Цепь ошибок

- Адриан? - Да, мам? – едва успев спрыгнуть с окна и снять трансформацию, откликнулся парень. - Не спишь? – Адель приоткрыла дверь, заглядывая в комнату. – Уже поздно. Женщина чуть нахмурилась, подходя к сыну. Солнце давно скрылось за горизонтом, вот-вот готовясь вновь подняться над городом. И в отличие от Габриеля Адель ночные посиделки сына не одобряла. Хотя, может, и старший Агрест заметив, что сын в четыре утра даже не думает ложиться, сделал бы тому не слабый выговор. Конечно, если бы обращал на такое внимание. - Не спиться, прости, - примирительно улыбнулся Адриан. Щелкнул выключатель и свет залил комнату, заставляя сощуриться. - Не хочешь горячего молока? - проглотив недовольство, спросила мадам Агрест. – Это поможет тебе уснуть. - Нет, спасибо, я сейчас лягу, - стараясь спиной прикрыть открытое окно, ответил блондин. - Хорошо, - женщина кивнула. – Не засиживайся больше допоздна. - Да, мам. Адель положила руки на плечи сына, целуя в лоб. - Спокойной ночи, солнышко. - Спокойной ночи, - коротко обняв родительницу, улыбнулся парень, напряжение тут же сошло на нет. - Мне она все еще не нравиться, - едва Адель Агрест вышла, фыркнул квами, высовываясь из-под рубашки. - Плагг, - обреченно простонал Адриан. – Пойдем спать, уже поздно. - Поблагодари свою подружку – она хочет сделать из вас этакую команду супергероев из комиксов. Еще наставника вам найдет и заставит тренироваться… - Было бы неплохо. Квами фыркнул: - Посмотрим, как ты заговоришь, когда эта девчонка раскроет Ледибаг и всерьез возьмется за тебя. - Не думаю, что это случиться, - прищурился Агрест. – Леди очень осторожна так, что она мужественно защитит мою тайну. - Ага, как же, - проворчал Плагг. – Если ты не заметил в вашей «команде» самая главная проблема в том, что каждый думает только о себе. Адриан приподнял брови, тактично промолчав. - Пора спать, - отвел взгляд блондин. – Разберемся со всем утром. Квами красноречиво скривил лицо, демонстрируя все, что он об этом думает. *** Их «убежище» располагалось в недостроенном доме на окраине Парижа. Строительство было заморожено полгода назад из-за отсутствия средств. Здание должны были снести еще месяц назад, но «удачное» расположение спасло конструкцию от уничтожения. Одна из комнат на пятом, предпоследнем этаже, была в тот же день обставлена. Несколько диванов с браком, спасенных со свалки мебельной фабрики, пара кресел, двуногий стол, небольшая тумба без дверей и парочка створок от платяного шкафа нашли в ней свое место. Диваны и кресла, составлены в полукруг вокруг стола, заменой отсутствующих ножек которому послужил выступ, что в будущем должен был стать подоконником. Створки поставлены в угол наподобии импровизированной ширмы. Тумба, с парочкой принесенных Реной Руж пледов, точно за ними. Не застекленное окно заставлено толстой доской, скрытой за плотной темной тканью, прибитой к ней. Дополняли картину тайного убежища парижских героев серые, некрашеные стены и бетонированный пол. Просто и «со вкусом», как выразилась, едва ли не брызжа ядом Квин Би, как никто обрадовавшаяся их новому месту встречи. - Отлично вышло! – восторженно воскликнула Рена Руж, что не успела вчера высказать свое мнение. – Так, а теперь мы можем спокойно пообщаться! Ледибаг? Девушка вздрогнула, пряча недовольство. - Да, конечно, - героиня кивнула, оглядывая помещение, освещенное парой ламп на батарейках. – Кот Нуар еще не пришел, я волнуюсь. - Опаздывает, у всех бывает, - хмыкнула Рена, складывая руки под грудью. – Хотя это может и к лучшему. Я давно хотела спросить – он всегда такой? - Какой? – выпрямилась брюнетка, едва уловимо вздрогнув. - Нелюдимый, совершенно не идущий на контакт, - загибая пальцы, перечислила рыжая. – Честно раньше он мне казался совершенно другим. Ледибаг тряхнула головой, открепив йо-йо от пояса. - Он просто обижен, - попыталась оправдать напарника героиня. - На что? – тут же спросил Карапас, обернувшись. Парень вновь пришел раньше остальных и уже занял себе место в кресле, поближе к заколоченному окну. - На меня, - не желая посвящать в подробности других, быстро ответила Леди. – Не волнуйтесь скоро Кот отойдет – он не из обидчивых. - Что-то я сомневаюсь, - брезгливо косясь на мебель и стараясь ничего не касаться, выдохнула Квин Би. Героиня