До луны и обратно: оборотень Микки

- Что случилось? – спрашивает он. Прежде чем Микки может дать какой-нибудь ответ, он слышит чужое злобное рычание, и что-то прыгает на него из теней. - Эй, чел, какого хуя с тобой происходит? – спрашивает Микки, когда Йен делает третий круг по гостиной, барабаня кончиками пальцев по бедру. Он останавливается. Проводит рукой по волосам. Вздыхает. - Не знаю, просто беспокойство, - говорит Йен. Он только что остановился, но снова уже хочет двигаться, ощущает беспокойную энергию пронизывающую его насквозь, вибрируя прямо под кожей. - Ты в порядке? – хмурится Микки. Он озабоченно морщит лоб. – Как бы, таблетки и прочее дерьмо нормально? - Ага. Я так думаю. Это не последствие, просто началось вечером. - Хочешь прогуляться или еще чего? Только я, ну ты в курсе. - Ага. Возможно. Может, пробежка? – рот Йена изгибается в улыбке, и он поднимает брови. Тот единственный раз, когда он может заставить Микки пробежаться с ним, это когда тот на четырех ногах. - Ладно, Скороход*. Иди сюда. Йен усмехается и к Микки, который ловит его за грудки и втягивает его в затяжной поцелуй. - Мип мип**, - произносит тот в губы Микки. Секунда тишины, прежде чем Микки заржал, а Йен широко ухмыльнулся. - Долбоеб. - Мип мип. – Йен клюнул щеку Микки в легком поцелуе, подражая птичке. Он спускается ими вдоль его горла. – Мип мип! Микки ржет и отворачивается, но его руки скользят по волосам Йена, пальцами упираясь в кожу его головы. Йен вжимается лицом в шею Микки и вдыхает. Он клянется, что чем ближе полнолуние, тем сильнее аромат животного запаха от Микки: как если бы волк всплывает ближе к поверхности. Он хмыкает, наслаждаясь запахом, прижимаясь поцелуем к основанию горла Микки. Он выстреливает языком и поднимается по горлу Микки. Микки выдыхает, открыв рот, запрокидывая голову. - Не начинай того, что не сможешь закончить, Галлагер. - О, я смогу закончить это. - Сейчас не сможешь. - Время? - Ага. – Микки дергает Йена за волосы, наклоняя голову так, чтобы он смог поцеловать его горячо и настойчиво, толкаясь языком в рот Йена, прежде чем ускользнуть от него. – Продолжение следует. Йен расстроено стонет, но позволяет Микки отойти. Он следует за ним по ступенькам, идущим в зал для перекидывания. Как только слышит царапанье, он позволяет себе войти в их ванную и переодевает спортивки и толстовку. Микки скачет возле его ног, возбужденный перспективой прогулки. Он подпрыгивает, лапами толкаясь в спину Йена. Йен смеется и гладит его по спине обеими руками. Он притягивает его ближе и прижимается поцелуем к морде. Микки запрокидывает голову и лижет лицо Йена в слюнявом собачьем поцелуе, пока Йен мягко отталкивает его. - Готов? Микки часто дышит, его язык вывален, и отвечает пробежкой к выходу через зал. Йен слышит глухой звук его бега вниз по лестнице. Он смеется и следует за ним, хотя и тише, чем волчья ипостась Микки. Тот ждет Йена у парадного входа, неистово виляя хвостом. Он громко рычит в нетерпении. Йен чешет ему голову, пока проходит мимо и открывает дверь. Микки выпрыгивает в ночь. Он бежит вниз по тропе и выбегает на улицу, где он пробегает несколько больших кругов. Он смотрит на Йена, лаем привлекая внимание, потом устраивает шоу охоты за хвостом. Йен смеется и еще раз теребит его за шею и целует в морду. - Готов? Микки снова лает, несколько раз подпрыгивая передними лапами. Он ждет, когда Йен начнет бежать, прежде чем последовать за ним, пристраиваясь в полушаге позади него, следуя его примеру. Он изредка отбегает исследовать разные запахи; бросаясь обнюхивать загородки или фонарный столб, и иногда, чтобы преследовать кота, как Йен уверен, просто для видимости. Он всегда возвращается к Йену. Они бегают уже полчаса, и Йен собирается возвращаться обратно домой, когда Микки замирает. Он нюхает воздух, потом рычит, его тело напрягается. Шерсть вздыбилась. Йен останавливается, оглядываясь