Бессовестный

На следующее утро я проснулся позже Ильи и, он, видимо, уже спустился вниз, так как его половина кровати была пустой. Ещё несколько минут я лениво провалялся в постели, и полежал бы ещё немного, но любопытство взяло вверх: очень хотелось знать, чем занимаются все остальные. Когда я спустился, Дима и Илья уже хлопотали на кухне, но Андрея видно не было. Интересно, чем у них всё с Димой закончилось? Зная младшенького, сегодня он будет делать вид, что ничего не произошло. Хотя… благодаря Диме может быть, наконец, признает свою ориентацию и не будет больше строить из себя натурала и ненавистника геев. — Привет, блондинчик, — я поерошил светлые волосы Димы, — выспался? — Более менее. А ты? — он хитро улыбнулся и показал глазами на Илью, который стоял к нам спиной, готовя себе кофе. Это на что он, интересно, намекает? Решил, что между мной и Ильёй что-то было? Ага, раз самому перепало, подумал, что и я зря времени не терял. Он, конечно, был близок к правде, и я был бы совсем не против подыграть его фантазиям, но реальность сложилась иначе. — Нормально, — ответил я и закатил глаза — намекая, что между мной и его другом ничего не было, и он всё себе выдумал. «Ну-ну», — читалось в его ответном взгляде. «Балда!» — я усмехнулся и прошёл в комнату, и сложил диван, предварительно убрав постель в шкаф. Судя по тому, что в ванной шумела вода, я догадался, что Андрей плескается. — Я и тебе кофе сделал, — сказал Илья, когда я вернулся в кухонную зону. — О, спасибочки, — я с улыбкой принял кружку из его рук. Такой милашка! Да, он был милым со мной, но всё равно держал дистанцию и это дико раздражало! Дима заварил себе чай. Мы притащили с собой разные вкусняшки и расположились на диване. — Что будем смотреть? — я взял пульт и начал просматривать новинки. Илья вдруг оживился и выкрикнул: — О, давайте посмотрим «Железного человека»! — Я ходил на него в кино, — признался я. — Ну, пожалуйста! Я так давно хотел его посмотреть, — заскулил Илья, глядя на меня умоляющими зелёными глазками. У меня аж мурашки по телу побежали: мне так хотелось его обнять. — Я тоже его не видел! — присоединился Дима. — Включай! И как тут откажешь? — Ладно, — в итоге сдался я и нажал на «Просмотр». Минут через десять после начала фильма из ванной показался Андрей. Он бросил в нашу сторону короткий взгляд, нахмурился и сразу отправился наверх. Мелькнула мысль пойти за ним, но я остановил себя. Пусть побудет один. Ему нужно время для мыслей наедине. Он у меня очень думающий мальчик. Я оглянулся через плечо и увидел, что Дима всё ещё смотрел наверх, туда, где скрылся Андрей. Видимо, тоже было интересно, почему он к нам не присоединился и спрятался. Когда все позавтракали, я забрал у ребят кружки и отнёс всю посуду на стол. И, когда вернулся, сел ближе к Илье, он сразу, словно сладкий котёночек, прижался к моему плечу, положив на него голову, хотя при этом всё ещё держал Диму за руку. Хм… а, если Андрею и правда нравится Дима, может он бесится из-за Ильи? Эти двое и меня иногда подбешивают своей чрезмерной близостью. Они не парочка, но ведут себя так словно влюблены друг в друга. Андрей спустился вниз только на середине фильма. На нём была белая футболка с широким вырезом, который обнажала его ключицы и частично правое плечо, а ниже джинсовые шорты. Тёмная чёлка падала на его лицо, и он соблазнительно качнул головой, чтобы её убрать, показывая при этом свою изящную шею. Ну, красавчик! Даже немного гордость взяла за то, что это мой младший братик. — Что смотрите? — спросил он, пройдя через комнату и остановился позади дивана. — «Железного человека», — ответил я. — Давай с нами. — Ясно, — коротко ответил он и обойдя диван, уселся рядом с Димой. Интересно развивается сюжет, — подумал я. Даже интереснее, чем на экране. А, что, если у них с Димой всё сложилось неплохо, но Андрей из-за меня так стесняется? Он ведь не в курсе, что я всё знаю. Забавно. Когда Андрей сел, Дима оглянулся на него и они несколько секунд молча смотрели друг на друга. Не ругались как накануне, а вели себя неестественно тихо. И они решили, что я ничего не замечу? Даже, если бы я вчера ничего не подслушал, уже всё бы прочитал на их лицах. Вчера цапались как кошка с собакой, а сегодня вон уже рядышком сидят, а, между прочим, с моей стороны на диване тоже место есть, но Андрей выбрал Диму. Если он решил, что я ничего не вижу, то какой же он всё-таки ещё наивный. Когда фильм закончился, я решил глянуть, что есть в холодильнике, чтобы попозже что-нибудь приготовить на скорую руку и, если ничего подходящего не будет, заказать доставку. А то вон сколько птенчиков теперь кормить нужно. И тут я услышал какой-то шум, оглянулся, и увидел, что Илья лежит в объятиях Димы и они, кажется, только что целовались, так как их лица разделяло всего пара сантиметров. Андрей в этот момент направлялся в сад, и именно шум, с которой он открыл дверь, меня, видимо, и привлёк. — Опять курить? — крикнул я ему вдогонку. — Отъебись от меня! — прорычал он и снова хлопнул дверью, на этот раз с шумом закрывая её. Глядя на то, как Дима с Ильёй жмутся к друг другу, причина его поведения была очевидной. Дима по-своему тоже мудак. Соблазнил мальчика и теперь откровенно издевается над ним, ведь