Вторая кровать нужна?

Макс Корж – В темноте © Хочу ли быть с ним? Я сам еще этого не знаю, весь день был очень милым и романтичным, но сделать такой шаг… Это сложно… А что, если ничего не получится? Если мы не сможем быть вместе? Что тогда? Мы потеряем друг друга, а этого я не хочу. Но с другой стороны, можем стать самыми близкими людьми, намного ближе, чем сейчас. Кир сам не понимает, на что идет, и что требует. Мне всего лишь восемнадцать, я жизни и не видел то! Но… Может, его люблю? Или хотя бы влюблен… Мой мозг сейчас лопнет! Я так не могу! Сделав несколько шагов в сторону, покачнулся и чуть не упал, но друг вовремя меня подхватил. Нахлынувшая паника не давала адекватно воспринимать ситуацию, и каждое движение парня казалось провокационным. – Отпусти меня! Я не хочу! Я ничего не хочу! – и, что есть силы, рванул прочь от домика. – Егор, подожди! Ну не беги! Егор, блять! Да стой же ты! – голос друга доносился все тише, а через некоторое время вовсе исчез. Бежал, не разбирая дороги, истерика постепенно спадала, и я остановился. Что это за место, мне было не известно: кусты, песок, доносящийся шум прибоя… Сделав несколько попыток определить откуда доносился звук моря, я наткнулся на маленького щенка. Бедняга сидел в высокой траве и жалобно смотрел на меня. – Что, малыш, тоже жизнь подбросила нежданчик? Мне вот даже пойти некуда, тебе, наверное, тоже… Ну что же, будем друзьями по несчастью, – я печально улыбнулся псинке и, подняв на руки, понес в сторону предполагаемого пляжа. Он оказался за ближайшими деревьями. Недалеко от моря находился небольшой магазинчик, в котором я купил бутылку коньяка, слава богу, деньги оказались в кармане штанов. На пляже не было ни души. Такая тишина и спокойствие, то, что мне сейчас нужно. Мысли проносились ураганом в голове, но ни одна из них не задерживалась надолго. Нужно привести их в порядок, а самое лучшее лекарство в данной ситуации – спиртное. Сделав несколько больших обжигающих глотков и разувшись, я сел на берег. Щенок терся об мои босые ноги. – Малыш, вот скажи, а тебе когда-нибудь говорили, что любят и хотят быть с тобой, а ты убегал от этого человека? – не дождавшись ответа, продолжил, – А мне вот говорили… Лучший друг… И я убежал. Да, представляешь, просто удрал, как нашкодивший котенок. Хотя, ты котов, наверное, не любишь. Я тоже, мне больше собаки нравятся, такие, как ты, милые и понимающие, – я погладил щенка по холке. – И что мне делать? Идти некуда, а там Кир. Он же ни в чем не виноват, но я просто не смогу с этим справиться! Понимаешь? Не смогу! Это слишком тяжело. Он мой друг. Лучший… Думал, не позволю никому его отобрать у меня! Но он сам это сделал… Уже ничего никогда не будет, как раньше. Никогда… – я сделал еще несколько больших глотков, из глаз катились слезы, но голос они просто капали на песок, – А ведь он прав, никто не знает нас лучше, чем мы друг друга. Сколько себя помню, столько Кирилл был со мной. Как же я теперь без него? Что делать? А еще этот кулончик… – оттянув ворот рубашки, достал подвеску, – «Я хочу, чтобы ты всегда помнил, что у тебя есть я…» – пронеслись слова парня в голове,– И где ты сейчас, Кир? Почему так поступаешь со мной? Ты меня любишь… Тогда почему не подумал обо мне, когда признавался? Это тяжело. Очень… – псинка пристроилась в ногах и сладко посапывала, а я, как идиот, разговаривал сам с собой. Так и до шизофрении не далеко. Коньяк с каждым глотком обжигал горло все сильнее, а мозги затуманивались все больше. Но в голову приходили все новые, и новые мысли, которые заставляли не отключаться, а думать. Думать обо мне и Кире. Что будет дальше? Как теперь смотреть другу в глаза? Но ответа я так и не находил... Идти было некуда, на пляже становилось холодно, алкоголь согревал. Только вот на душе теперь одна пустота. Никогда не прощу Кира за то, что отнял у меня самого