Арктическая лихорадка

— Тор! Тор! — встревоженный шепот и настойчивые прикосновения холодных рук в области плеча выудили блондина из сладкого омута грёз. — Тор, вставай! Вставай, Тор! — А? — всё ещё находясь где-то между гибкими телами сотни блудниц и суровой реальностью, Тор с трудом разлепил глаза. И тут же нахмурился, лицезрея бледное худое лицо в обрамлении чёрных волос. Ещё раз окинув брата недовольным взглядом, Тор буркнул, — Чего тебе? — Пойдём! — Локи схватил его за руку и уже рванул было к выходу, но импульс сопротивления дёрнул его обратно, и юноша подскользнулся, с трудом устояв на ногах. Удивлённо обернулся к Тору, который всё так же сидел на кровати, даже не шелохнувшись. — Куда, чёрт подери, ты собрался? — старший сын Одина потирал переносицу, всем свои суровым видом давал понять, что плевать он хотел на полуночные идеи Локи, которого вечно черти надирали что-то делать. — Пойдём, Тор! Я хочу тебе кое-что показать! — не унимался младший. — Угу, щас, — он снова безразлично глянул на брата и отвернулся, намереваясь вернуться к блудницам. — Тор! — цепкие пальцы Локи холодные, как арктический лёд, вцепились в крепкое мускулистое плечо. И это напрягло Тора Одинсона. Настолько напрягло, что сонный парень удостоил брата ещё одним взглядом. На мертвенно бледном лице отражалась тревога, подобно которой тот никогда раньше не видел. В светлых глазах Локи бурлило столько эмоций, сколько тот не испытывал за всю жизнь. Это заставило Тора немедленно отбросить одеяло и подняться со своего тёплого ложа. Тор, который был на голову выше и раза в два шире, упёр руки в бока. «Ну? Веди», — поднял бровь. Локи быстро кивнул, цепляясь за бордовую футболку и утаскивая брата за собой. Тор усмехнулся, повинуясь и следуя за ним. Босые ноги шлёпали по идеально отполированному мрамору. Замок, как и весь Асгард, был погружен в глубокий сон. Даже стражи, которые по легенде никогда не спят, блаженно пребывали в объятиях Морфея. Тору было интересно, куда же всё-таки ведёт его брат, но, с другой стороны парня не покидало волнительное чувство, что что-то случилось. А, зная Локи, случиться могло что угодно. И ему, как старшему брату, скорее всего придётся решать проблемы. Хотя, сказать по правде, Тор никогда не решал проблем. Он придумывал, как сказать о них отцу, а уж отец решал. Иногда Тору приходилось брать вину на себя, ведь его, как любимого сына, почти никогда не наказывали. Локи остановился у стены и стукнул в один из каменных блоков. В стене открылся проход. И это Тору совершенно не понравилось. Но он не успел проанализировать случившееся, так как Локи уже исчез в проходе. Пришлось последовать за ним. Высокие потолки, мрачные каменные стены. Темно. Только голубой огонёк в глубине коридора немного освещал пространство. — Локи, мы что, в чертогах отца?! — воскликнул Тор. Но Локи не отвечал, шествуя мимо артефактов боевой славы Одина, прямо к голубому свету. — Локи! — Тор остановился. Брюнет замер в нескольких метрах впереди, сутуло опустив голову. — Какого чёрта мы тут делаем?! Что ты опять натворил? Локи медленно повернулся. И вид у него был ещё более несчастный, чем раньше. Вся злость Тора мгновенно улетучилась, сменившись беспокойством. — Тор, в общем… — он заметно нервничал, тыкая указательными пальцами друг в друга, смотрел в пол, пряча глаза. Это настраживало ещё сильнее. Локи никогда не избегал прямого зрительного контакта и почти всегда выигрывал в этой схватке. — Я тут как-то…игрался… и… — Матерь божья, что?! — Тор уже срывался на крик. Зная Локи, после этой фразы могло следовать ровным счётом что угодно. — И вот…в общем… — Локи медленно отходил назад. Тор напряженно следил за его движениями, морально готовясь ко всему. — Короче…смотри… — Локи шумно выдохнул, поднося руку к Тессеракту. Тор