вгрызутся им в ноги. Тамика завизжала, Gray Hunter зажал ей рот одной рукой, а другой поднёс палец ко рту. Девочка молча глотала солёные слёзы, сдерживая рыдания детского страха в груди. Хидеко и Бонди с холодным расчётом инстинктивно двигались к свободе. Впасть в панику в такой ситуации — последнее, что может сделать опытный боец или нелегал со стажем. В какой-то момент лес резко заканчивается, деревья становятся реже, они выбегают в поле. — Они теперь точно увидят нас и убьют! — тихо всхлипывает девочка. Всегда беспристрастное лицо Хидеко передергивает злой оскал. Она понимает, что дело — полная дрянь. И она, как по кодексу чести истинного рыцаря, будет биться за своих друзей и за эту маленькую душу, что трясётся за её спиной. Бонди цыкает, оборачивается назад и замечает сверкающие глаза выбегающих из бора псов. — Немаленькие твари, однако, — кидает он свой комментарий между рваными вздохами. Крис в полубреду видит лишь по бокам от себя знакомые зелёные лианы, а наверху, в ночном небе, изредка проплывали звёзды. Температура снова поднялась, мужчина стал отключаться. Поле кончается также быстро, как и началось. Герои кое-как успевают затормозить перед скалистым обрывом, который уходит на 20 метров вниз. На дне обрыва расстилается бурная река, что шумно плещется, разбиваясь о скалистую стену. На другой стороне реки — берег, что практически сразу переходит в густой лес, расстилающийся далеко вперёд. Лай раздаётся всё ближе и ближе. — Что будем делать?! — громко спрашивает травник, сверля взглядом могучую даму. Она смотрит на него, потом вниз на воду, на бегущих собак сзади и снова на парня. В её глазах загорается искра решительности. — Я рассчитываю на тебя, — спокойно произносит она и прыгает с обрыва. — СТОЙ! — раздаётся сверху. Хидеко закрывает глаза. Она перехватывает девочку и обнимает её своими руками. Уши закладывает от визга Тамики и давления воздуха вокруг. Девушка прижимает малышку всё сильнее. Большим и могучим иногда тоже страшно, но они никогда не покажут тебе этого. Они падали пару секунд, но казалось, что прошла целая вечность. Фумико с удивлением для себя успела заметить, как девочка в её руках, которая жаждала смерти, всё-таки боится умирать. Наконец они приземлились, но не в холодную воду, а на мягкий ковёр, который выстилался под ними, словно мох на безжизненном субстрате. Она открыла глаза. Они были на зелёном покрове, созданным травником, что крепился к скале, словно некий подвесной мешок. Было темно, немного тесно, свет попадал только со стороны, обращённой к неизведанному лесу на той стороне берега. — Никогда. Больше. Так. Не. Делай, — отчеканил раздражённо и с расстановкой раста, сидевший прямо сбоку от девушки, которая ещё не успела оправиться от прошедшей опасности. Она вздрогнула, услышав его голос. Немного разжала руки. Из объятий боязно, словно зверёк, выглянула Тамика. — Мы живы? — хрипло спросила она. — Живее всех живых, — улыбнулся Бонди, возвращаясь в своё обычное состояние. Он погладил девочку по голове и поцеловал её в макушку. — Где Крис? — очнулась Хидеко, оглядывая тёмное пространство вокруг себя. Травник подвинулся вбок, за его спиной лежал клерк, мирно посапывая во сне. — Он многое пропустил. У него сильная температура, необходимо сделать компресс. У меня аж лианы от его жара ссохлись, — спокойно произнёс раста, снимая рюкзак с плеч и собираясь сделать заранее озвученную примочку для больного. — Здесь заночуем, а завтра придумаем, как спуститься отсюда. Возможно Крис очнётся, и мы свяжемся с Хейком через его коммуникатор и выберемся отсюда в ближайший город, — всё тем же тоном проговорил Витарр, попутно вороша руками над маленькой потрёпанной аптечкой. Фумико уже второй раз за день удивилась. Теперь — лидерским качествам и критическому, осознанному мышлению обычного укурка. Всё-таки, мир имеет много сюрпризов. От полученного стресса и пролитых слёз, Тамика уже спала в том же положении, в каком пряталась от опасности раннее. Тяжкая усталость волной нахлынула на Хидеко. Она уснула сидя, опираясь спиной на стену из зелёных растений позади себя. Туман постепенно рассеялся. Небо освещали миллиарды звёзд, лай и громкие крики полицейских давно прекратились. Остались лишь тишина и шум воды где-то далеко внизу.***
