На стыке двух миров

      - Чем больше я узнаю, тем меньше понимаю, - раздраженно констатировала Интегра, - что собирался сделать Волдеморт? Кто его предал? Какие цели преследовал предатель? Куда после этого исчез? Что случилось с Гарри Поттером? Знаешь, теперь старая история про Мальчика-Который-Выжил кажется мне почти логичной. Подумаешь, не убило это ваше убивающее заклятье. Сущая мелочь и разумное допущение.       Глава Хэллсинга явно пребывала не в лучшем настроении. Возможно, уже представляла, сколько головной боли принесёт ближайшее собрание рыцарей ордена. Там предстояло многое обсудить, и я был искренне рад, что меня туда не тащат. Мне хватило и того, что мы добрых два часа обсуждали все последние новости. Кроме того, ей совсем не понравился тот факт, что после внезапной беседы с Волдемортом я предпочел поспешить к Дамблдору. Но эта причина её недовольства была безразлична уже мне – я считал, что поступил верно, ведь иначе мы бы успели выдвинуть кучу пустых теорий, а потом всё равно пришлось бы отправиться в Хогвартс.       Зато выглядела она на редкость бодрой и отдохнувшей. Похоже, усилия Уолтера начинали приносить свои плоды, да и я за счёт временного закрытия школы приложил свою руку. Правда, скорее всего дело не столько в нас, сколько в том, что после бурного года наступило затишье. Даже новичков-наёмников на реальных делах особо не натаскаешь. Сложно закопаться с головой в работу, если этой самой работы совсем немного. А с текучкой ей активно помогает верный дворецкий, который не оставляет попыток пригласить для этого дело пару ветеранов.       - С каких это пор ты стала любительницей потешить себя иллюзиями? – открыто усмехнулся я.       - Да всё я понимаю, - поморщилась Интегра, - но это уже реально бесит. Изначально мы были уверены, что всё связано с Волдемортом, а теперь вдруг оказывается, что это он едва ли не жертва.       - Утрируешь.       - Только если через пару дней ты не придёшь ко мне с новым откровением, что на самом в войну его насильно втянули, и он отчаянно рыдал после каждого убийства, - фыркнул в ответ девушка. И ведь это была ирония из разряда “в каждой шутке есть доля шутки”. Конечно, до такого дело не дойдёт, Джеймса Поттера он убил легко и непринуждённо, но общая тенденция действительно вызывала опасения, - но ладно, шутки в сторону. Как минимум теперь мы уверены, что задействовано сразу несколько сил. Они как-то связаны с Волдемортом, но он лишь одна из сторон.       - Сэр Айлендс начал подозревать это ещё после моего доклада о Тайной Комнате, - напомнил я, - есть ещё один довод в пользу этого варианта – Волдеморт не знает, какова моя роль в ордене. Тот, кто пытался посадить во главе Хэллсинга свою марионетку, точно разбирается в нашей внутренней кухне.       В момент самого разговора этот момент я упустил, но позже, мысленно прокручивая фразу за фразой, обратил на него внимание. Удивление и презрение Волдеморта казались искренними. Он явно ожидал, что будет говорить с одним из тех, кто может принимать решения. Впрочем, я действительно мог их принимать, но на уровне Хэллсинга, а не всего ордена. Но этого Тёмный лорд тоже не знал. Или очень правдоподобно делал вид, что не знал. Я уже ни в чем не был уверен.       - Он мог специально ввести тебя в заблуждение, - в такт моим мыслям добавила Интегра.       - Не исключено, но с таким подходом делать какие-либо выводы вообще бессмысленно, - пожал плечами я, - нам нужна хоть какая-то непротиворечивая теория.       - Не спорю. Просто не забывай об этом. Ни Дамблдору, ни тем более Волдеморту верить нельзя, - Интегра вновь оседлала любимую тему. Можно подумать, я не знал этой прописной истины.       - Не забываю.       - Что-то ещё? – девушка явно заметила, как я отмахнулся от её слов, но повторяться или капать на мозги не стала. Может, действительно просто напоминала. А может, не хотела переводить конструктивный диалог в бессмысленный спор. Меня устраивали оба варианта.       