Анна и Штольман. Дело №3. Смертельный удар

- Так чем я могу быть полезен уголовному розыску, Яков Платонович? Сергей Игоревич Крымов был безмятежно спокоен. Он принял Штольмана в своем домашнем рабочем кабинете, который весь – как и его хозяин – дышал состоятельностью и респектабельностью. Штольмана же по-настоящему злило то, что у Крымова были все основания для спокойствия. Бизнесмен устраивал нелегальные бои без правил уже много лет. Это было даже не столько значимой частью его бизнеса, сколько приятным и полезным хобби. Его завсегдатаями были многие влиятельные люди не только города, но и области. Когда Штольман выходил на встречу к Крымову, его поймал Артюхин и прозрачно намекнул, чтобы он не слишком сильно давил на уважаемого в Затонске бизнесмена. - Сергей Игоревич, предлагаю поговорить прямо и без, так сказать, протокола. Вчера на незаконном мероприятии, организованном вами, произошло убийство. Надеюсь, вы понимаете, что с точки зрения закона смерть Илья Сажина квалифицируется именно так. Причем помимо его убийства к этому делу можно притянуть целый букет крайне неприятных статей уголовного розыска. И эти статьи будут касаться не непосредственного виновника его смерти, а организаторов данного мероприятия. - Яков Платонович, вы, безусловно, в полном праве делать все, что считаете нужным, - не теряя хладнокровия, хотя уже более жестко, ответил Крымов, - но не стоит ставить телегу впереди лошади. Вы сначала улики, доказательства и свидетельства соберите, а потом уже грозитесь. Штольман осознавал, что бизнесмен прав. Несмотря на то, что на вчерашнем бое было много народу, доказать факт незаконных действий Крымова или его подчиненных будет не так-то просто. Даже милейший Петр Иванович Миронов наверняка сделает все возможное, чтобы уклониться от официальной дачи показаний против них. «Маленькие городки. Рука руку моет», - зло подумал Штольман. - Тем не менее, Яков Платонович, - продолжил Крымов, - позвольте мне кое-что прояснить для вас. Без протокола. Вы – человек в городе новый, и многого еще не знаете. Кулачные бои, а ныне бои без правил являются давнишней традицией в этих местах. И изменить вы этого не сможете. Я всего лишь задал этой традиции цивилизованную и организованную форму. Это произошло уже более двадцати лет тому назад. - Да вы просто благодетель, - Штольман не смог скрыть яд в своем голосе. - Думайте, как хотите. Тем не менее, за эти годы это первое такое несчастье, случившееся у нас. Хотя до этого смерти в ходе подобных боев, проводившихся раньше, где и как придется, пусть не часто, но случались регулярно. - То есть бойцы у вас раньше не гибли? – уточнил Штольман. - Нет. Случались травмы. Несколько раз были серьезные. Митяя вы даже видели. Но после первых таких случаев мы ввели определенные правила, чтобы их избегать. В частности, у нас всегда присутствует врач, который следит за состоянием бойцов. - Простите, кто такой Митяй? – спросил Штольман. - Вы наверняка сегодня, когда были у нас в компании, видели работающего там глухонемого разнорабочего и грузчика. - Да, - полицейский действительно вспомнил инвалида средних лет, работавшего в ангаре, когда он разговаривал с Фидаром. - Это мой юношеский приятель Митяй. Был кмсом по боксу. Отлично выступал на начинавшихся тогда боях без правил. Но однажды поймал очень тяжелый и неудачный удар в голову. В результате потерял слух, кроме того у него оказался поврежден речевой центр мозга. После этого у нас и были введены дополнительные правила. - А вы его облагодетельствовали, пристроили к себе грузчиком? – на этот раз Штольман настолько глубоко запрятал сарказм, что тот не был слышен в его голосе. Однако его тон явно не обманул Крымова. - Господин Штольман, полагаю, наш разговор закончен, - встал из-за стола Крымов и ледяным голосом продолжил: - В следующий раз, когда у уголовного розыска возникнут ко мне вопросы, отвечать на них будет мой адвокат. А лично вам я бы посоветовал проявлять больше здравомыслия. Плевать против ветра – весьма сомнительная тактика.