Запах твоей кожи

Что можно делать, стоя на крыше, во втором часу ночи? Наслаждаться прохладным ветром, видом ночного города, размышлять о насущных проблемах и, нет, я не собираюсь отсюда прыгать. Когда-то, может быть, и стоило об этом задуматься, но уже не в этой жизни. Сегодня в мои обязанности входит проследить, как бы ребята ничего не испортили. Объект — женщина, рост сто шестьдесят пять сантиметров, обычное телосложение, брюнетка, в руках синяя папка «GBE» (Global Base Enterprises). Вы скажите, что таких много, но не в это время и не в этой части города. А, да, забыл — я запомнил ее запах. Некая генетическая особенность моего организма. У каждого человека свой особенный аромат, как отпечаток пальца, — его не заглушить духами и не смыть в душе. Если я встречался с человеком раньше, то смогу безошибочно определить его по одному только запаху. Я долго развивал свои способности и сейчас стал незаменимым партнером главы холдинга «Ja Enterprise». Мы познакомились, когда мне было тринадцать лет. Я скитался по улицам, обворовывая прохожих, а он только что лишился деда — создателя великой международной империи. Мы встретились на центральной площади города, как раз во время погребальной церемонии. Я стащил у охранника именные часы, а он заметил. Но вместо того, чтобы надрать мне уши, привел к своему боссу, Махарадже, который получил по наследству весь холдинг. Что-то этот господин во мне разглядел, некий потенциал. В итоге мы сблизились с его сыном, вместе учились и дурачились, стали братьями, а спустя пять лет убили Махараджу, представив все как несчастный случай. Сколько бы отец в нас не вложил, он был самым настоящим негодяем: избивал маму Танику, Шьяма и меня. В очередной вечер Махараджа пришел пьяный в сопровождении двух вульгарных девиц, затащил их в семейную спальню, устроил оргию прямо на глазах жены, а после вышвырнул всех трех женщин из дома. Мы устали терпеть выходки главы семьи и столкнули его с балкона с очередной порцией виски в руках. Расстроилась только сестра. Махараджа души не чаял в дочери, она одна не знала всего, что происходит в семье. Никто не снимал с нее розовые очки. Кхуши росла, как принцесса. Ей всегда внушали, что она — девушка и должна вести себя соответствующе: казаться слабой, уязвимой, но при этом всегда быть наготове и суметь взять ситуацию в свои руки. Шьям переживал, что сестренку сильно избаловали в тепличных условиях, но увидев, как она сломала руку парню, который попытался ее облапать, отправил девушку на курсы самообороны, а затем отпустил в колледж. Конечно же, любящий брат приставил к сестре «надзирателя»: этот парень был ее однокурсником и ходил на те же занятия, что и Кхуши. Наконец-то объект появился в зоне видимости. Джеффри и Кен действовали быстро. Парни подошли вплотную. Жертва не успела даже свернуть за угол, как ребята выхватили из ее рук папку и скрылись. Девушка заметно растерялась. По-моему, она не успела понять, что произошло. Эти документы могли нам стоить слишком дорого. Через несколько мгновений появился черный внедорожник. Из недр машины вытянулись мужские руки, которые молниеносно затащили девушку в салон, и джип, взревев, уехал. Мне все равно. Сама виновата. Вернувшись в особняк, я сразу же пошел в библиотеку. Хотя у Шьяма и был собственный кабинет, он больше любил книгохранилище. Сколько его знаю, мой друг всегда читал. Классику, историческую литературу, книги по бизнесу, менеджменту, экономике, бухгалтерии. Он знал все. После «смерти» отца сын быстро взял бизнес в свои руки и за год увеличил прибыль вдвое, при условии, что пришлось убрать из оборота часть теневого бизнеса, так как Шьям не терпел наркотики и работорговлю, а оружие и пару производителей на черном рынке решили оставить. Этого вполне хватало для достижения целей быстро и без потерь. Сегодня я опять не ошибся, да, конечно же, доверяя чутью. — Как все прошло? — спросил Шьям, не поднимая головы от толстой книги со множеством закладок. — Ты сам знаешь. Они же принесли тебе папку. — Да, — усмехнулся он и захлопнул книгу. — - Будешь? — кивнул в сторону бутылки пятнадцатилетнего виски — Не откажусь, — я подошел к столику, плеснул себе и Шьяму по порции благородного напитка. — На днях приезжает Кхуши. Она хочет устроить поминки в честь годовщины смерти отца. — Ее не было несколько лет. — Я сразу вспомнил этот волнующий запах. Когда я видел Кхуши в последний раз, ей было семнадцать лет. Шьям иногда ездил с матерью проведать Маленького ангела, — так ее называли в семье, — оставив все дела на меня. — У сестры последний год обучения, а она до сих пор не знает, чем хочет заниматься. Я не хочу присутствовать на этом фарсе, а уж тем более участвовать в подготовке. — Шьям залпом допил содержимое стакана. — Так что встреть ее в аэропорту, а я уеду на пару дней. — Не сомневаюсь, что мама захочет уехать с тобой. — Да, но Кхуши взяла с нее обещание еще год назад, а Таника не будет Таникой, если не сдержит свое слово. Шьям был прав. Это была одна из любимых фраз Таники. Очень странно, что такая жизнерадостная и целеустремленная женщина столько лет терпела издевательства мужа, но при этом смогла вырастить три личности. Приняв в семью, Махараджа вкладывал в меня все плохое, что знал, а она Таника — самое светлое и правильное в мире. Большую роль в становлении моего характера и образа мышления сыграла Кхуши. Ей было восемь, и я сразу понял, что ее нужно защищать и оберегать ото всего, в частности и от отца. Спустя столько лет я готов снова взять на себя эти обязанности. После отъезда Маленького ангела я по старой привычке долгое время пытался проследить ее шлейф, удостовериться, что с названной сестрой все хорошо. Однако со временем я привык к ее отсутствию и спрятал собственные желания в самый дальний угол сознания.