Если бы сердце могло говорить

— И… как это было? Тонкс поставила перед Доркас чашку с чаем и нетерпеливо села перед ней, ожидая подробностей. Конечно, она знала как и где это может происходить. Но у девушки, что фактически отказалась от всего этого, настолько довольно уставший вид, что не спросить подробности было преступлением. Дора улыбнулась, заметив, что она кашлянула и скрестила ноги под столом, чтобы немного унять их и скрыть дрожь. — Мне… никогда не было так хорошо. Это нельзя описать словами, Дора. Я словно чувствовала его настоящего, такого нежного, настойчивого, внимательного к каждому сантиметру моего тела. — Медоуз медленно прикрыла глаза и улыбнулась, вспоминая свои ощущения в объятиях Брайана. — Я сначала боялась и просто поддавалась ему, зная, что он давно хочет этого. Но он заботился прежде всего обо мне. Меня не били, не ставили резко на колени. Вместо грубых слов и ударов по лицу — нежные поцелуи и комплименты. Мы занимались не сексом, а любовью. — Он любит тебя, иначе бы так не старался. — Брайан опытный, читал меня словно открытую книгу, я только о чём-то думала, так он сразу же… А, да… я забыла. — начала Медоуз, но вспомнила, что Сандерс легилимент и опустила глаза. Девушка вздрогнула и резко подняла глаза на Тонкс, — а ты что здесь делаешь? Я видеть тебя очень рада, но зайти сюда можем только мы с Брайаном. Тонкс! –она встала и пошла за подругой к плите. — Нимфадора! — Что? Я пообещала, что не скажу тебе! — мракоборец резко оправилась от своих красных волос, принимая стандартный внешний облик. — Тонкс, скажи. Пожалуйста, я не могу найти себе места! Я не знаю где он, что с ним, куда он пошёл и когда вернётся! А это может быть зацепкой! — Ты никуда всё равно не пойдёшь! — твёрдо сказала Дора и ткнула ей пальцем в плечо, — Ты уже достаточно набегалась за последнее время. Нет! Если нужно, я буду ночевать с тобой в одной постели, но ты никуда не свалишь! Посмотри на себя. — она кивнула ей на туловище, — Одни кости, что под халатом вообще боюсь представить. Живого места на твоём теле нет, хватит! Брайан опытный волшебник, он справится с заданием! — Ты серьёзно думаешь, что ты сможешь удержать меня?! С каких пор ты слушаешь Сандерса?! — Да, я смогу тебя удержать. — они долго сверлили друг друга глазами, пока Тонкс не нарушила тишину, — Я никому не подчиняюсь. Ты это знаешь. Но я хочу уберечь тебя, пока он далеко. Я не его личный слуга, я пришла сюда по его просьбе и пообещала, что пока его не будет, я прослежу за тобой. — Брайан знает, что он не вернётся с этого задания. И знаешь, что я сделаю сейчас? Пойду за ним. Я найду его и приведу обратно, нравится тебе это или нет! — Не хочу, чтобы это прозвучало как угроза, но ему это не понравится, если он узнает что ты полезла. Более того, ты можешь навредить ему этим, ведь защитить одного проще, чем защитить двоих. Тем более если речь идёт и о его любимой женщине. — крикнула Дора ей в спину и довольно улыбнулась себе. Книги о психологии человека дают о себе знать. Поблагодарив Грюма за мудрый совет " узнай темперамент человека и читай», Тонкс со всем своим упорством принялась за чтение огромной книги. — Римус хоть раз пошёл на задание ордена?! — Медоуз обернулась к ней и опёрлась на свою руку, не дойдя два шага до спальни. — Не раз. — жёстко ответила Дора, сужая глаза, — Он пошёл в полнолуние в лагерь Фенира. На разведку. Они его едва не разодрали в клочья, когда всё закончилось и он добыл важную информацию о существах, которые помогают Тёмному. И я тоже ждала его и знаю как это! — Что мне прикажешь делать?! Я не могу сидеть сложа руки! Ты не понимаешь меня, потому что ты не я. Одна ночь ничего не изменит, я знаю. Но этот человек сделал для меня больше, чем кто-либо. И я не могу подвести его. — Если ты он умрёт, то это только ради тебя. — Я не просила эти жертвы, я не просила доказательства того, что он любит меня! Сейчас у меня есть желание пойти в монастырь и просто молиться непонятно кому. Только бы он вернулся! — А ты не думала, чем занять себя всё это время, дорогая? — Дора резко бросила ей под ноги свой рюкзак, что тяжело упал на пол и проехался. Тонкс улыбнулась и начала медленно подходить к подруге, — Посмотри. Ты знаешь, я не сделаю тебе хуже, только наоборот и сейчас, я хочу помочь тебе. — Чем? — Доркас зацепила ногой шлейку рюкзака и подняла его к рукам, демонстрируя свою силу и гибкость. Она фыркнула и шумно расстегнула молнию, бросая Тонкс обратно её сумку. — Эээ, что это? " Бытовые чары в полном объёме», " Весёлая кухня», " Секрет Клеопатры»… " Яд магии». Дора, что это за библиотека? — Это? Книги. Они очень полезные и ты проведёшь время с пользой. Здесь бытовые чары, если ты уже хозяйка в этом доме, будь добра, следи за ним. Это тебе книга по кулинарии, любой мужчина любит поесть, тем более вкусно. Накормишь как только он вернётся, открываешь любую страницу и готовишь ужин. — Ммм, — Медоуз поджала губы и покачала последней книгой, — Особенно «Волшебное тело для возлюбленного» мне очень поможет. Зачем мне это? — она поймала строгий взгляд Тонкс и выдержала его, — Дора, это мило, ты стараешься, но… — Но ты это прочитаешь. Авось пригодится. Кстати, в этой книге очень Тёмные и Древние заклинания. Я не могу их использовать и применять, я мракоборец. Последствия не всегда можно прочитать сжатым почерком, а некоторые вообще не подписаны. — девушка показала на белую книгу с чёрной змеей на обложке. — Так на пожирателях используй. Нашла мне проблему. — О, так мне пойти их и специально поискать? — с сарказмом спросила Тонкс и вздохнула, — Переодевайся и пойдём прогуляемся. Я тебя так снегом умою, что ты сама будешь бежать в этот дом. — Который станет мне тюрьмой, пока его нет рядом. — Я тебя сейчас тресну. Кыш, мелочь! — Дора хлопнула большой книгой Медоуз по заднице и закрыла ей в спальню дверь, давая переодеться.