замер в полной боевой готовности. Но…ничего не произошло. Прошло ещё несколько секунд. Локи смотрел на него взглядом побитой овечки, а Тор откровенно не понимал, что происходит. Рука Локи приобрела синеватый цвет, или ему это только казалось? — Фух! — Тор облегчённо выдохнул, запрокидывая голову и опуская руки. — Я уж думал, ты конец света приблизил! А у тебя ничего… — Что значит ничего?! — в голосе младшего Одинсона звучали нотки истерического возмущения. — Ты что, не видишь?! — Вижу, — Тор подошёл ближе. Да, ему не показалось, кисть руки Локи была синей. — И что? — По-твоему это нормально?! — Ну… — Тор посмотрел с одной стороны, затем с другой, — вообще не очень. Но я уже себе нафантазировал… — Тор, — с лёгкой непонимающей осторожностью Локи перевёл тему в интересующее его русло. — Что со мной, а? — Не знаю, — честно признался старший, задумчиво глядя на Тессеракт и на руку Локи. — Тор, может, ты его тоже потрогаешь? — предложил Локи. Тор пожал плечами и поднёс руку. Но его кожа не изменила цвета. Локи с тяжелым сердцем смотрел, как ничего не происходит. В принципе, он так и думал, что на Тора древний артефакт не окажет никакого влияния. Но надежда, как говорится… — Что это вообще такое? — Локи слегка поворачивал кисть, подсвечивая проступившие узоры. — Дай посмотрю, — Тор взял тонкое худое запястье, поднося к себе. — Тебе больно? Или неприятно? Локи пожал плечами. — Да нет, только… Холодно очень. Как будто держишь руку во льду. Тор поднял рукав его пижамы. Чуть выше запястья рука ещё была синей, а потом узоры заканчивались и начиналась обычная бледная кожа. — Знакомая роспись… — Йотунхейм, — закончил Локи мысль Тора. — Верно, — Тор провёл пальцем по витиеватым линиям. И вдруг, под его пальцем кожа Локи стала менять цвет на свой обычный. Синева отступала. Но, стоило Тору отодвинуться — снова захватывала кисть. — Ты касался йотунов голой рукой? Повисло молчание. Локи напряженно думал, рассматривая узоры мраморного пола. — Не помню… — наконец изрек он в сомнениях. Тор протяжно вздохнул и подошёл ближе. Локи привычно отошёл в сторону. Тор смотрел на переливающийся внутри свет, затем взялся за ручки и, приложив некоторые усилия, поднял камень. Подошёл к заметно напрягшемуся Локи и коснулся камнем его скулы. Локи коротко вздрогнул, задержав дыхание. На щеке осталось синее пятно, которое тут же исчезло, стоило Тору убрать камень. Ещё один тяжелый вздох со стороны блондина. Затем он поставил камень обратно и тоже о чём-то задумался. Поднял глаза, встречаясь с растерянностью Локи, снова опустил взгляд, взял холодную ручку брата и положил её на гладкую голубую поверхность. Локи смотрел вперёд. Его дыхание участилось. Синева расползалась по телу россыпью неприятно покалывающих иголок, и он это чувствовал. Тор ошарашенно наблюдал за тем, как меняется столь хорошо знакомый ему человек. Как по синей коже бегут узоры. И этот страх в абсолютно красных глазах. Локи оторвал руку от камня и внимательно посмотрел на свои ладони, крутя ими перед лицом. Затем начал в спешке расстёгивать рубашку. Да, ожидания не подвели его. Всё тело было синим. Тор видя, как быстро ходит грудная клетка Локи и ощущая его эмоции, подошёл ближе. — Тихо-тихо-тихо, — он опасливо выставил перед собой руки. — Спокойно, всё будет хорошо. — Тор, — Локи трясло, как в лихорадке. — Тор, что со мной? Что со мной не так, — в голосе появились протяжные плаксивые нотки. — Не знаю, — Тор протянул руку, кладя ещё на плечо брата. Синева немного отступила, но совсем чуть-чуть. — Такое ощущение, что ты становишься йотуном. Синие губы неестественно кривились, заметно увлажнившись. Шея напряглась. Брови сдвинулись к переносице, уголки бровей ходили ходуном, то поднимаясь, то опускаясь вниз. Локи с трудом сдерживал душившие его слёзы. — Я… я… — он