вокруг, потом оборачивается к Микки. Он ничего не видит. Не знает то, что Микки так защищается. - Что случилось? – спрашивает он. Прежде чем Микки может дать какой-нибудь ответ, он слышит чужое злобное рычание, и что-то прыгает на него из теней. Йена тяжело ударяет весом этого, и оно сбивает его с тротуара, заставляя растянуться на дороге. Йену не хватает воздуха и он хватает ртом воздух, чтобы отдышаться. Горячее, гнилое дыхание касается его лица; воняет как старое сырое мясо, что начало тухнуть. Он смотрит на грязные желтые зубы, капающую слюну, и холодные серые глаза. Волк немногим больше чем Микки, и при этом шерсть выглядит, как будто она когда-то была черной, но он так покрыт серым, что это теперь доминирующий цвет. Он распахивает челюсть и Йен видит темный зев его горла. Как только волк собирается схватить его, Микки прыгает. Он сильно ударяет волка в плечо, и они парой откатываются от Йена, оба рыча и злобно огрызаясь. Микки кусает другого волка за холку, хватая его зубами, и тянет, вибрируя от рыка, пока трясет головой. Серый волк быстро поднимает голову, его черепушка бьет Микки в подбородок и заставляет его отвалиться. Тот снова быстро прыгает вперед, долбанув лапой серого волка по голове. Серый волчара сильно бьет головой, сбивая ему равновесие, потом бросается вперед, кусая его за ухо. Микки визжит от боли. Шум приводит Йена в движение. Он поднимается на ноги и медленно обходит их по кругу, двигаясь по переулку, откуда пришел волк. Он слышит звуки борьбы на улице позади него, но знает, что без оружия он ничего не может противопоставить взрослому волку. Среди мусора есть старый диван, с отсутствием половины мягкого покрытия, деревянная рама распотрошена до деталей. Эта половина сгнила и кусок дерева отрывается, когда Йен пинает его, оставляя того примерно с полуметровой палкой, с несколькими торчащими из нее гвоздями приличного размера. Не велика радость, но лучше чем ничего. Когда он возвращается на улицу, волки стоят на задних лапах, оба дубасят друг друга передними лапами между смешанной, злой грызней. Серый волчара снова придавливает Микки, цепляясь за его шею. Йен размахивает палкой сзади. Нападение на животное не то, что он делает обычно, но инстинкт защиты Микки заставляет его напасть. Волк резко дергается, удивленный неожиданным ударом. Когда его голова поворачивается к Йену, он закатывает губы, оскаливая зубы. Он прижимается ниже к земле, вздыбливая шерсть, готовясь наброситься. Йен держит палку перед собой. - Отъебись, - говорит он, предупреждая. Волк не отпрыгивает, зная, что он вне диапазона. Умно, но Йен уже подозревает, что это еще один оборотень, так что не удивляется. Он кинул короткий взгляд на Микки, который снова двинулся вперед, припадая весом на переднюю левую лапу. Момент для отвлечения достаточен; волк бросается вперед. Так же делает Микки, опять сбивая того с направления на Йена. Его передние лапы принимают большую часть его веса, когда он приземляется, левая подворачивается и он откатывается. Серый волк поднимается, готовый использовать преимущество ослабевания. Йен опускает палку на его голову. Он скулит и содрогается. Гвоздь впивается в его морду и оставляет след, кровь пузырится на поверхности. Йен никогда не слышал другого звука такого злобного как гневный шум вырвавшийся из груди серого волка. Несмотря на травму, Микки был настойчив. Он возвращается, снова сражаясь против волка. Они катятся через дорогу, возбужденно щелкая челюстями, что Йен не поспевает; они визжат и рычание смешивается в беспорядочный шум. Когда они останавливаются, оба тяжело дыша, Микки оказывается поверх серого волка, лапой на его горле. Его клыки оскалены, близко прижаты к морде серого волка. Серый волчара недолго борется, потом неподвижно лежит, подчиняясь. Микки удерживает позицию некоторое время перед тем как убрать лапу. Серый волк поднимается, скованно