дорогого человека. Еще месяц впереди, а мне уже хочется осени, чтобы погрузиться с головой в учебу. И ни о ком не думать, только о себе. Мысли вертелись, а организм требовал отдыха. Сказался насыщенный впечатлениями день и отравленный коньяком организм. Спустя несколько минут я заснул. Солнечные лучики щекотали кожу, постепенно ко мне приходило сознание. Парочка, гуляющая в такую рань по пляжу, подошла ко мне. – Ей, с тобой все в порядке? Помощь не нужна? – парень наклонился ко мне и начал всматриваться лицо. Я лениво открыл глаза, в которые тут же ударил солнечный свет, поморщившись, сфокусировал зрение на человеке. – Который час? – сколько я здесь пробыл? – Шесть утра. Медики не нужны? Ты в норме? – парень продолжал рассматривать меня на наличие травм. – Нет, все в порядке. А турбаза отсюда далеко? – нужно возвращаться, Кирилл, наверное, жутко волнуется. От воспоминания о друге больно сжалось сердце. – Не очень, несколько километров в ту сторону, – незнакомец указал направление, нужное мне. – Спасибо, – не без труда поднявшись на ноги, я направился домой. Только вот идти мне туда совсем не хотелось. Голова кружилась, ноги совсем не хотели идти, от одного воспоминания об алкоголе или еде начинало мутить. Да-а, знатно я вчера напился! Утреннее солнце пекло в спину, до сих пор не выветренный алкоголь, снова опьянял, от чего мысли струились в голове с огромной скоростью. Через полтора часа я добрался до турбазы, в домик заходить не хотелось, но нужно. Осторожно открыв дверь, прислушался к звукам – было тихо, наверное, Кир спит. Несмело зайдя во внутрь, я поднялся в спальню. Еще на лестнице заметил дорожку из лепестков роз, по пути к комнате их становилось все больше. Наконец открыв дверь, я увидел засыпанную цветами кровать, а возле нее на полу валялись две пустые бутылки из-под вина. Судя по всему, это дело рук Кира. Его одежду я обнаружил за кроватью. Вот о каком подарке он говорил! Он хотел продолжить романтичный день в кровати. Но кто сказал, что я бы на это согласился? Видимо, для этого и был задан тот вопрос… И где он сейчас? Что с ним? Несмотря на переживания о друге, я был спокоен, жутко хотелось спать и пить, что я и сделал. Проспал до самого вечера, а разбудил меня шум в прихожей. Оттуда доносились голоса, по которым можно было определить, что их владельцы пьяны. В одном человеке я узнал Кира, парень смеялся и что-то пытался сказать, но заплетающийся язык сводил в ничто его попытки. А вот второй голос заинтересовал меня значительно больше. Он принадлежал девушке, не сильно отличающейся трезвостью от друга. По мере возрастания громкости, я понял, что они направляются в спальню, но что-то делать я не собирался. А зачем? Пусть Кирилл увидит меня, мне интересно посмотреть на его реакцию, да и на девушку взглянуть охота. Через несколько минут дверь распахнулась, и в комнату ввалились эти двое. Они уже были полуголые и неистово целовались. От увиденного я поморщился. Как он мог меня сразу же променять на какую-то шлюшку? А говорил, что любит меня, быть с ним предлагал… – О, привет! А ты кто? – девушка увидела меня первого, и в удивлении приподняла бровь. – Оп-па! Пропажа вернулась? Как погулял, Егорушка? Нашел себе какую-нибудь блядь? – губы Кира искривились в противной усмешке. – Нет, не нашел, в отличие от тебя, – кивнул в сторону девушки, которая тот час надула губки. – Кирилл, это он сейчас о чем? Вы тут групповушку устроить надумали? А почему мне не сказал, я бы с собой подружку прихватила, – видимо, девушка была совсем дурой, если обиделась не на оскорбление, а на такую мелочь. – Милая, нам и так будет хорошо. Егор ведь самый настоящий натурал и будет рад выебать какую-нибудь девочку. Так? – парень вопросительно глянул на меня. – Кир, что ты творишь? Ты где так ужрался? – я встал с кровати и направился в сторону друга. – А какая тебе разница? Ты