он по своей же глупости вынужден скрывать свои чувства. Даже, если таким образом Дима пытается его спровоцировать, чтобы тот открылся, то это тоже жестоко. Андрей уж слишком закрытый для этого и стеснительный, а ещё — очень гордый. — Пиздец… — тихо сказал я, оценивая всю ситуацию. Братишку по-своему было жалко. — Я поговорю с ним, — Дима чмокнул Илью в щёку, выпустил его из своих объятий и торопливо последовал за Андреем. — Бесполезно, — сказал я, когда Дима был уже у двери, — видимо, дело в переходном возрасте. Он ведь ещё совсем ребёнок — впервые далеко от родителей, и друзей у него тут нет… сколько я не пытался с ним сблизиться — толку никакого, — я тяжело вздохнул. Выдал Диме краткую информацию, о том, с кем он имеет дело. Похоже, он ещё не понял, что за всей этой агрессией Андрея скрывается тонкая и ранимая душа напуганного ребёнка. — Я всё же попробую, — твёрдо сказал Дима и скрылся за дверью. Илья поднялся с дивана и подошёл ко мне: — Мне, наверное, уже домой пора, — он смущённо посмотрел в сторону. — Оставайся, — нежно сказал я. — Мы сейчас с Димой съездим в аэропорт за его отцом, а когда вернёмся, вместе пообедаем. А потом я тебе такси закажу. Идёт? — Ну, ладно, — Илья поднял на меня взгляд, а после поджал губы и снова опустил голову. — Мы быстро, максимум часа на два, — я подошёл ближе и ласково погладил его по голове: — Ты меня стесняешься что ли? — Нет, — он покачал головой. — Просто… хм… не важно… — Хотя бы скажи, что не так? Я что-то не так делаю? — Нет, — он снова покачал головой. — Дело в не тебе… — А в ком? — В Диме. — Что… Но я не успел задать свой вопрос, так как в комнату вернулись Дима с Андреем. Брат вдруг подошёл ближе, нахмурился и тихо произнёс: — Никита… — Чего тебе? — я смерил его взглядом. — Прости, что нагрубил тебе… я был… не прав. И чего это только что было? Я в небольшом ахуе перевёл взгляд на Диму. Кто этот парень? На лице Димы мелькнула хитрая улыбка. Он демонстративно пожал плечами, типа, а что тут такого? Он был не прав вот и извиняется. Ага! Что тут такого? Он никогда так себя не вёл! Чего Дима там с ним сделал? — Ладно… — растерянно пробормотал я, обращаясь к Андрею, который застыл передо мной с поникшей головой, — постарайся больше так не делать. — Хорошо, — ответил он и тут же рванул наверх по лестнице. — И как это понимать? — спросил я Диму, всё ещё находясь в некотором шоке. — Просто поговорили, — он снова пожал плечами, — мы с ним почти ровесники — нам проще понять друг друга. Дима не простой парень, я всегда это знал. И его невинная внешность пиздец как обманчива. Наверняка, он что-то пообещал Андрею, после чего тот сразу стал словно заинька. Интересно, что это было за обещание? — Вот, значит, как? Просто поговорили? — я покачал головой, смерив подозрительным взглядом блондина с головы до пят. Дима в ответ лишь хлопал своими синими глазками и продолжал улыбаться. Илья стоял рядом и, как и я, смотрел на Диму немного растерянным взглядом. Значит, и он не в курсе, что там между этими двумя творится. — Ладно, об этом потом, — тогда сказал я, обращаясь к Диме. — У меня тут к тебе есть одно важное дельце. — Какое? — Я скоро еду за твоим папочкой в аэропорт, хочу прихватить тебя с собой — поговорить кое о чём нужно, — сказал я интригующим голосом. Изо всех сил старался не смотреть на Илью, чтобы заранее себя не выдать. — А как же водитель отца? — удивился Дима. — У него что-то вроде летней простуды, наверное, мороженого пережрал или под кондишеном уснул. А так как я — мальчик на побегушках твоего папаши, выбора у меня нет, так что выдвигаемся через двадцать минут! — Ладно… — он, кажется расстроился. Видимо, не хотелось ему, как и мне, в выходной куда-то мотаться. — А о чём ты поговорить хочешь? — Потом узнаешь, — я продолжил сохранять интригу. — А пока сгоняй домой и смени одежду, я тебя позже подберу около твоего подъезда. — Да, и так вроде нормально, — он осмотрел себя со всех сторон. — Ты вчера в этом же ходил! — возмутился я. — И что? — Перестань идиотничать, иди уже что-нибудь приличное надень! Ты же знаешь, как твой отец относится к внешнему виду. — По-моему, это у тебя бзик на шмотках, — недовольно высказался он, и направился в прихожую. — Вали, давай уже! — крикнул вдогонку я. — Одень, кстати, ту голубую рубашку, которую я для тебя выбрал. — Я же говорил, ты помешан на тряпках! — бросил он с усмешкой, после чего я услышал как хлопнула входная дверь. *** — Запиши мой номер, — сказал я Илье, уходя из дома. — Если что, звони, ладно? — Хорошо, — он вбил цифры в свой мобильник. А потом поднял на меня взгляд: — А о чём ты хочешь поговорить с Димой? — Эм… — я даже смутился от его вопроса. — Я потом расскажу, ладно? — быстро обнял его и, шепнув на ухо: «Мы быстро», сразу покинул квартиру. На самом деле мне очень хотелось сказать ему, как сильно он мне нравится, но я решил, что сначала обсужу этот вопрос с Димой. Уж слишком они были близки, и я не знал, не перейду ли я черту, зайдя таким образом на чужую территорию. Да и Илья вёл себя очень непонятно. Вроде бы и тянулся ко мне и ластился, но при этом близко не подпускал. А с Димой при этом вёл себя вполне раскрепощённо. Садился к нему на колени, обнимался, и даже поцеловал его при мне и Андрее. Может