замотал головой. — Я не хочу! — Локи закрыл лицо руками, всё так же отрицательно кивая, как будто бы это могло что-то изменить. — Я…да…да что же… как так… почему так… холодно, — не поднимая головы, он обнял себя за плечи, растирая их. — Да ладно тебе… — Тор стоял, разводя руками, не зная, как подступиться. — Всякое в жизни бывает. Может… подцепил какую-то арктическую лихорадку. А? — он и сам прекрасно понимал, как бредово звучат его слова, но всё равно всячески пытался подбодрить брата. — Можно сходить к отцу, узнать, что не так… Вдруг он поможет, а? — Нет! Нет! Не надо к отцу! — голос Локи совсем упал. — Он же убьёт меня, если узнает, что я ходил к ледяным великанам… — Да не убьёт, Локи, ладно тебе! — Тор пытался улыбаться. — Да? — Локи резко поднял голову, плотно сжимая губы. — Легко тебе говорить, а! Любимый сын Одина… Конечно! А на меня он плевать хотел! Даже если я загнусь от этой синей чумы — ему плевать будет! И матушке плевать! И вообще всем плевать! — брюнет сорвался на крик. — Все всегда «Тор то, Тор сё…» А я?! А нет никто! Все шишки мне! Даже лихорадку эту я подцепил, а не ты. И всем плевать, всем! Тор ошарашенно смотрел на беснования брата, затем вдруг резко сделал шаг вперёд и крепко прижал парня к себе. — Всем плевать, всем… — обрывочно всхлипывал Локи, утыкаясь носом в широкое плечо. — Тише, тише… — Тор гладил его по голове, перебирая жесткие тёмные волосы, и ощущал бьющую тело брата дрожь, — всё будет хорошо. Это пройдёт… Тор не обладал магией. По крайней мере, ему так казалось. Но сейчас он всеми силами пытался согреть холодного как айсберг парнишку. Локи был в панике, и Тор пытался унять его дрожь, сжимая младшего чуть ли не до хруста костей. И, надо же, его действия не были напрасны. Сквозь холодное покалывание иголочек Локи чувствовал исходящее от Тора добродушное тепло. И это тепло постепенно наполняло его тело, убирая болезненное покалывание. — Тор, — Локи шумно вытер нос рукавом тёмно-зелёной пижамы. — Как ты думаешь, это правда всего лишь лихорадка? Тор смотрел как синева постепенно сходила с его лица, а красные глаза принимали естественный оттенок. — Не знаю, — честно сказал он. — Но я думаю, если что — мы найдём способ вылечить тебя. — А если всё-таки нет? — уголки губ брюнета снова поползли вниз. — Ну тогда я отправлюсь в Йотунхейм и разнесу там всё к чертям собачьим, а потом возьму их короля и заставлю исцелить тебя. — Ты правда это сделаешь? — Локи снова шмыгнул носом. — Ты правда сделаешь это для меня? — Конечно, — Тор ласково улыбнулся. — Но почему? — Потому что… — причин было много. Тор и сам не понимал почему. — Потому что ты мой брат. — Даже если я стану йотуном? Тор мягко смотрел на максимально несчастного брата. Сейчас в Локи не было обыденной хитрости и скрытности. Такой беззащитный, максимально открытый он представал перед Тором впервые за всё время. — Тогда тем более, — Тор усмехнулся. — Будешь мне пиво остужать! — Но матушка запрещает тебе пить пиво! — Локи прищурился. — Никто ничего не может мне запретить! — Тор развернулся и теперь гордо смотрел вперёд, обнимая Локи за плечи одной рукой. — Я — Тор! Сын Одина! Повелитель Мьёльнира, наследник Асгарда! — Ага, как же, мечтай! — Локи усмехнулся. — Нет, правда, — фонтанирующее самолюбие Тора как-то заметно поутихло. — Да-да, наследник… — Локи снова прыснул со смеху. — Ты что, не веришь, что Асгард достанется мне? — Только после меня, Рапунцель, — Локи игриво дёрнул брата за прядь золотистых волос. — Ах ты… — Пойдём уже, — Локи вытер накатившую от смеха слезу, — холодно тут… — И правда! — спохватился Тор. — Пора в опочивальню, набираться сил! Завтра нас ждут великие дела! — Тор гордо направился к тайному ходу, обнимая Локи за плечи. — Да… конечно… — протянул Локи, тоскливо оглядываясь на Тессеракт.