передвигаясь. Он, кажется, тоже хромает, когда делает несколько шагов прочь. Он глядит поверх плеча на Йена, серый взгляд непреклонен. Микки рычит, шагая за ним и щелкая его за хвост. Он устремляется вперед, глянув на Микки, потом исчезает на другой стороне улицы. Микки стоит, освещенный бледным сиянием луны, тяжело дыша. Йен может видеть облачко выдоха перед ним. Потом он взвывает, так мягко, что Йен почти не слышит, и разворачивается, хромая к нему. Йен приседает, пробегаясь руками по шерсти Микки, проверяя на наличие травм. Микки тычется мордой в Йенову ладонь. Он возвращается мокрый от крови, но из-за темного меха Микки, он не может понять, где находится рана. - Ты в порядке? – В голосе Йена явно преобладает беспокойство. Микки устало лижет его щеку, успокаивая. Дорога домой проходит медленно. У Йена нет сил нести Микки всю дорогу. Он менее помят, но у него все болит от падения. Микки отталкивает его, когда он пытается помочь, и упрямо хромает рядом с ним, пытаясь не припадать весом на левую переднюю лапу. Когда они менее чем в пяти минутах ходьбы от дома Галлагеров, Йен игнорирует протесты и поднимает его. Это не придает скорости, а его руки протестуют ко времени их возвращения домой, но он чувствует себя лучше, когда Микки не наносит вред лапе. Йен врезается в парадную дверь, плохо ориентируясь с Микки на руках. Он идет к дивану, спотыкаясь в темноте, и нежно укладывает того. Звук шагов по лестнице и Фиона цокает включателем, держа в руках бейсбольную биту. Она опускает ее, когда видит Йена. - Нихуя се, Йен, ты до смерти меня напугал. С какого хуя весь этот шум? - Это Микки. – Йен переводит взгляд на нее, бледный и напуганный. Его одежда немного грязновата, и на ладонях несколько царапин от попыток удержаться при падении, но в основном он избежал травм. Благодаря Микки. – Ему больно. Фиона опускает биту и передвигается ближе. Микки лежит на диване. Он жалобно повизгивает, и тянется облизать травмированную лапу. - Что произошло? - Мы, э. На нас напал другой волк. - Другой волк? - Угу, я так думаю. Первым он напал на меня, но Микки отогнал его. - Боже, - Фиона подходит к нему сбоку. Она обхватывает его лицо ладонями и поворачивает из стороны в сторону. – Ты в порядке? - Отлично, - говорит Йен, отталкивая ее. – У Микки болит передняя лапа, и у него течет кровь, но я не могу понять откуда. Нужна влажная ткань. - Хорошо. Фиона быстро возвращается с фланелью, и Йен обтирает ею голову Микки, оглаживая в поисках источника крови. Иногда Микки скулит и отшатывается, но позволяет Йену очищать его без протеста. - Я не знаю, что делать с твоей лапой, - ласково признается он. - Лучше оставь до утреца. Сможешь лучше помочь человеческой форме. – Рука Фионы ложится на его плечо и твердо пожимает. – И, кстати, сможете унять боль лекарствами. - Угу. – Йен протирает его морду, напрягаясь от беспокойства. – Полагаю, да. Микки тянется вперед и мягко лижет его щеку, соглашаясь. Йен переносит его по лестнице и кладет на кровать. Он снимает футболку и боксеры и ложится позади Микки, нежно проводя по шерсти поверх ран, в некотором роде утешая. Несмотря на испытания, Микки быстро засыпает. Йен вертится, но почти не спит, слишком беспокоясь о мирном сне Микки. Из-за этого он впервые видит изменение Микки. Он может видеть только приподнятые плечи Микки, остальное спрятано под одеялом. Тот дергает во все стороны, тихо скулит. Сначала Йен переживает, что ему причиняют боль травмы, потом думает, что может у того ночной кошмар. Вдруг глаза Микки открываются и он резко выдыхает. Как только первая кость прорывает кожу плеча, Йен понимает происходящее. Он чувствует ломающиеся кости под рукой, и быстро отдергивает ее. Звуки намного громче, намного резче, когда он рядом с Микки, чем когда он находится по ту сторону двери; щелчки и хруст костей ломающихся в преобразовании, тошнотворный разрыв кожи, пока прорываются