Ненависть... Или все же любовь?

– Идиот! – Петух! – Грх... Придурок! – Тупая шпала! – Змеюка! – Козел! – А ты... – Так, а ну хватит! Разошлись! Омега и альфа тут же фыркнули и разошлись в разные стороны. Омега сел на диван, а альфа устроился в кресле. – Вы что устроили?! У вас через неделю свадьба! – возмутился правитель Королевства Огня - Ким Намджун. – Как будто десяти лет вам мало было! Ругаетесь, как маленькие! – вторил ему правитель Королевства Воды - Ким Сокджин. – Но он ведь баран! – зло прошипел омега, сын Намджуна, Чонгук. – Сам олень! – грозно произнёс сын Сокджина, Тэхён. – Козел! – Петух! – Задохлик! – Да как ты... – задыхаясь, воскликнул омега, подрываясь на ноги и хватая также вскочившего Кима за грудки. – Как ты смеешь, идиота кусок?! – Эй, а ну хватит! – вскрикнули оба родителя, принявшись разнимать шипящих проклятия сыновей. – Да что же это такое! – Надо их наказать! – осенило Намджуна. Джин смотрел выжидающе, а парочка напряженно. – Это идея... – задумчиво пробормотал Джин. – А что если... Иди сюда! Родители отошли подальше, о чем-то шушукаясь, а новоиспеченные молодожены с каждой секундой становились все более обеспокоенными. – В общем, мы решили, – выступил вперёд Намджун и кинул взгляд на кивающего Джина. – С этого дня вы переезжаете в свой новый замок. Вообще это был вам свадебный подарок, но раз вы так себя ведете... Мы будем вас часто навещать, и если слуги доложат, что вы плохо вели себя друг с другом... – правитель угрожающе замолчал, дав молодым на пару секунд представить, что им за это будет, а после продолжил: – Жить вы там будете неделю. Вещи собирать идете прямо сейчас. Все ясно? – Да... – уныло пробормотали помолвленные и, кинув друг другу злобные взгляды, пошли собираться. – Может, хоть так помирятся? – с надеждой спросил Джин. – Кто знает... – глубокомысленно изрек Намджун.

🐰

Чонгук и Тэхён были помолвлены с детства, но вот незадача, с этого самого детства, когда они друг друга только увидели, тут же возненавидели. Никто, даже они сами не знают, откуда взялась эта ненависть, только вот тогда, ещё будучи детьми, они категорически отказались связывать себя узами брака. Джин и Намджун тогда просто махнули рукой, думая, что с возрастом пройдёт. Только вот стало ещё хуже. Они за десять лет знакомства встречались только на каких-то масштабных мероприятиях. Когда Чонгуку исполнилось четырнадцать, а Тэхёну семнадцать, родители решили, что пора им видеться чаще. Они начали встречаться на днях рождения друг друга, даря подарки, выбранные родителями, и фальшиво улыбаясь. Так же родители брали их на прогулки с собой, в которых они не раз, когда старшие уходили в беседу, переставали следить за парочкой и уже не видели, кидали друг в друга грязь или снег, если это было зимой, обливали друг друга водой из реки, ругались и бегали, словно сумасшедшие. И если с тем, что им часто придётся видеться, они смирились, но с тем, что им придётся когда-то жить вместе, спать вместе и видеть друг друга каждый день, убивало каждого. А теперь ещё и это. Они всего-то хотели насладиться последней неделей свободы, но их и тут обломали. Как хотелось вернуть время назад, но поздно, ведь Чонгуку уже девятнадцать, а Тэхёну исполнилось двадцать один.

