Незавершенные цели

      Место моего пребывания накрыло стеной дождя: от грохотания в небе сердце сжималось от восторга и страха, а вспышки молний разрезали пасмурный день. Меня окутывала толпа серых, промокших и злых, каждый из которых спешил оказаться под крышей. Но мне некуда было торопиться.       Город был мрачным и чужим: люди смотрели волками, жизнь здесь не баловала – нищета всегда рука об руку идет с высоким уровнем преступности. Всякая шваль стекалась сюда со всех ближайших деревень и селений в поисках наживы. Сплошная серость и грязь, серость и грязь, и я сейчас вовсе не о погоде. Они слились в одно сплошное ничто и не вызывают ничего кроме презрения и отвращения.       Повсюду слякоть, быстро наполняющиеся лужи от частых ударов капель взрываются брызгами. Чавкающие ботинки, прилипшая к телу одежда, висящие сосульками волосы: конечно же, у меня нет с собой зонта. Меня охватывает печаль, когда я оглядываю место, где я оказалась: сейчас мы берём любые задания, лишь бы были деньги на восстановление родного селения.       Я ненавижу всех, кто связан с разрушением моего дома, и мне больно признавать, что я ненавижу и тебя. Ты причастен к этому, и я никогда этого не смогу простить. Совсем не важно, сколько лет прошло; я всё это время хотела увидеть тебя, хоть и отрицала это: в каждом закоулке, в каждой деревушке, где бы я ни оказалась, неосознанно глазами выискивала знакомый силуэт, - это очень быстро вошло в привычку. Сама не знаю, зачем: что мне от тебя надо? Может, хочу посмотреть в твои глаза, увидеть, каким ты стал.

Я искала тебя годами долгими, Искала тебя, дворами темными, В журналах, в кино, среди друзей, И в день, когда нашла, с ума сошла!

      Почему я вспомнила о бывшем… Товарище? Друге? Скорее человеке. Да, бывший человек, тебе это очень подходит. Тебя не спутать ни с кем, сколько бы лет ни прошло, я узнаю тебя из тысячи, из сотни тысяч мрачных и надменных. Сейчас на тебе нет этого чёрного плаща с красными облаками. Но ты – это ты. Как бы иронично это не звучало, но ты - единственный в своём роде.       Мне уже не хочется впадать в воспоминания минувших дней, в моей душе не возникает тянущего чувства одиночества и обиды при виде тебя. Я давно уничтожила в себе желание жалеть себя. Но вот жалость к тебе, такому пустому и потерянному, я оставила. Хотя, надо отдать тебе должное, Учиха, даже несмотря на всё произошедшее, в тебе остаётся всё та же неизменная непреклонность перед судьбой. И почему человек с такой силой воли выбрал путь врага, вместо того, чтобы встать плечом к плечу с равными себе?       Я нашла тебя, Саске. Нашла, после стольких лет пустоты и злости. Я столько лет отчаянно тебя не искала и вот – ты прямо передо мной в порочном грязном городе, где тебе и место.

Ты совсем, как во сне, Совсем, как в альбомах, Где я рисовала тебя гуашью.

      Ливень, гром, молния, серая масса никчёмных прохожих, я и ты в двух метрах друг от друга. Ничего примечательного: простым обывателям кажется, что между этими двумя остановившимися людьми огромная лужа, и они думают, как её обойти, но на самом деле, между нами пропасть, Саске. И эту пропасть не преодолеть. Мосты ты сжег вместе со своим домом, со своей памятью, и всем тем, что хорошего в тебе оставалось.       Мы стоим и смотрим друг другу в глаза. Я помню, раньше ты был одиноким, злым, остервенелым, с безудержным желанием отомстить всему миру, но твои глаза, с необузданной тягой к правде и справедливости, всегда были насыщенно-чёрными и горели огнем.       Но сейчас передо мной лишь тень того человека, которого я когда-то знала. Твоя своенравность и несгибаемая воля – все, что у тебя осталось. Многие скажут, что этого достаточно, но я вижу, что рано или поздно, ты лишишься и этого, как и любой другой бездомный человек. Любому огню нужно топливо, и ты свое уже сжег.       Ты потерял то, что было для тебя самым главным в жизни, то, что всегда являлось основанием, фундаментом человека и его сил – свою цель.       Хотел правды?! Ты её получил. Захотел справедливости? Вот она! Бесконечная череда неправильных решений человека, стоящего на неправильном пути. Твоя месть убила тебя, убила самым жестоким образом. Она истерзала тебя изнутри и бросила умирать в гордом одиночестве. Ведь именно гордость никогда не позволяла тебе вернуться и попросить о помощи, так?       Мы всё так же стоим друг напротив друга, не в силах прервать этот контакт, сократить расстояние или сделать шаг навстречу.       Люблю ли я тебя сейчас? Боюсь, уже слишком поздно: кажется, горел долгие годы не один ты, мне лишь остается надеяться, что во мне еще есть чему гореть и жду, что кто-то поднесет спичку.       Пусть желание вернуть «любимого» в деревню останется неосуществлённым, в конце концов, твой опыт показывает, что не всех достижение целей делает счастливым. Оставайся моей недостижимой звездой, живым примером, как не надо делать, о котором я буду рассказывать детям. Чьим-то чужим детям.

Дальше были звонки, ночные больше, Слезы, нервы, любовь и стрелки в Польше. Дети, но не мои, и старые зазнобы. Куришь каждые пять, мы устали оба.

       Кажется, всё шло мимо нас: время, прохожие, чувства. Только дождь не волновало то, что здесь мы и он хлестал по щекам, жестоко бил по оголённым участкам кожи, истерично призывая двигаться дальше. Но скоро он уйдёт, и ты вместе с ним. Так даже лучше.       Ненависть - весьма неоднозначное чувство, тебе ли этого не знать? Витаешь, словно неупокоенный призрак, никак не можешь найти свою могилу.       Наконец, ты решаешь прекратить эту встречу и двигаешься вперед, игнорируя лужи, прохожих и дождь. До свидания, Саске, было больно видеть тебя таким. Ты проходишь мимо меня уже не поддерживая зрительный контакт, смотря куда-то мимо, будто хочешь продемонстрировать свое равнодушие.

Ты совсем как во сне! Совсем как в альбомах, Где я рисовала тебя гуашью…

      Неожиданно для самой себя я окликаю тебя по имени: знакомое и, некогда, столь любимое сочетание букв легко сорвалось с языка: - Саске. – Ты останавливаешься, будто бы этого и ждал, все еще стоишь ко мне спиной. Я делаю шаг, чтобы ты лучше слышал меня, и я могла говорить с тобой тихо и сокровенно. – Как долго твой огонь питался мостами, которые ты сжег?       Спрашивать такое больше не страшно. Ты прикрыл глаза, я это вижу, заглядывая тебе в лицо: чуть отросшие мокрые волосы скрывают его, но не эту печать скорби, за презрительно поджатыми губами. Спасибо. Это тот ответ, который я и хотела получить. Теперь ты знал, что костер, к которому никто не подходит погреться, быстро потухнет.       Я разворачиваюсь, задевая тебя плечом словно случайного прохожего, и иду дальше, как ни в чем не бывало. Я иду дальше по серым улицам и чувствую, что ты всё так же стоишь. Нет, ты не обернёшься. И правильно. Так и надо. Хотя, я бы многое отдала сейчас, чтобы почувствовать твой обжигающий взгляд на своей спине.

Я, искала тебя годами долгими. Искала тебя дворами тёмными! В журналах, в кино. Годами долгими, искала тебя…