Женатик

— Юнги, пусти сказала! — Дана крепко упирается ногами об землю, старательно сопротивляясь натиску парня, что целенаправленно пытается затащить ту в свой автомобиль. Схватил за ладонь и теперь тянет как бульдозер, уже краснея от взглядов мимо проходящих прохожих. Думают небось, маньяк какой-то, а на самом деле просто семья-придурков. — Если я отпущу — ты домой убежишь, — непоколебимо и спокойно отвечает Мин, цокая. — Какой ты проницательный! Мне незачем с тобой ехать, я там не нужна! Пусти меня домой! — девушка всё продолжает титаническое сопротивление, как ойкает, в долю секунды оказываясь на руках у парня, что пыхтел и со вселенской злобой смотрел на ту, крепко сжимая бёдра. — Ты мне там нужна, поэтому угомонись и сядь в машину, или я заставлю силой. Не недооценивай меня, Дан. Юнги слишком устрашающе выглядит, отчего Дана уверенно и быстро кивает, сползая с мужских рук и на цыпочках оббегает автомобиль, заползая в салон и негромко хлопая дверью. Эти замашки властителя в парне, всегда привлекали девушку, но порой хотелось и вдарить ему, чтобы свободы дал. И сейчас именно такая ситуация. Мало того, что Мин разбудил жену в девять утра в выходной, так ещё и причины для этого весомой не нашёл. Просто захотел взять Дану с собой, чтобы вместе выбрать апартаменты в будущем месте жительства за границей. Да, девушка согласилась на предложение молодого человека. Долго думала, всё взвешивала и бесновалась от постоянной настойчивости мужа, поскорее дать ответ. Но, если быть чуть честнее, сделала Дана это не для себя, а для Юна, что поставил условия, где говорится о том, что если девушка отказывается, он аналогично остаётся с ней. Поэтому она заставила парня подписать контракт не откладывая, потому что, даже если её решение изменится, у него не будет пути назад. Мин просто не могла позволить, такому как Юнги, потерять возможность показать свой талант миру. Она не стоит таких жертв. — Какая ты у меня послушная, — заскакивая вслед за Даной, ухмыляется Мин, подмигивая той, заводя машину. — Воспитал, — хитрые огоньки разгораются в его глазах, словно спички. Девушка всё кристально видит, то как этот мерзавец упивается своей восхитительностью! Но чёрт! Он прав, она именно из-за него стала такой, какой является сейчас. Но сейчас даже острить и язвить Дане не хочется. Девушка лишь бьёт мужа по плечу не сильно, и с натянутой улыбкой, латает эмоциональные дыры. Вынуждена приводить себя в порядок, иначе выносить каждый день становится труднее. Она обманывает Юнги и ей не по себе. Но у неё просто нет выбора.