🐰

Недовольный Чонгук сидел в своей новой комнате и смотрел на дверь, за которой недавно скрылся так ненавистный ему альфа. Теперь они спали в одной кровати, и Чонгук от этого бесился ещё сильнее. Делить кровать с этим уродом? Да лучше на каменном полу. Урод, кстати, как раз вышел из купальни, сверкая стройным, в одном полотенце, телом. Чонгук фыркнул и отвернулся, складывая руки на груди, и услышал насмешливое: – Нравится то, что видишь? – Было б чего видеть, – пробубнил Чонгук тихо, а после громче продолжил: – Да-да, ты бесподобен. А теперь я спать, а ты как хочешь. Свет вскоре погас, и рядом с омегой плюхнулось тело, тут же отвернувшись. Чонгук сделал то же самое и уже вскоре заснул. Такого визга этот замок ещё не слышал. Тэхён резко подскочил, не зная, куда бежать и кого бить, но безнадёжно запутался в одеяле и грохнулся на пол. – Что... Случилось?! – ошарашенно пробормотал альфа, растирая лицо ладонями, чтобы проснуться. – Придурок, ты почему голый?! – воскликнул Чонгук, прижимая подушку к груди. – Что? – хмуро буркнул Ким и опустил взгляд вниз. Ну да, голый. И что? Тэхён кое-как встал, потирая задницу, и раздраженно глянул на омегу. Но злость пропала, когда глаза зацепились за чужие щеки, где был яркий румянец. Тэхён тяжело вздохнул и обмотался одеялом. – Ты чего пищал? – спросил альфа, плюхнувшись на кровать. – Да потому что я проснулся в объятиях голого тебя! – И что? – приподнял бровь альфа. – Когда ты делил постель с другими, тебя же не волновала их нагота. – Я ни с кем не спал! – прошипел Чонгук, вскакивая и скрываясь в ванной. Тэхён проводил его удивлённым взглядом и пожал плечами. Ну не спал, и не спал, какая раз... Не спал... Не спал..? Не спал с другими?! Тэхён резко подскочил, чуть снова не грохнувшись, и распахнул дверь ванной, тут же получив по лбу полотенцем. – Придурок, последние мозги отбило?! – рыкнул рассерженно Чон, а Ким подумал, что нормально разговаривать омега разучился. Только вот все мысли вылетели при виде влажного, стройного тела Чонгука, что делал безуспешные попытки прикрыться. – Эй, не подходи, – выдохнул Чонгук, увидев, как альфа сделал шаг по направлению к нему. – Эй, не...м-м-м! Чонгук в шоке распахнул глаза, когда его прижали к скользкой плитке и поцеловали. Он толкал альфу, молотил кулаками по груди, но руки задрали вверх более сильные руки, прижимая к плитке, и Чонгук принялся жалобно хныкать, пытаясь отвернуться. Только вот чужие горячие поцелуи разжигали что-то внизу живота, заставляя Чонгука приоткрыть губы и податливо прижаться к чужому обнаженному телу своим. Тэхён довольно заурчал, вылизывая чужой рот и толкаясь бедрами в чужие, отчего члены терлись друг об друга. Чонгук заскулил тихо, почти оседая на пол, но альфа вовремя подхватил омегу и слегка подкинул, заставляя обвить ногами талию. – Тэхён... – задыхаясь, пробормотал Чонгук и вскрикнул, когда один палец беспрепятственно из-за природной смазки проник в девственный проход. – Боже мой... – прохрипел Тэхён, двигая уже двумя пальцами в чуть растянувшейся дырочке, ощупывая бархатистые тесные стенки, поглаживая комок нервов кончиками пальцев и скользя второй рукой по влажной от смазки плоти стонущего омеги. Так уже хотелось войти в эту тесноту, почувствовать, как тебя сжало горячее и узкое... Тэхён помотал головой и вставил третий палец, быстро двигая ими. Чонгук почти задыхался, хватаясь за влажные плечи Кима, и хрипло стонал. – Тэхён... Не надо было быть провидцем, чтобы понять, что омега сейчас кончит. Тэхён пытался ритмично скользить ладонью по члену и пальцами в проходе, но этого и не требовалось, ведь омега и так был в восторге. Тэхён чувствовал, что омега сейчас кончит, когда тело того начало содрогаться, и Ким прижал Чонгука к себе, потянувшись губами к чужой открытой шее, но... – Господин, что случилось?! – в комнату ворвались стражники, которых родители отправили в замок еще вчера, чтобы те, если что случится, успокаивали разбушевавшихся молодоженов. И вот картина: эта орава ворвалась в комнату, где сверкающий задницей "господин", держащий на весу стонущего второго господина. Лучше не придумаешь. – О... – глубокомысленно пробормотал главный, наблюдая оторопело за тем, как Тэхён ругался витиеватыми фразами и прятал красного до кончиков ушей омегу от чужих взглядов. – Вон отсюда! Мужчины тут же начали извиняться и кланяться, пятясь назад, пока, наконец, не вывалились за дверь, заботливо закрывая ее за собой. Чонгук тут же застонал и сполз по плитке на пол, уткнувшись лицом в свои колени, подтянутые к груди. Тэхён присел напротив и коснулся тёплой из-за прилившего румянца щеки. – Эй, ты в порядке? – В порядке ли я? – из Чонгука вырвался истерический смешок. – Конечно. Как можно быть не в порядке, когда тебя почти нагнули, пихая пальцы чуть ли не до глотки, а после заявилась толпа стражников и об этом узнала? Я в полном порядке. – Я не хотел, чтобы так получилось... – Знаешь что, Ким Тэхён? Иди в зад. Чонгук отпихнул альфу от себя и вышел из купальни, хлопнув дверью. Тэхён тяжело вздохнул и опустил взгляд, грустно смотря на вставший член, который совсем не хотел принимать обычное состояние. – Привет, сынок, как ты? – первое, что заботливо спросил Джун, смотря на задумчивого, тихого Чонгука. – Нормально... – тихо пробормотал омега, натягивая рукава черной тёплой туники на ладони. – Что с тобой? Тебя никто... Не обижал? – приподнял бровь Ким. – Все нормально. Намджун тяжело вздохнул, понимая, что из омеги ничего не вытянуть. Оставалось надеяться на Джина. – Тэхён, почему глава стражников, что я к вам приставил, не хочет ни с кем разговаривать и говорит, что хочет уволиться? Что вы такое натворили? – Ничего, – хмуро буркнул альфа. – Тэхён! – Что? Почему они без разрешения врываются в нашу спальню, купальню? А если бы мы там любовью занимались, кричали, а они взяли и прибежали, каково это, а? – из груди вырвался рык, и от взмаха ладони струя воды, вырвавшаяся из кончиков пальцев, снесла цветок с подоконника. Джин удивлённо смотрел на сына. – Ты чего такой злой? – Потому что я сегодня чуть не переспал с ним, – прошипел разъяренно альфа и вскочил, запуская пальцы в волосы. – Тебя это расстраивает? Вы же скоро все равно станете супругами... – Ты что, серьезно не понимаешь? Я хочу жить с нормальным любящим мужем, а не шарахающимся от меня омегой. А теперь дай мне побыть одному. Джин молча покинул кабинет, а Тэхён плюхнулся обратно на стул, бездумно глядя в пустоту. В зале стояла гробовая тишина. Будущие супруги сидели напротив друг друга, молча ковыряясь палочками в еде. Только вот Тэхён пристально смотрел на омегу, а тот опустил голову, даже не собираясь смотреть на Кима. Чонгук поморщился и отставил тарелку, встав. – Спасибо за ужин, я пойду в покои, принц, – тихо пробормотал омега, разворачиваясь, но его успели схватить за руку, и он замер. – Нам нужно поговорить. – Нам не о чем разговаривать, принц, – попытался освободиться Чонгук, но из этого мало что вышло, даже наоборот, Тэхён медленно обошёл стол и развернул омегу к себе, сжимая чужие запястья. – Нет, есть о чем. Например, о том инциденте в купальне, – Чонгук покраснел щеками, но глянул упрямо и дернулся, пытаясь освободиться. – Отпустите меня. – С каких пор мы на "вы", Чонгук? – Ни с каких. Отпусти меня, – мрачно выдал Чонгук. – Нет. – Да. – Нет. – Да! Отпусти. Что... Что ты делаешь? – охнул Чонгук, когда его закинули на плечо, как мешок. – Отпусти! Поставь меня на место, я сказал! Ащ, ненавижу тебя, – Чонгук колотил руками по плечам и спине Тэхёна, видя, как из-за угла выглядывали ошарашенные лица стражников. Проходя мимо них, Тэхён подкинул немного Чонгука и шлепнул по ягодице ладонью. Омега тут же заткнулся и жутко покраснел, уткнувшись лицом где-то в районе лопатки альфы. До комнаты Ким дошел беспрепятственно, а после сгрузил омегу на постель и навис сверху, фиксируя руки Чона над головой своими. Чонгук зло сверкал глазами и пытался брыкаться ногами, но Тэхён просто зажал их коленями. – Ну вот, теперь ты готов к разговору, – хмыкнул альфа, уворачиваясь от чужой тёмной макушки, что пыталась ударить его по переносице. – Нет! Отпусти меня, придурок! – Истеричка. – Баран! – Змеюка. – Осел! – Кролик. – А ты... Ты... Как ты меня назвал?! Сам ты травоядное! – чуть не задохнулся от возмущения Чонгук, сверкая красными от злости и