Хранитель леса

Когда утих собачий лай И опустилась ночь, Отвел в заброшенный сарай Я Аллатона дочь. Лишь первой звездочки лучи Лес осветили мой, Раздался в ледяной ночи Пронзивший душу вой. С тяжелым сердцем оставлял Мою волчицу Кэт, Вернуться ей пообещал, Лишь выполнив обет. А лес искрился серебром В спокойном зимнем сне. Коль в этом мире есть добро, Щитом пусть станет мне. Я вышел к топи, огоньки Мерцают и зовут, В глубоких черных бочагах Кикиморы живут. Здесь нечисть пляшет до утра В рождественскую ночь, Здесь у волшебного костра Печаль уходит прочь. Дрожала под ногами гать, Спала под снегом зыбь, Недолго довелось мне ждать, Вдруг закричала выпь. Огромный черный волколак Возник передо мной, Окутал топи душный мрак, Я стиснул меч рукой. Глаза его огнем полны, С клыков стекает яд, Он - младший братец Сатаны И место ему ад. Без страха я ввязался в бой - Немало бил зверья. Вид аллатоновых зубов Не испугал меня. Удары мощных черных лап Держал, что было сил, Лишь запыхался волколак, Меч в глаз ему вонзил. От рева снег скатился с гор, Заволновался лес, Взметнулся до небес костер - И волколак исчез. Из дыма вышел Аллатон - Свиреп и грозен вид - Мечом волшебным ослеплен Передо мной стоит. «О, как посмел, презренный раб, Ты бросить вызов мне?! За то отправишься ты в ад Вовек гореть в огне. Твои я вырву потроха И перебью хребет, Но будет смерть твоя легка, Коль скажешь мне, где Кэт» На то ответил я ему: "Не трать напрасно слов, Я разобью твою тюрьму, И выпущу рабов, Кэт от заклятья твоего Свободу обретет" Я поднял меч над головой И бросился вперед. Волшебный мой клинок запел, Искря, вскричала сталь. Врага теснил я по тропе, И герцог отступал. Его почти достал мечом, Но хитрый Аллатон Взмахнул рукой, захохотал, И стаей стал ворон. Ко мне подкрался за спиной, Ударил, что есть сил, Я отскочил, а верный мой Меч грудь ему пробил. Настало утро и с небес Звезда за лес сошла, Останки герцога к себе Трясина приняла.