***

— Вот здесь заполнить нужно, а там поставить подпись. Грустно согревая кресло в огромном зале одной из самых крупных развлекательных фирм в Корее, Дана с усталостью вздыхает, наблюдая за суматохой около Юнги, что сейчас с серьёзным лицом выслушивает молодую девушку, которая объясняет правила заполнения документов и заодно успевает заигрывать, то закладывая волосы за ушко, то касаясь парня всеми участками тела. Такая смешная, ведь не знает, что за спиной жена его сидит. Дана даже не ревнует, скорее гордится и довольно усмехается, видя как Мин игнорирует девчушку, полностью углубившись в стопку бумаг. — Юнги, вы пропустили вопрос, — указывая пальцем на упущенную из-за невнимательности парня строку, сообщает девушка, улыбаясь. — Количество человек? — хмурит брови Мин, но спустя секунду довольно улыбается во все тридцать два, разворачиваясь наполовину, чтобы взглянуть на Дану. А та растерянно глазами по помещению бегает, наблюдая за персоналом и разгуливая в своих мыслях. Так невинно сейчас выглядит, что у парня сердце заходится, ибо воспоминания давят. Как можно было её обижать? — Учитывать ещё нерождённого? — бросает в лоб девушке рядом Мин, как у той улыбка с лица пропадает. Она как-то нервно кашлять начинает и расстраиваться заметно. — Напишу значит трое. Прошло около пяти часов, как парень наконец закончил с макулатурой и лениво поднимаясь с кресла, предварительно поблагодарив разочарованную девушку за помощь и не забыв подбодрить добрым словом о том, что всё у неё ещё впереди. Хотел обратиться к Дане, ибо слишком подозрительно, что она молчит и не возмущается, да только не нашёл её. Резко занервничал и схватился за телефон, набирая приевшийся вызов. Так замотался, что самое дорогое из взора упустил. Юн сам себя пугаться начинает, когда это он так переживал за кого-нибудь? Даже о себе такого беспокойство не имел. — Ты где? — злится, получая ответ лишь после пятого гудка. — В буфете, — односложно отвечает женский голос и парень выдыхает, устало потирая переносицу. — Там будь, я уже закончил, сейчас приду, — показывая максимальное властвование над девушкой, приказывает тот, получая тихое «угу». Не понятно, как давно, но Дана стала для Юнги больше чем просто матерью его ребёнка. Она как самая красивая фраза, без подсказки. Девушка, которая для него и смелость, и страх, и слёзы. Как некая тень, когда от солнца спрятаться хочется. Мин осознает, что в сложные периоды только она с ним все эмоции разделяла и за руку крепко держала, забывая все обиды и причиненную им боль. Он даже последние песни только Дане посвящает, да она не догадывается. Она как ориентир и сообщник. Эта девушка, миновская судьба, некая правда и даже больше — его награда. — Пока я тебя не отпущу, не уходи, — снова дежурные фразы вылетают из уст Юнги с максимальной грубостью, но заметно выражающие всю любовь и переживания. Он Дану за руку держит и вместе с ней из здания выходит, вдыхая свежий городской воздух. — Я, всего лишь, есть захотела, — бурчит в ответ девушка, отпуская руку парня, заползая в карман и достав оттуда батончик, протянула Мину. — И тебе взяла. — Сама ешь, — оглядывая сладость, а затем и довольное лицо девушки, Юнги всё же забирает презент и шагает к припаркованному рядом авто. — Мы домой? — бросает в спину Дана. — Я устал, поэтому да, — кивает Мин, открывая дверь для девушки. — Дай мне немного времени когда приедем, я хочу поговорить, — заметно теряясь и нервничая, Дана ждёт ответа, не садясь в салон. — Для тебя всегда время найду, садись, — вновь приказывает Мин, удовлетворяясь послушанию жены. Дана только сесть хотела, как парню прилив чего-то нового в голову вдарил и тот девушку к себе притянул, аккуратно, но крепко обнимая. Хотел быть серьёзным, но смешинки стали душить от её пушистых волос, что щекочут приятно. — Я чувствую твой живот, наконец-то, — выдыхает Мин в девичью шею. — Говорят, что мальчики быстрее растут, чем девочки, — горько улыбаясь, тихо проговаривает Дана, прикладывая огромные силы, чтобы не позволить себе заплакать и держать себя в руках до последнего. Юнги стал другим человеком, но почему от этого так сердце разрывается? Недолго так простояв, парень всё же выпускает девушку из своей хватки и целуя в лоб, ожидает пока та сядет, а после закрывает дверь. Через пять минут авто уже в пути, а в салоне царит тишина и темнота, освещаемая лишь фонарями и вывесками ночных забегаловок. Надвигающиеся сумерки быстро окрашивают небо в звездные оттенки, а вечер совсем скоро сменится новым днём. Дана наблюдает за Юнги, что выглядит искренне счастливым и более уютным. Она знает, что сегодня в их жизнях произойдёт нечто тяжёлое, но, наверное, правильное. Так всегда случается в жизни, когда кажется, что выхода нет. Просто наступает переломный момент и, сделав правильный выбор, ты заканчиваешь свои страдания.