быть после нашего вчерашнего разговора он всё же тоже решил не сдаваться? И, когда он сказал, что дело не во мне, а в Диме, он именно это и имел ввиду? Как же всё непонятно! Я подобрал Лисёнка, и мы сразу двинули в аэропорт. Погода была солнечная и ясная, жарковато немного, но дул приятный ветерок, так что я выключил кондей и приоткрыл окна. В целом день был обычный, даже настроение неплохое, но с момента как я вышел из дома, меня не оставляло какое-то неприятное ощущение. Будто я какой-то испачканный или липкий, хотя ничего такого на самом деле не было. Сам понять не мог, что на меня нашло. А ещё из странного, я перепутал сторону и чуть не сел в машину по привычке с правой стороны. Взглянул на бэху с какой-то неприязнью и решил, что на следующей неделе пересяду обратно на тойоту. — Заедем быстро в офис, — сам от себя не ожидая вдруг сказал я, когда мы уже выехали на двухполосную улицу, резко перестроился и развернул машину. Понимал, что придётся сделать крюк, но по моим расчётам, мы в итоге могли потерять всего минут пятнадцать, так что в аэропорт должны успеть. Правда впритык, но это не критично, сегодня воскресенье и пробок быть не должно. — Чего вдруг? — Хочу машину поменять, — твёрдо сказал я. — А с этой что не так? — Сам не понимаю, — озадаченно сказал я. — Пусть это будет навязчивой идеей. Но мне так будет спокойнее. — Ладно, — Дима лишь пожал плечами. Мы заехали на подземную парковку офиса, где я сменил машину, и снова двинулись в путь. — А разве ты купил новую машину не для того, чтобы отца моего катать? — заметил Дима. — Он не будет ворчать, что ты его не на бэхе встретил? — Не важно, — я нахмурился. — Скажу, что в сервис сдал. Блин, реально что-то меня очень сильно тревожило. Но я понимал, что всё делаю правильно. Будто какая-то невидимая сила управляла мной, давая подсказки. — Так что там у тебя за разговор? — спросил Дима, отвлекая меня от моих мыслей. — На счёт Ильи… — пробормотал я. — Так между вами что-то было этой ночью? — он усмехнулся. — Я так и знал! — Если бы… — продолжая одной рукой держать руль, другой я нервно растёр себе шею. — Напротив… он, вообще, не подпускал меня к себе, даже не позволил просто обнять… в общем, спали с ним на разных сторонах кровати. — Хм… а я думал, ты ему нравишься… — озадаченно произнес Дима. — И мне так показалось… — с грустью в голосе признался я. — И, как он объяснил своё поведение? — Когда я его спросил, в чем дело, он сказал, что причина в тебе, — я бросил на него подозрительный взгляд. Возможно, Дима что-то рассказал Илье обо мне и наказал держаться от меня подальше? Бредовые мысли, знаю, но я просто уже прокручивал все возможные варианты. Мне нужно было понять, почему Илья меня отталкивает. — Причина во мне? То есть?.. Что он имел ввиду? — он изобразил удивление. — Я не знаю… он больше не стал ничего мне говорить… Я думал, ты сможешь мне объяснить, — мой голос прозвучал немного резко. — Я? Мне-то откуда знать?! — А кто с ним сегодня обжимался и сосался на диване?! Может быть, у вас там любовь? Я совершенно ничего не понимаю в ваших отношениях! — я нахмурился. — Да, блять! Заебали уже все! И тебе я уже объяснял, что мы с ним друзья, просто таким образом мы выражаем свои чувства друг к другу! Тем более, что сейчас мы оба свободны… — А что, если он решил, что вы теперь вроде как вместе? — я решил играть в открытую. — Вдруг окажется, что он тебя всегда любил и просто скрывал свои чувства? А теперь, когда ты один, просто реализует свои желания? Дима напряжённо обнял себя руками и замолчал. Кажется, я попал в точку. Видимо и он сам об этом уже задумывался. — Когда вернёмся, я с ним поговорю. Я и сам не знаю, что у него на уме, — наконец, сказал он после нескольких минут раздумий. — Так ты не против, если я с ним… — Я не против! — перебил меня Дима. — Мне кажется… вы подходите друг другу. Так что… я не против. *** Я один встретил Константина в аэропорту, так как Дима решил остаться в машине. Но я сразу сказал боссу, что приехал вместе с его сыном. — Почему он здесь? — удивился тот. — Вы же сами сказали, чтобы я присматривал за ним, — придумал я глупое оправдание с такой же глупой улыбочкой. Босс многозначительно смерил меня взглядом и задумчиво хмыкнул, а после снова сфокусировал внимание на мне и перешёл к делам. Общаясь, мы дошли до парковки, погрузили багаж и сели в машину. Дима уже пересел на заднее сидение за моей спиной. Теперь я мог видеть его лишь в отражении зеркала заднего вида. Выглядел он каким-то потерянным и подавленным. Скорее всего он снова думал о Марке. Когда он со мной, Ильёй или Андреем то ведёт себя в целом как обычно, даже веселится или шутит, но стоит ему остаться одному… Н-да. Понимаю его. Всё-таки Марк был ему важен. Но всё же в глубине души я был рад, что между ними всё кончено. Кто знает к чему бы привели их дальнейшие отношения. Дима заслуживает лучшего. И даже, если это буду не я, то уж точно не Марк! Мы выехали на магистраль, и я вдруг нервно провёл рукой по лицу и стиснул зубы — снова это неприятное ощущение. — Что с тобой? — заметил Константин. — Ничего, — я с усилием сделал глубокий вздох, крепко сжимая руль, — душно немного. — Может закроем окна и включим кондиционер? Жарковато сегодня. — Думаю, да, — я