не только щеками. Тэхён ухмыльнулся и наклонился к тут же зажмурившемуся омеге, оставляя на чужом носу поцелуй. Чонгук распахнул глаза, удивлённо глядя на альфу, пока тот хитро улыбался, разглядывая стройное тело под собой. – Ну отпусти меня... – пробормотал омега, раскрасневшийся, взъерошенный и такой милый, ну просто невозможно. И Тэхён не сдержался, прижимаясь ко лбу поцелуем. А после к румяной щеке, к покрасневшему уху, милой родинке под губой, в уголок глаза... И замер, глядя в чужие глаза, опуская свои на приоткрытые губы. Тэхён больше чем уверен, что омега никогда не целовался, кроме их недопоцелуев. Он никогда себе не отказывал в желаниях, поэтому тут же легко прижался к чужим губам. Чужие руки дернулись, Тэхён медленно отпустил их, ожидая что его оттолкнут, но этого не было в планах омеги, он наоборот притянул альфу ближе, неуверенно отвечая и ластясь котенком. Тэхён улыбнулся, проталкивая язык в чужой приоткрывшийся рот и встречая язык омеги своим. Альфа разжал ноги, коленом раздвигая ноги Чонгука. Тот дернулся, но не стал вырываться, поглаживая загривок альфы пальцами. – Тэхён... – всхлипнул омега, когда альфа прикусил чувствительную кожу на шее Чонгука. Тэхён закусил губу и потянулся пальцами к чёрной рубашке омеги, но тут в дверь их спальни громко постучали, и послышался крик стражника: – К молодым господам прибыли их родители! – а на заднем плане приглушённые голоса Джина и Намджуна. Чонгук с Тэхёном ошарашенно смотрели друг на друга, а после вскочили и принялись поправлять вороты рубашек, взъерошенные из-за пальцев волосы, слыша, как щелкнул замок на двери. – Привет, дети, – улыбаясь, громогласно произнёс Джин, распахивая дверь и ярко улыбаясь всему живому и не живому тоже. Его взгляд упал на младших, отчего из груди тут же вырвался хохот: Чонгук в нелепой позе лежал на кровати, делая вид, что только проснулся и очень сонный, а Тэхён напряженно читал книгу в кресле. Перевёрнутую книгу. Намджун удивлённо выглянул из-за плеча умирающего от смеха правителя Воды, тут же начиная смеяться с ним. Парочка тут же смутилась, переглядываясь и опуская головы. – У-у... – провыл Намджун, а успокоившийся Джин ткнул его локтем в бок, призывая успокоиться. – Итак, дети, вы тут не поубивали друг друга? – Н-нет, – попытался спокойно сказать Чонгук. Судя по скептическим взглядам троих у него не особо получилось. – Что ж... Мы рады. Готовы к свадьбе? Парочка тут же одинаково скривилась, а Чонгук уныло буркнул: – Конечно, – пауза, – нет. – Итак, после свадьбы, Тэхён, ты должен на пару-тройку дней съездить на окраины наших земель. – Зачем? – приподнял бровь альфа, прижимая салфетку к губам, отложив нож в сторону. – Наместник небольшого городка жаловался на то, что в городе пропадают люди. – Разбойники? – подал голос Чонгук, отпивая немного вина из бокала. – Сначала и я так думал, – довольно кивнул Намджун. – Но если бы это были они, они бы обчистили его, так ведь? Но у окраин леса находили личные вещи пропавших, деньги тоже. – Тогда... Некроманты? – поинтересовался Тэхён, а Джун удивлённо глянул на Джина. – Я думал, вы избавились от всех. – Так и было, – досадливо произнёс Джин. – Но до меня дошли слухи, что некоторые остались в живых и терроризируют народ. – Почему вы отправляете меня? – А что нам, Чонгука отправлять? – улыбнулся Джин. – А почему нет?– хмуро кинул Чонгук. – Я такой же, как и он. Нечего считать, что если я омега, то слаб. – Если Тэхён возьмёт тебя с собой, я не против, – пожал плечами Намджун, а после отодвинул стул и встал. – А сейчас откланяюсь. Устал сегодня, поэтому переночую у вас, ладно? – Спокойной ночи, пап, – отозвался Чонгук. Намджун улыбнулся сыну, а после незаметно подмигнул Джину. У них уже был план на эту ночь... – Эй, осторожнее! – Джин издал жалобный стон. – Тише ты, а то услышит ещё кто! Потом об этом все знать будут, в том числе и младшие. Как мы им в глаза смотреть будем? – Надо было давно им рассказать... – пробурчал Джин. – О чем?! – прошипел Джун, – О том, что мы... – Тише! Я что-то слышу! – прошипел Джин, толкнув Намджуна в бок. Тот тут же замолк, прислушиваясь к разговору за дверью. Чем занимались два взрослых правителя, с совершеннолетними сыновьями, мудрые и уже достаточно старые? О нет, не тем, о чем вы подумали. Они подслушивали у двери в комнату младших, пытаясь услышать хотя бы стоны. Иначе, почему Тэхён так смотрел на Чонгука, пока омега был скованным и напряженным весь вечер, краснел, стоило ему посмотреть на Кима. А в комнате тем временем... – Тэхён, ну разреши мне поехать с тобой, – в который раз попросил Чонгук, пытаясь достучаться до читающего в кресле альфы. – Чонгук, – тяжело вздохнул Тэхён, отложив книгу. – Я тебе уже сколько раз говорил, что это опасно? Я не хочу рисковать... – Тэхён, мне не пять лет, – топнул ногой омега, скрестив руки на груди. – Я уже взрослый и... – Ведешь себя как ребёнок, – сухо закончил Ким. Чонгук злобно прищурился и ступил ближе к Тэхёну. – Знаешь что? Не хочешь меня брать с собой, я сделаю так, что захочешь. Тэхён с назревающей опаской следил за приближающимся омегой, а когда тот сел перед ним на колени, мысли вылетели из головы. – Чонгук, ты что... – Просто молчи, – шепнул Чонгук, смущенно краснея. Он неуверенно раздвинул ноги альфы и подполз ближе, положив руку на чужой массивный ремень. Чонгуку было очень стыдно, особенно под потемневшим взглядом альфы, но он глубоко вздохнул и принялся расстегивать ремень, а после и брюки. Он уже почти снял их, но его остановили. – Чонгук, не надо. Я возьму тебя с собой, необязательно это делать, – мягко произнёс Тэхён, смотря на красного омегу. – Нет... Я... – Чонгук закусил губу и отвел взгляд. – Дай мне это сделать... Тэхён был так ошарашен, что руки, придерживающиеся ладони Чонгука, безвольно опустились. – Ох, осторожно... – дернулся Ким, когда Чонгук погрузил мягкую головку в рот, задев её зубами. – Давай я помогу... – шепнул Тэхён, жмуря глаза. – Открой рот пошире... И не спеши. Чонгук послушно открыл рот, вбирая осторожно головку и тут же начиная её вылизывать. Альфа издал лёгкий стон, вплетая пальцы в чёрные пряди, направляя. Чонгук откашлялся, отстраняясь и вытирая влажные губы ладонью. Щёки и уши адски горели при виде тяжело дышащего Тэхёна с поволокой в глазах. Чонгук сглотнул и вернулся к чужой плоти, вбирая в рот половину. Альфа не сдержался, насаживая чужую макушку на ствол и тут же отстранил, чтобы опять насадить. Чонгук закашлялся, жмуря глаза, но открыл рот пошире, разрешая скользить крупной плоти во рту. – Чонгук... – хрипло выдохнул альфа, прежде чем кончить в чужой рот. Омега подавился, отстраняясь и облизывая губы в потеках спермы. И тут же морщась от противного вкуса, но о нем он быстро забыл, охнув, когда его вздернули и швырнули на постель. – Тэхён, что... Альфа молча навис сверху, раздвигая ноги Чонгука и надавливая коленом на возбужденную плоть. Омега тут же звонко застонал, но Тэхён накрыл его губы своими, страстно целуя и задирая чужую рубашку, ведя ладонью по горячей коже. Чонгук выгнулся, когда рука альфы скользнула под брюки и бельё, смыкая пальцы на плоти. Чонгук закусил губу, притягивая альфу ближе, чтобы поцеловать, но... Он насторожился и медленно отстранился, прикладывая палец к губам Тэхёна. Тот вопросительного приподнял бровь, и Чонгук мотнул головой в сторону двери. Тэхён кивнул, тоже отстраняясь и тихо поднимаясь. Он застегнул брюки и подошёл к двери, резко распахивая её. Послышался скулеж и ругательства, Чонгук вскочил и подошёл к альфе, наблюдая, как Намджун и Джин, ругаясь, вставали с пола. – Ну и что это значит? – холодно поинтересовался Тэхён. Чонгук невольно передернул плечами от чужого тона. Все же, несмотря на раздолбайство, умел альфа внушать страх. – Мы просто... Мимо проходили, – промямлил Джин. – Что-то вы долго мимо идете. И как долго вы тут стоите и слушаете? – глаза альфы потемнели. – А что нам ещё делать? – грозно начал Намджун. – Если вы, как дети пятилетние, не можете, наконец... Тэхён закатил глаза и вытянул руку, захлопывая дверь спальни перед носами родителей. За дверью стояла гробовая тишина, а после взорвалась возмущениями. Младшие с минуту стояли тихо, а после начали звонко хохотать, хватаясь за стену. Чонгук, задыхаясь и хватаясь за живот, подумал, что с такими вот "ночами" с Тэхёном нужно завязывать.