***

За окном глубокая ночь, небо, усыпанное тысячами звёзд, что совсем нехарактерно для крупного города, и приятный освежающий ветерок, что своим порывом ерошит светлые волосы Юнги, одновременно поднимая лёгкий бумажные листы в блокноте, что в руках держит парень. Только вернулся домой, как сразу взялся за очередную песню, что сама вязалась на языке с необыкновенной легкостью. Дана около минуты стоит за спиной парня, упираясь ладонью о косяк балконной двери, скидывая ненужную кофту с плеч. Она явно лишняя, для такой тёплой июньской ночи. Тем временем, люди уезжали в отпуска, допивали остывший кофе, разбивали чужие сердца, а эти двое строили планы, которым так и не суждено было сбыться. Точнее Юнги строил, а Дана приняла суровую реальность и продумала как её обыграть. — Не спишь? — дёргается от неожиданности парень, ощущая как чья-то ладонь проводит по спине, а затем замечает Дану. — Я хотела поговорить, — кусая губу и упираясь локтями о холодный бортик, напоминает девушка. Юнги на секунду из виду пропадает, а затем появляется на том же месте, накинув ранее снятую Даной кофту снова на спину той. Он чертовски сильно изменился. Девушку за ладонь берёт, побуждает открыться и не нервничать, потому что замечает страх. — Я собрала вещи, Юнги, — в этот момент Дана поцарапала парню тыльную сторону ладони, отчужденно отойдя в сторону. Она не хотела, но так нужно. Ей требуется много сил, чтобы вести себя так гадко и безрассудно. — Зачем так рано, мы уезжаем через две недели? — парень пропускает мимо грубость девушки, сбрасывая всё на усталость. — Не мы, — кратко прикрывая глаза, тихо утверждает Дана, но так, чтобы Мин услышал. — А? — Уезжаешь ты, а не мы, — спокойствие приходит к Юнги ненадолго, пока он не понимает о чём говорит девушка. В один момент, Дана замечает, как боль плетистыми розами вьётся в зрачках глубоких, небо цвета индиго — как сжиженный газ озон. — Ты меня не простила, да? — упираясь локтями о балкон и опуская голову вниз, тяжело выдыхает парень. — Я делаю это для твоего же блага, потому что в этой любви нет будущего, — уже увереннее начинает девушка, замечая, какую боль сейчас причиняет близкому человеку. — Односторонней? — испепеляюще вглядываясь в лицо побок, Юнги интересуется. Господи, как много боли было в его глазах. Как много сожаления и чувства вины. — Я тоже люблю тебя, поэтому и делаю это. У Юнги дыхание перехватывает, ведь Дана впервые признаётся в своих чувствах, а он до последнего думал, что дарит лишь свою любовь в эти отношения. Только сейчас даже это не радует. — Почему ты так злопамятна? Я делаю всё, чтобы стереть прошлое в котором оплошал, но ты мне мешаешь. Зачем, Дана? Все ждали сказочный финал, не так ли? Оно так и происходит чаще всего, но Дана плевала на общепринятый шаблон. За глянцевой идиллией зачастую сковываются несчастливые люди. Она любит и он тоже, но ей просто тяжело принять столько изменений и смириться с прошлым. Дана не может любить и быть с Юнги, потому что эта история целиком построена на мести и обмане. Она так не играет, ей надоело. — Может потому что мы не умеем с тобой правильно любить? — девушка размышляет вслух, поднимая глаза к небу, будто спрашивая у них, мигающих небесных светил, свидетелей их разговора. Юнги лишь молча выпрямился, закидывая голову вверх, нервно взъерошив волосы. — Дана, послушай.. — Юнги, чтобы не происходило и как бы не был жесток мир с тобой, пожалуйста, не сдавайся, — девушка перебивает, хватая парня за ладонь, крепко сжимая и игнорируя то, как кофта медленно скатывается и падает на холодную плитку у ног. — Оставайся самим собой и подари миру улыбку, что я так полюбила. Я знаю, ты многого добьёшься — у тебя талант. Развивай его, я хочу, чтобы твои песни услышал весь мир. Не обманывай себя и не держись за меня. — Меня устроит то, что мои песни будешь слышать лишь ты. — Ты достоин искренней и честной любви. Девичьи руки сами потянулись к обручальному кольцу, и уже через мгновение оно очутилось в холодной ладошке. Сжав его, как самое дорогое в жизни, Дана разомкнула пальцы, и символ мстительной любви с лёгким стуком приземлился на пол с неприятным звоном. — У нас всё ещё есть нечто общее, помнишь? — кладя руку на живот, упоминает будущего ребёнка Дана, слизывая солёные капельки с губы. — До встречи. Юнги ухмыляется сквозь слёзы, провожая взглядом утонченный силуэт, что заметно дёргается в конце коридора, но всё же решается выйти за пределы квартиры, без сожалений оставив всё позади. Чтобы позабыть о боли, нужно уметь прощаться. Чтобы решиться, нужно испытать боль в полной мере. Просторная спальня, вдоль и поперёк пропитанная приторным запахом карамели, давит на внутреннее состояние Мина, провоцируя его зарыться глубоко в себе и взять всю вину на себя. Он сам совершил ошибку, ему за неё и расплачиваться. Больше Мин Юнги не участвует в спорах, потому что он потерял самое ценное из-за них.