послушал его совета и закрыл все окна в машине. Про машину он, кстати, ничего не сказал. Может ему, наконец, стыдно стало, что я вечно у него шофёром по выходным подрабатываю, и он решил не высказывать своё мнение на счёт тойоты? — Чёрт! — я резко схватился за грудь. — Что опять? — Константин снова смотрел на меня с волнением. — А! Да ничего, — я широко улыбнулся. — Почему-то подумал, что забыл пристегнуться. Блин, да что со мной такое? Почему я вдруг подумал о ремне. Тут же посмотрел через зеркало на Диму и заметил, что он не пристёгнут, и сразу ощутил сильное беспокойство. Странно. Подумаешь. Я сам никогда сзади не пристёгиваюсь и было бы как-то тупо сейчас просить его пристегнуться. Нужно сосредоточиться на дороге. Что-то не так. Движение вдруг стало намного плотнее, но скорость потока не менялась. Мы ехали по скоростной магистрали и сбрасывать скорость не то, что не было смысла, это было даже опасно. И тут справа начала появляться огромная фура. Двигалась куда быстрее нас и вдруг резко пошла на обгон. Блядь! Нихуя она не пошла на обгон, она тупо начала перестраиваться на нашу полосу! — Какого хрена она перестраивается? — рявкнул я. — Водила совсем ослеп?! Он что не видит, что мы тут едем? Магистраль трёхполосная. Мы ехали по крайней левой полосе, то есть к полосе самой близкой к встречному движению. Ни барьерного ограждения ни отбойников там нет, лишь двойная сплошная. Фура на средней полосе. Поток стал плотнее, а это значит… — Кажется, справа дорогу ремонтируют, — озвучил мои догадки взволнованным голосом босс. — Смотри, вон знаки! Фура была всё ближе, единственное, что оправдывало её нелогичное движение — мы попали в слепую зону водителя. И это чертовски хреново! Тормозить? На такой скорости? Сзади Дима и он пострадает в первую очередь. От резкого торможения зад тачки просто снесёт нахрен. Если и выживет, то останется калекой. Пиздец! Нужно, чтобы нас заметили! — Сука! — рявкнул я и принялся активно сигналить, а после резко обернулся и крикнул: — Дима, пристегнись! Дима схватил ремень и стал взволнованно пристёгиваться. Только бы успел! — Блядь! Он перестраивается! — закричал я и стал понемногу сбавлять скорость. — Мы попали в его слепую зону — он в упор нас не видит! Спустя пару секунд фура уже вплотную прижалась к нашему автомобилю и стала «тащить» нас на встречку. — Никита, тормози! — закричал Константин. Пиздец! Ну теперь всё понятно. Если бы я сел в бэху, при торможении я инстинктивно стал бы всё равно уходить вправо, от встречки, машину бы всё равно развернуло и удар пришёлся бы по мне и Диме. Я, конечно мог бы вырулить и влево, но это считай самоубийство. Скорее всего ни выжил был никто. И как я не рассчитывал траекторию, всё равно понимал, что Константина мне уже никак не спасти, можно лишь рассчитывать на удачу, что встречная машина успеет быстро перестроится и уйти от удара. Но всё же, если крутануть влево и развернуться? Блядь! Нет времени думать! И я повернул руль. *** — Эй! Слышите меня? — кто-то легонько бил меня по щекам. — Вы меня слышите? Чей-то голос пробивался через звуки сирен. В глазах замелькали синие и красные огоньки. А после яркий свет, будто кто-то светил мне фонариком в лицо. — Да… я слышу, — с трудом произнёс я. Что-то липкое на губах. Всё лицо липкое. И тело… тоже липкое. Больно… — Можете шевелить ногами и руками? Я попробовал: — Кажется, да. — Что-то болит? Я сглотнул слюну: — В груди… и шея… — произнёс я слабым голосом. — Это от удара подушки безопасности. Повезло, что вы пристегнулись, и что сработали обе подушки, — я наконец, начал различать лицо своего собеседника. Это был высокий крепкий мужчина в одежде спасателя с невероятно добрыми светлыми глазами. — Давайте его скорее в машину, — услышал я голос какого-то другого человека за спиной. — Дима! — тут же воскликнул я и попытался подняться, но сразу ощутил резкую боль в шее и вернулся на кресло. И ноги почему-то не слушались. Боли не было, но было ощущение, что они будто были связаны. — Дима — это парень, который сидел сзади? — спросил спасатель. — Да! Он как? — я закашлялся. — Без сознания, но он жив. Травма головы. Кстати, он молодец, что был пристёгнут. Иначе… И тут я вдруг понял, что это была за липкость… — А мужчина слева… — я попытался повернуть голову. — Нет-нет, — спасатель положил ладонь на мою щёку. — Не смотрите туда. Хорошо? Не надо, — он серьёзно посмотрел в мои глаза. — Мёртв, да? — задал я очевидно дурацкий вопрос, всё ещё находясь в сильном шоковом состоянии. — Сейчас придёт мой напарник, и мы поможем вам выбраться, — он проигнорировал мой вопрос. — Основной удар пришёлся слева, но всё же панелью вам заблокировало ноги. Нужно будет немного распилить. — Надеюсь, не ноги, — сквозь слёзы, которые потекли по щекам, усмехнулся я. — Хорошо, что у вас осталось чувство юмора, — мужчина по-доброму улыбнулся. — А Дима… он как? — Я же говорил, что головой ударился. — Сильно? — Ну, стекло на задней двери точно придётся заменить, — он кисло улыбнулся. — А у вас тоже отличное чувство юмора, — улыбнулся я, шмыгая носом. — Такая работа. Без чувства юмора можно и с ума сойти, — он оглянулся и помахал кому-то рукой. Вскоре пришёл его напарник и минут через двадцать они, наконец, достали