На ещё недавно безмятежном и спокойном небе закружились хмурые, угрюмые, свинцово-серые тучи, задавившие утреннее солнце своей тяжестью. Капли барабанили по листьям, ветвям и стволам деревьев. Птицы и другие обитатели леса затаились, терпеливо пережидая непогоду. Благо небесная влага совсем не была холодной, иначе промокших насквозь путников пробрало бы до самых костей. Герои, погружаясь в грязь и перегной с каждым шагом, пересекали последние гектары сплошной зелени на пути к желанной, опасной цивилизации. Взобравшись на холм, откуда открывался вид на окраины Линчбурга, ребята остановились отдышаться и набраться сил. Крис ещё не до конца оправился от вчерашнего состояния, однако сегодня он уже более-менее стоял на ногах. Поэтому клерк изъявил желание самостоятельно передвигаться. — Хейк прислал новые документы. А также ближайший адрес, где нам смогут подпольно всё это распечатать и сшить в приличный на вид поддельник. Два квартала левее этого района. Увы, сейчас мы с вами войдём в гетто, — безэмоционально произнёс парень с хитроумным прибором на руке, которая высвечивала информацию на своем дисплее. — А что такое гетто? — невинно поинтересовалась Тамика, заглядывая в больные глаза с большими синюшными мешками под ними. — Место, в котором живут в основном «цветные меньшинства». В данном случае — афроамериканцы, которых лучше не трогать, — всё также равнодушно отзывался Крис. — Чувак, ты как? На вид тебе совсем не очень, — неуверенно, но заботливо спросил Бонди, поглядывая через плечо на больного. — Я в норме, — Эткинс достал сигарету и коробок спичек, однако под моросящим дождём и ветром ни одна спичка не захотела загораться. Истратив всё, что у него было, парень выругался. Витарр и Фумико переглянулись. По их лицам было понятно, что они хотят как-то помочь товарищу, но так и не решаются на какие-либо действия. — Кхм… Что ж, пойдёмте, — сказала Хидеко и уверенно двинулась к захолустным дворам, что виднелись на горизонте. Все остальные последовали за ней. Улицы в этом районе резко сужались, а качество построек и дорог не особо радовало глаз. Вдоль улиц тянулись, казалось, бесконечные тяжи из старых кирпичных многоэтажек, стены которых были разрисованы различными похабными граффити. После недавнего дождя образовались грязные лужи, на поверхности которых растекались причудливыми узорами токсичные пятна. Из квартир доносились непонятные крики и громкая музыка. В основном это был рэп и регги. Рядом с тёмными переулками ошивались местные жители, как правило не по одному, а небольшими группами. Они бросали на чужих косые и враждебные взгляды, однако ответный грозный взгляд Фумико уничтожал потенциальное желание здешних людей помериться с новоприбывшими силой. Кое-где валялся мусор. Крис мысленно отметил — им повезло, что валялся именно мусор, а не чей-то труп.***
Большой удачей было найти за один день того ублюдка, который подделывает иммигрантам документы. В том же районе они нашли ночлег в одном из притонов, что находился на верхнем этаже добротного для гетто дома. Так сказать, элитный дом для дам с жёлтым билетом. Они забронили себе жалкую квартирку-студию на одну ночь, но для этого пришлось оплатить и парочку шлюх, которые прилагались к этому месту. К счастью, существует такой невидимый немецкий денежный бог по имени Хейк Келлер, что просто так осыпает беглецов материальными благами, ради помощи и поддержки. Разумеется, самому божеству эти деньги не достаются честным трудом. Каждый выживает как может: кто-то зарабатывает за счёт нелегальных взломов, проделанных в довольно крупных масштабах, кто-то угоняет и ворует, кто-то барыжит химией, кто-то занимается наукой, а кто-то продаёт себя. Пока солнце не перешло в закат, герои решили прогуляться по городу. В планах было выйти в чуть более приличный район, прикупить новую одежду и что-то на будущую дорогу, а также развеется. Город порадовал своими красками на главных улицах. Сегодня проходил некий музыкальный