ответить не успела – йо-йо пискнуло, оповещая о приходе нового сообщения: - Кот сегодня не придет – у него есть дела. - Как и ожидалось, - протянула Рена Руж. – Что ж сегодня мы посидим в неполном составе. Ледибаг обреченно вздохнула, чувствуя себя не в своей тарелке. «Ты в порядке?» - коротко написала она напарнику. Тот на сообщение не ответил. *** Маринетт чувствовала себя отвратительно. Плохо спала. Мало ела. Пустые стены давили, сжимали ее легкие тисками. Внутри все горело, болело от чувств не отпускающих ее ни на минуту. Дюпен-Чен было стыдно. И все чаще хотелось убежать от самой себя. Зачем? Почему она это делает? Личность Бражника никак не отразилась на ее отношении к Адриану. Она даже хотела подойти к нему на следующий день и предложить свою помощь, но… Она все еще оставалась Ледибаг, героиней, что дала согласие на разглашение личности Бражника, совершенно забыв про последствия. Которые не заставили себя ждать. На утро Алья выложила пост с просьбой о помощи в поиске сбежавшего злодея. К полудню половина города была обклеена листовками с лицом старшего Агреста. Десятки патрульных машин, сотни судебных исков, тысячи обвинений. Тысячи разочарованных парижан. Через день после происшествия и бегства злодея в разгар битвы с командой героев самая крупная газета Парижа опубликовала статью о злодее, вопреки смыслу сделав упор на его сыне. Точнее на его «помощнике». Журналисты представили не одно доказательство вины Адриана Агреста и его пособничестве злодею. Привели факты и документальные записи. Ни для кого не осталось секретом, кому придется платить по счетам Бражника. Дюпен-Чен могла смириться и с этим. Если бы была обычной девочкой, а не героиней от которой зависело будущее Парижа – никому неизвестно, когда злодей появиться вновь. Камень чудес забрать не вышло. Маринетт поняла, что допустила ошибку, когда впервые столкнулась с Адрианом после того случая. Когда увидела, кем он стал, кем его заставили стать злые языки. А может он проявил себя, тщательно скрываемого под маской? Показал свою настоящую сущность? Девушка обхватила себя руками, негромко всхлипнув. Алья говорила, что героине не пристало общаться с приспешниками злодеев. Что факт вины Адриана доказан и неоспорим. - Маринетт? – позвала Тикки, подлетая вплотную к лицу подопечной. - Тикки, что мне делать? – подняв на малютку наполненные слезами глаза, прошептала Дюпен-Чен. Квами обеспокоенно коснулась ее щеки, но брюнетка тут же отвернулась, сама отвечая на свой вопрос. - Ничего, - всхлипнув и утерев непрошенные слезы, выдохнула Маринетт. Она не знала, что ей делать, как Ледибаг, что делать как Маринетт, что делать как лидеру команды супергероев. Хотя тут неплохо справляется и Рена Руж. Из нее выйдет отличный лидер. Маринетт сжалась, пряча лицо в ладонях. Она уже сломала все что могла. Испортила отношения с Котом, разрушила и так некрепкую семью Агрестов, растоптала жизнь и чувства Адриана. И сейчас совершенно не представляет, как исправить хоть что-то. А главное – стоит ли ей исправлять. *** - Маринетт! – взвизгнула Алья, точно в ухо подруге. – Ты меня вообще слушаешь? - А! Да! – подпрыгнула Дюпен-Чен. Они только вышли из коллежа и шли к ней домой – этот проект по химии им повезло делать вместе. - Тогда ты можешь повторить, что я только что сказала? – нахмурила брови Сезер. - Что Квин Би ужасная героиня? – попытала удачу девушка. Судя по выражению лица подруги, промазала. - Нет, - покочала головой Алья. – О том, что Кот Нуар сдает позиции. - С чего ты взяла? – оторопела Дюпен-Чен. - Ну, сама посуди – на патрулях он всегда один, с новыми героями его не замечают. Да и с Ледибаг кстати тоже. Раньше что ни день, то новая «пища» для поддержания их «пары». Маринетт закусила губу. - Алья, знаешь… я что-то плохо себя чувствую, - бледнея, выдавила девушка. – Давай завтра проект сделаем… - Э, подруга, ты и правда плохо выглядишь, - окинув брюнетку взглядом, забеспокоилась Сезер. – Давай я тебя провожу? Та только кивнула в ответ. И стоило девушкам попрощаться у дверей пекарни, влетела по лестнице вверх, захлопывая за собой крышку люка. - Тикки, трансформация! – убедившись, что родители не поднимаются к ней, произнесла Маринетт. Через минуту из окна дома Дюпен-Ченов, оставшись незамеченной, вылетела Ледибаг.