А вот сам вопрос был более чем интересным. Что нам теперь делать? Самый очевидный вариант – это выдать Люциуса Малфоя. Но это очень, очень сложная тема и я сильно сомневался, что это произойдёт. То есть самый простой путь почти исключен. Ещё у меня была задумка по Поттеру, но это скорее необходимая формальность, которая не принесёт результата, зато если этого не сделать, то потом будешь раз за разом гадать, не пропустил ли того, что лежало под самым носом. А вот дальше… Похоже, самостоятельно узнать все детали тех событий мы уже никак не сможем. А без них, так и будем бродить в тумане предположений. Не самое приятное положение.       - Я хочу доставить сюда Поттера, нужно обследовать мальчика. Начну с магии, но не думаю, что это принесёт результат. Дамблдор не стал бы скрывать то, что легко можно проверить. Но всё же стоит убедиться. Потому пусть на него взглянет Алукард, может что-то в нём увидит. Только осторожно – будет сложно объяснить, почему мальчик вернулся в школу седым.       Почему я хотел задействовать Алукарда? Во-первых, я не забыл, как он выдернул меня из безумия, накатившего после наложения сильнодействующих зелий. А во-вторых, способности высших вампиров это загадка сама по себе. Он запросто может иметь какую-то способность, которая обнаружит что-то интересное.       - Действуй. Ещё идеи? – я покачал головой, - ясно. Тогда насчёт Малфоя. Я подниму этот вопрос, но шансы минимальны. Даже если отбросить принципы, то остаётся вопрос безопасности. Он многое видел и слышал. Он был внутри. Никто не захочет рисковать. Разве что ты сможешь стереть ему память.       Соблазн был велик. Интегра ясно дала понять, что только в этом случае будут реальные шансы. Но всё же этого я не умел. Это был один из немногих навыков, которые потенциально были очень полезны, но научиться им самостоятельно невозможно. Точнее можно, но единственный метод меня кардинально не устраивал. Брать простых людей и копаться у них в памяти, заранее зная, что при первых попытках будешь ошибаться, затирая случайные пласты памяти, а то и вовсе устраивая полную амнезию? Причем, и то и другие не лечится. Нет уж, меня такие методы точно не устраивали.       В качестве альтернативы можно было рассмотреть варианты с клятвой неразглашения и услугами другого обливиэйтора, но на деле о них можно даже не заикаться. Я заранее знал, что мне на это скажут. Любой чужак это потенциальная утечка, а клятва не гарантирует результата. Вдруг память Малфоя решат выпотрошить, даже если это будет означать его смерть? Не стоило забывать и о том, что ещё до моей Хогвартской эпопеи было принято решение выжидать. И такой подход мне совершенно не нравился. Да, определённый риск был, но разве выяснить, что к чему не важнее? В итоге ведь запросто вновь окажемся в полной заднице, не зная за что хвататься и что делать.       Дело ли в том, что я маг, в характере или сразу во всём, но осторожно-консервативная политика ордена чем дальше, тем сильнее мне не нравилась. Мы делаем гораздо меньше, чем могли бы. Слишком многое позволяем магическому обществу. И действуем так, словно это мы вне закона, а не те, кто лезут в магловский мир. Я вполне мог понять, откуда всё это идёт – ещё десять лет назад Хэллсинг мало что мог противопоставить магам, а потому орден вынужден был вести такую осторожную политику. Но времена изменились, а вот политика осталась старой.       Я считал, что пробуждение Алукарда должно было спровоцировать изменения в ордене, ведь у нас появился сила, которую сложно игнорировать. Но на деле его существование скрывается, и высший вампир используется только в крайнем случае. Потом в Хэллсинг вступил я, что позволило углубить контакты с магическим миром. Своеобразная легализация тех, кто хочет начать новую жизнь среди маглов – это большой шаг вперёд. Мог бы быть, если бы дело поставили на поток, а не ограничивались моей личной инициативой. Теперь вот Сэрас и Бернадотте, которые уже сейчас вполне способны навалять магу-среднячку, а также разработки в области оружия против магов. Но вместо того, чтобы показать Министерству Магии, что мы способны вести диалог с позиции силы, мы продолжаем тихо выполнять привычную работу и сдаём магов-преступников аврорату. Ха! Да не задействуй я “магоборца” и Малфой вполне мог оказаться в Азкабане. И ведь сэр Айлендс наверняка всё это понимает, но не спешит что-либо предпринимать. Может, дело в возрасте? Для него любой день может стать последним, и потому начинать масштабные реформы рискованно. Добрая половина руководства ненамного младше него.       