Время межпространственных приключений

Горячее солнце поднималось всё выше и выше, давая начало новому дню. Давая начало первому дню лета. Школа. Экзамены. Вечный стресс. Всё это позади. И вот уже они убегают на всех парах подальше от мирских забот. Диппера и Мэйбл разбудил громкий голос водителя: — Приехали! — Приехали?! — спохватилась Мэйбл и пулей вылетела из автобуса. Парень подхватил сумки и пошёл в начало салона. Подойдя к водителю он достал из заднего кармана светло-синих Левайсов смятую купюру и дал её мужику. — Старшая сестра — это страшно, — сказал водила, — особенно для пацана. — Вообще-то, мы двойняшки, — бросил на выходе Пайнс. — И вообще-то, не так страшно, как ваш стиль вождения. Он покинул салон автобуса и пошёл за сестрой. — Где Стэн? — устало спросил Диппер, подойдя к Мэйбл. — Может, он забыл?! — вскрикнула девушка. — Может, просто где-то дальше тачку припарковал. — Нет-нет, Диппер, — она вцепилась в рукав брата и на миг замерла, — что-то у меня в горле пересохло — это не к добру. — Ты шесть часов просидела в адском автобусе, у тебя обезвоживание. — Всё равно у меня не очень хорошее предчувствие. — У меня тоже. Перед ними остановился чёрный шестисотый Мерседес и тонированное стекло медленно опустилось. — Зус?! — единогласно воскликнули двойняшки. — Ха-ха, привет, ребята, — парень улыбнулся и помахал им рукой. — Чего замерли? Залетайте! — Ничего себе, — изумилась Мэйбл. — Откуда ты? — Откуда Мерседес? — За время вашего отсутствия столько всего произошло, ребят, вы не поверите, — радостный Зус притих. Двойняшки — тоже. Они уселись сзади, и автомобиль тронулся. — В общем, это... Ваши старшие отправились в очередную жуткую экспедицию, и, короче… — Короче у нас есть свободная хата на лето! — Мэйбл чуть не пробила потолок от восторга. — В смысле?! — Диппер привстал и взял с панели флаер. — Почему я узнаю об этом только сейчас? — На флаере выжги глаз цветами пестрила реклама путевки на Бали. — Всё дело в том, что они уехали ещё в начале весны, но возникли некие проблемы с оборудованием и чтобы их устранить, понадобится время. Вот такие делишки. — Сколько времени? — Как я понял, недели, множество недель. Так что, технически, у вас есть свободная хата. А вот и она, — Зус припарковал Мерседес прямо перед Хижиной и дети вышли из машины. — А ты не идёшь? — спросила его Мэйбл. — Не, у меня ещё дел полно. Вы располагайтесь. Я вечером заеду. И на этой ноте он их покинул. — Тут совсем ничего не изменилось, — заметила Мэйбл. Девушка пулей влетела в Хижину Чудес, крикнув Дипперу, чтобы тот догонял. Но парень не двинулся с места. Он посмотрел в сторону леса, но тут же отвернулся. Потому как мириады ярких бликов чуть не ослепили его. — Ну ты идёшь?! — нервно раздалось из Хижины, и Пайнс понял, что лучше ему поторопиться. *** В «Обеде Жирнушки» людей было не много. По вечерам забегаловки этого города зачастую пустуют. Диппер и Мэйбл сидели у окна и ели ужин, которого ни за чтобы сами не приготовили. — А тут неплохо, — начала девушка, — за исключением Ленивой Сьюзан. — А что с ней? — парень обернулся. — Не знаю, она меня напрягает. — Та самая подруга Стэна? Женщина за барной стойкой протирала стаканы, как вдруг уловила на себе пристальные взгляды, что вмиг исчезли. Диппер заметил нервную Мэйбл, которая, в попытке допить содовую чуть не втянула целый стакан через трубочку. — Ты ведёшь себя странно, — заметил Пайнс. — Даже очень. — Это потому, что ты никогда меня не слушаешь и думаешь, что я дурочка какая-то. — Ну, я весь внимание. Девушка отставила стакан. — Я говорила, что у меня плохое предчувствие, — тихо начала она. — Как только мы вышли из автобуса меня будто молния ударила. Что-то ты от меня скрываешь, — она уставилась на Диппера, который в свою очередь слегка занервничал: он скрывал приличное количество вещей от сестры, но это было явно не то, что она должна была так или иначе знать. — Я сейчас приду, — парень встал и быстро куда-то ушёл. Пайнс подошёл к официантке и распорядился принести Мэйбл что-то сладкое. «Это должно отвлечь её», — подумал он. Затем, парень