Когда находишь своё, на другое даже смотреть не хочется

POV Цукишима. После дня открытых дверей: — Пааап, но я не хочу ехать в этот универ! — я пытался переубедить родных. Но те, похоже, меня не слышали или же не хотели слышать... — А я не хочу, чтобы мой сын всю жизнь просидел в своей комнате, так ни с кем и не познакомившись! — буквально проорал в ответ папа, а выходя из комнаты, громко хлопнул дверью. Так начиналось моё утро. Моё осеннее субботнее утро. От него я ожидал совсем не этого. Думал, как обычно пролежу в кровати до 15:00, потом комп до 2:55 ночи, и после — 3:00 — встреча рассвета. Именно так я проводил дни. Но мои родители вдруг захотели, чтобы я поехал в грёбаный универ, да ещё и жил в общаге! Во-первых, я не представляю, как себя вести там, ведь это не школа. Во-вторых, я буду там совсем один, предоставленный самому себе, и это пугает. В-третьих, мне всего 18, а это значит, что наша группа будет самой младшей. И я ещё не говорил об альфах... Но, как сказал отец, там особенная программа, которая разработана специально для подростков от 18 до 22 лет. И они могут там делать всё, что захотят. Бухать, курить, тусить и даже заниматься сексом. 

"Не, ну чё за дичь?" — подумал я.

— Спускайся завтракать, а то не успеешь собрать вещи. Через 3 часа чтоб был готов, — скомандовал папа. В нашей семье, как ни странно, именно папа был главный, суровый и строгий, а отец же, наоборот, милый, немного скромный. Он всячески поддерживал меня и защищал от слов папы. Они будто поменялись ролями. — Что? В смысле, через 3 часа? — я опешил. — Я тебя знаю, Кей. И я знаю, что ты убежал бы из дома, если бы узнал заранее, — улыбнулся папа и покинул комнату.

"Заебись“ — только промелькнуло в голове, а мысленно я уже истерил, как мог.

Я ведь не умею с людьми общаться. Моё общение может состоять только из матов и удара по лицу. Нет, я не такое быдло, каким могу показаться на первый взгляд. Просто последняя моя встреча с враждебным миром закончилась сломанной рукой об лицо какого-то мудака-альфы, который нагло лез ко мне. Тогда то, моя стервозная сторона и взяла верх. Это послужило ударом по моей психике, и с тех пор я не люблю, когда ко мне прикасаются, когда со мной разговаривают и вообще, когда уделяют моей персоне какое-либо внимание. Вещи уже собраны, а я стою около машины и уговариваю отца поговорить с папой. — Нет, Кей. Я думаю, эта поездка пойдёт тебе на пользу, — всё не поддается на уговоры отец. Едем мы примерно час или два, я уже сбился со счёта. Песни в аудиоплеере крутятся одна за другой. За окном пейзаж изменился только один раз, с городского на густой лес. И я уже мысленно понимал, что сбежать у меня не получится. За время езды, я долго обдумывал то, как буду вести себя с людьми, о чём буду говорить и как постараюсь сдерживать себя, чтобы не познакомить бедного собеседника со своим кулаком. Я — омега. Но притворяюсь бетой. Это связано с историей, произошедшей со мной года три назад. Примерно с 15 лет, с момента первой течки, я пью блокаторы большими дозами, чтобы запах отсутствовал. Мне не хочется, чтобы ко мне подкатывали. Кстати, именно тогда я и сломал руку об лицо мудака-альфы. Было обидно и стрёмно, потому что меня, блять, хотели трахнуть. А кто хочет меня трахнуть, получает по ебалу. С родителями я об этом говорил, и они под моим актёрским нытьём согласились. Они ведь тоже не хотели, чтобы их сына оприходовал какой-то мудак. Я заверил их, что перестану пить таблетки после того, как встречу своего истинного. Но я не сказал им, что после принятия этих таблеток, буквально через год, у меня исчезло обоняние. Нет, я мог чувствовать запахи, но не мог учуять запах альфы или омеги. Это угнетает. Теперь я никогда не узнаю, кто мой истинный. Да и как, если я сижу только дома.  После всех этих раздумий я отрубился. Проснулся я от того, что мой папа дёргал меня за руку. Я лениво разлепил глаза и вытащил наушники. — Кей, мы приехали, вылезай, — шепотом сказал папа. На его слова я легко кивнул, потирая сонные глаза, что так не хотели открываться. Я вышел из машины и немножечко прифигел — на улице темным-темно. — Вы что, меня в другую страну увезли? Я понимаю, что надоел вам, но не настолько же, — возмущался я. — Остроумно, сынок, — похлопал меня по плечу отец. — Если бы ты не спал, то заметил бы, что была ужасная пробка, умник, — это съязвил папа. Я закатил глаза, на его реплику и принялся доставать свою сумку. — Здравствуйте, вы семья Цукишима? — встретил нас милый омега. Его улыбка меня раздражала, мне даже захотелось его ударить. — Да, здравствуйте, извините, что опоздали, — в один голос сказали мои родители. — Нечего страшного. Цукишима Кей, ты бета? — решил уточнить омега. — Да, — коротко ответил я. — У нас есть два корпуса: альфы и омеги. Бет мы обычно распределяем по оставшимся местам, поэтому будешь жить в корпусе альф. — Ага... Мои родители с опаской переглянулись, что от меня не скрылось. — Извините, а можно его к омегам поселить? — отец обеспокоенно заулыбался. — А что слу... — хотел было спросить омега, но я не дал договорить, перебив его. — Всё нормально, спасибо... Пока папа, пока отец. Не скучайте. Хотя куда вам... Можете не звонить и не писать, я обиделся! — бросил я и направился в корпус, даже не обернувшись. — Мы тоже тебя любим, сынок! — кричали родители вслед. Зайдя в корпус, я увидел несколько комнат. Подойдя к самой ближней, я открыл её с ноги и увидел ошарашенные взгляды каких-то долбоёбов. — Йоу, крутышка, ничего не попутал? — сказал один из парней, на вид старше меня. Я осмотрел комнату на наличие свободных кроватей, но, не увидев ни одной, пошёл в другую. Со второй комнатой мне повезло, там была занята всего одна кровать из шести. Я кинул сумку на самую дальнюю и упал вслед за ней. — Здарова, дерзкий, — услышал я.

