Начальству посвящается...

Всю дорогу до больницы полковник держала Круглова за руку, как будто боялась снова потерять его. Когда они добрались до больницы и майора повезли на рентген, глава ФЭС в ожидании села в коридоре. Через полчаса к ней вышел главврач со снимками. — Ну что? — взволнованно спросила она, быстро поднимаясь навстречу ему. — Дело серьёзно, — строго ответил главврач и предъявил Галине Николаевне снимки, — — Сотрясение мозга, несколько черепно-мозговых, переломы рёбер. Хотя вы, наверное, не понимаете меня… — Нет-нет, я вас прекрасно понимаю, — заверила его она, — Я сама врач. Можно мне к нему зайти? — Он пока без сознания. Очнётся через несколько часов. Но, если так хотите, можете зайти. — Спасибо, — благодарно улыбнулась полковник и прошла в палату. Николай лежал на белой, как снег, кушетке. Он был чисто вымыт; одежды на нём не было, зато были забинтованы голова и грудь. Нижнюю часть тела скрывала белоснежная простыня. Галина осторожно опустилась на стул, стоявший у изголовья кушетки, и вгляделась в лицо майора. Лицо как лицо, подумает кто-нибудь другой, но для полковника это было не просто лицо. Когда любишь человека, близок с ним, как никто другой, невольно начинаешь замечать в этом родном лице малейшее изменение, каждую новую морщинку, каждую складочку. Вот и глава ФЭС сидела и вглядывалась в лицо Круглова. Оно поразило её своим внешним равнодушным спокойствием и бледностью — ведь она знала другим своего зама, — но в то же время в нём оставалось что-то родное, дорогое, горячо любимое, и это успокоило её. Начальница улыбнулась и взяла майора за руку. — Всё-таки какой я была дурой, что игнорировала тебя… Доигралась… — думала она. С этими мыслями Галина склонила голову на его плечо… …Вечером Валя зашла проведать коллегу. Остальные ждали её в коридоре — не заваливаться же всем вместе в палату! Каково же было её удивление, когда она вошла и увидела свою подругу, которая крепко спала на плече у Николая! — Т-с-с… — майор приложил палец к губам, — Валь, не буди её. Пусть спит. — Ну, как ты? — тихо спросила она, подсаживаясь к нему с другой стороны. — Голова немного болит. И рёбра, — пожаловался тот, — Что с маньяком? — Сидит в камере. Это он взорвал дом. Ты бы видел, как Галка за тебя волновалась! Как она рыдала над тобой! У Майского вон до сих пор вся куртка мокрая. После этих слов Николай с нежностью посмотрел на спящую Галину. — Любит всё-таки, дурочка… — ласково прошептал он. — Что? — не поняла Валя. — Позови остальных. Только пусть заходят не всей оравой, а по несколько человек. В первую очередь я хочу видеть Серёгу. Судмедэксперт кивнула и, пожелав ему скорейшего выздоровления, вышла. После неё вошёл Майский. Валя его уже предупредила о том, что в палате спит Галина и говорить надо потише, и тот, войдя, не смог сдержать улыбки. — Петрович, ну ты как? — спросил майор, сбавив звук своего баса на целых три тона и осторожно пожав другу руку. — Нашёл способ отдохнуть, — съязвил Круглов. Майский вопросительно указал на спящую Галину Николаевну. Николай лишь молча покачал головой — мол, пусть спит. — Ой, Петрович, ты же не знаешь — Галка-то тебе в любви призналась! Её тираду надо было слышать! — хихикнул майор. — Надеюсь, она мне всё объяснит, когда будет готова… — озабоченно сказал тот. — Ладно, Коль, выздоравливай. Я пойду, а к тебе сейчас Иван с Ксюхой зайдут. Они что-то передать хотели, — сказал Майский и, махнув на прощание рукой, вышел. После него в палату вошли Ваня с Оксаной. — Николай Петрович, ну как вы? — тихо спросила девушка, ставя на прикроватную тумбочку вазу с цветами и небольшую корзинку с ароматными пирожками, — Вот, сама делала. — Живу пока, — улыбнулся тот, — Спасибо, Оксан, за гостинец. — Кстати, товарищ майор, — гений разместился в ногах у Николая, — Знаете, как Рогозина попала сюда? Она ведь вместе с вами на «скорой» приехала. — Ну? — полюбопытствовал Круглов: ему было уж очень интересно узнать это, ведь вместе с пострадавшим на «скорой» могут ехать только родные, близкие люди. — Товарищ полковник сказала, что она ваша невеста. Мы, честно говоря, были в шоке. — Невеста? Моя? — шокированно переспросил майор и невольно посмотрел на спящую Галину. — Хорошо что не жена, — хихикнул программист. — Ладно, ребят, я буду отдыхать, а вы заходите почаще. Чувствую, я тут надолго застряну, — улыбнулся Николай. — Выздоравливайте скорее, Николай Петрович! — сказал Ваня, беря за руку девушку, — Главное, чтобы вы Новый год встретили с нами, а не с «белыми халатами»! — Я вам ещё пирожков сделаю! — добавила Оксана уже в дверях. Программисты удалились. — Что же ты ещё выдумаешь, Галя… — подумал Николай, поудобнее устраиваясь и стараясь не разбудить спящую Галину. Он закрыл глаза… …Когда майор проснулся, полковника уже рядом не было. — Ничего, может, потом зайдёт… — подумал Круглов и, принявшись за пирожки Оксаны, которые уже остыли, но всё ещё были вкусными, стал представлять себе все те сцены, о которых ему рассказали коллеги. Но встретиться, а тем более поговорить по душам начальству предстояло ещё очень нескоро…