же ни во что не ставишь ни меня, ни мои чувства. Так какого хрена сейчас проявляешь заботу? – он начинал злиться, девушка предусмотрительно отошла в сторонку. – А ты о моих подумал, когда говорил все то? Думаешь мне так легко? Та я даже не мог представить такое, а ты мне сразу с ходу предлагаешь быть с тобой. Это был шок! – мой голос немного срывался, но отступать не собирался, – Я не знаю, как реагировать на твои слова. А еще эти подарочки, цветочки и прочие розовые сопли. Что мне прикажешь делать? Кинуться в твои объятия и сказать, что я тебя люблю и обожаю? – Сопли?! Это по твоему сопли?! Да я из кожи вон лез, чтобы угодить тебе, сделать этот день незабываемым, а ты говоришь, что это все сопли? – было такое чувство, что из ушей друга пойдет пар, а глаза нальются кровью. – Я не так выразился, прости, – нужно немного отступить, иначе будет драка. – Та мне насрать на тебя и твои извинения! Какого хрена ты вообще приперся обратно? Вали откуда пришел! – от такого заявления мне стало не по себе. Взяв толстовку и кроссовки, я направился к выходу. – Скотина ты, Кир… – друг даже не попытался меня остановить. На ходу одеваясь, вышел из домика. Куда идти не представлял, погода не особо приятная: холодно, мокро после вечернего дождя. Шел просто лишь бы идти, не имея ни малейшего понятия куда. Ноги занесли меня в развлекательный квартал. Сейчас там было немноголюдно, отдыхающие были не особо активны. В основном они сидели в закрытых кафешках и ресторанах, боясь даже сунуть нос на этот холод. И вот что мне делать? На улице ночевать? Денег я с собой не взял, а без них меня никуда не пустят. Найдя в закоулке лавочку, сел на нее с ногами и обнял себя, чтобы потеплее было. Еще никогда не было так обидно и одиноко. Сейчас такое чувство, что из меня достали сердце, растоптали его и засунули обратно. Еще и бабу привел, быстро он поменял предпочтения. То мне говорит о любви, то водит всяких пьяных телок. Обо мне, наверное, даже не подумал и не переживал, где я всю ночь провел. Кроме обиды, в голове ничего не было, даже злости. Передо мной сейчас стояла одна проблема: где провести ночь, на улице я замерзну. И она решилась очень даже неожиданно… – Ей! Ты чего тут сидишь? – к лавочке подошел парень лет двадцати восьми. Одет он был прилично: черные брюки, светлая рубашка и черная кожанка. – Просто сижу, – я поднял голову, чтобы посмотреть на незнакомца, но не найдя ничего интересного и никакой угрозы, опустил обратно на колени. Парень, подойдя поближе, сел. – Ты здесь ночевать собираешься? – вот же настырный! – Да. Какие-то проблемы? – чего он не отцепиться от меня?! – Я понимаю, что это прозвучит странно от незнакомого человека, но… Если хочешь, можешь переночевать у меня, – а вот это неожиданно. Я в заинтересованности поднял голову. – Зачем тебе это? Ты меня совсем не знаешь. – Просто на улице холодно, а ты не должен, как бездомный, спать на улице. У тебя какие-то проблемы? – парень искренне интересовался мной. – Да, с другом поссорился и теперь мне негде ночевать, – не знаю почему, но я не боялся рассказать незнакомцу о своих проблемах. – Пошли! – парень подорвался с лавочки и потянул меня за собой. По дороге к его домику мы зашли в магазин и купили, вернее, он купил, бутылку виски. От магазина мы шли довольно долго, его домик был поодаль от остальной турбазы. Нам о нем рассказывали, это самые дорогие апартаменты здесь, больше остальных, в самом тихом месте. Дом был и правда шикарным: на первом этаже огромная кухня, столовая, гостиная и туалет с ванной, на втором – две спальни, в каждой отдельные уборные, кабинет с библиотекой, терраса на крыше. Зайдя на кухню, парень поставил на стол бутерброды и предложил мне. Хоть я и не ел сегодня, сейчас ничего в горло не лезет. Парень понимающе кивнул и убрал еду обратно. Достав два стакана, мы направились в гостиную. От