Женатик

— Всё не то, всё не так! — взрывается недовольная девушка, запекая презрительным взглядом весь абсурд из одежды, сложившийся на полу в гостиной. Дана уже около двух часов пытается решиться с выбором наряда на День Рождения близкого друга, но, как принято в женском кругу: то полнит, то стройнит, а это уже не модно. На самом деле Мин никогда не спешила за модой, но и выйти в свет как нищенка тоже было не лучшей альтернативой. Тем не менее, на вечеринке соберётся вся группа студентов, что учатся на одном потоке с Даной и тут уже просто нельзя пасть в грязь лицом, даже в выборе ткани. — Может просто трусы и каску? Это точно есть в моём гардеробе, — вздыхает девушка, отчаянно крутясь около настенного зеркала, в надежде, что хоть это платье ей подойдёт. — А я только искал синоним к слову «ужас», а нет, он сам нашёлся. Дана почти откинулась от неожиданного появления Юнги, что довольно ухмылялся, упираясь плечом о косяк двери. Показушно оглядывал девушку, фыркая и посмеиваясь в кулак. — Чтобы ты не надела, в любом случае выглядишь ущербно, — Мин пожимает плечи, наигранно прикрывая глаза. Ничего нового в поведении Юна для Даны не вырисовывается... Всё тот же напыщенный индюк с завышенным самолюбием. Правда общение стало более близким, невзирая на вечные издёвки над друг другом и конфликты по-мелочам. — Божечки, смотри, — выставляя два средних пальца, Дана промакивает ими уголки глаз, медленно семеня к парню. — Я уже плачу! Юнги заценил ответку и вздёрнул бровь, наблюдая за девушкой, что с презрением надвигается на него. — Хочешь поближе разглядеть мою красоту? — срывается с уст Мина, после чего лицо парня озаряет широкая улыбка и зачёсанная назад чёлка. — Красота увядает, а вот тупость – это навсегда, — передразнивая Юна улыбкой, чеканит Дана, отталкивая грубияна и выходя из гостиной. Пока кусалась с этим засранцем успела придумать с луком на вечер и поспешила в свою комнату на поиски комбинезона и лёгкой майки. Раз платьями обделена, время поломать рамки приличия. Почему нет? В считанные минуты переоделась и вылетела из комнаты, вторя о том, что опаздывает и не может найти помаду. Пробежалась по всей квартире и даже не специально толкнула Юнги выходящего из кухни с блокнотом в руках. Работает трудяга. — Я безнадёжна, — с трудом вытаскивая находку из под шкафа, бурчит без остановки о своей безалаберности девушка, одновременно вбивая сообщение в мобильнике. — Мне плевать, но куда ты? — вопросительно поднимая бровь без интереса интересуется Юнги, жующий яблоко. — На вечеринку, — также безразлично оправдывается Дана, не уделяя внимания такому вопросу со стороны Мина. — Чего не предупредила сразу? — А должна? — уже с тупым взглядом взирает на парня девушка, обуваясь. — Ты же знаешь, что я не стану тебя подвозить и забирать? — вновь прищуривается Юнги, наблюдая за появившейся улыбкой на лице Даны. — И не нужно. Меня Намджун отвезёт, а домой доеду как-нибудь сама, свежий воздух полезен, — кивая самое себе заканчивает девушка, покидая квартиру. Юнги фруктом поперхнулся, когда услышал, что Дана так нагло не попросила его о помощи. Не привык он к тому, что у девушки замена на такой счёт есть. Выпрямился и пафосно развернулся, уходя к себе в студию. — Можешь не возвращаться. — Не дождёшься.