фестиваль, поэтому тут и там сновало просто куча народа. Слиться с толпой — дело нехитрое. Однако от периодически патрулируемых мест приходилось держаться подальше. Повсюду звучала зажигающая музыка, от которой тело само просилось в пляс. Фестиваль проводился на открытом воздухе, однако кое-где встречались и небольшие палатки, в которых торговали фруктами, напитками и различными своеобразными угощениями. Ассортимент таких палаток составляли не только продукты питания, но также различные экзотические танцы, ремёсла, мастер-классы и другой интерактив развлекательного характера. Концентрация счастья и чистой радости просто зашкаливала. В небо то и дело взмывали шарики, наполненные гелием, а на дорогах валялись разноцветные конфетти и гирлянды. Само-собой, потом всё это придётся убирать, но кому пока есть дело до таких мелочей? Единственное, что сейчас волновало умы людей — это поиск площадки с их любимой музыкой и места, в котором можно было бы урвать какую-либо безделушку в полцены. Конечно, спору нет: Витарр и Тамика были в восторге от всей этой атмосферы праздника. Они вдвоём, совсем как маленькие дети, с криками восхищения подбегали к различным музыкантам, что джемили тут и там, танцевали возле них, вбегали в хоровод, становились в центр и кружились, заливаясь звонким смехом. Фумико наблюдала за ними, и на её лице можно было различить еле заметную улыбку. Даже Кристиан, который чувствовал себя крайне паршиво, с полуулыбкой на уставшей физиономии созерцал всё то, что так просто и легко вызывает в человеческом теле эндорфины. Один раз травник и девочка даже завлекли с собой своих друзей в круговорот людей, что кайфовали лишь от того, что они просто живы, что могут чувствовать и дышать. Это ли не здорово? После таких энергичных танцев даже Бонди и Тамика немного подустали, что уж говорить про Фумико и Криса. Так что теперь компания переключилась на другие, не менее увлекательные развлечения. Они посетили стенд с поеданием арбуза наперегонки. К всеобщему удивлению, самым опасным врагом арбузов оказался Крис. Мужчина оправдывал свою небывалую скорость обычной жаждой, но другие лишь посмеивались над его блестящими от сока щеками и глазами, в которых не читалось ничего, кроме искреннего удовольствия. Так что все его жалкие попытки оправдать свой имидж заурядного взрослого потерпели полный крах. На другом стенде ребятам предложили разукрасить лица необычными рисунками или сделать грим. Цена была довольно низкая, но вот желание принести в жертву своё лицо в качестве холста уличному гримёру изъявили не все — Бонди весело вышагивал впереди всех, громко смеясь и хвастаясь тем, что теперь он похож на тигра. Художник разрисовал его лицо соответствующими полосками и добавил усы, совсем как у кошки. Тамика лишь попросила мастера нарисовать у себя в области правого виска пару цветных звёзд, смешав краску для грима с блёстками, однако она была довольна так, словно ей сделали самую настоящую татуировку. Крис и Хидеко шли позади них и мягко улыбались, как будто бы были их родителями. Посетив ещё парочку интерактивных площадок, девочка и её старший друг убежали танцевать куда-то вдоль основной улицы у большой площадки, оставив Криса и Йошифуми одних. — С ними всё будет в порядке, пусть дадут себе волю, — умиротворённо выразилась девушка. — Да, пусть развлекаются. Эткинс и Фумико, недолго потоптавшись на месте, затейливо переглянулись. — Что ж… Ты думаешь о том же, о чём и я? — спросил учёный, экстравагантно подняв бровь и слегка улыбнувшись. — Хм-м, лимончелло? — усмехнулась Хидеко, закуривая сигарету. — Лимончелло… С этими словами двое друзей воодушевлённо направились в сторону ближайшего бара, дабы тоже расслабиться, но уже по-своему.***