***

— Не оставите ли вы нас на одну минутку? — Лили вежливо обернулась к Сириусу и Джеймсу, что дали друг другу пять и поспешно удалились в другую комнату, напоследок не забыв поцеловать своих жён в щечки. Поттер неуверенно потёрла свои руки, но через пару минут очень быстро и грациозно подскочила к Марлин и обняла лежащую подругу на кровати. Рыжеволосая девушка улыбнулась и села рядом с ней, осторожно касаясь её животика. — Как вы тут? — Растём с каждым днём. — девушка устало улыбнулась и положила голову на подушку, прикрывая глаза. — Лили, я ничего фактически делать не могу. Не жизнь, а сказка. Постоянно тянет к какому-то рукоделие, — она кивнула на красивый вязаный шарфик в углу и несколько рисунков. — Энергия хочет выйти, а Сириус заставляет меня всё время лежать на подушках. — Тебе сейчас нужно как можно больше отдыхать, ведь носить такой вес очень трудно. Он сейчас у тебя быстро растёт и у него внутри всё формируется окончательно. Ты хорошо кушаешь? — А ты не видишь? — Блэк беспомощно взмахнула руками и шумно опустила их на одеяло. Девушка осторожно перевернулась на бок и поменяла положение ног раз двадцать, пока нашла удобную для себя позу и забросила ногу на одеяло сверху. — Это не смешно, Лили! — Прости… Просто представляю как вы спите ночью с Сириусом. — Эванс ласково улыбнулась ей и погладила по голове с небрежной косой сбоку. Обведя пространство вокруг девушки глазами, Лили поняла, что Марлин весьма придирчиво относится к своему питанию и из-за этого могут быть перепады настроения. Поттер взяла книгу про здоровое питание и уже хотела настучать подруге по макушке за то, что та читает про диеты, но та её отвлекла другой темой. — Нормально мы спим. Мне вечно жарко, а ему хорошо, он спит в одеяле и прижимается ко мне со спины. Правда, я его сейчас немного мучаю, ведь заниматься кое-чем, нам уже нельзя, ребёнок постепенно занимает нужное положение… — Бедный Сириус. — Поттер засмеялась и начала ходить по комнате, смотря на довольную подругу, которая снова поменяла положение тела и теперь сидела. Девушка заметила пустой угол в комнате и сразу же с улыбкой развернулась, — Для малыша? — Да, возможно, — Марлин смущенно посмотрела вниз и пожала плечами, — Все уже делают ставки кто у нас будет. Сириус говорит что девочка, так как я ем сладкое в основном, но тогда бы я плохо выглядела, а здесь наоборот и энергии много. Эти народные приметы на меня, видимо не действуют, но стоит готовиться ко всему, особенно в моём случае. Девушка осторожно и тяжело встала, опираясь на тумбу рядом. Придерживая себя за поясницу, она медленно подошла к Лили и достала волшебную палочку. — Ревелио… — негромко сказала она, касаясь бортиков заметной детской кроватки. Постепенно, следуя её волшебной палочки, рядом с одной кроватью стояла ещё и вторая, точно такая же. Девушка нервно взялась за неё и сжала до побеления кончиков пальцев. Она засунула себе палочку в халат и вздохнула, в надежде, что Лили и сама всё поймёт. — Ты? Стоп, две… У тебя близнецы?! — Поттер с восторгом смотрела на неё секрет и улыбнулась, качая головой. Она мягко прижала к себе девушку и поцеловала с радостей в щечку. — Марлин, это же здорово! Но…зачем ты скрываешь это? Давно ты знаешь, что вас теперь трое? — Нет. Буквально недавно, я ходила к Миранде… Она согласилась принять меня и помочь, когда нужно будет, — с намёком сказала Блэк и неловко начала мять свои руки, не зная как начать говорить о том, что беспокоит её уже очень и очень долго. — Прослушивая меня, Флинт сказала, что у меня слишком неестественно большой живот для одного. Пока что она не может понять, кто и что конкретно, однако… Возможно это потому, что я много ем и не контролирую себя, но неделю я уже сижу на одних фруктах и овощах, а вес… становится ещё и ещё больше. Я уже когда ложусь, то ничего не вижу впереди себя! — У тебя двойня, Марлин, поздравляю! Сириус молодец конечно, постарался так постарался тогда. — Лили погладила подругу по волосам, с нежностью перебирая светлые локоны у себя в руке. — Марлин? Марлин, солнышко, ты чего? Тише, милая, почему ты плачешь? Поттер удивлённо посмотрела на подругу, что вытерла слёзы руками и не выдержав, обняла Лили, заплакав у неё на плече. Блэк сжалась и опустила инстинктивно свою руку на живот, плача от этого ещё сильнее. Она отстранилась и вытерла глаза, смотря на комнату. Девушка заговорила дрожащим от слёз голосом, постепенно сгибаясь пополам. — Я не могу… Если их двое… Один из них может задушить второго во время родов… я могу просто не потянуть их… я могу убить их двоих у себя внутри, если что-то пойдёт не так… — Этого не будет. Не бойся, не нужно… идём… — рыжеволосая девушка нежно повела её и посадила на кровать. Лили оглянулась в поисках чего-то успокаивающего и налила ей стакан фруктового сока. — Выпей, тебе станет легче. — Я не хочу… — надрывисто сказала Блэк, но взяла в руки стакан, сжимая его. Девушка смотрела на свои дрожащие руки и спряталась лицом в свой рукав, медленно выдыхая. — Попей. Забей на свою диету! — не веря тому, что делает и никогда не поверила раньше, Поттер взяла книгу с её кровати и швырнула себе за спину на пол. — Маленькая… Сириус конечно же об этом не знает… — тихо сказала Лили, на что блондинка кивнула ей и впопыхах выпила сок. — Там всё должно… раскрываться для такого случая, разве нет? Даже для близнецов. — Посмотри на мои бёдра. Скажи, как они смогут… пропустить их? Я боялась за одного ребёнка и была готова на всё, только бы он выжил. А теперь, когда их двое… может случиться всё что угодно. Я не смогу помочь им ничем. — Возле тебя будет Миранда, кто-то ещё из целителей, мы волшебники, Марлин, это просто так не будет происходить! — Пообещай мне, что если будет такое что… вопрос или я или они… Сделайте всё, чтобы они выжили. Я уже взрослая, Лили. Они важнее, чем я, я не могу жертвовать ими ради себя. — девушка говорила это на удивление спокойно, понимая, что это необходимо и от части это её долг сделать всё, чтобы их дети выжили. — Вы все важны, не опускай себя. — Лили. — Я постараюсь. Но это не значит, что когда они родятся, то мы переключимся сразу же на них. Всё будет хорошо, в конце концов, есть много заклинаний и зелий. Будь мы обычными людьми, всё было бы куда сложнее. Конечно, я не говорю, что тебе будет приятно во время этого… — Уже было приятно, так что… выдержу, никуда не денусь. Но… Это всё равно страшно. В такие моменты я не хочу никуда отпускать Сириуса и наслаждаюсь каждым его прикосновением. Случайным или намеренным, но всё равно это тепло, просто начинаю ценить, словно оно последнее. — Ты боишься, что ты умрёшь… Не считай дни до этого, не надо. — начала просить её Лили, на что Марлин просто пожала плечами и ничего не ответила.