меня из машины. И уже когда я встал на ноги, опираясь на плечо своего спасителя, просто замер в ощущении охватившего ужаса. Всё вокруг было похоже на мясорубку из машин. — Сколько машин столкнулось? — спросил я у мужчины, озираясь кругом. — Кажется, тринадцать. Несчастливое число, однако, — он шумно вздохнул. — И я бы не советовал смотреть по сторонам, — сказал он как раз в тот момент, когда один из сотрудников скорой помощи накрывал чье-то изуродованной тело чёрным покрывалом из полиэтилена. Вокруг слышались стоны и крики. А от некоторых машин поднимался вверх белый пар. — Меня тошнит… — я закрыл рот рукой. — Давай остановимся. Но смотри только в ту сторону. Хорошо? — он указал на край дороги, где никого не было. — Как тебя зовут, кстати? — Никита. — Хорошо, Никита, дыши. Я узнал, куда отвезли твоего друга Диму, и мы с тобой поедем в ту же больницу. Скоро вы с ним увидитесь. *** В больнице меня осмотрели и сразу оформили в палату. Было несколько ссадин на ногах, ушиб грудной клетки и хлыстовая травма шеи. Переломов, к счастью, не было, все кости остались целы. И повезло, что я был без очков, иначе при ударе подушкой, могли пострадать глаза. Меня вообще все называли везунчиком, хотя… какой уж тут я везунчик. Везунчики уж точно в аварии не попадают. После оформления пришел следователь и начал задавать вопросы про произошедшее. Что я видел, что помню, номера моей машины и имена всех пассажиров. Разговор длился всего минут десять. В конце он взял мои контакты и удалился со словами: — Мы свяжемся, если будут ещё вопросы. Выздоравливайте! Когда я был уже в палате, попросил у медсестры телефон, так как мой мобильный остался где-то в разбитой тачке. Номер Андрея я наизусть не помнил, поэтому позвонил на свой домашний. Хотя и его я вспомнил с трудом в надежде, что хоть кто-нибудь возьмёт трубку. — Алло? — услышал я голос Андрея. — Привет, — сказал я слабым голосом, так как мне уже вкололи обезбол, снотворное и, кажется, какое-то успокоительное, — это Никита. — Никита? Ты где? Вы же с Димой ещё часов пять назад вернуться должны были! — Мы попали в аварию… слушай, что я тебе сейчас скажу… — Что?! В аварию?! Эту ту, о которой все новости трубят?! С фурой?! — Дай мне сказать… я не могу кричать как ты. — Я читал там уже пять человек погибло! — Андрей… не кричи… послушай меня, ладно? — А Дима?! — в его голосе зазвучали нотки плаксивости. — Он жив? Скажи, что он жив! — Да. Дима жив. Всё? Успокоился? — Ага… — я услышал как он шмыгает носом. — А ты… в порядке? — Кости целы и жить буду. Мы с Димой в одной больнице. — Я сейчас же приеду! — Сейчас не надо. Завтра утром приезжай, ладно? У тебя же деньги есть? Купи мне айфон. И симку. Я потом верну. Ноутбук мне ещё привези. Он в спальне на столе. Всё понял? — Ты чего работать в больнице собрался? С ума сошёл?! Ты долбанный псих! — Отец Димы умер. Мне нужно связаться с адвокатом и инвесторами. Это важно. — Отец… Димы? — теперь его голос звучал напугано и тихо. — Да. Он, к сожалению, не выжил. — Ты серьёзно? — Серьёзнее некуда. Так что… завтра приезжай. И передай всё Илье. Он тоже, наверное, беспокоится за Диму. — Л-ладно… — Всё запомнил? — Ага. Айфон, симка и ноутбук. — А ну и привези мне несколько моих пижам. Похоже, я тут дня на три. — Х-хорошо. *** Илья с Андреем приехали на следующий день. С утра я уже успел позаботиться о том, чтобы нас с Димой перевели в палаты комфорт-класса. К счастью, у меня в джинсах всегда лежит пара банковских карт. Так что теперь можно было без проблем принимать посетителей и получать более достойный сервис. К тому же в таких палатах были свои отдельные душевые, а это уже довольно весомый бонус. — Никита! — в палату влетел Андрей и быстрыми шагами направился к кровати. — Ты как? — он присел на край и заглянул в моё лицо. — Привет, — следом вошёл Илья. Он был какой-то неестественно бледный, казалось, ещё шаг и в обморок бахнется. — Я в порядке, — ответил я Андрею. — А ты хорошо выглядишь… — с каким-то облегчением сказал Илья. — Да? Спасибо, — я чуть заметно улыбнулся. Видел бы он меня вчера. Когда я приехал в больницу и увидел себя в зеркало, минут тридцать блевал без остановки. Просто в какой-то момент осознал, что я буквально весь забрызган кровью и другими останками моего босса. Это было невыносимо. В голове не укладывалось то, что случилось. Мне хотелось отмыться! Очиститься! В итоге сходил в общий душ, где со слезами на глазах отмывал с себя всё ЭТО несколько минут. Всё тело горело от боли. Только вот душа тоже болела и была запятнана чувством горечи, стыда и сожалений. И она никак не отмывалась обычной проточной водой. Когда вернулся в палату, одежду попросил выбросить, забрал только из кармана джинсов карты и ключи от квартиры. — Вам больно? — спросила меня молодая медсестра, когда я сидел на кровати, переодетый в какие-то больничные застиранные шмотки, и, прижимая одеяло к себе, безостановочно плакал. — Да… очень больно… — тихо ответил я. — Где болит? — Вот тут, — я указал ладонью на сердце. — Сейчас дам вам обезболивающее, — сказала ласково она. — Ложитесь. — А для души у вас что-то есть? — спросил сквозь слёзы я. — Души? — она удивлённо на меня посмотрела. — Кто-то ваш близкий умер в этой аварии? — Да… — Найдём