***

Как и ожидалось от любимчика потока – вечеринка была на максимуме. Бесчисленное количество молодёжи, много смеха и разврата. Наверняка лучше дешевого клуба и не хуже посиделок за столом с семьёй. Игриво и с забавой поздравив именинника Хона с праздником, Дана вцепилась в руку близкой подруги и те прямиком двинулись в сторону выпивки и закусок. — Хочу есть как голодный свин, ибо я всю дорогу выслушивала возмущения от Кима, который из-за моей шутки принялся описывать все свои достоинства и всеми силами убеждал меня в своей неотразимости, — хватая тарелку с тарталетками хнычет Мин, пока подруга в голос смеётся с её выражения лица и в стороне довольно улыбающегося Намджуна. — Дан, выкладывай, как там твой бракосочетанец? — запихивая в рот бесплатную пищу, интересуется личной жизнью Даны подруга. Мин удивилась такому интересу со стороны девушки, ведь она редко спрашивает об этом, не смотря на то, что знает всю ситуацию от «а» до «я». На этот счёт у Даны смекалка на месте, ибо рассказывать о своей личной жизни с Юнги, которой в целом и нет, она не собирается. — Всё тот же моральный урод, который питается моей ненавистью, но пропитывается безбашенной любовью и страстью, поэтому отпускать меня не собирается, — на легке проговаривая такую забавную ложь, одновременно жуя всё что попадается в глаза, пожимает плечами Мин. — А ещё мы задумались о детях. Окончательно сведя подругу с ума, мысленно ударяет себя по лбу девушка. И пока у подруги дёргался глаз, Дана закатила глаза, удивляясь, что та ей поверила. — Дана, ты уверена, что всё ещё хочешь отомстить ему? — чеканит заключительный вопрос созревшая девушка, вздыхая. — Не сомневайся, — уверенно заявляет в ответ Мин, задумываясь о том, а права ли. — Ладно, сейчас вопрос в другом, — проходя к столику с выпивкой, игриво водит бровью подружка, — выпьем? В жизни Даны слишком мало хорошего, и та должна успеть впитать все радужные минуты, как губка, чтобы потом было, что вспомнить. Поэтому девушка с охотой соглашается в меру своей заинтересованности в авантюрах. Ведь знает, что после пары рюмок абсента – мир выглядит таким, каким та хотела бы его видеть. А после и все правила становятся не писаными.