Вернувшись домой, отдохнувшие и весёлые, Тамика и Бонди всё с тем же заливистым смехом бухнулись на старый, грязный диван. Хидеко прошла к кухне с намерением что-то сделать для всей «преступной банды». Крис уселся за стол, раскладывая возле себя те газеты, что бесплатно раздавали на улице. В этом районе никто не читает, особенно научно-популярные статьи. — …А-хах, сегодня был просто прекрасный день! Я рада, что моя жизнь закончится именно таким ярким событием, — невозмутимо и с искренним смехом произнесла девчушка. Растаман тут же перестал смеяться и обеспокоено глянул на Фумико. Они пересеклись взглядом, в котором и так всё было понятно. Они посмотрели на Криса. С него будто снова стала сходить краска, лицо становилось болезненно бледным, а на висках проступил пот. — Тамика, о чём ты? Дорогуша, в жизни у тебя будет ещё куча моментов, не уступающих сегодняшнему фестивалю, — преспокойно произнёс Витарр, а сам тем временем потянулся к бонгу. — Я всё понимаю и ценю, что вы для меня сделали, но я всё же давно приняла решение и не отступлюсь от него. Вы мне обещали, помните? — Тамика испытывающим взглядом посмотрела прямо в глаза Фумико. Те ответили холодом. — Тебе всё же стоит подумать об этом более основательно, — пробасила девушка, отворачиваясь к кипящей на плите кастрюле. — Нет! Довольно. Вы дали мне обещание! Если вы его не выполните, то я сообщу всем ваше местонахождение, — капризно и самоуверенно заявила девочка. — В мой седьмой шейный позвонок внедрён чип, который я смогла выключить, когда пыталась перерезать себе шею. Он отслеживает моё местоположение. Я также легко могу его активировать. Тогда в системных устройствах тех ублюдков сразу появятся jps-карты с моими координатами. Когда меня найдут — я сообщу ваш пункт назначения, благо я подслушала ваши разговоры ночью, — с нахальной ухмылкой произнесла она. — Зачем это тебе? — спокойной спросил Крис, не поддаваясь на этот детский блеф. — Потому что я знала, что вы не захотите выполнять моё условие! Если вы думаете, что это неправда, то вот, — Тамика повернулась к товарищам спиной и показала свою шею, где в области её основания было видно небольшое, но достаточно рельефное выпячивание, по форме напоминающее маленький прямоугольник. — Что за жесть, они всем своим людям пихают чипы в тело? — недоумённо спросил Бонди, однако по взгляду остальных взрослых он понял, что вопрос был совершенно не к месту. — Тамика, послушай… — начала Хидеко. — Нет! Если вы не сделаете это, то я его включу! Вы обещали! Сказали, что сможете! — её эмоции были, словно порывы ледяного северного ветра. Такие же резкие и обжигающие не только тело, но и душу. Девушка вновь взглянула на Кристиана. Тот тяжело вздохнул. — Пойдём, Тамика, поговорим с тобой на балконе наедине, — устало сказал парень, медленно поднимаясь со своего стула. Девочка боязно глянула на него и по сторонам. Поймав взгляд Хидеко, она шумно сглотнула. — Иди. Ты сама этого хотела, — произнесла безучастно могучая дама и отвернулась прочь. Она со всей силы сжала своей рукой ложку, которой помешивала бульон. Ей не хотелось во всём этом участвовать. — Эй, да вы что, всё хорошо будет. Развели тут херню какую-то. Сейчас ты с занудой нашим поговоришь, и вся твоя дурь пройдёт. На обратном пути захвати мне шоколадное мороженое из морозилки у окна, — в своей привычной манере произнёс парень с дредами, откладывая от себя использованный бонг и располагаясь на диване лицом к стенке. Несмотря на его напускное спокойствие, когда Крис и Тамика вышли на балкон, плечи Витарра подрагивали от бесшумных всхлипов. Да, этот парень очень восприимчивый. Хотя даже Фумико проронила скупую слезу, которой подсолила наваристый, уже почти готовый суп. Клерк закрыл за ними дверь, как только они оказались на каменном балконе вдвоём, посреди тёмной ночи. Мужчина присаживается перед ней. — Тамика, послушай меня, пожалуйста. Я не буду просить тебя изменить своё решение, но, позволь хотя бы рассказать, как действует мой станд. Девочка безмолвно кивнула, внимательно наблюдая за дальнейшими действиями взрослого. Приняв одобрительный жест, Крис медленно выдохнул и поднялся с колен, немного расслабляя своё лицо. В этот самый момент позади него образовался загадочный силуэт, возвышающийся над ним примерно на полметра. Силуэт своей анатомией был приближен к человеку: он имел туловище, две руки, ноги и голову. Однако пропорции у этого существа, в общем-то как и всё остальное были отнюдь не человеческими. Стоит начать с того, что