***

Сто метров. Она уже видела лежащее тело на снегу, чья палочка улетела куда-то далеко, если не сломалась. Вокруг собралась кучка пожирателей и явно смеялась с кого-то на земле, нанося увечья. Пятьдесят метров. Доркас ускорила свой бег и летела со всей дури, игнорируя свист ветра в ушах и лёд под ногами. Упасть сейчас было просто преступлением. Тридцать метров. Слушая свист за спиной, Медоуз мысленно помолилась Фрэнку и уже знала кого она себе возьмёт. Это было одним из самых сложным для неё в стычке с пожирателями — нужно было найти золотую середину между безумной яростью и уверенностью, что тебя прикроют. Они знают, что первой всегда нападает она, она как отвлекающий момент, чтобы дать фору другим. Всегда первая получает и принимает удар, чтобы другие могли подобраться поближе. Как таковой роли у каждого в ордене не было. Они чувствовали, что им нужно делать в данный момент. Пять метров. Доркас делает большой прыжок и врезается в крупного пожирателя смерти, что навис над телом Грюма, дабы нанести последний удар. Кулак больно прошёлся ей по грудной клетке, но это не остановило её, и Медоуз взмыла с противников в воздух, дабы скинуть его с себя. Что-то пошло не так и вскоре они оба оказались на земле, при чём, он, мать его, сверху! Противник весьма быстро свалился на землю, ведь работа в команде не должна быть с девизом «каждый сам за себя». Доркас быстро встала и отбила атаку, удирающих пожирателей. " Молодняк, они всегда убегают когда чувствую, что дело пахнет жареным». Девушка запрыгнула на лавочку и начала выпускать ряд заклинаний, с надеждой, что попадёт хоть одного их них. Она обернулась на крик Фрэнка и сразу же была снесена кем-то большим в сугроб. Девушка больно стукнулась головой об бордюр и застонала от звёздочек в глазах. Хриплое и вонючее дыхание, огромный вес, что вдавливал её в землю и резкие движения острыми когтями дали знать о Фенире, что выждал удобный момент дабы напасть на неё. Доркас вслепую пыталась отбить удары, но пропускала их по всему телу от чего становилось ещё хуже. Она достала свой нож из пояса и порезала ему руку. Оборотень взвыл от боли и резко провёл своими острыми когтями по её плечо, разрывая её куртку до самого тела. Медоуз поняла, что сейчас будет, но от слабости не смогла выстоять против него и опустила разбитые, благодаря ему, руки в снег. Доркас громко закричала, когда почувствовала как острые зубы впиваются в её кожу и начинают её просто рвать заживо, словно хотят дойти до её горла. Девушка попыталась его ударить, но Алиса уже снесла его заклинанием и сейчас быстро пыталась прогнать огненными плетями вокруг себя. — Чёрт возьми… Нет… — Тонкс одним рывком подняла её с земли и посмотрела на глубокую рану в плече, — Ферула. Нет, он же оборотень. Доркас, нет… — Всё нормально… — Медоуз дрожала от боли и убрала руку со своей раны, так как на ней появились бинты. Доркас зажмурилась от боли. Рана слишком сильно пульсировала и щипала, словно туда кто-то сыпал соль и лил уксус одновременно. Девушка заметила вдалеке фигуру, что стремительно удалялась и взмыла в воздух за ней. — Авада Кедавра! — всего на пару сантиметров она промахнулась от шеи Эйвери, что медленно развернулся к ней. Он не доставал волшебную палочку и это настораживало её. Вместо этого он хищно посмотрел на неё и смял в руках снег. Пожиратель засмеялся ей в лицо, словно ненормальный, и его не волновало, что она может убить его. — Сивый, старая псина, постарался. Какая красивая рана и громкий крик от боли, Медоуз. Не знал, что ты так умеешь… — Копула! Я арестовываю тебя, и лично буду пытать, засовывая длинные, как твой язык иглы под ногти. — она хотела взмахнуть палочкой, но передумала и напрягалась с каждой секундой всё больше и больше. Почему он не бежит? Почему он не вырывается? Что-то здесь не так. — Это был бы интересный способ, пытать его таким способом. Да, да, девочка, ты правильно поняла, — пожиратель довольно улыбнулся, замечая как бледнеет Доркас и замирает на месте, не в силах сказать и слова. — Мы поймали его тем, что переломали все ноги. Мы долго пытали его круцио и скальпио, чтобы заставить заговорить, но слышали лишь крики. — Ты лжёшь! — А потом, когда после нескольких минут общения с дементором, когда он был уже как половая тряпка, я лично выпустил всю его кровь и взорвал, словно его никогда не было… Медоуз вздрогнула от неприятного кома внутри. Она уже ничего не слышала и не понимала, какие заклинания доносятся из её рта в адрес пожирателя. — ТЫ НИЧЕГО НЕ ДОКАЖЕШЬ, ТЫ ВРЁШЬ! — Протего! Я вру? Что ж. Тогда это тебе на память. Привет, от Долохова, так сказать. Он небрежно бросил под ноги оборванный кусок ткани и рассмеялся, но его улыбка быстро исчезла, когда его чуть не поразила зелёная молния. Тонкс резко затормозила, едва не падая на Медоуз. Девушка делала быстрые вдохи, обжигая свои лёгкие холодным воздухом до боли. Дора посмотрела на подругу и замерла. — Что такое? Что это?! — мракоборец проследила как Доркас быстро поднимает с земли клочок рубашки и ловит что-то блестящее. Дрожащими руками она переворачивает кулон на лицевую часть, задыхаясь от своих стремительно стекающих слёз. Выронив палочку из рук, Медоуз осела на колени, крича от боли потери. Она не замечает как Тонкс обнимает её, что-то пытается доказать, поднять с холодной земли. Перед глазами лишь быстро проносящиеся моменты, которые она, дура, не ценила и теперь сожалеет о том, что не смогла уберечь родного человека. Слёзы и мысли душили её с двух сторон и не давали даже сделать вдох, чтобы вернуться в реальность. Его больше нет. Заплаканными глазами посмотрев на знакомую синюю рубашку, что окрасила её руки в тёмную кровь и поблёскивающий из-за фонарей кулок, девушка согнулась пополам, содрогаясь всем телом. — Тише, девочка моя. — Тонкс обняла её, но та резко оттолкнула её от себя и подняла на неё волшебную палочку, целясь в грудь. Резкая вспышка и волшебная палочка Доры улетела куда-то далеко в снег, а сама она выставила руки и пыталась говорить спокойным голосом. — Доркас? — Не подходи ко мне! Не смей больше подходить ко мне!!! — Послушай, мне очень жаль, я знаю тебе сейчас больно… — мракоборец сделала шаг к Медоуз, но поняла, что боится её, когда без оружия. Девушка делала к ней мелкие шаги и протянула к ней руки, — Пойдём со мной. — Нет!!! А знаешь почему?! — Доркас сделала к ней быстрые шаги, и Дора инстинктивно закрылась руками и отошла в сторону, — Потому что я уже мертва! — Ты жива, это больно и нужно пережить эту утрату, я знаю, как много он значил для тебя. — Не знаешь и не узнаешь больше. Прощай, Тонкс. — Медоуз затрясло на последних словах. Она выдохнула и быстро трансгрессировала, не давая сказать подруге и слова. Бар был её утешением всю ночь. Только сейчас для неё любой напиток потерял свой вкус и цвет. Словно её поразил конфундус, Доркас перестала различать цвета и звуки. Всё казалось слишком приглушённым и тусклым. Лишённым смысла и жизни, тепла и чего-то человеческого. Словно заболев, Медоуз пошевелила плечом и сжалась от боли, закусив ворот своей куртки, чтобы не застонать. Оборотень вырвал приличный кусок кожи у неё на плече, кровь уже