поплёлся к стойке, за которой застал полусонную женщину лет сорока. — Дии-иппер, — приветливо воскликнула Сьюзан, — привет. — Здравствуйте. — Что, наконец-то каникулы? — Да, именно, наконец-то. — Уже слышал про здешние дела? Да, сто процентов уже в курсе, — она улыбнулась и закрыла свой единственный зрячий глаз. — Что за дела? — Странные дела. Диппер сел за стойку и посмотрел сквозь стеклянные стены — улица залилась красным светом от захода солнца и на асфальте особенно хорошо были выражены яркие блики. — Так в чём проблема, миссис Сьюзан? — начал он. — Здесь опять что-то происходит? — Здесь всегда что-то происходит, малыш. — И что это значит? — Много чего, — женщина перестала протирать стаканы. — Извини, мне пора. И она исчезла. Парень будто протрезвел. Он обернулся и посмотрел на Мэйбл, потом на красную улицу и на яркие блики. Такое нельзя было нарочно упускать из вида, потому как последнее, что нужно было этому городу — это вторая волна Странногеддона. Диппер оплатил счёт и они с Мэйбл вышли из забегаловки. — День так быстро прошёл, — начала девушка. — И тот кексик явно был лишний. Как и мои пара килограмм, — она покосилась на своего идеального брата. — А ты чего, мистер Жру—И—Не—Толстею, выиграл в генетическую лотерею и расслабился? Диппер улыбнулся, прикрыв глаза от красного солнца. Он по прежнему оставался ниже своей сестры, но это не мешало ему привлекать внимание всего живого, в точности как Мэйбл. Девушка говорила много, пока они шли. От такого объема информации у простого смертного давно бы отказала центральная нервная система, но только не у Диппера. Парень шёл с лицом задумчивого божества, как резко вспомнил позапрошлое лето и день, когда он лишился зрения. Человеческого зрения. Они с сестрой пробегали мимо долины с увеличительными кристаллами и малой Пайнс на ровном месте просто провалился под землю, упав на спину и сильно ударившись затылком о минерализированную часть почвы. Мэйбл вытащила его оттуда, но после травмы зрение Диппера начало уходить в минус. И после потери пары диоптрии, парень всё сильнее стал поражаться необратимости некоторых процессов в человеческом теле. В офтальмологии ему вынесли, как приговор, соответствующий диагноз — прогрессирующая миопия. И, в итоге, он ослеп. Это всё случилось за одну ночь. Диппер проснулся и не мог видеть ничего, ни своих рук, ни пространства в общем. Он видел только кромешную тьму. Парень на ощупь покинул комнату и прошёл на кухню. Пощёлкав переключатель света он всё равно ничего не увидел. Пайнс подошел к раковине и умыл лицо водой. Это не было сном, но и на реальность не особо походило. Вытерев лицо от воды, парень открыл глаза. Основная картина перед ним предстала в зелёном свете. Диппер мог видеть чётко очертания каждого предмета и мельчайшие детали, но выглядело это всё однако жутко, будто под прибором ночного видения. Парень медленно перемещался и пробовал всё на ощупь. Он уже забыл насколько чётко способен видеть человеческий глаз. Для него это было что-то непостижимое. Пайнс подошёл к окну и тут же вскрикнул от испуга, когда по ту сторону стекла пролетело нечто. Он выглянул на улицу и увидел каких-то людей, сидящих на лавочке. Парочка была в причудливых костюмах, словно вымазанных фосфором. И когда они увидели, что Диппер на них смотрит, то расхохотались и начали тыкать в него пальцами. Парень не мог понять, что происходит до того времени, пока люди в костюмах не растворились в воздухе, как клубы дыма. Были и другие, кого он видел. Души недавно усопших, домовые под кроватями, зубные феи, ну и их следы в этом мире, которые они оставляли в доказательство своего существования — блики, источающие ослепительный свет. Диппер мог просто идти по улице и видеть светящиеся бесформенные следы, оставленные милыми феичками или же чудищами с того света. Парень понимал, что единственный видит подобное, поэтому, чтобы не загреметь куда не надо, он просто говорил, что видит плохо, но не так плохо, как когда-либо. Что это было, он так и не удосужился понять. Однако же, лучше видеть всё, чем не видеть ничего.