"Видимо, это то мудочьё, что заняло соседнюю кровать."

В ответ я только промолчал. — Ты чего такой неразговорчивый? — поинтересовался голос. — С дебилами не общаюсь, — фыркнул я и устало потянулся. Хоть я и спал, но всё равно устал, салон автомобиля — это вам не мягкая постелька. — На меня не советую тебе нарываться, — гневно сказал он. — Мне как бы всё равно, — пробурчал я, уткнувшись носом в подушку. — Как знаешь... — сказал новоявленный сосед.

"Странно...голос...его голос...кажется таким знакомым...как будто я его знаю...ну или где-то слышал..." — размышлял я в голове, проваливаясь во тьму.

В 3 часа ночи комната наполнилась нудным звоном будильника. — Бля, выключи эту херню, — тот утырок кинул в меня подушку. Я проигнорировал его действия. На часах 3 ночи, а значит, пора встречать рассвет. Я только встал, взял очки и пошёл к двери, как почувствовал, что за руку меня схватил сонный альфа. — Ты чё, смелый?   —Посмелее некоторых, — съязвило это. — Чё надо? — уже более бодро спросил, оборачиваясь к раздражителю верхним корпусом. — Зачем ты припёрся в корпус альф? — этот вопрос показался мне странным. — Меня сюда поселили, мудло ты пафосное, — я сверлил его взглядом, показывая, что мне не нравится то, что он удерживает мою руку. Видимо, мои слова его задели, он рывком кинул меня к себе на кровать и навис сверху. — Ты чё, охуел? — прокричал я на всю комнату, предоставленную нам двоим. — Ты хочешь, чтобы тебя здесь трахнули? Поверь, здесь много тех, кто хочет вставить милому омежке, — вещал брюнет, вдавливая меня своим весом в матрас. — Вообще-то я бета, идиот, — я пытался казаться спокойным. — Вообще-то, я чувствую твой запах, дебила ты кусок, — и в следующую секунду он прикоснулся к моей шее своим носом и глубоко вдохнул. — Вкусно. Какой-то цитрус. Люблю цитрусы, — промурлыкал черноволосый. — Ты что, дурак? — я попытался отпихнуть его. Потому что мой нападающий пытался "лизнуть шею".

"Мою шею!!!" — где-то глубоко завопил голос.

— Да ладно, ты ж дерзкий и смелый, чего испугался? — на лице этого мудака расплылась ехидная улыбочка. А я реально испугался. Он мне напомнил тот случай из прошлого. С того времени я никогда не позволял себя трогать не то, что альфам, а даже омегам. Поэтому ощущения казались совсем непривычными. Я даже родителям не всегда разрешаю до себя дотрагиваться, а тут надо мной висит этот альфа и усмехается. — Тебе чё, смешно, уёбок? — по глазам было видно злость вперемешку с адреналином, зрачок начинал расширяться. — Я же сказал, не советую тебе на меня нарываться, — аргументировал альфа. — А мне похуй... — с этими словами я ударил его промеж ног, съездил по самодовольному ебалу и скинул с себя. — Уёбок, — я пнул его в живот и вылетел прочь из комнаты.