остановилась благодаря рябиновому отвару, но боль и плоть горели от любого прикосновения. Медоуз склонила голову на бар. Это опьянение или просто лёгкий дурман, из-за которого она сейчас плохо видит. Сползая со стула, она медленно пошла к выходу, прихватив с собой несколько сухариков, которые ей дал бармен, чтобы как-то поддержать. Свежий воздух приятно окатил её с ног до головы и подарил приятную боль в голове. Точно, она заболела. Это Доркас поняла сразу же как только коснулась своего лба. Она просто горела до изнеможения, а перед глазами прыгали цветные пятна от яркого снега на земле. Лёгкий писк возле ног. Медоуз отошла от чего-то непонятного и хмуро опустила голову вниз. Щенок. Выдохнув, она пошарила в карманах и нашла сухарики. «Пригодились хоть где-то, меня они уже не спасут» — пронеслось у неё в голове, когда девушка наклонилась к белому, но грязному щенку и начала кормить его. Собака жадно накинулась на еду и облизала ей руки в благодарность. Желая пойти с ней, лабрадор начал следовать за идущей по дороге Медоуз, пока та не бросила возле него сноп красных искр из палочки. Девушка шла посреди проезжей части, но как назло на неё не ехала ни одна машина или грузовик. Время словно остановилось и замерло, пока она не дошла на высокий мост, что соединял два берега Лондона. Доркас посмотрела вниз, а после на звёзды. Завтра её уже не будет, а в газете напишут через пару дней про найденное тело. Сейчас её уже никто не остановит и от этого хотелось кричать. Она медленно подошла к краю моста и шумно выдохнула паром, смотря как он рассеивается от холодного ночного воздуха. То что нужно. Медоуз взяла небольшой камень возле столба и сбросила его вниз, смотря как он разбивает лёд на мелкие кусочки. Шансов на спасение у неё не будет, прыжок туда, означал лишь смерть: либо от удара, либо от воды. Девушка задрожала всем телом и потянулась к своей молнии на куртке, но после передумала. Так она быстрее утонет, вода утяжелит её, и от упадка сил она не всплывёт. Медоуз фыркнула и быстро перебросила ноги через ограждение, а вскоре и через перила. Поскользнувшись, она удержала вес на руках и развернулась и посмотрела на белую даль. Так хорошо. Река течёт и сливается с небом, а вокруг небольшие деревья по берегу. Красиво. Посмотрев вниз, у неё закружилась голова. О чём подумать перед смертью? Совсем не беспокоясь о том, упадёт она или нет, Доркас полезла в свой карман и достала оттуда грязный кулон с фениксом. Она долго выбирала его для Брайана, очень долго, постоянно перебирала его в руках, прежде чем положить его в коробку и отдать ему. А он надел, пусть она и не заметила когда, но чётко помнила, как он блестел на его обнажённой груди после их первой ночи. В комнате стоял приятный глазу полумрак, а холод извне никак не мог остудить жар и пыл от их расслабленных тел рядом. Всё было так явно, что открыв глаза, Медоуз подумала, что это просто дурной сон. Сейчас она проснётся, он обнимет её, скажет, что всё хорошо и пошутит про её напряженность, целуя плечи и спину. Нет. Такого больше не произойдёт. Она выгнулась. Заставляла себя сделать шаг с каждой секундой всё больше и больше, но руки не слушали её, а сознание слабо сопротивлялось. Почему она не может заставить себя? Просто представить, что это как шаг. Что просто переступает что-то или кого-то. Нет. Доркас устало заплакала, понимая, что не хочет смерти, но жизнь её закончилась пару минут назад. Больше никому не нужная, больше не любимая, хотя бы на одну ночь. Грудь неприятно сжалась от этого и стало легче с выбором. Девушка выгнулась и начала держать вес на одних замерзших руках. Словно птица, она станет птицей и полетит туда, где будет лучше. Всего лишь мешок с костями, с неё больше нечего взять. Она живой труп. Красивый, но труп, в глазах которого нет ничего. «Закрой глаза. Представь его лицо и ваше расстояние, он находится от тебя всего в одном шагу. Давай. Живи или поцелуй его» — командовала она себе в голове и выбор был сделан, но почему такие звуки? Визг, резкая отдача тормозов по асфальту и звонкий, но неокрепший лай. Доркас обернулась и увидела как к ней со всей дури несётся белый лабрадор и удивлённо подняла брови. Два метра, метр… не рассчитав скорость, он визгнул и пролетел через широкое пространство прутьев на мосту, слетая вниз к реке. Медоуз закричала и не медля ни секунды прыгнула за ним. Вот, ещё чуть-чуть. Превращаясь в белым дым, она подхватила щенка фактически возле льда и быстро завернула на берег, падая с ним на песок. Нельзя. Нельзя столько нагрузки в один момент. Волшебная палочка оказалась прижата к ней, а сама она уткнулась носом в его шею и прикрыла собой. Доркас встала и посмотрела на загнанного и испуганного щенка, что ошарашенно смотрел на неё, высунув язык. Девушка нахмурилась. — Зачем ты побежал за мной? Собака… — фыркнула Медоуз и встала, поставив его на ноги. Сорвалось. Видимо, ничто не даст ей закончить эту жизненную дорогу своим желанием. Видимо, за все свои убийства — это её наказание — мучиться до конца своих дней с чувством вины и вечного ожидания. Доркас вздохнула и, сунув палочку в карман, решила обойти реку и выйти на обочину, чтобы пешком дойти домой. Внезапно, она остановилась и повернулась, ища взглядом небольшой комочек. Девушка замерла, смотря на щенка, что свернулся в клубочек от холода и тихо пищал, прикрыв глаза, иногда вздрагивая. Внутри что-то дрогнуло, ведь когда-то она тоже так лежала на улице, в одном рваном пальто на голое тело и ждала смерти от холода, пока её не нашёл Грюм. Медоуз вытерла слёзы с глаз и опустила руки вниз. Её время ещё не настало, она сделала слишком мало за свою жизнь и вероятно, что ещё понадобится кому-то. Но сейчас ей нужен был друг и кто-то о ком она сможет заботиться как о своём близком человеке. Кому она будет отдавать всё тепло и получать что-то в замен. Не выдержав, Доркас подошла ближе к щенку и цокнула языком, присаживаясь перед ним на корточки. Тронув его шерсть, она выдохнула от резкости и контраста их температур. Медоуз достала волшебную палочку и легонько провела ею от его загривка до его хвоста. Увидев, что он приподнял голову и медленно к ней потянулся, девушка пощёлкала руками у него перед носом. Не дождавшись пока он встанет, она взяла его на руки и прижала к себе, поцеловав в мягкую макушку. — Ты пойдёшь со мной, мой мальчик.