🐰

– Бал? – Бал?! – Да, бал. – Да какой бал?! – Предсвадебный, – торжественно объявил Джин. Чонгук тут же скуксился, бросая взгляд на Тэхёна, который совсем не слушал, задумчиво глядя на огромную карту, висящую на стене - владения народов Воды, Огня, Воздуха и Земли. – Тэхён, как тебе идея? – поинтересовался Джин у сына. – Было бы неплохо, – рассеянно пробормотал альфа, делая грифелем какую-то пометку на территории народа Огня. – Но мне все равно. Решайте с Чонгуком. Если он не хочет, то и я тоже. Чонгук невольно покраснел. Он не знал, что чувствовал в последние дни. Тэхён совершенно перестал отвечать на его колкие фразы и шутки, смотрел странно и пристально, обнимал ночью крепко, а теперь вот и с решениями его соглашался. Он заболел, что ли? – Ну тогда бал состоится, – довольно кивнул Джин. – Эй, почему вы у меня не спросили? – отчаянно спросил омега, но его уже не слушали, а Джин прощебетал что-то и выскочил из кабинета. Чонгук тяжело вздохнул и кинул взгляд на ушедшего в себя Тэхёна. – Тэхён? Тот промычал что-то и потер устало лоб, приземляясь в кресло. – Мне не нравится это затишье, – пробормотал он, положив голову на сложенные руки. – Ты о чем? – тихо спросил омега, сев напротив. – Задание отца помнишь? Мне кажется, что это и правда некроманты. Я отправил туда людей, но они пришли ни с чем. В том городке затишье. Мне это не нравится. – Может, стоит самому туда съездить? – Я думаю после свадьбы, – пожал плечами альфа. – Но... Медовый месяц? – Не думаю, что он тебе важен. Конечно, во время него ты можешь отдохнуть от меня дома, – Тэхён встал, разминая затекшие плечи. – После свадьбы ты можешь поехать со мной. Но если будет хоть какая-то опасность, я отправлю тебя обратно. – Что... Что значит "отдохнуть от тебя дома"? – тихо спросил омега, встав. Тэхён повернулся к Чонгуку, приподняв бровь. – Отдохнуть, значит отдохнуть. Ты ведь меня ненавидишь, брака со мной не хочешь, да и вообще лучше умрёшь, чем будешь со мной. – Но... Ты ведь тоже меня ненавидишь... – почему-то чувствуя стыд, пробормотал омега. – Если бы ты научился видеть дальше своего носа, то понял бы, что это не так, – мягко произнёс Тэхён, покидая кабинет. – Не забудьте про первый танец, – старательно улыбаясь гостям, прошипел Джин, подталкивая Чонгука к Тэхёну. – Да с вами забудешь! – прошипел Чонгук, тоже мило улыбаясь. – Просто помолчите, – одними губами сказал Намджун, заставляя Чонгука положить руку на сгиб локтя спокойного Тэхёна. – Мы рады, что вы пришли к нам на скромный праздник, – громко начал Намджун, обращаясь к многочисленным гостям. – Право начать бал я отдаю будущим правителям! Тут же заиграла медленная музыка, и Тэхён притянул омегу к себе, устраивая одну руку на талию, а другой обхватывая ладонь омеги. Чонгук положил ладонь на чужое плечо, двигаясь следом за Тэхёном. – Потерпи, немного осталось. Когда будет покончено с официальной частью сбежим под предлогом того, что все же молодые и хотим уединиться, – шепнул на ухо Тэхён, и Чон тут же покраснел до кончиков ушей, опуская голову. После танца их заставили сесть за стол с правого бока от родителей. Чонгук отнекивался как мог, но его заставили выпить вина. Что Чонгук точно знал - пить ему нельзя. Он мог пить лёгкое домашнее вино, да и то меньше бокала, а тут его заставили выпить целых два, тем более крепкого. Чонгука быстро развезло, и он опустил голову на плечо Тэхёна, который предусмотрительно не пил, сразу же категорично отказавшись. Тэхён положил руку на талию омеги и помог тому встать, сказав гостям, что жениха нужно довести до спальни. Как только они скрылись из зала, Тэхён чуть присел, подхватывая бормочущего омегу на руки. Тот тут же глупо захихикал, обхватив руками шею альфы и болтая ногами в воздухе. Кажется, на руках Кима ему понравилось. Тэхён спокойно дошёл до их спальни, пару раз по пути словив удивленные взгляды стражников, и осторожно сгрузил омегу на кровать, только тот отпускать Кима не хотел, потянув за шею на себя и недовольно хныча, когда его руки попытались отцепить. – Не уходи... – протянул капризно Чонгук, вытягивая губы трубочкой. Тэхён не сдержал улыбки, а после послушно лег рядом, повернувшись на бок и смотря на омегу, что повторил его маневр. – Я напился... – снова хихикнул Чонгук, а после стал серьёзным, но при этом мордашка у того все равно была чертовски милая и детская. – Почему ты постоянно так смотришь? Ты пугаешь меня. – Как я смотрю? – удивился альфа, приподняв брови. – Ну вот так! – омега попытался повторить чужой сверлящий взгляд, но видимо не сильно впечатлил им Тэхёна, ведь тот прыснул тихо. – Ну не сме-е-ейся... Вредина. – А ты злюка, – улыбаясь, шепнул Тэхён, поглаживая кончиками пальцев щеку Чонгука. Тот поддался вперёд, потираясь щекой о ладонь альфы, а после закусил губу и потянулся вперёд, прижимаясь к губам альфы своими. Тэхён дернулся, но Чонгук не дал отстраниться, придвинув упрямую голову за затылок. Тэхён устроил ладони на талии омеги, скользнув языком между губ и дожидаясь того, когда они приоткроются, впуская язык внутрь. Омега послушно перевернулся на живот, когда Тэхён навис сверху, а альфа задрал белую рубашку, ведя ладонями по изогнувшейся тут же спине. – Сними... Альфа улыбнулся и приподнял Чона, сдирая с чужого тела рубашку и, кажется, порвав её, но его это мало волновало. Затем он стянул с омеги брюки и бельё, кидая их на пол и замечая, что Чонгук уже влажный. – Тэхён... Альфа сцепил руки на животе омеги, приподнимая таз, а после мягко провёл пальцами по сжимающемуся входу. Чонгук дернулся, закусив губу и забывая о смущении. Его глаза широко распахнулись, когда... – Что ты... М-м-м... Делаешь? Тэхён провёл шершавым языком по дырочке, слизывая смазку, и слегка отстранился. – Вылизываю тебя. Тэхён вернулся к своему делу, придерживая омегу за дрожащие бедра. Чонгук громко стонал, поддаваясь горячему языку и прося быстрее и глубже. Альфа осторожно ввёл в омегу два пальца, быстро скользя ими, а вторую руку устроил на плоть омеги, стараясь ласкать его в ритм с пальцами. Чонгук срывался на хрипы и вскрики, двигался навстречу длинным пальцам и мечтал уже, чтобы альфа, наконец, вошёл в него, сделал своим, пометил, да и плевать уже, что этого альфу Чонгук ненавидел с того момента, как только встретил. Он уже и в этом не уверен, ведь Тэхён за дни их совместного проживания сделал столько всего, что бедное сердечко омеги скоро не выдержит. Чувствуя, что вот-вот кончит, Чонгук запрокинул голову и простонал на одной ноте, сжимаясь вокруг чужих пальцев. Омега тут же рухнул на постель, а Тэхён осторожно вытащил пальцы, вытирая их о свои