плечи, предплечья и пальцы рук были очень длинными в сравнении с такими же людскими. Грудная клетка силуэта имела форму перевёрнутого треугольника, тем самым перетекая в очень узкую талию, от которой отходили такие же длинные, как и верхние конечности, ноги. Голова была вытянута и по форме напоминала скорее овал, чем круг. На лице сущности совершенно отсутствовал какой-либо рельеф — оно было гладким, как отшлифованный шар. Всё тело станда исчерчивали полосы, которые отделялись друг от друга в определённом правильном порядке, поэтому издалека казалось, что весь станд обмотан своеобразными бинтами, прямо как мумия. К груди сущности с левой и правой сторон попарно крепились два блестящих медных обода, а само исчерченное полосами тело имело серо-голубой оттенок. Низ станда был заключён в своеобразный многослойный узорчатый покров, напоминающий юбку, короткий верхний слой которой был бледно фиолетовым и рассечённым кверху. За ним шёл более крупный слой серо-голубого цвета. И, наконец, последний нижний слой, передний конец которого был гораздо короче заднего, контрастировал на их фоне красивым шоколадным оттенком, открывая ноги станда спереди. Ноги существа не имели пальцев и были немного темнее по цвету, выделяясь среди остальной серо-голубой гаммы цветов своим тёмно-бурым оттенком. Сам станд практически не касался земли, как бы паря над её поверхностью. Это было довольно изящное существо, имеющее плавные движения. Из-за этого его присутствие всегда сопровождалось некой аурой таинственности и возвышенности. — Имя моего станда — The Wind of Change. Он абсолютно бесполезен в бою, однако у него есть одна основная способность, которую я называю «нити судьбы». Тамика завороженно наблюдала за загадочным силуэтом. Её брови поплыли вверх, а глаза округлились. — А что из себя представляют эти «нити»? — заинтересованно спросила девочка. — Видишь ли, они выступают в роли материализованной жизни каждого человека на Земле. Например, прямо сейчас я вижу твою нить судьбы, далеко уходящую в небо и извивающуюся в причудливом танце. Вижу я эти нити пассивно, вместе с появлением моего станда. У всех людей эта нить составляет в диаметре около двух сантиметров и берёт начало примерно от основания шеи и имеет пурпурный сверкающий цвет. — Вау! Судя по твоим словам, это просто бесподобное зрелище! Жаль, что я не могу увидеть её… — малышка опечалено опустила голову. — Ты можешь. — Правда? Как?! В этот миг The Wind of Change неторопливо протянул свою длинную несуразную руку к нити Тамики, нежно сжимая её в кулаке перетягивая её в свою сторону. Внезапно для самой девочки её нить материализовалась, и она могла видеть, насколько прекрасной та является. Верхний конец жизненной лесы по-прежнему уходил далеко-далеко в небо, загадочно извиваясь. Брюнетка улыбалась, наблюдая сею картину. — Кстати говоря, в тот самый момент, когда мой станд прикоснулся к твоей нити, я автоматически получил всю информацию о твоей жизни. Я видел твоё рождение, чудовищное детство, наши приключения, твоего будущего мужа, твоего ребёнка и даже твою естественную смерть. Я также сразу вижу настоящее имя человека, его дату рождения и многие другие личные подробности и детали. Все люди для меня — книги, лежащие на полке, только и ждущие, когда я их открою и прочту. С этими словами Тамике стало немного не по себе. Улыбка осторожно сошла с её губ. Девочка продолжила внимательно слушать Кристиана. — Мой станд может изменять судьбы других людей: определять их место встречи с кем-то, количество детей, работу, любовь, брак, всё, что только мне будет угодно, путём переписывания заключённой и беспрерывно бегущей в нитях информации. Но самое главное и, вероятней всего, то, за что меня преследуют — я могу легко определить гибель любого человека. Но не стоит заблуждаться и думать, что это будет обыкновенная смерть — нет. The Wind of Change может порвать нить судьбы какого-либо человека, а это равносильно тому, что он будет вычеркнут из истории мира, как будто бы и вовсе никогда не существовал в нём. На плечи собеседников обрушилась тяжёлая тишина. Крис пристально наблюдал за реакцией