что-нибудь, — она грустно улыбнулась. — Успокоительное? Снотворное? Говорят, когда поспишь, на утро становится легче. — Думаете? — тихо спросил я, пытаясь унять слёзы. — Так, давайте, вы ляжете, — она помогла мне улечься. — И руку давайте мне. Катетер же вам поставили? Да, вижу поставили. Сейчас всё сделаем. Она взяла три ампулы с лекарствами и по очереди их мне ввела. — Хотите посижу немного с вами? — девушка взяла стул и, не дожидаясь моего ответа, присела. — Сколько вам лет? — Двадцать четыре… — всё ещё пытаясь унять слёзы, я размазывал их по щекам. — Такой молодой, — она улыбнулась. — А вам? — я сглотнул скопившуюся слюну и облизал влажные губы. — Мне двадцать семь. — Вы старше… — сказал я, чувствуя как по телу разливается приятное тепло. На душе сразу стало спокойно. — Кажется, лекарства начали действовать, — я прикрыл глаза и глубоко вздохнул. — Вот и хорошо. Скорбь подождёт. Сейчас вам нужно выздоравливать. — А можете дать телефон? Позвонить домой? — Конечно, — она достала из кармана мобильный. — Какой номер набрать? — Попробуйте этот… В итоге правильный номер я назвал только с третьего раза. И теперь Андрей выкладывал передо мной из рюкзака всё, что я заказал. — А к Диме ещё не пускают, — сказал Илья. Он прошёл в палату и немного робко присел на стуле, не отводя от меня внимательного взгляда. — Да, — я шумно вздохнул, — у него травма головы. Кажется, пробил башкой боковое стекло и ему двенадцать швов наложили. Он ещё не приходил в себя. — Как не приходил?! — Андрей смотрел на меня огромными от шока глазами. — Медсестра сказала, что как только он очнётся, мне сразу сообщат. Сам хочу его увидеть… — Ты же… не винишь себя в этой аварии? — Андрей строго на меня посмотрел. — Отчасти я виноват, — признался я и стыдливо отвёл взгляд. — Да с хуя ли! Это всё водитель фуры! Он буквально засыпал за рулём и выехал на встречку. В итоге и вас туда затащил! — воскликнул Андрей. — Да у меня с утра было хуёвое предчувствие… я даже машину поменял. — При чём тут твоё предчувствие?! Ты не виноват! Ясно тебе! — Погиб отец Димы… — тихо сказал я. — И мне пришлось выбирать, кого защитить. И я выбрал Диму. Что теперь будет с компанией… — меня снова начала охватывать паника. — Так тебя компания беспокоит? — нахмурился Андрей. — Ты выбрал Диму! Ты его спас! Думай, блядь, об этом! — Андрей прав, — согласился Илья. — И я думаю, у тебя было не так много вариантов и времени. Главное, что ты и Дима живы. Ведь и вы тоже могли умереть. Андрей оглянулся на Илью, а после снова посмотрел на меня: — Как хорошо, что ты в порядке! — Андрей буквально набросился на меня, обхватив руками. — Я бы не пережил, если бы потерял тебя! — Ай, ай! Аккуратно, — я стиснул зубы, так как он сдвинул шейный фиксатор, который мне надели утром. Илья с улыбкой посмотрел на нас двоих. Видимо, таким нежным Андрея он видел впервые. — Ладно, приём окончен, — я поерошил тёмные волосы брата. — Я позвоню, как будут новости о Диме. Запишите мой новый номер, пока я тот не восстановил. А пока мне нужно с работой вопрос решить. Теперь всё стало непросто. Про похороны и вопрос с наследством, я не стал говорить, хотя сам понимал, что всё это тоже в итоге будет на мне. Когда ребята ушли, первой я позвонил секретарю Алёне, нашёл её номер в рабочей почте. Бедная девочка была в шоке. Начала тут же реветь в трубку. В итоге кое-как её успокоил и попросил разузнать всё о том, где сейчас тело Константина и сообщить всем инвесторам и ключевым партнёрам о его смерти, также помочь мне в организации самих похорон. С адвокатом я решил связаться сам, так как Константин записал меня как доверенное лицо в случае, если с ним что-то случится. Когда решил большинство вопросов, пообедал, принял душ и переоделся в одну из своих любимых пижам, на которой были изображены розовые фламинго. На сердце сразу стало как-то повеселее. Время близилось к четырём, когда ко мне зашла медсестра. Та самая, что накануне поставила мне лекарства от боли в душе. — Ну как вы? — спросила она. — Сегодня что-то болит? Теперь я смог лучше рассмотреть её — это была невысокая стройная брюнетка с убранными в хвост волосами и тёмно-карими глазами. — Честно говоря, почти ничего, — слукавил я, потому что шея всё ещё заметно побаливала. — Вы можете меня выписать? — Как неожиданно. Так сильно хотите отсюда сбежать? — она улыбнулась. Я хмыкнул, хотя весело мне особо не было. Скорее её присутствие подняло мне настроение. — Нужно организовать похороны, — я нахмурился. — Это моя обязанность. — Если не секрет, то… кем он был для вас? — девушка присела на стул у кровати. — Моим… — я замолчал. Кем он был для меня? Он был моим боссом, наставником и моим… Он так часто называл меня своим сыном, что даже при живом родителе я считал его своим отцом. Глаза снова заволокла влага, но я изо всех сил держался, чтобы снова не расплакаться. Иначе меня снова обколют разными лекарствами и плакала моя выписка. — Ладно, — медсестра вздохнула, понимая, что отвечать я не планирую, — я тут к вам с новостями. Про Диму. — Дима? Что с ним? — встрепенулся я. — Всё в порядке. Он уже приходит в себя. — Слава богу! — я сразу подумал об Андрее и Илье. — А вы не против, если я друзей позову? Они очень хотят его навестить. — Ну раз очень хотят, — она