А изменения необходимы, ведь баланс между магами и маглами сильно искажен. Разумеется, в плане мировоззрения я не был эдакой противоположностью Гриндевальду или Волдеморту. Я не жаждал диктата маглов над магами. Нужен именно баланс. В идеале вообще нужна отмена статута о секретности, но, к сожалению, это из разряда желаний мира во всём мире. Лидеры государств знают о магах, но почти всё остальное население – нет. И если всё вскроется, то начнутся массовые волнения. Люди будут напуганы, а правительства, которые попытаются их успокоить, запросто посчитают предательскими. А там и до прихода к власти радикалов недалеко. С закономерным исходом. Если уж идти к отмене статута, то это будет долгий процесс, растянутый на десятилетия, вот только начинать его некому. Такие дела.       - «Иронично», - мысленно усмехнулся я, - «клеймящие меня предателем авроры, не так уж далеки от истины».       - Что? – Интегра по-своему интерпретировала моё задумчивое молчание.       - Не смогу, - я озвучил свой изначальный ответ, - попробуй убедить стариков так. Нам нужны эти сведения.       В общем, я был рад, что меня не тянут на собрание ордена, ведь если Малфоя решат держать у себя, то сдержаться и не высказать пару своих мыслей будет непросто. Лучше уж я продолжу копать. И тот факт, что копать уже особо некуда, меня особо не смущал. Любая мелочь может оказаться важным ключом, который если и не откроет что-то новое, то позволит подтвердить уже известное.       ***       За Поттером мы поехали в районе пяти часов. Зима, к слову, была идеальным временем года для вампиров. Световой день короток, температура не имеет значения, а проблемы с видимостью компенсируются острым чутьём. Правда, нынешняя пора уже подходила к концу, но таких сложностей с тем, чтобы взять Викторию с собой, как это получилось прошлым летом, не было. А один я туда соваться не хотел. Иногда легче прикончить какую-нибудь опасную тварь, чем терпеливо объяснять что-то въедливым людям. Родственнички Поттера те ещё кадры.       - Мальчику лучше не знать новых подробностей, - произнесла сидящая за рулём Виктория. По-хорошему, мы могли воспользоваться аппарацией, но учитывая, что нам предстояло иметь дело с людьми, весьма негативно относящимся к магии, то стоило придерживаться образа обычных госслужащих.       - Думаешь? – отозвался я. Разглашать подробности я в любом случае не собирался, по крайней мере, не сейчас, и она об этом прекрасно знала. После общения с Дамблдором мне вообще претило что-то утаивать от своих без веских на то причин, поэтому девушка была в курсе моих планов. Но делать по пути всё равно было нечего, так почему не поговорить? – ему внушили, что он пережил убивающее проклятие и победил Волдеморта. Очень опасное заблуждение.       - Оно опасно тем, что в это верят остальные. А самому мальчику лучше просто не напоминать о том дне, - не согласилась со мной Сэрас.       - Как будто ему дадут об этом забыть, - я пожал плечами и только потом понял, что моя собеседница вряд ли увидела этот жест, - уверен, он тысячи раз представлял, как всё произошло. На его месте я бы хотел знать, что отец смог дать достойный бой, а мать до последнего его защищала. Даже если это не совсем так.       - Ты просто не знаешь, о чем говоришь, - резко произнесла Виктория. Я увидел, как девушка недовольно поджала губы. Похоже, её личный опыт говорил об ином. И хотя я понимал, что на её долю выпало действительно многое, это не означало автоматического согласия. Моё детство тоже было далёким от идеала. А её совсем уж паршивым. Сдавалось мне, что я лучше понимал Поттера, чем она.       - Да куда уж мне, - совсем не весело хмыкнул я.       - Извини, - смутилась девушка, быстро вспомнив, что я не понаслышке знаком с такими потерями. Она достаточно знала обо мне, но, как я подозревал, знакомство с моей семьей оставило впечатление благополучия. Мать была вполне счастлива с отчимом и моим братом, а я как бы прилагался к этому образу. Но так было далеко не всегда.       - Жалеешь его? – я не стал заострять внимания на этом моменте и вернул тему к обсуждению Гарри Поттера.       - А ты нет?       Было ли мне жаль сироту? Да, как и всех, перенёсших потерю близких людей. Но тут всё было не так просто. У каждого своя история и свои трудности. И пустая жалость никому не нужна. Помню, как меня бесили соболезнования по поводу гибели отца. А ещё я помню совсем отчаявшуюся девушку, что сидела на крыше, вцепившись в винтовку так, словно это спасательный круг. К ней я далеко не с соболезнованиями подошел. И я лучше научу парня чему-нибудь полезному, чем буду теребить душу.       - Он не помнит своих родителей. Дурсли не самые приятные люди, но с ними явно лучше, чем в приюте. Когда пацана прижимало, ему помогала стихийная магия. Она же вырвала его из серой обыденности в волшебный замок полный чудес. А когда он вырастет, то вступит в наследство родителей и перед ним будут открыты все дороги. На самое несчастное существо в этом мире он точно не тянет. У тебя всё сложилось куда как хуже. Ты всё помнишь, потом приют, потом гибель сослуживцев и обращение. Мне обнять тебя и разрыдаться, выдавая соболезнования вперемешку с соплями?       - Идти к черту, – фыркнула Виктория. Кажется, такая постановка вопроса её позабавила. Собственно для того я и утрировал.       - Вот тебе и ответ, - удовлетворённо констатировал я, - будь моя воля, я бы ему рассказал. Пусть лучше сразу узнает, ему так и так с этим жить. И про смерть родителей и про то, что василиск на него не нападал. Он парнишка сообразительный, правильно всё поймёт.       - Может и так, - благоразумно решила девушка. Не согласилась, но и продолжать спор не стала. Ну и ладно.       Однако и о том и о другом сейчас придётся молчать. С первым оставалось немало белых пятен - кто знает, чего мы ещё не знаем. А на втором настаивал Дамблдор. Причина очевидна – не хочет лишних сложностей со своим подопечным. И если его пожелание проигнорировать, то мы крепко поссоримся, что совершенно не в наших интересах. Очередная ситуация, когда мне приходится действовать как надо, а не как правильно. Прискорбно.       Зато я мог рассказать парню о том, что у него есть крёстный отец. Уверен, парнишка об этом ни сном, ни духом. Конечно, Блэк сейчас в Азкабане, но я на девяносто девять процентов уверен, что он невиновен. А если об этом будет знать Поттер, то это может упростить пересмотр дела. Для всех он ведь так и остался Мальчиком-Который-Выжил. А это может принести пользу как нам, так и Поттеру с Блэком. Идеальный расклад.       Последние размышления отпугнули наступавшую хандру, заменяя её хорошим настроением, которое повернули ход моих мыслей совсем в иную плоскость.       - Слушай, как насчёт сходить куда-нибудь вечером? – в конце концов когда ещё будет такой момент, что мы оба будет свободны в комфортное для нас обоих время. Возня с Поттером займёт не больше двух-трёх часов, а в крайнем случае до возобновления работы Хогвартса ещё есть время.       - Куда? – легко отозвалась девушка, чем в некотором роде меня удивила.       Не то чтобы я ожидал отказа, но приглашение получилось спонтанным и, если честно, конкретных идей у меня не было. Хороших конкретных идей. Кому-то другому я бы не раздумывая предложил ужин в каком-нибудь подходящем местечке, но обычную пищу она употребляет в ограниченных количествах, и подобное приглашение легко счесть издевательством. В кино? Нам не по пятнадцать лет. Ночной клуб? Подобные заведения не нравились уже мне. Требовалась какая-то более оригинальная идея. И требовалась срочно…