брюки, а после стянул с себя рубашку и надел её на спящего уже омегу. Тот свернулся калачиком, сопя негромко с приоткрытым ртом. Тэхён не сдержал нежной улыбки, наклоняясь и оставляя на чужом влажном лбу поцелуй. – Люблю тебя больше жизни, – шепнул тихо Тэхён, после того, как разделся и лег рядом с омегой, прижимая к себе. – Влюбился, как только увидел, но ты меня ненавидел, поэтому у меня не было выбора, пришлось притворяться, что терпеть тебя не могу. Скоро... Скоро мы станем супругами. Я так рад, что мы больше времени будем проводить вместе, хоть ты и не хочешь этого... Люблю тебя, Чонгук-и. Вскоре Тэхён тоже уснул, крепко прижимая спящего омегу к себе. Проснулся Чонгук уже один. Чувствуя ужасную головную боль, он скривился и плюхнулся обратно на постель. Взгляд упал на вторую половину кровати, где вчера лежал Тэхён, прижимая крепко к себе и... Люблю тебя больше жизни Чонгук покраснел, накрываясь одеялом с головой. Это... Дико смущало. А ещё это было слишком неожиданно. То есть пока Чонгук шипел и кричал о том, что "ненавидит этого ублюдка", Тэхён любил его. Любил все это время и, если верить словам, любит и сейчас... Омега испуганно вскрикнул, когда кто-то коснулся его щеки через одеяло, и подскочил, сбрасывая одеяло и ошарашенно глядя на удивленного Тэхёна. – Прости, я... Думал ты спишь, – произнес тихо Тэхён. – Ты бормотал что-то и ворочался, поэтому я подумал, что ты спишь и тебе снится кошмар. – Сколько времени? – Около полудня. – Почему ты не разбудил меня? – Ты так сладко спал, тем более ты вчера... – альфа запнулся, вспоминая это "вчера", а после секундной заминки продолжил: – Поздно лег, я хотел, чтобы ты выспался. – Оу... Спасибо, – пробормотал Чонгук. – У нас ничего нет от головных болей? – Я как раз и принёс. Наш лекарь сегодня приготовил для тебя, – Тэхён достал из кармана небольшой флакон и передал омеге. Тот откупорил его и подозрительно принюхался, боясь, что оно будет жутко противным, как и большинство снадобий. Но нет, оно пахло цветами и вроде ягодами, поэтому Чонгук выпил все одним глотком. Видимых изменений не произошло, лишь начала проходить головная боль, и омега тут же блаженно улыбнулся, отдав флакон альфе. – Надо поблагодарить лекаря... Кстати, я его ни разу здесь не видел... Кто он? – Мин Чимин. Его сюда мой отец отправил. Но ты его, если что, сильно не нагружай. – Почему это? – Он беременный. На третьем месяце. – Он беременный, и его отправили работать? – возмутился омега. – Ну как-то так. Ладно, я пошёл к отцу. Он будет меня мучить. Чонгук невольно улыбнулся от тоскливого тона альфы. – Мучить? – Да, будет примерка свадебных костюмов. Тебя ждёт та же участь после меня. Чонгук скуксился, а после шепнул: – Удачи. Тэхён лишь кивнул. – Здравствуйте, господин, – жизнерадостно улыбаясь, поприветствовал Чонгука невысокий омега. – Здравствуй, – кивнул Чонгук, кидая взгляд на чуть выпирающий из-за зеленой туники живот. И правда беременный. – Я пришёл поздороваться и поблагодарить тебя за то лекарство. – О, не за что, не за что, – замахал руками омега, случайно смахнув какую-то склянку. – Ой... – Стой, стой, я сам! – Чонгук попытался остановить омегу, но тот уже сел на карточки, осторожно собирая стекло и... – Ай! – омега обиженно надул губы и засунул окровавленный палец в рот. – Сказал же, постой, – покачал головой Чонгук, а после заставил того сесть на диван, убирая осколки. И минуты не прошло, как он собрал все осколки, но тут дверь резко распахнулась, и он испуганно подпрыгнул, роняя все осколки и наступая на один из них. – Господин! – испуганно подскочил Чимин и какой-то альфа, что и ворвался в комнату, когда Чонгук, кривясь, упал на пол. – Что ты стоишь, беги за господином! – шипит рассерженно Чимин, присаживаясь рядом с Чонгуком и осторожно приподнимая его ногу. Альфа растерянно смотрел на омег, а после сорвался с места. Чонгук прикрыл глаза, кусая губы. Нога дико болела, хорошо хоть лёгкую обувь с него сняли. Чонгук заметил кровь и снова зажмурился, отвернувшись. – Чонгук! – Тэхён буквально влетел в комнату, садясь рядом и судорожно осматривая чужую ногу. – Господи, как же ты меня напугал, – шепнул альфа, прижимая бледного омегу к себе. – Могу я посмотреть? Чонгук кивнул, бросая взгляд на маячащие фигуры у двери. Папа и Джин. – Сейчас немного больно будет, потерпи немного, хорошо? Смотри на меня, – Чонгук перевел взгляд, глядя в чужие потемневшие от волнения глаза, и расслабился от мягких поглаживаний по спине. Только в эту же секунду ногу пронзила дикая боль, из глаз невольно брызнули слезы, и Чонгук охнул, пытаясь отшатнуться, но ему не дали, крепко прижимая к груди и шепча что-то. Чонгук почувствовал, как Чимин наносил ему какую-то мазь на рану и заматывал все бинтом. У Чонгука влажное от невольных слез лицо, и за свою слабость было дико стыдно, поэтому он уткнулся лицом в плечо Тэхёна, и тот понял все без слов, осторожно подхватывая омегу на руки и вынося из комнаты. Родители, узнав, что омега теперь в относительном порядке, облегчённо выдохнули и унеслись дальше готовиться к свадьбе, сказав Тэхёну, что у него максимум час, чтобы отдохнуть и побыть с омегой. – Сильно болит? – заботливо спросил Ким, устроив омегу на кровати. – Немного. До свадьбы заживет. – Боюсь, что не успеет, – тихо рассмеялся Ким. Тэхён подсел ближе и вытянул ногу Чонгука, положив на свои колени, аккуратно разматывая бинт. – Что ты делаешь? – Не уверен, что получится. С этим у меня проблемы, лечение мне тяжело даётся, хоть я и учился долго, но... В любом случае, хуже тебе не будет. Тэхён легко коснулся стопы кончиками пальцев и напряженно сжал зубы. Чонгук заметил небольшое свечение и вздрогнул от чего-то прохладного на коже. Он любопытно вытянул шею, с восторгом видя, как чуть светящаяся кристально чистая вода покрывала всю стопу. После Тэхён просто растворил её, а кожа... На ней ничего не осталось. Чонгук восторженно охнул, смотря на удивленного альфу. – Честно, я не думал, что получится, – улыбнулся неловко Ким. – Спасибо, – улыбаясь, искренне поблагодарил Чонгук. Тэхён с умилением смотрел на милый румянец на щеках омеги, а после провел по левой кончиками пальцев. Чонгук замер, испуганно глядя на альфу, а затем закусил губу и положил свою ладонь на чужую. – Чонгук... – выдохнул Ким, смотря в чужие глаза, а после прижался к губам поцелуем. Чонгук прикрыл глаза, отвечая тут же и чувствуя тёплые ладони на щеках. – Тэхён, уже пора... Ой, – нервно хихикнул Джин, видя прелестную картину. Чонгук тут же неловко отстранился от альфы, отворачиваясь, а Тэхён потрепал чёрные пряди и встал, следуя за Джином.