улыбнулась. — Думаю, близкие друзья ему сейчас нужны как никогда, — а после многозначительно посмотрела на меня. Теперь я понял, что она знала о том, что Дима потерял в аварии своего отца и, видимо, теперь ей было любопытно, кем являюсь я для этих двоих. — Можете переодеть его, — я выбрал одну из тех пижам, что принёс Андрей, на которой были изображены пухлые медвежата. — Конечно, — она приняла пижаму из моих рук и поднялась на ноги. — Очень миленькая. — Диме понравится, — я улыбнулся. *** Илья с Андреем приехали примерно через полчаса после того, как я позвонил. Софья, моя верная медсестра (наконец, я узнал её имя), попросила сначала войти к Диме кому-то одному из нас и, конечно, никто не был против, если это будет Илья. Всё-таки он был для него самым близким другом. Когда Илья ушёл, Софья также направилась к выходу: — Займусь вашей выпиской и скоро вернусь, — сказала она и удалилась. — А когда нам можно будет пойти к Диме? — Андрей сел на стул, нахмурился и обнял себя руками. — Так хочешь его увидеть? — я смерил его хитрым взглядом. — С чего вдруг? — Ни с чего, — буркнул он. — Волнуешься за него, да? — я смотрел на то, как белеют костяшки на его руках. — Не волнуюсь я! — Нет? Тогда и идти к нему тебе незачем, верно? Значит, останешься здесь, — игриво сказал я. — Что? — он посмотрел на меня потерянным взглядом, и его глаза начали заполняться влагой. — Зачем тебе Дима? Ты же его ненавидишь, — продолжал я его дразнить. — Да! Ненавижу! — и в следующий миг из его глаз потекли слёзы, и он закрыл лицо ладонями. — Ненавижу его… — А может он, всё-таки тебе нравится? — я кисло улыбнулся. — Чего расплакался? — Я хочу к Диме! — Андрей наклонил голову вперёд и начал всхлипывать. — Значит, между вами что-то было? — Да… — сдавленно ответил он. — Ладно, иди ко мне, — я протянул руки, тогда Андрей поднял на меня взгляд, встал со стула и прильнул к моей груди. — Дурачок, — я погладил его по голове, — я же сразу понял, что он тебе нравится. — Как? — капли его слёз стали впитываться в мою пижаму. — Это опыт, детка. Ладно, не плачь. Скоро ты с ним увидишься, — я шумно вздохнул. — Прям так сильно нравится? — Да. Очень-очень сильно! — Сразу понравился, как только его увидел? — Ага. — А делал вид, что тебе всё равно. — Заткнись! Я улыбнулся и сильнее прижал Андрея к себе: — Ты ещё такой глупенький. Какое-то время он молчал, пытаясь унять слёзы и, когда, наконец, стал успокиваться, осторожно спросил, всё ещё прижимаясь щекой к моей груди: — А ты на меня не злишься? Ну, то, что я с Димой… Он же тебе тоже нравится. — Злюсь? Не думаю… Скорее беспокоюсь за тебя. — Почему? — Дима сейчас как раненная пташка. Марк обрезал ему крылья. Понимаешь о чём я? — Нет. Если честно, не понимаю… — Не уверен, что он сейчас способен кого-то полюбить, а ты непременно этого захочешь. Его любви. В конечном итоге он разобьёт тебе сердце. — А если он всё же полюбит меня? — Это твой выбор. Хочешь учиться на своих ошибках? Хорошо. Да, тебе будет больно, но всё же — это будет твой личный опыт. В общем — не попробуешь, не узнаешь. — Хреновый из тебя советчик, — буркнул он. — А я тебе ничего и не советую. Как раз предоставляю сделать свой собственный выбор, — я усмехнулся. — Забавно. Когда смотрю со стороны, то всё кажется таким очевидным, но сам же недавно получил по лбу, наступив на те же грабли. — Я хочу быть с Димой! — неожиданно твёрдо заявил Андрей. — Это я уже понял, — я погладил его по голове и чмокнул в макушку. — Тогда, если нужна будет помощь — обращайся. Хорошо? — Ладно. И… спасибо. *** Следом за Ильёй в палату Димы вошёл я. Андрей остался ждать в коридоре, так как мне сначала нужно было убедиться, что Дима в порядке, по крайней мере оценить то, как он воспринял смерть отца. Честно говоря, я даже не знал чего ждать. Всё-таки они не ладили. Когда мы забрали Константина из аэропорта, они, кажется, даже словом не перекинулись. Илья сидел на краю кровати и сразу поднял на меня взгляд зелёных обеспокоенных глаз. Кажется, он сразу прочёл на моём лице вопрос: «Он уже знает?» и сразу чуть заметно кивнул в ответ. Тогда я перевёл взгляд на Диму. Чёрт! Его голова была плотно перемотана бинтами, огромный синяк на правой щеке, синева которого уходила под глаз, губа тоже с кровоподтёком. Выглядел так, будто подрался с кем-то в подворотне и хорошенько получил. Хотя всё это глупые шутки. Он действительно выглядел плохо, и мне было его искренне жаль. И это всё была моя вина. — Я уже знаю… — тихо сказал Дима, явно прочитав наш безмолвный диалог с Ильёй. Я медленно подошёл ближе и понял, что даже не могу смотреть Диме в глаза. — Я не смог его спасти… прости меня… — лишь смог выдавить я, глядя себе под ноги. — Всё в порядке… — тогда сказал Дима мягким голосом, — я не имею права ни в чем тебя обвинять. Ведь в том, что случилось, нет твоей вины. Ты спас меня… если бы ты не сказал, чтобы я пристегнулся… — его голос задрожал и он не смог закончить фразу. Тогда я подошёл ближе, сел на кровати с противоположной стороны от Ильи, ласково обхватил ладонь Димы своими ладонями и взволнованно произнёс: — Прости. Соболезную тебе… — Спасибо, — он чуть заметно кивнул. Выходит, Дима довольно стойко перенёс потерю отца. А может ещё и не осознал и пока