***

— Ну что там, Римус? — Тонкс заглянула за плечо Люпину, который хмуро поглядывал на разодранное плечо Медоуз. Девушка недовольно шипела, когда он чуть касался места укуса пальцами и напрягалась от болевых ощущений. Доркас выдохнула и отвернулась, мельком глянув на разодранное плечо. — Трудно сказать. Очень трудно. — запах крови неприятно щекотал его обострившееся чутье перед полнолунием. Парень отвернулся к медикаментам на столе и провёл рукой по биркам с названиями зелий, но так ничего и не нашёл. — Укус будет заживать очень долго, Доркас. Зелья тебе не помогут. Ни от боли, ни от раны. — Я ведь не стану оборотнем, правда? Он не укусил меня во время полнолуния в волчьем обличии! — девушка поспешно набросила на себя рубашку, чтобы не смущать Римуса и не напрягать подругу своим внешним видом. Доркас обняла себя за колени и поджала их к груди, внимательно смотря за Лунатиком. — Пожалуйста, это же так работает?! — Да, несомненно. Но… полнолуние завтра. Он укусил тебя очень близко к этому периоду. Будь ты магглой, ты бы умерла уже давно от такой раны. У тебя не будет трансформаций, но… не думай, что укус Фенрира пройдёт мимо. — А что может быть? — Тонкс укрыла её пледом и погладила по руке, чтобы поддержать. Она предложила ей горячий мятный чай и села рядом, чтобы быть ближе к ней. — Возможно, у неё будут тяжелые последствия. В дни полнолуния ты будешь чувствовать сильную злость без причины, можешь начать есть полусырое мясо, появится лёгкая стойкость к алкоголю и некоторым заклинаниям, болезням. Я же не знаю твоё тело и как оно меняется… — парень пожал плечами и пропустил белого лабрадора, бегающего за небольшим свёртком бумаги по всему дому. — У неё температура. — Дора коснулась горячего лба Медоуз и поджала губы. — Насколько я знаю, температура поднимается, когда тело начинает чему-то сопротивляться в организме. Может и правда всё обойдётся. — Организм проиграет. — грустно сказал Римус, вспоминая свои ощущения в первый дни после укуса. — поверь мне. Не бойся, ты не будешь становиться оборотнем полностью. Но ты теперь… не совсем человек. И да, у тебя увеличится сила и скорость раза в полтора, просто будь готова к этому. — Хоть что-то хорошее от этого укуса. — фыркнула Доркас, на что Люпин приподнял брови и сказал ледяным голосом: — А не дорога ли цена для этого «хорошего»?! — Римус… Не надо, хорошо? — Тонкс взяла его за руку и погладила пальцем по руке, умоляющее смотря на него — Она не виновата, ей сейчас тоже тяжело… Парень тяжело вздохнул и опустил голову. Он коротко кивнул девушке и взял свою куртку, одеваясь впопыхах. — Я прогуляюсь немного, вечером будешь дома? — Будет. — вместо неё твердо сказала Медоуз и выдержала настороженный взгляд Римуса в свою сторону. Она отставила чашку и провела его взглядом к выходу, позже вскинув брови, когда он хлопнул дверью. — Полнолуние… влияет на него. Не злись, он не хотел. — оправдываясь за Люпина произнесла Тонкс, хоть и сама после этого вздохнула. Ей предстоит очень опасное дело и всё зависело лишь её способностей и ловкости. Становится оборотнем она не хотела, так как у неё есть причины, по которым ей стоит сохранить себя ещё немного. — Всё хорошо. Мне уже лучше. Тебе стоит провести вечер с ним, Дора. Я ценю, что ты находишься здесь по своей доброте и потмоу что тебе жалко меня, но… Я не могу портить жизнь вам двоим. Я должна разобраться в себе самостоятельно. — Медоуз поддерживающее улыбнулась ей и обняла. — Спасибо тебе за всё, но… Ты мне уже не поможешь. Не пытайся, просто прими это как факт. — Тебе сейчас очень трудно, ты потеряла Брайана, стала чуть ли не оборотнем, Грюм сейчас в больнице. Я нужна тебе. — Дора прижалась к ней и не хотела отпускать её, так как просто убивала время рядом с подругой, чтобы лишний раз не видеться с Римусом. — Но ты нужна ещё и ему. Всё будет хорошо. Я ничего не сделаю с собой. — Все так говорят. — Тонкс. Я пыталась вчера на мосту… — девушка поджала губы и опустила глаза, увидев как испугалась Дора напротив. — Я сильно напилась, когда убежала. Смысла жить я не видела, а рядом был красивый мост и река Трент… Но я не смогла заставить себя сделать шаг. Руки сами держали меня, как я не заставляла себя отпустить эту перекладу. А потом появился Бим и… что-то заставило меня передумать. — И ты серьёзно думаешь, что после этого я оставлю тебя одну? На ночь? В доме, где полно острых предметов? Есть вода? Тем более когда ты знаешь столько заклинаний огненной стихии? Мечтай, милая. Главное, чтобы у тебя кошмары не начались. А они начнутся. — Тонкс улыбнулась, заметив как Доркас нежно взяла щенка на руки и положила себе на колени, нежно гладя его ещё по розовому животу. Она прищурилась и посмотрела на Медоуз с надеждой в глазах. — Слушай… вы же… с ним спали. Может, вышло так что, у тебя будет от него. — Ты знаешь что это невозможно. — Медоуз резко вдохнула и подняла голову, смотря прямо с суженными от напряжения глазами. — Я не могу иметь детей. Больше никогда. И если бы он переспал с кем ещё, кроме меня, возможно, что у него бы сейчас был наследник. Или частичка его ещё была бы живой. — Не говори так о себе. Мир стал для тебя серым и это просто нужно пережить. — Тонкс обняла её и прижала к себе, гладя её спину и чувствуя под рукой лёгкие очертания её хребта — Доркас, ты ешь вообще? — Я не хочу. Я не могу есть. — Я поживу у тебя пару дней. Ты моришь себя голодом. Если раньше, ты была красивой и подтянутой девушкой, то сейчас ты просто живой скелет! Не повторяй образ Беллатрисы, тебе не пойдёт. — Может, волосы обрезать? — Доркас взяла копну своих чёрных волос и вопросительно посмотрела на Тонкс. — Перекраситься… — Тебе красиво и так, Кас… Не надо. С короткими волосами ты будешь похожа на стерву. — Мне это уже говорили. — сухо ответила Медоуз, отбрасывая волосы назад. Она села в позу лотоса и наблюдала за движениями Тонкс. — Почему ты не хочешь возвращаться домой? — Доркас, у меня всё хорошо. Римус не обижается. — Ты что-то скрываешь от меня. Я вижу это и даже не пытайся сейчас уворачиваться от ответа. Что такое? — Доркас взяла её за локоть и заставила прекратить внезапную генеральную уборку на столе. — Я пока что не уверена, а когда буду уверена, что ты сама всё узнаешь. — Ответила — фыркнула брюнетка, но подругу решила больше не задевать по этому поводу. — Ты злишься, что я на тебя накричала? Извини, я не хотела. Я просто выжила из себя, когда увидела его кулон. Теперь же он ему больше не понадобится. — Мне правда очень жаль, что так вышло. Я сожалею и мне не понять как тебе тяжело сейчас, но зная тебя и как ты умеешь терзать себя. Он хотел бы, чтобы ты жила, а не изводила себя мучениями. Хотя бы ради него, начни нормально есть и спать. — Ты же знаешь, что это невозможно. Правда, маленький? — Доркас нежно улыбнулась и погладила Бима по голове, от чего тот полез к ней выше и примостился на её груди. — Мой хороший. — Пусть хоть так. Сходи и наведайся к Грюму. Говорят, он быстро пришёл в себя. Я уже была у него, занесла ему любимые груши и немного газет, чтобы не было так скучно. — Дора ободряюще улыбнулась и посмотрела на Медоуз, что решительно думала в какой цвет ей перекраситься и стоит ли обрезать волосы. — Я проведаю его, обязательно. Тонкс… Тонкс… Ей! — Доркас вскочила и придержала девушку, что начала просто падать от усталости на неё. — Дора, посмотри на меня! — Всё хорошо… Просто спать… — Что значит спать?! Час дня, мать твою, нет… — Медоуз осторожно положила её на подушки и взяла за руку, смотря как цвет её волос начинает медленно тухнуть и становится серым. — Оживи… Что такое?! — Я ничего не чувствую… — Тонкс смотрела на неё затуманенным взглядом, пытаясь уловить её черты лица, но они с каждым разом расплывались и расплывались. Девушка выдохнула и придержалась за грудную клетку, тихо зашипев. — Те заклинания ещё дают о себе знать? Брайан же дал тебе лекарство… — И оно не вечно, как и я… — засыпая говорила волшебница, проваливаясь куда-то очень далеко.

