Дьявольские проделки главной героини

Тем временем, в особняк вернулись отлучавшиеся братья Сакамаки. — Народ, нас походу ограбили, — выдал свое предположение Райто. — Ага, хотя Великий Я, ставит на то, что это Субару опять напился, — с версией Аято согласилось большинство. — Вот так каждый раз, он набирается, все громит, а мы потом прибирай за ним, — у Шу началась истерика. — Слушай, ты всегда такой истеричкой был, или это в косметологии с тобой что-то сделали, что ты таким нервным стал? — задал вопрос ухмыляющийся Аято. Дело было в том, что старший из Сакамаки отъезжал в клинику, дабы вернуть себе нормальный цвет лица и волос. — Нееет, он и раньше таким был, — ответил Райто. — Итак, возникает вопрос, кто будет убирать все это безобразие? — Господи, Рейджи, ты и убирай, я пошёл спать, — с этими словами Шу развернулся, и поплелся в сторону сада. — А мне нужно накормить Тедди, он сказал, что хочет кушать, — вслед за братом вышел Канато. Райто и Аято переглянувшись, по английски двинулись прочь. Таким, образом в прихожей остался один Рейджи. Тяжело вздохнув, он поплелся вызывать уборщиков. А ведь ещё к ритуалу готовится, полнолуние все-таки. *** Проснулась я хрен пойми где. Голова болела неимоверно. Я осторожно повернула голову и осмотрела помещение. Сырые стены, с потеками, каменный пол. В центре что-то напоминающее алтарь, какие бывают в фильмах. — Чёрт, тебя дери, ну что ты будешь делать?! Вздохнув, медленно поднимаюсь с кушетки и делаю несколько шагов в направлении странной конструкции. На ней какие-то знаки, намалеванные красной краской. Тот кто это все рисовал, видимо пытался сделать эффект крови, но для этого нужно было брать хотя-бы на несколько оттенков темнее. Кровь явно не малинового цвета. Похоже, что я попала на съёмки дерьмового ужастика. Теперь осталось узнать как именно я сюда попала и какого черта у меня все тело болит? — Так, Мария, соберись, что последнее ты помнишь? Я напрягла извилины. Пред моим внутренним взором замелькали картинки. — Я сидела у себя в комнате и как раз досматривала сериальчик, — память постепенно начала возвращается. — Внезапно поняла, что успела поесть последний кусочек, последнего пирожка. На этом моменте я прервала свой монолог, так как голова начала болеть ещё сильнее. Сейчас за таблеточку обезболивающего я готова была отдать даже свой ноутбук, который остался у меня в комнате. Чуть успокоившись, я принялась вспоминать дальше. Так, я услышала как кто-то горланит на всю округу из кухни. Пошла проверить… И тут меня осенило. Алкаш-Субару. Алкашка-я. Песни, пляски и миссия спасения. — Еперный театр! Где это я, и где тот убогий?! Тут дверь со скрипом открывается и заходит толпа любителей косплея, так как в своих чёрных плащах они походят на дементоров из вселенной «Гарри Поттера». Под звучную, из ниоткуда взявшуюся органную музыку двое из них подходят ко-мне, остальные образуют полукруг вокруг недо-алтаря. Все это теперь в тройное напоминает мне дешевую сцену из фильма про нечисть. — Ептваю! Отвалите, нехристи! — ору я на двух приближающихся сектантов. Подождите-ка… Под капюшоном, при ближайшем рассмотрении я узнаю… Рйто и Аято. Но вот только глаза их горят недобрым блеском, а под верхней губой виднеются удлинённые клыки. — ЕПЕРНЫЙ ТЕАТР, ТАК И ЗНАЛА, ЧТО ВЫ МУТНЫЕ ТИПЫ! Я начала махать руками и отступать назад. Остальные Сакамаки (не трудно было догадаться, кто остальные у алтаря) начали читать некую дичь на латыни. Наткнувшись спиной на стену, я поняла, что попала. Эти ненормальные хрен знает, что со мной сделают. Натыкаюсь взглядом на взгляд Аято. Эти глаза начинают гипнотизировать. Боль уходит, приходит темнота. Я чувствую, как меня берут под локти и тащат куда-то. Под веками ощущаю бьющий по глазам малиновый цвет. Спиной ощущаю прохладу пластика (похоже меня уложили на «алтарь»). Зачем? Да хрен пойми, просто посплю, все равно не слышу что они там бормочут. Посплю пока, может хоть голова пройдёт.