***

Весь красочный мир размылся в одно мгновение, как только Дана осознала, что уже не находится в компании незнакомых парней и подруги, что так весело играли в «крокодила», опустошая неизвестную по счёту бутылку вина. В пьяной голове крутилось всё, как в калейдоскопе и не совмещалось в единую картинку, когда в ушах зазвучал знакомый мужской бас, а когда владелец сия голоса ворвался в гостиную ураганом устроив взбучку, а затем схватив девушку за руку, вывел из квартиры, так и вовсе вопросов посыпался целый ворох. Самое интересное и непонятное было для Даны, это то, что никто не помешал грубияну и не остановил его на пути. Но всё стало ясно, когда девушку усадили в салон автомобиля, а затем и силуэт Юнги показался слева. Да, та самая подруженька-собутыльница решила проверить Дану на правду позвонив Мину в столь поздний час и сообщив о том, что его жена напилась до упадка и из последних сил пытается отдаться одному юноше. Сначала сомневалась, а завидев разъярённого Юна, приехавшего почти сразу после звонка, довольно выдохнула и удостоверилась. Парень матерился, возмущался, бесился, слал всё к чёртовой матери, но сел за руль и приехал. Нет, это не порыв благородия или жалости, просто Юнги не хотел выставлять Дану и себя, как мужа, в плохом свете. — Если пить не умеешь, зачем хватаешься за рюмку? — с толикой злости беснуется Мин, давя на газ, даже не взглянув на девушку рядом. Это правда, что чувство вины захлестнуло Дану, как будто та была поймана родителями за что-то плохое. Но сейчас девушке можно всё и вести себя неподобающе тоже можно. Поездка до дома прошла в напряжённой тишине, а после вовсе всё стало забавней. Пока Юнги спасал ситуацию, волоча пьяную Дану до квартиры, он услышал много слов с нетрезвого языка девушки. Та без заморочек прошлась по ужаснейшему из всех ужаснейших парней – Мин Юнги, вешая на него ярлыки, просто отвратительного человека, засранца и самодура. Она глупила, даже понимая, что этот самый мерзкий тип рядом, и бросает на неё уничтожающие взгляды, сдерживая в себе порывы кинуть девушку прямо здесь. Сейчас она оправдывает чересчур хамское отношение Юнги своей нетрезвой выходкой и подвешенным языком. Зайдя в квартиру, парень протолкнул вперед тело Даны, как та мгновенно подпёрла спиной стену, зафиксировав слегка пошатывающееся тело. — Я до сих пор не пойму, зачем Бог дал нам встретиться, если мы никогда не будем парой, что ходит в парки по воскресеньям, — фривольно улыбается Дана, играясь языком во рту и выдыхая, исследуя глазами свою обувь. Юнги и глазом не повёл после услышанного, безразлично снял обувь и развернулся, покидая компанию девушки, что убито смотрит ему в спину, прижимаясь к стене. — Спать ложись. — Я же остаюсь с тобой из-за жадной мести, знаешь? — тем же неоспоримым, всецелым, непоколебимым и абсолютным чувством безразличия, признаётся парню Дана. Это правда – она безразлична. В стенах квартиры эта ядовитая фраза, кусающая больнее огня срывается криком, но в голове Юнги врезается так тихо, но колко, что тот останавливается, оборачиваясь лицом к лицу к жене. Испепеляя тёмно-карими глазами, в которых беснуются языки пламени, Дану, Мин молчит. Молчит, потому что сказать нечего, ответить нечем и что вообще стоит сделать не знает. — Не говори, что ты не знал, — фыркает девушка, наблюдая за бездействием парня напротив. — Ты думал я плаваю в чувствах любви к тебе, после того, как ты украл мою свободу ребяческой выходкой? — Из-за мести? — перебирая все прожитые месяцы вместе, не понимает Юнги, где всё-таки спрятана та самая месть и в чём она заключается. — Кто ты вообще такая, чтобы мстить мне? Дана смолчалась, бегая глазами по парню, в поисках ответа. Во второй раз задумалась: а не передумала ли она в собственном решении; не влюбилась ли; не простила часом. Юнги задумался, надолго. Очнулся только когда опустив глаза к полу, увидел носки белых кед перед своими ногами. Парень с вопросом поднял голову, и Дана поддалась вперёд вставая на носочки, затем хватая Мина за воротник ветровки, притягивая к себе. Девушка секунду помешкала, а затем поцеловала парня. В этот красочный момент парню чуть дурно не стало, будто воздух испарился из лёгких, а кровь прилила совсем не туда. Сейчас ловелас Мин Юнги был похож на тех забавных актрис из дорам, которые застывают на месте, как вкопанные, с открытыми глазами при неожиданных поцелуях или объятиях. Живут почти год под одной крышей и состоят в браке, а так по-настоящему и искренне целуются – впервые. Уверенно сжимая плечи Юна, Дана отстраняется, когда тот только собирался взять инициативу в свои руки и взять девушку за талию. Пьяно кивнув самой себе и улыбнувшись парню, тем самым делая из глаз маленькие разрезики, Дана убедилась. — Да, именно из-за мести, всё в порядке, — безразлично вздыхает девушка, понимая, что не пала духом. Сердце Даны не заколотилось, а шарики не зашли за ролики, когда она нарушила личное пространство Юнги, поэтому всё остаётся на своих местах. Месть – единственное чувство, которое девушка испытывает к этому человеку. Дана бросила ещё один кроткий взгляд на Юнги и, миновав его, ушла прочь, задевая щёку волосами. Это было последнее, что ощутил парень на себе. Накатившая волна боли от нескольких слов и разом обрушившиеся стены. Рациональное и тотальное уничтожение всё, что осталось. Юн понял, где спрятана эта месть и что девушка имеет полное право рушить его мир. Он влюбился в ту, чей взгляд пустой.