***

Медоуз медленно прошла к одиноко стоящему стулу и села рядом с мракоборцем, не отрывая от него глаз. Сердце неприятно сжалось и она молилась, чтобы это был сон. Просто плохой сон, он не мог потерпеть поражение. Он непобедим. Он всегда был победителем, самым лучшим и самым сильным. На неё нахлынули воспоминания. Точно также она думала и про Фабиана с Гидеоном, про Мэри, Боунса… и Брайана. Но теперь они все мертвы и оставили её одну в этом мире. Это уже не важно, им всё равно и им уже не помочь, а теперь она потеряет своего мудрого наставника, который спас её в холодную зимнюю ночь. Он пожалел её и направил её силу и энергию в нужное русло, обучив её всему, что знал. А теперь он лежит перед ней весь забинтованный, с чёрной повязкой на левом глазу и без одной ноги. Это всё. Это конец. — Медоуз, не смотри на меня так, словно я уже помер. — тихо сказал он и отвернулся, стыдясь своего внешнего вида. Грюм сразу же смягчил тон, как только увидел как по её щекам стекают стекают по несколько градинок слёзы. Медоуз закрыла лицо руками и задрожала от боли и страха. — Не надо. — сразу же сказала Доркас, как только мужчина хотел обнять её. Девушка встряхнула головой и обняла саму себя за плечи — Будет только хуже. — Ты не на похоронах. Я ещё жив, благодаря тебя, спасибо, кстати, твой прыжок был просто… — Посмотри на себя! — воскликнула девушка, кивая на его нижнюю часть туловища. — Они найдут тебя и убьют! А ты просто не сможешь… — Не смей говорить старшему мракоборцу, что он не сможет защитить себя и орден! Даже если меня бы и убили, я бы пришёл к ним в облике призрака и сводил бы с ума, пока они бы сами друг друга не перебили! — рыкнул он в ответ, что бы прекратить все её аргументы и жалость в свою сторону. Аластор тяжело сглотнул и прикрыл глаза. Ему и правда, не очень хорошо после той драки. — Что случилось?.. Кто тебя и чем? — тихо спросила девушка. Чтобы занять себя чем-то, она положила ему на тумбочку пакет со сливами и начала их раскладывать дрожащими руками. — Эван Розье. Но он уже мёртв… Инсениратус только успел сказать напоследок, а я… мне было не до этого уже. — мужчина обернулся к девушке и сузил глаза, смотря как она иногда забывает делать вдох и начинает кашлять. — Что с тобой? Ты как скелет, Медоуз. Ты хилеешь на глазах, Тонкс о тебе разве не заботится? — Нимфадоре важно, что бы я не умерла. А я так… — Доркас всхлипнула и опустила глаза на свои руки — Каждый день я мечтаю, чтобы меня не стало. Пусть меня убьют на дуэли. Пусть я чем-то заболею, меня задушат, утопят или мне подсыпят яд, но я не хочу больше жить. Смысла больше нет. Убивать пожирателей? Ради кого? Они не вернут мне уже, что я потеряла. — Война ещё не проиграна, если за это. Каждый пожиратель — это наш шаг к победе. — Мне всё равно на эту войну. Я сейчас., — она грубо взяла себя за кожу на ноге — просто мешок с костями. Они не убили меня так, но я уже мертва. — девушка стёрла слёзы с глаз и устало посмотрела на него — Меня уже нет. Я просто существую. Я забываю есть и пить. Мне всё равно, когда мне холодно или наоборот жарко. Я не чувствую вкуса вина и не могу напиться, чтобы хоть как-то отвлечься. Я почти не сплю. И я надеюсь, что таким образом. Да, я понимаю, что я живу в доме, где всё это есть. Но я там словно в тюрьме, где каждая вещь в любой комнате напоминает мне о нём. — Брайан вернётся, поверь мне. Он очень умён и хитёр. Умеет выживать и подстраиваться под ситуацию. Я рад, что ты позволила себе полюбить кого-то, после того, что было. Девушка засмеялась и покачала головой, проводя рукой по спутанным волосам. — Так рад, что… намеренно отнял у меня его? Зачем? Ты знал, что он не вернётся с задания. Но ты отправил его туда. На верную и весьма мучительную смерть. Ты знал, что я его полюбила и всё равно сделал это. — Он вернётся. — Нет! Уже нет. Та ночь, что мы провели вместе… была последней. Я хотела пойти с ним, но он наслал на меня сонные чары, и я не могла ничего сделать. Медоуз говорила очень тихим и севшим голосом. Перед глазами у неё мелькали воспоминания, что были связаны с Сандерсом. — А вчера… Эйвери бросил мне под ноги его окровавленную рубашку и кулон, который я подарила ему в знак благодарности. — девушка прикрыла рот рукой и пыталась говорить более внятно, не смотря на срывающийся голос. — За то, что он стал мне донором, когда в меня попала сектумсемпра! Я должна быть сейчас мертва, а не он. Он умер в муках, в том же лесу, из которого мы едва вышли. Грюм внимательно выслушал её и потянулся за бутылкой воды, подтягиваясь на одной руке, чтобы сесть. Он внимательно смотрел на её измученное слезами лицо и поджал губы, жалея и представляя то, что творится с ней ночью, когда никто не видит. Аластор, зная эмоциональность Доркас, даже не хотела представлять это. Сделав пару глотков, чтобы освежиться, мракоборец медленно произнёс: — Мне жаль, Доркас, очень жаль. Только… я сам не отправлял его на задание. — Что? — она рассеянно посмотрела на Грюма — ты о чём?! — Помнишь, на свадьбе Лили и Джеймса, я подошёл к тебе с важным вопросом, но он прервал нас? — Да — с придыханием ответила она, ловя каждое его слово. — Он же легилимент. Он сразу прочитал мои мысли с которыми я шёл к тебе и перехватил меня. Я помню, как он умолял меня не трогать тебя. Дать тебе отдохнуть и не ввязывать в передряги, говорил, что он всё сделает. Мы заключили сделку. Брайан пошёл вместо тебя на задание. Более того, он… настолько стремился доказать тебе, что ты можешь доверять ему, что решил вернуться к пожирателям и выведать у них всю информацию, какую только сможет найти. Первый раз я видел, чтобы кто-то так оберегал человека, которого любит. Он был готов на всё ради тебя. — И погиб из-за меня… — Я надеюсь, что ты не будешь делать глупостей после этого! — Грюм сузил глаза и напряженно смотрел на неё, не зная чего от неё сейчас ожидать — Ты сходишь с ума. — Я уже сошла с ума. Осталось только прожить остаток своей жизни. Такой мелочный и крошечный, как оказалось. — Предлагаю тебе работу. — Я не пойду. Примешь на работу — я не выйду. — Нужен своей человек в отделе. В Министерстве магии тоже не всё спокойно. Мне нужен шпион, ведь я уже… справится с этим не смогу, как раньше. — И что мне делать? Я твои обязанности не знаю, я же не буду соблюдать все эти правила! — она недовольно фыркнула, но подняла на него глаза и заметила каменное и непреклонное лицо наставника — Чёрт, Грюм, я не буду… — Доркас. Пожалуйста. Это просьба, а не задание. К тому же, я бы после войны обязательно сделал бы точно также. Выручил бы для тебя хорошее место, орден Мерлина… — Зачем? Я ничего не жду взамен. Зачем я тебе там нужна? — Есть шпион от пожирателей. Я это точно знаю. — Скажи мне, я допрошу его. — Доркас ухмыльнулась и взяла карандаш в руки, вертя его словно нож. — Мне нужно сначала узнать кто это. А сейчас я сделаю вид, что уйду во временную отставку и поручу своё место тебе. — Мне?! Грюм, они не такие идиоты, что бы брать непойми кого на место главного мракоборца! Это бессмысленно! — Медоуз хлопнула себя по лбу от отчаянья — Я не справлюсь, ненавижу бумажную работу. — Для этого у тебя будет Нимфадора Тонкс или Алиса Стоун. Позвала их и сидите себе, пьёте и заполняете бумажки, ставите оценки и так далее. Аластор взял с тумбочки зелье и без удовольствия выпил его. — А я тут буду лежать вареником и греть вам постельку. — Только нам? — игриво спросила Медоуз и резко сузила глаза. Она взяла со стола яблоко и надкусила его, забрасывая ногу на ногу — Расскажи мне о ней. — О ком? — впервые за долгое время лицо Грюма преобрело расстерянный вид. Он быстро выпил стакан воды и смотрел не отрываясь на Доркас — Ты о чём? — Ты же тоже любил когда-то. Я не поверю отговоркам. Все мы любили. Меня ты знаешь уже полностью. А что ты? Не родился же ты сразу в мракоборческом отделе. — Это было один раз и то, давно. — сухо ответил мужчина, отвернувшись от девушки к своей руке. — Идиоты, выпустить столько ледяных стрел… — Я слушаю-слушаю. Если неприятно — так и скажи, тему закроем. — Да нет… Почему же неприятно. Скорее, это грустно. Я был молодым и делал много ошибок, о которых сожалею до сей пор. — И что за ошибка? Ладно тебе, Грюм. — она нахмурилась и свободно махнула рукой. — Никто не святой. Что было много веков назад? — Очень смешно. Я был молодым и влюбился в одну немку из Шармботтона. Она была очень красивой. Чёрные волосы, карие глаза и стройная фигура, такая изящная, но была старше меня. Последнее, что я слышал о ней, так это то, что она выходит замуж за более статного парня. Чистокровная аристократка… Которую я первый заполучил, да и сам розу не сберёг. Но мы любили друг друга. — Надо было к Андромеде Блэк пойти, она бы тебе дала совет. — Да, чего уж там. — Аластор пожал плечами и осторожно опустился на кровати, сжимая кулаки от напряжения — Итак. Я жду тебя в понедельник, что бы пришла к моему кабинету в полной готовности и постаралась выглядеть прилично. — Как же это? Давай я возьму свою кожу и надену её, а также буду ходить всегда с хвостиком. Что бы все подумали, что я твоя дочь и даже вопросов не возникало! — Доркас встала, понимая, что он хочет отдохнуть и набраться сил. Уже изначально было ясно, что она пойдёт и выполнит его просьбу, но повыступать же надо. Медоуз осторожно поцеловала его в щечку и поправила русые волосы на голове перед сном. Она взяла со стула плед и осторожно укрыла его, смотря что бы не сбить датчики с рук. — Альма…- тихо бредил Аластор и Доркас закусила губу, понимая что она не первая и не последняя кто будет страдать от этого чувства и своей же памяти.