новые кости, звуча как закрывающаяся молния. Теперь Йен понимает, почему Микки никогда не мог описать ему, какими были его изменения. Будучи свидетелем сам, Йен знает, что у него нет слов, чтобы описать картину этого действа, очень мучительного изменения. Это длится всего несколько секунд; так быстро, что можно моргнуть и пропустить это, но некоторое время, он наблюдает, как рвется и мечется в разные стороны тело Микки. Нет крови, просто прорывающаяся кость изгиба . Мех исчезает и кожа наращивается на новую структуру скелета, сшиваясь вместе. На протяжении всего действа, дыхание Микки болезненное и неравномерное, и потом он остается на кровати, тяжело дыша и потея. - Дерьмо, - мягко говорит Йен. - Угу. Теперь ты знаешь, почему я не хотел показывать, - голос у Микки напряженно-утомленный. - Прости, я не хотел. - Все норм. - Ты в порядке? – Йен придвигается ближе и проводит рукой по Миккиному подбородку. Теперь он может видеть порезы. Рана на лбу, пересекающая бровь. Еще более глубокая царапина проходит по носу. Отметины укусов вдоль горла, слишком большие, чтобы быть человеческими, проявившиеся из другой формы на его шее человека. - Нормально все. В основном поверхностное. - Че за хуй это был? - Мой отец. - Чего? – у Йена от шока отвисла челюсть и округлились глаза. Микки взглянул на него, устало и нерадостно. - Угу. Ебаный мудила. - Боже, да. - Скажу, что он не слишком счастлив, что я тусуюсь с обычным человеком. Не бери в голову, блять, чел. - Мне жаль. - Не твоя вина в том, что он чертов мудак. - Тебе больно из-за меня. - Эй, нет, завались. Я не позволю ему причинять боль тебе. Мы прикрываем друг друга, ясно? Вот что мы делаем. – Микки протягивает ладонь правой руки к его шее. Йен на автомате тянется за прикосновением, поворачивая голову поцеловать запястье Микки. - Угу, но если бы я не захотел побегать, этого бы не случилось. - Йен, он все равно бы меня нашел. Йен вздыхает. Он наклоняется и прислоняется лбом ко лбу Микки, старясь не попасть на раны. Микки припадает к его губам с мягким поцелуем, и Йен возвращает его несколько раз; целует коротко, нежно, едва заметно. - Люблю тебя, - выдыхает Йен. - Люблю тебя. - Ты точно в порядке? - Запястье болит как сука, но в остальном, да. - Ох, блин, угу, дай проверю. Йен проверяет Микки в остальных местах, находя еще несколько царапин и укусов. Он дезинфицирует и очищает их все, прежде чем проверить запястье Микки. К счастью, это всего лишь растяжение. Он накладывает эластичный бинт, а Фиона убеждает Ви принести обезболивающие. Ви вторично проверяет и соглашается с Йеном, насчет растяжения. Фиона приносит бульон, запить лекарства, пока его челюсть все еще болит от ломки. Лиам приносит любимую книжку и вскарабкивается на постель рядом с Микки. - Ты в порядке? – спрашивает он. - Ага, приятель, прекрасно. - Хорошо, - говорит Лиам и гладит его по голове, прежде чем приступить к чтению серьезным тоном. Микки помогает ему, когда он застревает на тех или иных словах. Йен проводит практически весь день в его стороне. Он гладит его волосы, осыпает поцелуями любой непострадавший участок в зоне доступа, и делает ему два извиняющихся минета, отказываясь от предложений Микки ответить взаимностью. - Если я так лечусь, то я должен чаще попадать в передряги,- дразнит Микки. - Не надо, - Тон Йена тих, но серьезен. Он потирает большим пальцем тыльную часть ладони Микки. – Ненавижу видеть твою боль. - Не обещаю, - произносит Микки. – Но постараюсь изо всех сил. - Думаю, я приму это,- говорит Йен и, улыбаясь, целует Микки в губы. ~~~~~ *Roadrunner – на слэнге «Скороход» или «Дорожный бегун». По словарям, калифорнийская бегающая кукушка. Персонаж популярной серии мультфильмов компании «Warner Bros». **Йен пародирует эту птичку. В мультиках койот на нее устраивал ловушки, а та носится по дорогам и поднимает за собой пыль именно с таким звуком: «мип мип».