🐰

– Волнуешься? – Нисколько, – деревянным голосом произнёс Чонгук, которого знатно потряхивало, а букет огненных лилий был так сильно сжат в ладонях, что уже мало напоминал именно букет. – Не волнуйся, это всего лишь свадьба, – бодро произнёс Джин, поправляя прическу омеге и замечая, как у того дернулись уголки губ, пытаясь выдавить улыбку, но получилась кривая нервная ухмылка. – Торжество скоро начнётся, – возбужденно захлопал в ладоши старший, заставляя подняться Чонгука и разглаживая чужую белую длинную мантию, тянущуюся по полу. О-о-о, с ней они мучались долго. Сначала Чонгук с Джином около часа спорили о материале, но в итоге сошлись на чем-то воздушном, лёгком и белоснежном, после они долго снимали мерки, обсуждали дизайн мантии и самого костюма. Тэхён с Намджуном уже успели задремать в своих креслах, к тому моменту, как омеги, наконец, договорились обо всем. И вот сейчас костюм отлично сидел на омеге, делая того ещё более изящным, а сам Чон чуть не ногти грыз от волнения. Тут начала играть лёгкая музыка, и Чонгук побелел тут же, слегка покачнувшись от резко закружившей из-за волнения головы. – Ну-ка пошли, пора. Джин подхватил его под локоть и передал у дверей в зал Намджуну. Чонгук также взял Джуна под руку, шепча, чтобы отец хоть немного его поддерживал, иначе от страха омега споткнется и упадёт. Смотреть на лица гостей и дальних родственников совсем не хотелось, он лишь слабо улыбнулся махающему Чимину и его альфе - Мин Юнги, что и испугал его в первую встречу, и который тоже работал здесь начальником всей стражи. Но потом... Потом взгляд омеги упал на Тэхёна. Весь в чёрном, кроме белоснежной рубашки и белой лилии, что была в маленьком кармашке пиджака на груди с левой стороны. Тэхён, не отрываясь, смотрел на него, скользил взглядом по бледному, изможденному после бессонной ночи лицу, изящной фигуре и лёгкому румянцу на лице. Наконец, Намджун довел Чонгука до Тэхёна, взяв руку омеги и вложив её в протянутую ладонь Кима, как бы показывая, что любимого сына теперь отдаёт ему. Тэхён благодарно поклонился и развернулся к старейшинам. Те, как всегда, по очереди произносили что-то пафосное, ни Тэ, ни Чонгук не слушали, а после попросили произнести клятву. Тэхён говорил медленно и спокойно, хоть внутри и бесновалось счастье, волнение и немного паники. Он долго этого ждал, в отличие от омеги, и пусть тот будет его ненавидеть, Тэхён и на это согласен, если любимый будет рядом. Тэхён закончил священные слова и уставился на омегу. Тот же смотрел на пол, пытался сильно не краснеть, немного запинаясь, но произносил клятву правильно. Тэхён повернулся всем телом к омеге, взяв с подушки изящный браслет из чёрного металла. Чонгук волновался, это было видно сразу, но смело встретил чужой взгляд и протянул дрожащую руку. Для Тэхёна не существовало старейшин, родителей и гостей, для него был только Чонгук, что стоял и послушно ждал, когда альфа защелкнул брачный браслет на кисти. После Ким наблюдал, как омега взял более массивный браслет из белого металла и надел на руку Тэхёна. Он знал, что будет дальше, поэтому позволил альфе притянуть себя за талию ближе и поцеловать. Чонгук не должен был, но он ответил, прильнул ближе и сжал пальцами чужую чёрную мантию. Они отстранились друг от друга и не услышали, как гости кричали и поздравляли молодых супругов, а после встали и последовали в зал для пиршеств. – Не могу дождаться того, когда мы уже останемся наедине, – шепнул Тэхён, продолжая сжимать чужую талию. Чонгук покраснел и ударил альфу по плечу слабо, разрешая взять свою руку и вести по направлению к залу. – Я помогу тебе, – раздался шепот в ухо, и тёплые губы оказались на чувствительной шее. Чонгук выдохнул и вздрогнул, когда руки скользнули по его собственным до плеча, а после щелкнули застежкой, откидывая мантию на пол. Чонгука развернули те же руки лицом к лицу к альфе, и омега утонул, не в силах отвести взгляд от чужих горящих глаз. Тэхён улыбнулся нежно, пока медленно расстегивал маленькие пуговицы на чёрной рубашке, а после омега повел плечами, скидывая ткань на пол. Тэхён огладил плечи, скользнул по груди, цепляя горошины сосков, спустился пальцами к тут же втянувшемуся животу, обвел ими пупок и остановился у кромки брюк. В темноте не особо было заметно, но Тэхён чувствовал, насколько омега смущен сейчас. Это смущение и рядом не стояло со всеми предыдущими ситуациями. Тэхён мягко толкнул Чонгука на кровать, на которой было красное, почти бордовое бельё. Вся постель была усеяна лепестками лилий, как белых, так и огненных, Чонгук чувствовал их приятную прохладу обнаженной кожей. Тэхён подтянул омегу ближе к краю, чтобы свисали ноги, и медленно расстегнул ремень, осторожно стянул брюки, не прерывая зрительного контакта с омегой. Наконец, брюки были отброшены, Тэхён замер, смотря куда-то вниз, и Чонгук покраснел пуще прежнего, пряча лицо в ладонях. Он знал, почему альфа так завис, ведь на нем было белое кружевное бельё, что ему подарил Джин, загадочно шепнув о том, что это поможет омеге и Тэхёну. Тэхён сглотнул, огладил лодыжки омеги, перешел на острые колени, слегка сжав пальцы на тёплой коже бедер, погладил кончиками пальцев внутреннюю сторону и наклонился вперёд, оставляя на левой коленке лёгкий поцелуй. Альфа никуда не спешил, у них вся ночь впереди, покрывал поцелуями ноги Чонгука, целовал бедра, скользя по ним языком, слыша запах возбуждения, всасывал кожу на внутренней стороне бедра, оставляя след, проходясь по нему языком и зацеловывая до выступивших следов от зубов. Чонгук кусал губы, подаваясь вперёд, дрожащими пальцами цеплялся за плечи и тихо, неуверенно стонал. Тэхён облизал губы, оставляя поцелуи на тазобедренных косточках и стягивая белье с Чона. Снова медленно поднялся поцелуями вверх, неуверенно глядя на омегу, а после легко подул на головку. Омега кусал губы, но не сопротивлялся, позволяя взять член в рот и ласкать языком медленно, но так сладко, толкался навстречу горячему рту, сжимая пальцами простыни, и стонал увереннее, громче, стараясь не потерять голову. У Тэхёна словно вулкан в голове взорвался, он ничего не слышал, кроме стонов и громких вздохов омеги, насаживался ртом дальше, стараясь доставить больше удовольствия, заласкать до потери сознания, чтобы Чонгук даже не подумал потом отвернуться от него. – Тэхён... Альфа отстранился поспешно, облизал распухшие губы и навис над омегой, оставляя поцелуи по всему лицу омеги, кусал кожу возле ключицы, оставлял красное пятнышко возле дергающегося кадыка, накрывая чужие приоткрытые губы поцелуем, скользнул языком тут же в горячий рот, вылизывая его, наслаждаясь неуверенными движениями со стороны Чонгука, ведь тот обнимал его, отвечая на поцелуй неумело, и прильнул всем телом. Альфа об этом только мечтать мог. Тэхён отстранился от омеги, спускаясь поцелуями ниже, развел осторожно чужие колени, видя в свете луны чуть блестящее кольцо мышц. Чонгук возбудился, естественная смазка уже намочила простынь и дрожащие бедра, запах омеги засел в лёгких, в сердце и душе, его больше не вывести, он там навсегда, как и