***

Тихо хрустнувшая ветка и всё могло пойти наперекосяк. Тонкс острожно пробиралась сквозь густые лесные заросли леса, держа наготове волшебную палочку. Девушка поправила рюкзак и почувствовала как капли с сырого и свежего мяса стекают ей за пояс, вызывая дрожь от холода. Зачем она пошла на это? Если зелье не сработает, то всё закончится как в драматическом рассказе — он убил свою возлюбленную, а позже и себя. Такая перспектива ей не очень нравилась, но раз уж она решилась, так ей стоило идти до конца. В крайнем случае она просто трансгрессирует и забудет про это, понимая, что зельевар из неё никакой. Если конечно успеет это сделать до того, как Люпин разорвёт её в клочья. Дора понимала, что заблудилась и без трансгрессии у неё просто не выйдет добраться домой или хотя бы до трассы в город. Достаточно яркая луна позволяла в некоторых местах леса опустить палочку и оглядеться. Тонкс вздохнула, выпуская из своего рта густой пар тёплого воздуха. Она начала замерзать и уже хотела вернуться домой, ведь волчий вой она никак не сможет сымитировать. Но Римуса нужно было найти, вдруг, зелье сделало только хуже и ослабило его? Девушка сжалась и вздохнула от сожаления, пока краем глаза не заметила лёгкое движение в кустах. Подойдя ближе, Тонкс ничего не увидела, но услышала едва заметный шорох снега за собой. — Люмос Максима! — девушка осветила волшебной палочкой небольшое пространство вокруг себя и от увиденного вжалась в дерево спиной. Она медленно стянула с себя рюкзак и словно боялась дышать, смотря на двухметровое существо в десяти метрах от себя. Дора сжала волшебную палочку, что бы успокоится и не боятся того, что это могут быть последние минуты её жизни. Тонкс потянулась рукой к рюкзаку и резко осела на землю, зажмурившись от страха. Оборотень резко прыгнул к ней и начал обнюхивать, словно пытался что-то уловить знакомое. Слушая тяжелое дыхание возле своей шеи, она едва могла держать себя в руках, пусть инстинкты и говорили ей бежать как можно быстрее. Мракоборец наконец расстегнула свободной рукой молнию рюкзака и нащупала влажную структуру. Говядина, ему должно понравится. Дора сделала резко движение рукой и протянула ему мясо в свободной руке. " Не с рук, дура!» — пронеслось у неё в голове, и девушка вовремя подбросила кусок, что бы он случайно не отхватил ей руку. Выловив момент, когда Люпин молниеносно отвлёкся на добычу, Тонкс встала и сделала шаг к нему навстречу. Раньше, она видела оборотней только на картинках и пыталась представить себе их внешний вид в реальности. Девушка решила не торопится и внимательно посмотрела в жёлтые глаза, стараясь уловить хоть маленькие нотки разума в его взгляде. «Раз он тебя не разорвал, значит хоть что-то понимает». Подсказки у неё в голове контролировали её тело. Она сделала маленький шаг к нему и протянула руку, что бы погладить. Тонкс отвернулась, ведь не смотря на все свои доводы, боялась. Дора расслабилась и подошла ещё ближе, пока не смогла спокойно погладить Римуса по холке и взглянуть на него. Ростом он намного превосходил её, особенно в своём волчьем обличии. Девушка улыбнулась, ведь в голове назрела нервная шутка. Набравшись смелости по самые уши, она осторожно обняла его, прижимаясь к холодной, но не густой шерсти. Дора сомневалась, что он сейчас мог понимать её или видел всё в цвете, но радовалась, что он не ушёл от неё или ещё хуже не сделал. Холод пробрал её до самых костей и она вздрогнула, не понимая как он спокойно стоит на месте столько времени. Она отстранилась от него и достала волшебную палочку. Прошептав несколько заклинаний, она соорудила небольшой костёр возле дерева и вздохнула, представляя какое приятное тепло сейчас он излучает. Обернувшись на Римуса, у которого холка встала дыбом от огня, Тонкс хотела сразу же засыпать костёр землёй, но передумала. Оборотень обошёл её и осторожно приблизился к костру. Дора отошла в сторону, наблюдая всё больше и больше за его телосложением. Она приподняла бровь, когда он лёг недалеко от костра, совсем не боясь огня. «Наверное, они боятся его, когда не контролируют себя» — подумала Тонкс. Девушка подошла осторожно к нему и села перед ним на колени, касаясь рукой его продолговатой морды. Девушка подтянулась к нему ближе и опустила глаза. Ей было очень холодно и хотелось домой, но он врядли согласится трансгрессировать вместе с ней. И врядли она сможете сделать это. Не найдя другого выхода, она осторожно склонилась к нему и легла на бок, положив свою голову ему на грудь. Да, шея и туловище у неё сейчас открыты как никогда, одно неловкое движение и она умрёт мучительной смертью. Услышав небольшой шум и приближающийся топот, она приподняла голову и посмотрела на приближающееся крупное животное, но вскоре к ней подбежал запыхавшийся Джеймс Поттер. Парень удивлённо посмотрел на неё, потом на Римуса и снова перевёл взгляд на девушку. Чуть проразмыслив, он кивнул ей назад, где лежал спящий Римус. Воспользовавшись тем, что Дора приподняла голову, Сохатый снял с себя плащ и осторожно набросил его на девушку, что выпустила пар из рта. Перемешав ветки в костре, он хитро посмотрел на Тонкс и улыбнулся, глядя, как она распределяет равномерно плащ на себя и на Римуса. От усталости и лёгкого страха её клонило в сон и Дора доверчиво положив голову на грудь оборотня, уснула.