Тамики на его слова, но не находил тех эмоций, которые бы ему очень хотелось получить от подростка. — Понимаешь? Ты будешь просто стёрта с лица всего земного шара. Этот мир продолжит существовать так, будто тебя никогда и не было, будто ты никогда и не рождалась. Никто не будет помнить тебя! Ты готова к этому? — Да, — непоколебимо ответила та. — Это лучший вариант для меня. Крис смотрит ей прямо в лицо. В какой-то момент его недавний кошмар вновь проносится у него перед глазами, заставляя мурашки пробежать по коже. — Вы обещали мне, — с подступающими к горлу слезами прошептала девочка. — Будь по-твоему, — Эткинс шумно вдохнул, прикусив губу. — Но только потому, что я обещал. Я держу своё слово. Крис всё ещё пристально смотрел Тамике в глаза. Тем временем его станд выпустил из кулака нить девочки, которая постепенно вернулась в отвесное положение. А сам начал воспарять над людьми, стоящими на балконе. Поднявшись над ними примерно на уровне двух метров, станд вновь взял лесу судьбы, но уже обеими руками, зажимая её в кулаки. При этом кулаки станда расположились в вертикальной плоскости, плотно прилегая друг к другу. Из-за этого кажется, что он зажал нить подобно какому-то посоху. Проходит лишь мгновение, как вдруг свободно торчащие концы нити, выходящие через кулаки станда, постепенно начинают обращаться в блестящую пурпурную пыль, подобно миллионам маленьких сверкающих светлячков, которая тоже со временем пропадает. Конец, уходящий в небо, продолжает разрушаться вплоть до того, что скрывается далеко в ночных облаках. Конец нити, уходящий в саму Тамику, разрушается медленнее. В последние секунды своего существования нить судьбы захватывает и тело своего владельца — оно начинается разрушаться подобно ей. — Спасибо… — доносится с ветром последнее слово девочки, которая никогда не рождалась. Её тело рассыпается на мельчайшие светящиеся частички, и она вспышкой пропадает из этого мира.***
Крис резко просыпается на маленьком диванчике, весь покрытый потом. К его удивлению, в этой реальности почти всё также. Немного отличается мебель, запах в помещении и футболка на Витарре. — Ребята, — громко говорит Крис, обращая на себя внимание, — вы знаете Тамику Хендерсон? Травник и экзорцист переглядываются между собой. Потом оба снова смотрят на русоволосого. — У меня так девочку в школе красивую звали, со мной рядом сидела, — улыбаясь, протараторил Бонди. — Фамилия правда другая была, но я уже и не помню какая именно. — Крис, всё в порядке? У тебя всё ещё болит голова? — немного взволнованно спрашивает Фумико. — …Всё в порядке. Напомните, как мы выбрались из того заточения в церкви, где нас хотели убить? — не унимался парень с бледным лицом. — Ключник открыл нам дверь, потом его убил Отец Бар. Ты этого не помнишь? Может снова к врачу? — басила дама, доваривая суп. — Всё в порядке, я же сказал. Пойду, подышу свежим воздухом, — бросил мужчина, направляясь к балкону. Он стоял и курил. Курил уже третью сигарету. Стеклянные голубые глаза Кристиана смотрели в пустоту. Это вновь произошло. Его станд — это дар и проклятье. Дар — иметь такую могущественную силу в своих руках. Проклятье — лишь одному помнить всех тех людей, которых ты стёр из данной реальности. А где-то вдали всё ещё горели различные огни продолжающегося фестиваля. Всё ещё раздавались шумные овации, гремели песни. Всё ещё слышался смех взрослых и детей и только пара машин, промчавшихся по отдалённым проспектам, нарушала мелодию ночного праздника. На фоне чёрного неба мощно высятся посеребрённые тени многоэтажек. Словно на морских волнах качается силуэт месяца в высоком небе и словно гребни этих волн, разбивающихся о его лодку, мимо месяца проплывают облака. В этом районе всё было окутано печальной ночной вуалью, ибо большинство людей ушло веселится, а здесь остались лишь старики да всякие отбросы общества. И всё-таки эта ночь жила своей уникальной жизнью. Насыщенной волнительной и непрерывной жизнью. Так и происходит всё, естественно, как и должно быть. Кто-то совсем недалеко, под акустическую гитару красиво пел старую добрую песню Aerosmith — Dream On.