выпивки я не отказывался, просто хотелось утопить проблемы в алкоголе. – Что у тебя случилось? – спустя некоторое время и полбутылки виски, парень осмелился спросить о причине моего ночлега на улице. – С лучшим другом поссорился. Он привел к нам в домик пьяную девушку, а меня выгнал. Вот я и не знал куда пойти, пришлось бы на улице ночевать, – говорить из-за чего Кир привел шалаву домой, не хотелось. Мы проговорили около часа, я успел конкретно опьянеть – такое количество алкоголя и на голодный желудок, дали свой эффект. Парень (кстати его звали Мирославом, или просто Славик) практически не пил. В отличие от меня, он принял вовнутрь всего один стакан виски, все остальное выпил я, и уже ничего не соображал, когда Слава тащил меня в спальню. Уложив на кровать, парень принялся раздевать меня. Я не сопротивлялся, ничего такого в этом не видел. Но когда он начал откровенно меня лапать, а затем целовать грудь, шею… Это начало напрягать, но пьяное тельце ничего не могло сделать. – Слав, что ты делаешь? Не хочу,– заплетающимся языком проговорил я. – Мне плевать! Ты сегодня будешь моей подстилкой. Зря тебя дорогущим вискарем поил, что ли?! – движения стали резкими, а парень настойчивее. Как мог, отбивался, но достаточно было сделать одно движение, и я начинал выть от боли, которую мне причиняли руки Славы. Вот что за день то такой?! Мне душевно тяжело, так надо еще и физически мучать? Из глаз катились слезы, а на мольбу отпустить меня, парень не реагировал. Нащупав в кармане джинс телефон, я нажал на быстрый дозвон, на каком был номер Кира. Может он все же сжалится надо мной и придет на помощь? – Пусти меня! Зачем ты это делаешь? Мне больно! – я кричал что есть сил, но реакции не было, – Ты живешь в самом шикарном доме на турбазе, и не можешь снять себе проститутку? Зачем ты это со мной делаешь? Отпусти! – надеясь, что друг все-таки слышит меня, говорил наводящими фразами. Отсюда наш домик в десяти минутах ходьбы, если бежать, то можно добраться за пять. Мне нужно продержаться до прихода Кирилла. Если через пятнадцать минут он не появится, то единственным выходом будет не сопротивляться – так меньше боли будет. Как говорится, расслабься и получай удовольствие. Крича и пытаясь высвободиться, только злил парня, он больнее сжимал мои руки. Спустя минут десять я остался в одних трусах и спущенными до колен джинсами. Слава попытался перевернуть меня на живот, но я начал активнее вырываться. Когда понял, что помощи ждать неоткуда, просто резко расслабился, приведя своего насильника в недоумение. Он на несколько секунд застыл, а потом с новой волной возбуждения принялся срывать с меня последнюю одежду. Парень так сильно навалился, что я начал задыхаться под его весом. Но в одно мгновение все прекратилось… Меня больше никто не трогал, стало легче дышать, но все же боялся поднять голову. Краем уха слышал как кто-то кого-то бьет, звуки ударов, всхлипы битого… Через несколько минут ко мне опять притронулись, от чего я вздрогнул и вжался в постель. – Тише, малыш. Это Кирилл. Все хорошо, – парень поднял меня с постели и обнял, а я, прижавшись к нему, заплакал. Понимание того, что меня чуть не изнасиловали давило на мозг. Друг успокаивал, как маленького, шептал на ухо, что все прекратилось. Так мы просидели минут двадцать, затем Кир одел меня, завернул в плед, и, взяв на руки, вынес из домика. Я всем телом прижимался к нему, дрожь никак не хотела уходить. С трудом добравшись к себе, друг положил меня на кровать, укрыл и обнял. – Егор, прости. Я тебя правда очень люблю. Просто ты тогда так неожиданно убежал, я был в недоумение. Напился, пошел в клуб, решил оторваться тебе на зло. Но ничего не было! Я ее сразу же выгнал, как ты ушел! – друг начал оправдываться, а мне было плевать. Главное, что спас меня… И любит. Только сейчас осознал, что он мне небезразличен. Не как друг…