***

— Скажи мне, Эванс… — Я Поттер. — Лили неловко поправила прядь волос и сжала бумаги у себя в руках, идя бок о бок с Доркас по коридорам Министерства Магии. — Прости, просто… — Тебе приятно это на слух, я понимаю. — Доркас свободно шла по коридору, изредка кивая неизвестным ей людям. Форма маркоборца была ей к лицу, но в голове она знатно материлась на такой расклад вещей. Уж слишком неудобная и сковывает движения, обувь вообще ужасная, а эти вороты делают из людей клоунов. — Да… Ты давно уже здесь? — Второй день от силы, но уже успела поставить пару людей на место и меня теперь пол министерства ненавидит. — фыркнула Медоуз и взмахнула чёрными волосами, поправляя их рукой. — Ладно я, а ты что тут забыла? — Решила поучиться немного у Миранды. Я так волнуюсь за Марлин, она себе места не находит, всё-таки девятнадцать лет и в таком возрасте родить… — Флинт опытный врач, она поможет, к тому же она и сама такая же, поймут друг друга. Что с Тонкс, она мне не отвечает уже который день? Они зашли в лифтовую кабину и без труда прошли к самой стенке. Высокая и серьёзная Доркас словно взглядом показывала, что с ней лучше не встуаать в конфликты и над вопросами подумать самостоятельно. — Джеймс говорил, что она уснула у Римуса на груди, когда он был… ты знаешь кем. — Поттер вовремя сообразила, что в таком обществе не стоит бросаться громкими названиями живых существ. — Люпин чуть с ума не сошёл, когда пришёл в себя. — Он ей ничего не сделал, или мне наведаться? — Ничего, просто поговорил и всё. Не бойся ты так, всё под твоим контролем. «Глава мракоборческого центра» — прочитала невинным голосом Лили с формы Медоуз. Доркас закатила глаза и попыталась скрыть это большим и деревянным на ощупь воротом. — Мне не приносит это удовольствия. Я просто выполняю свою работу… Что?! — девушка подпрыгнула на месте, когда внезапно стены окрасились в красный свет и начали переливаться, с нарастающим воем. — Что такое? Кто-то убежал? — рыжелосая девушка сгребла Доркас к стенке, что бы её не снесли бегующие по своим кабинетам люди. — У нас тут не Азкабан! — Медоуз достала волшебную палочку и быстрым шагом направилась к центральному входу, по пути отдавая громко указания тем, кто решил остаться и найти её. — Закрыть доступ к лифтам, все входы и выходы! Министра доставить в безопасное место, дать другим работникам выйти. Мракоборцам отойти к большому залу с разных корридоров и ждать команды! Сама девушка бегом направилась по широкому коридору вниз и крикнула рядом бегущей Лили. — Не лезь! — Отвали, Доркас, я помочь хочу! Идём! — Поттер строго посмотрела на неё и перегнала, что бы первой принять удар, но стала в ступор от увиденного. — Протего! — Медоуз резко прыгнула и выставила на них щит от ряда заклинаний. С силой откинув их назад, она рукой сгребла Эванс себе за спину и напряженно смотрела вниз. Девушка гордо подняла голову, не боясь косого взгляда от Беллатрисы и её обычных издевательств с волшебной палочкой и перевела взгляд на другого врага, стоявщим рядом с ней. Лорд Волан-де-Морт лениво перебирал в руках свою волшебную палочку и не отрываясь смотрел на Доркас, что побледнела от такой неожиданности. Она быстро повернулась к Лили, умоляющее смотря на неё, что бы та ушла пока не поздно. Медоуз подняла руку вверх, молясь всеми силами на то, что бы её не бросили её коллеги, с которыми она так и не успела нормально познакомится. Что бы сделал Грюм на её месте? Атаковал? Ждал? Поставил бы ловушку? Позвал Дамблдора? Что? Мысли роились у неё в голове, но ответ пришёл сам собой в голову со учащённым сердцебиением. — Магия… сила… — лениво прочитал Тёмный маг и змеиными глазами обвёл вокруг себя местность, словно находился здесь первый раз. Доркас медленно стянула с себя верхнюю часть формы и отбросила её в сторону, закатывая рукава своей рубашки. — Уходи, пока ты можешь это сделать. — она сделала осторожный шаг вниз по ступенькам. И ещё один и ещё. Она была зла. Она была очень злой на каждого, кто находился перед ней и сейчас единственной её целью было убить того, кто причинил её столько боли и породил внутри неё ненависть. — Как драматично… — кто-то из пожирателей пустил смешок и Медоуз быстро метнула нож, попав прямо в область третьего глаза. Девушка отошла назад, заметив, как пожиратели быстро разбежались в сторону, а Тёмный Лорд лишь небрежно посмотрел в сторону павшего солдата — Хватит болтать! — вспышка и между ними начинают падать верхние предметы с зала: люстра засыпала своими осколками весь пол, лестница преградила дорогу к быстрому доступу до Медоуз. Девушка быстро бежала наверх по лестнице, словно не замечала за собой летящих заклинаний. Вспышка, вторая, слева, справа. Мракоборцы сами знали когда им нужно ударить, что бы прикрыть её и найти выгодный момент для нападения. Кто-то догадался выпустить огненное кольцо и таким образом оттеснить половину явившихся пожирателей за пределы магических каминов. — Закрыть выходы из портала! — крикнула Медоуз какому-ту мужчине, что кивнул её и сразу побежал в противоположную сторону. Ну вот почему она не смогла выучить их все имена, что бы было проще? Замечая рьяную драку, девушка сразу же бросается навстречу Волан-де-Морту и смело становится у него на пути к коридорам. — Закончим здесь. — прошипела она, кидая на него первое заклинание, которое он с лёгкостью отбил. Удар, поворот, щит, но недостаточно сильный, что бы удержаться против него на ногах. Доркас быстро встала, но её руки уже обматывали цепи, приковывая её к полу. — Диффиндо! — этого было достаточно, чтобы она смогла выползти, но он уже был слишком близко и снова удар. Недостаточно окрепшая спина не сказала ей за это спасибо. Медоуз придержалась за голову и сжалась возле стенки, колдуя вокруг себя щит. Сидя на полу она продолжала атаковать ей и хоть на минуту отвлечь его огненными языками пламени по стенкам и полу. Доркас встала и чуть покачнулась на ногах, это будет сложнее чем она думала. Всего лишь резко сделав взмах в её сторону, он снова снёс её с ног и заставил задуматься. Она не победит его, даже если будет стараться. — Авада Диффи Люмос! — яркая вспышка света поразила его глаза и он отвернулся, закрывая их рукой. Медоуз медленно приподнялась. Сил больше не было. Слишком быстрые посылы заклинаний, щиты и движения отнимали много энергии, которой почти не было. Мракоборцы заняты дракой с пожирателями, а она взяла на себя слишком много в этот раз. — Вспыхни! — Лили подожгла со спины Тёмного мага и отвлекла его внимание на себя. Девушка нервно сглотнула, смотря на разбитую на полу Доркас. «Джеймс…» пронеслось у неё в голове, когда она врезалась спиной в стенку и вжалась в неё. Он не нападал, а подходил всё ближе, ближе и ближе. В змеиные глаза было очень неприятно смотреть, а злоба на лице делала его силуэт ещё более устрашающим. — Отойди… — не то ли попросила, не то пригрозила Поттер. Она резко появилась у него за спиной и толкнула того в стенку, опоздав с заклинанием на пару секунд. Лили сама от себя не ожидав, присела и резким выпадом обезоружила Тёмного Лорда тем, что ткнула ему в руку острым железным прутом. Девушка получила по лицу и упала на пол. — Акцио… — Медоуз подтянула его палочку к себе ближе и сжала её в руке, но сомневалась что это был конец. Крики за стенкой и постепенное затишье говорило о том, что министерство победило и им удалось выгнать нападавших. — Петрификус Тоталус! — Остолбеней! — Инкарцео! — Вспыхни! — Авада Кедавра! Рой заклинаний полетело на него с разных сторон, но на удивление и шок окружающих, Волан-же-морт смог отбить каждое из них. Он мог легко разбросать каждого мракоборца перед ним, но теперь лишь зло смотрел на них, замечая где-то связанных своих соратников. Понимая, что силы в этой битве будут неравны и количество превзойдёт качество, Тёмный Лорд удалился с большой и чёрной вспышкой облака.