омега. Альфа держал бедра омеги крепко, касаясь языком влажной дырочки, вылизывал неспеша, пытаясь растянуть, сделать проникновение менее болезненным. Чонгук вскрикнул, прикусив фалангу пальца, и поддался шершавому языку. Тэхён облизался, чуть отстраняясь, и медленно ввел первый палец. Он вошел свободно, ведь Чонгук был слишком влажным, поэтому альфа ввел второй палец. Растягивая, сгибая фаланги, он протолкнул длинные пальцы дальше, поглаживая простату омеги, слушая горячие стоны и мольбы не останавливаться. Тэхён в любом бы случае не смог бы. Чонгук прохрипел о том, что готов, но Ким лишь покачал головой и вытащил пальцы, поворачивая омегу на живот и заставляя приподнять зад. Снова вставил четыре пальца, продолжая тщательно растягивать, а у Чонгука колени задрожали и разъехались, он уже стонать не мог, лишь хрипеть и шептать что-то невнятное, то ли "прекрати", то ли "не останавливайся". Тэхён, наконец, вытащил пальцы, приспуская брюки с бельем, даже не снимая, ведь терпения уже не хватило бы, и приставил головку к чужому входу. Качнув бедрами, он вошел по самое основание, ведя по прогнувшейся смуглой спине ладонью, наклонился и оставил поцелуй на позвонке, сжимая крепко пальцами бедра, выходя и снова резко входя, на этот раз касаясь головкой простаты. Чонгук вскрикнул хрипло - сорвал голос, поддался бедрами назад и уткнулся лицом в подушку, сжимая её в руках. Тэхён сделал пару пробных толчков, после же принялся двигаться быстрее, увереннее и глубже, запрокинул голову, облизывая губы и все крепче сжимая пальцы на чужих бедрах. Будут синяки, он был уверен. Вслушиваясь в музыку чужих стонов, он насадил омегу особенно глубоко и кончил внутрь. Чонгука потряхивало, он хрипло вскрикнул, кончая на простынь, а после без сил упал на постель. Тэхён смахнул мокрую челку со лба, быстро раздеваясь, закутал омегу в свою рубашку и притянул заснувшего Чонгука к себе, успев перед тем, как отключиться, спихнуть на пол вымазаную простынь и натянуть на них одеяло. Чонгук проснулся поздно, потягиваясь и ойкая от боли в пояснице. Но на губах все равно расползлась счастливая улыбка, которую стереть с лица никак не получалось. Он прислушался. В купальне шумела вода, значит, Тэ уже проснулся. Чонгук взъерошил волосы пальцами, доставая лепесток белой лилии и глупо хихикая. Кажется, после вчерашнего ему выбило последние мозги, и он превращался в глупую омежку. Влюбленную омежку. Чонгук покраснел и закусил губы. Он сам не знал, что чувствовал к альфе, но ненависть к нему пропала давно, ещё когда они жить вместе начали. Чонгук осторожно встал, подходя к зеркалу. Оттянул ворот рубашки, любуясь на поставленные альфой засосы, с удивлением оглядел синяки и засосы на бёдрах. Да, разгулялся вчера Тэхён. Чонгук улыбнулся робко, а после приоткрыл дверь купальни. Тэхён как раз выливал на себя ведро воды, а после щелкнул пальцами, настраивая теплую воду, которая тут же полилась на него, огибая стройное молодое тело. – Чонгук? – приподнял бровь Тэхён, замечая стоящего позади омегу. – Добрый день, как спалось? Чонгук покраснел и шепнул сипло: – Хорошо... А ты как? – Я отлично, – пожал плечами Тэхён. – Ты пришёл ванну принять? Могу присоединиться, хочешь? Омега лишь кивнул. – Ничего не болит? – заботливо спросил альфа, скользя мочалкой по нежной коже омеги. – Поясница немного... – тихо пробормотал Чонгук, сидя в чужих ногах и нежась в тёплой воде. – Тэхён... – Да, солнце? Чонгук закусил губу и развернулся, скользя взглядом по улыбающемуся лицу. – Ты... Правда возьмешь меня с собой? – Если ты так этого хочешь. Но пожалуйста, не своевольничай, не отходи от меня далеко, хорошо? Я не сомневаюсь в твоих способностях, но рисковать тобой не хочу. – А я хочу... – шепнул Чонгук, подплывая ближе и кладя ладони на чужую грудь. – ...тебя. Тэхён хлопнул ресницами удивлённо, а после ухмыльнулся и притянул омегу к себе, устраивая его на своих бёдрах и тут же целуя. Чонгук с удовольствием ответил, разрешая языку скользить во рту, встречая его своим языком и тихо постанывая в рот альфе. Тэхён скользнул ладонью вниз, по бедру и ввёл в омегу два пальца. – Ты ещё растянут, – удовлетворенно шепнул Ким, двигая пальцами быстро и добавляя третий. Чонгук простонал тихо, утыкаясь лицом во влажное плечо альфы, и шепнул: – Хватит... Войди уже, – Тэхён послушный, он вытащил пальцы и вошел одним толчком, из-за чего на плитку выплеснулась вода, но обоим было плевать... – Эй, подозрительно тихо в замке, не думаешь? – спросил Чонгук, вытирая мокрые волосы. – Все отходят от вчерашнего, – улыбнулся Тэхён, застегивая пуговицы алого цвета рубашки. – Они даже не заметили, что мы ушли. – О, им явно было не до этого ,– улыбнулся омега. – Когда мы собираемся выезжать? – На следующей неделе планируем. Надо подготовиться, а пока у нас есть время побыть вместе, – подмигнул Тэхён, целуя омегу в нос. – Пойду найду отца, ты со мной? – Угу... Джину плохо. Он простонал тихо и попытался соскрести себя с кровати. Голова гудела так, будто её об стену приложили и не один раз, во рту было сухо, как в пустыне, горло болело, а глаза были мутными и расфокусированными. Рядом раздался стон похлеще, чем у Джина, и тот замер, а после медленно повернул голову и наткнулся на такой же охреневший взгляд Намджуна. И тут до двоих дошло. Они были обнажёнными, лежали вместе, а это значит... Они закричали одинаково громко, ругаясь, и оба свалились с кровати, ударяясь конечностями. – Ты что здесь делаешь?! – вопил Джин. – Я тут сплю, это моя комната! А ты что здесь делаешь?! – Ну... Я, видимо, тоже тут сплю, – пробормотал Джин и поморщился от боли в пояснице. – Мы что с тобой... – в ужасе начал Джин. – Видимо... – пожал плечами Намджун, встав и совершенно не стесняясь наготы. – А я вот сколько с тобой знаком, только вчера узнал, что ты омега. То есть, получается, сына родил ты, а не какой-то там омега, про которого ты говорил? Ничего не хочешь рассказать? – Если бы я сказал, что я омега, ты не воспринимал бы меня всерьёз, – пожал теперь плечами Джин, замотавшись в одеяло. – Поэтому я и молчал. А на счёт моей истории... Мой муж умер на охоте. Его убил горный демон, когда тот сунулся к нему в пещеру. – О... Прости. – Ничего. Брак был по договору, я совсем его не любил, тем более, в первую брачную ночь он напился и изнасиловал меня, так что ненависть к нему только крепчала. Но когда я узнал, что беременный Тэхёном, то очень обрадовался. Я очень не хотел, чтобы у Чонгука и Тэхёна было так, как у меня, и мои надежды оправдались. – Пап? Старшие обернулись, глядя на Тэхёна и Чонгука в дверях. – Вы орете на весь замок, что случилось? – поинтересовался Тэхён. – Ничего, мы просто... Ты знал, что он омега? – Намджун ткнул пальцем в Джина. – Конечно, он же мой отец, – хмыкнул Ким. – Омега? – удивленно пробормотал Чонгук. – Вот видишь, у меня такая же реакция была только... – Громче, – ухмыльнулся Тэхён. – Ладно, разбирайтесь тут, а мы пойдём. Чонгук напоследок одарил старших любопытным взглядом, а после пошёл за Тэхёном. Ещё слышно было, как Тэхён что-то жизнерадостно рассказывал омеге.