находится в стадии принятия, часто для такого требуется время. Но в любом случае, сейчас он спокоен. И это хорошо. — Кстати, есть ещё кое-кто, кто очень хочет проведать тебя, — сказал я, глядя на дверь, а после обратился к Илье: — Позовешь его? Дима выглядел растерянно, явно не понимая, о ком мы говорим. Видимо, из-за всего произошедшего, он совсем забыл об Андрее. — Да, сейчас, — Илья поднялся с кровати и приоткрыв дверь, негромко окликнул моего брата. В палату тут же влетел Андрюха — у него был обеспокоенный вид, бледное лицо и заплаканные глаза. Опередив Илью, он забрался на кровать и завалился на Диму, обхватив его шею руками. — Дима… я так волновался! — он уткнулся носом в его плечо. Вот мелкий! Совсем голову потерял! Ох, уж и натерпится он… Хотя кто знает, может с Димой он, наконец, повзрослеет. Но что-то мне подсказывало, что долго их отношения не продляться. И всё же вернёмся к нашим баранам. Если я был в курсе всей ситуации, Илья явно не понимал, что происходит. Смотрел на Диму с Андреем как на какую-то диковинку. Или я бы даже сказал, что на его лице читалось что-то в стиле: «Какого хрена?» — Он всё мне рассказал, — тогда сказал я, обращаясь к Диме. — Когда узнал, что произошло, сразу побелел, как простынь и без конца расспрашивал о тебе. Тогда я и понял, что между вами что-то было, — после чего я игриво шлепнул Андрюху по его заду и спросил, не скрывая своего откровенного сарказма: — Ну, и каково это, когда тебя трахают в задницу? Так, кажется, ты любишь спрашивать моих друзей? — Не трогай меня! Иди на хрен! — огрызнулся Андрей. На несколько секунд оторвавшись от Димы, озлобленно посмотрел на меня, а после снова прижался к его груди. Тогда Дима ласково погладил Андрея по спине и, нахмурившись, обратился ко мне: — Зачем ты так с ним? Вот поэтому он так долго не хотел перед тобой открываться — боялся твоих тупых насмешек. — А ты? Чем лучше? Зачем пудришь ему мозги? У тебя ведь Илья есть. Спишь с моим братом, а сам при этом с Ильей флиртуешь и целуешься! — я решил, что пора бы раскрыть все карты. Хотя, возможно, просто хотел защитить Андрея. А может — жутко ревновал, ведь больше всего на свете хотел, чтобы Илья стал моим. Дима посмотрел в мои глаза и резко произнёс: — Илье нравишься ты! Че-чего?! — Эй! Зачем ты рассказал ему?! — тут же выкрикнул зеленоглазый, который уже успел пересесть на стул, стоящий недалеко от кровати. Он густо покраснел и с обидой смотрел на Диму. — Но почему… — я реально растерялся, — ты тогда отстранился и сказал, что причина в Диме?.. — я вопросительно посмотрел на Илью. Но тут вмешался Дима: — Он думал, что мы с тобой вроде как пара и не хотел меня ранить… после того, что с Марком у них было. Так. Стоп. Они сейчас серьёзно? Я всё это время нравился Илье, но он… из-за Димы меня отталкивал? Так вот что значили слова: «Причина в Диме», а я понял всё совершенно иначе. — Пиздец! Я уже ничего не понимаю… — я перевёл взгляд на Диму. — Что тут непонятного? — Дима нахмурился. — Тебе нравится Илья, а ты нравишься ему. Я предлагаю вам выйти сейчас за дверь и всё выяснить уже между собой. Мы с Ильей тут же переглянулись, а после, почти сразу, отвели друг от друга смущённые взгляды. — Идите уже! Я хочу с Андреем наедине побыть, — настойчиво попросил Дима. Я поднял неуверенный взгляд на Илью, но тот заметив, что я смотрю на него, снова смутился. В итоге зеленоглазый всё же поднялся и направился к выходу из палаты, и тогда я также неловко последовал за ним. Сложил руки в карманы, глядел в его русый затылок и медленно вымерял каждый свой шаг. Мы вышли за дверь. — Сядем? — предложил я, заметив в коридоре ряд белых металлических стульев для посетителей. Илья кивнул, и мы присели. На нём была белая футболка поло, голубые джинсы и белые найки с черными вставками. Волосы были очень мило уложены на левый бок, лишь непослушная чёлка то и дело падала на лицо. — Прости, — вдруг сказал Илья, его ресницы трепетали и он взволнованно покусывал ещё обветренные губы. Ссадина на нижней губе ещё не зажила. — За что? — спросил я. — Ну знаешь… — он нахмурился. — Мне показалось, что тебе нравится Дима, да и ты сам ведь сказал, что признался ему. Было бы тупо сближаться с тобой после того, что было между мной и Марком. По сути это моя вина, что Дима с Марком расстались. И я не хотел снова вставать между Димой и тем, кто ему нравится. Как-то так, — он нервно мял свои пальцы от волнения. Взгляд его бегал из стороны в сторону. Он будто нарочно не хотел на меня смотреть. Или же просто стеснялся. — Но Дима меня отшил. Хотя дело даже не в Диме. А в тебе, — я усмехнулся. — Ты мне нравишься. И, если нужно уточнеее, намного больше чем Дима. А ещё более точно — совершенно иначе. Я бы хотел с тобой встречаться. Всерьёз. Что скажешь? Илья, наконец, поднял на меня взгляд. Всё-таки какой невероятный цвет глаз. — Это было предложение? — неуверенно спросил он. — А прозвучало как-то иначе? — я улыбнулся. — Но ты… ведь совсем меня не знаешь, — он нервно сглотнул, не отводя от меня взгляда. — Думаю, это поправимо. Но это, конечно, при условии, что я тебе тоже нравлюсь. — Угу, — он смутился и снова спрятал глаза за ресницами, — нравишься, — почти прошептал он. — Это значит «да»? Он утвердительно кивнул: — Да.