🐰

Тэхён вошёл резко, почти порвав нежные стенки, тут же качнул бедрами туда-сюда, даже не думая хоть как-то остановиться. Чонгук простонал болезненно, царапая плечи и спину альфы ногтями и думая, что он точно мазохист, раз подмахивал бедрами навстречу, кричал "да, да, да, боже, да, порви меня!" и сжимал альфу глубоко в себе. Тэхён запрокинул голову, рыча что-то невнятное и сминая пальцами чужие бедра, итак расцветающие синяками каждую ночь. У Чонгука лицо мокрое от слез и пота, дрожащие колени разъезжались по постельному белью, а руки не хотели держать совсем. Тэхён это понял, Тэхён скрутил чужие руки за спиной, держа крепко и заставляя омегу выгибать позвоночник сильно, слушая крики и стоны, насаживая ещё глубже и вгрызаясь зубами в плечо омеги, когда кончил глубоко внутрь. Чонгук сорвался на хрип, выгибаясь так, что спиной коснулся влажной груди альфы, и попытался сфокусировать взгляд, но получалось плохо, Ким продолжал медленно толкаться в омегу, взбивая свою же сперму почти в пену, Чонгук понял, что тому явно мало одного раза, и шепнул хрипло: – Дай мне минуту... – Нет. – Ах ты... Чонгук застонал и уложил голову на плечо альфы, когда тот снова возбудился и начал быстро двигаться. – Чудовище не... Насытное, – еле выговорил Чонгук, лёжа в позе эмбриона и пытаясь собрать кости вместе. У него болело все, поясница ныла, а голова кружилась. – Прости, – шепнул Тэхён, обнимая сзади и целуя влажное плечо. – Я сорвался сегодня. – Почему? Что я такого сделал? – обиженно пробормотал омега. – Просто... От тебя посторонний запах исходит. Запах альфы. Меня бесит то, что он до сих пор на тебе держится, – прошипел недовольно Тэхён, принюхиваясь к омеге. – Что ещё за запах? Ты дурак совсем? Ну вот вообще, да? Я ж с тобой все время был, придурок. – Что? Но откуда тогда... Чонгук распахнул глаза и резко повернулся к альфе. У двоих глаза были огромными, а в них понимание ситуации. – Я... Я что, залетел? – испуганно пробормотал омега. – Забеременел, Чонгук-и, – шепнул Тэхён, у него улыбка на губах счастливая, но она тут же пропала, когда омега ударил его по плечу. – Ну что? Ты не рад, что ли? – Я... Я не знаю... Боже, я ещё не готов рожать! – в панике подскочил Чонгук, но Тэхён придержал его и крепко сжал в объятиях. – Тише, мой маленький. Ну мы же ещё не знаем точно, правда? Не накручивай себя. Если ответ будет положительный, то это же здорово. У нас тогда будет малыш. Чонгук зажмурился, уткнувшись лицом в плечо альфы, и руку невольно на живот положил. Боже, у них, возможно, будет ребёнок... У Чонгука будет ребёнок от Тэхёна, от того, кого Чонгук не переносил с детства, а сейчас... Любил? Да, так и есть. Он его любит. Но уж точно не признается. Чонгук улыбнулся робко и прикрыл глаза, засыпая. Завтрашний день обещал быть насыщенным.

🐰

– Просыпайся! Ну же, Тэхён! Ким недовольно замычал, когда его начали трясти за плечи. – Тэ, ну проснись! Альфа недовольно дернул омегу, и тот оказался на чужих бёдрах. – Тэхён! – прошипел Чонгук. – Я тебя сейчас убью, ленивая задница, если ты не встанешь! – Уже встал, – тихо пробормотал Тэхён, так и не открыв глаза. – Что? О чем ты... Чонгук почувствовал. Почувствовал и начал краснеть, глядя вниз. – Ненасытное животное, – буркнул Чонгук и закусил губу. – Я думаю, что Чимин нас подождет, – улыбнулся Тэхён, мягко проникая в омегу. Чонгук застонал, опираясь руками на чужую грудь, и начал двигать бедрами, стараясь не встречаться взглядом с горящими глазами Тэ. – Осторожно, не спеши так, – ласково шепнул Тэхён, придерживая Чонгука за бедра и аккуратно переворачивая его, нависая сверху и продолжая медленные толчки. – А нельзя побыстрее?! – прошипел недовольно омега, срываясь на короткие стоны. – Что ты со мной, как с хрустальной статуэткой?! – Потому что в тебе мой малыш. Не хочу ему навредить... – Это не точно! Тем более, если я беременный, ребёнок слишком мал, чтобы навредить ему. Тэхён улыбнулся и не дал своевольничать омеге, задрал чужие руки и положил на подушку, придерживая своими и переплетая пальцы в замок. – Козел, – фыркнул омега, а после простонал сладко, выгибаясь и мстительно вгрызаясь острыми зубами в чужое плечо. Он помнил, как альфа ночью чуть ему кусок мяса не откусил в порыве ревности, и сейчас была очередь Чонгука. – Не кусайся, – хрипло рассмеялся Ким, толкаясь глубоко и вдыхая запах омеги - горький шоколад, прямо под стать Чонгуку, вперемешку с едва ощутимым запахом граната - запах его малыша. От этой мысли счастливая улыбка расползлась на лице, и он бедрами вжался в чужие, кончая в омегу. Чонгук простонал, изливаясь следом и глядя мутным взглядом. – Дай мне пять минут... В итоге Тэхён отнес его в купальню на руках, они вместе приняли ванну, а после вместе же и собрались к Чимину. – Ну что там? – пересохшими от волнения губами спросил сипло Тэхён. Чимин вышел из-за ширмы серьёзный, без улыбки и радости на лице. Это пугало альфу, он побледнел, боясь узнать ответ. – В общем... – Чимин вздохнул и пожал плечами. – Срок ещё очень маленький, пол только через три месяца будет известен. Поздравляю, вы, господин, станете отцом. Тэхён побледнел ещё больше и обошел Чимина, заходя за ширму, где сидел тихо плачущий Чонгук. – Тише, тише, – Тэхён тут же прижал омегу к себе, обнимая крепко и целуя, куда попадется. – Не плачь, мой хороший. Ты что, не рад? – Рад... – хрипло шепнул Чонгук. – Ну вот и отлично. А как родители рады будут, давай вытирай слёзы, – Ким улыбнулся, стирая слёзы со щёк омеги и целуя того в лоб. Чонгук шмыгнул носом и уткнулся лицом в чужое плечо. – Тэхён... – Да? – Я люблю тебя... Тэхён замер, ошарашенно глядя куда-то в потолок. – Я тоже тебя, любимый, – судорожно шепнул Ким, лишь сильнее прижимая омегу к себе.

🐰

Пять лет спустя

– Стой, Чанёль! Там скользко, не... Но поздно. Маленький альфочка поскользнулся на льду и упал на попу, проскользив пару метров. – Чанёль! – испуганно раздалось со всех сторон. Первый к альфочке подлетел Тэхён, тут же поднимая малыша на руки. – Ты как, малыш? Сильно ударился? Тэхён видел, как покраснели чужие глаза, как шмыгал тихо маленький носик, но Чанёль не плакал, ведь папочка учил, что альфы не должны плакать, а он ведь уже взрослый мальчик, да и перед своей омегой не хотелось быть плаксой. – Чанни! – раздался где-то внизу мягкий голос. Тэхён опустил Чанёля на снег, прямо перед Бэкхёном - омегой Чанёля. У того щечки были красные от мороза, а чёрные глазки смотрели взволнованно. – Как ты, Чанни? – Нормально, мне совсем не больно! – гордо выпятил грудь альфочка. – Чанни, я испугался за тебя! – мяукнул омежка, крепко обнимая альфу. Тот покраснел невольно, но обнял омежку в ответ, а вскоре они строили замок вместе. – Боже, какие они милые, – пропищал мило Чимин, пряча щеки в рукавицах. Чонгук рядом лишь улыбнулся, глядя на сына. К ним присоединился Тэхён вместе с Юнги, и у них сейчас были целые бои. Дети смеялись и бегали от альф, кидались в них снежками и держались за руки друг друга. Какая прелесть. – Чонгук-и, – в лицо омеги прилетел снежок, и он стер его с лица, злобно глядя на Тэхёна. – Ну все, ты попал! Чонгук набрал горсть снега и побежал за смеющимся альфой, повалив его и размазывая снег по лицу. Тот все равно ржал, как припадочный, уворачивался от чужих рук и резко перевернул омегу, нависая сверху. – Люблю тебя, – улыбнулся Тэхён, чмокая вырывающегося Чонгука в нос, а после и к губам вредной омеги прижался. Омега обмякнул тут же, прильнул к Киму и ответил на поцелуй. – Поиграйте с нами! – раздался голос, и на парочку приземлился Чанёль, крепко обнимая обоих. Чонгук улыбнулся и прижал сына к себе, целуя в холодный лоб и смотря в глаза также улыбающегося Тэхёна. – Люблю тебя, – одними губами произнес альфа. – Я тоже, – шепнул в ответ Чонгук.

lijeon