Шорох

Тихий шелест бумаги успокаивал лучшего работника месяца. Он уже порядком засиделся, и даже полчаса назад попрощался с начальником отдела, удивленным таким рвением его сотрудников. Темные коридоры офиса и сумерки за окном немного напрягали, но его собственный антистресс его еще никогда не подводил. Чуть дальше в зале что-то упало, и Арсений мгновенно остановил свою своеобразную медитацию, прислушиваясь к любым доступным звукам. Вздрогнув от внезапного порыва ветра за окном, Арсений наконец собрал всю свою храбрость в кулак, и направился в ту сторону, откуда минуту назад донесся звук. Тревога съедала его живьем, а распаленное воображение в каждой темной фигуре рисовала кого-то живого, а самое главное — опасного. Все более нервно продолжив оглядываться, Арсений прямо перед своими глазами увидел темный силуэт, который периодически двигался, склонившись над столом. Мужчина тихо крался дальше, хваля чуткое руководство, постелившее везде ковры, и проклиная себя за то, что незадолго до шума снял пиджак, и теперь плыл по офису большим белым пятном. Во все глаза глядя на неизвестного, Арсений сократил расстояние до полуметра, как вдруг неопознанная личность начала поворачиваться, совершенно не ожидая, что в следующий момент его нос встретится с крепким кулаком напряженного мужчины. Возглас боли и обиды разнесся по помещению, заставляя Арсения снова приготовиться к удару. Внезапная вспышка света от небольшой лампы осветила лицо озадаченного коллеги, по которому стекали маленькие рубиновые дорожки крови, оставляя на бледной коже бурые стягивающие полосы. Прищурившись, и пытаясь восстановить внезапно ослабевшее зрение, Арсений поднял глаза на ранее красивое лицо, сейчас демонстрировавшее своему единственному зрителю плескавшиеся в глазах зеленые моря разочарования. — Антон!.. Черт возьми! Я не знал, что это ты, — нервно замялся мужчина. — Да нет… Нормально все, не переживай. Антон прижал тыльную сторону ладони к носу, пытаясь остановить обильное кровотечение, и параллельно с этим слабо натягивая улыбку на болевшее лицо. — Антон, я так виноват… Черт, я сейчас принесу аптечку. Арсений внезапно начал раздеваться, торопливо расстегивая крохотные белые пуговички, все больше оголяя грудь, от чего глаза Антона становились все крупнее, как и неожиданный ком в горле, мешающий издать хоть звук. Быстро стянув рубашку, Арсений аккуратно скомкал вещь, и нежно прижал ее к лицу парня, который сразу положил свою руку поверх его. — Я сейчас приду, подожди секунду, — почему-то тихо произнес провинившийся, никак не пытаясь убрать пальцы. — Присядь пока, и не забудь прижимать рубашку. Арсений выдвинул стул, помогая Антону сесть на него. Спиной парень почувствовал теплоту нагого тела коллеги, прижавшегося к нему. Медленно убрав руки, мужчина ринулся на поиски аптечки, оставив молодого человека задумчиво смотреть ему вслед. — Ау, Антон, я уже здесь, — Арсений пощелкал пальцами перед носом коллеги, так что теперь у того перед глазами маячили не разноцветные пятна, а вполне себе различимые мышцы на теле полуобнаженного брюнета. — Давай рубашку. Аккуратно приняв испорченную вещь, Арс приподнял голову Антона, придерживая двумя пальцами за подбородок, и не желая отпускать. Нежной кожи коснулась теплая ватка, и жертва случая неожиданно для себя осознала, что Арсений помимо аптечки принес еще и мисочку с теплой водой, чью температуру тут же на ощупь проверил любопытный коллега. — Ты не обижайся только… У меня просто паранойя слегка присутствует… Вот мне и подумалось, что ты преступник какой-нибудь. Вор, например. Или просто убийца, — Арсений хрипло рассмеялся над своим нелепым предположением, нервно оттирая зловещие пятна с молодого лица. — Я думал, что один остался в офисе, поэтому ты застал меня врасплох. — Да ладно… Нормально все, жить буду. Арсений убрал руку от лица коллеги, как тут тонкие пальцы, унизанные кольцами, схватили его за запястье, в следующий момент благодарно прижимаясь к напряженному телу. — Спасибо. Маленькая капля крови сорвалась в полет, а за ней и несколько капель покрупнее распластались по еще незапятнанной рубашке Антона. — Черт, Антон, подними голову! — опомнился параноик. Он с сожалением посмотрел на обезображенную вещь, а затем поднял уже хитрый взгляд на коллегу, после чего произнес с притворным сочувствием. — Тебе придется снять рубашку, а я ее попытаюсь отмыть. Но крови нельзя давать свертываться, так что раздевайся, в то время, как я закончу курс лечения. Хоть он и делал вид полной погруженности в уход за лицом своей жертвы, Антон все равно заметил все взгляды, что тот кидал на расстегиваемую рубашку, или легкий румянец и блестевшие глаза в ответ на случайные прикосновения. Антон знал, что кровь отмыть сложно. Антон знал, что кровь надо отмывать сразу же. Антон специально наклонил голову, получая при этом двойную выгоду: дотронулся до Арсения, и запятнал рубашку. И теперь Антон спокойно раздевался, мысленно довольно ухмыляясь. — Ты как хочешь, чтобы я тебе затычку в нос сделал, или просто пластырем тебе весь нюхательный орган заклеить? — Арсений посмотрел прямо в зеленые глаза, предпочитая заблудиться в них, а не в своих мыслях при виде последних нескольких нерасстегнутых пуговиц. — Все вместе. Возьми кусочек ваты, и положи его под пластырь, а тот, в свою очередь, наклей мне на лицо, — Антон говорил все тихо, прикрыв глаза, и губами касаясь руки Арсения. Брюнет погрузился в свои мысли, выполняя пожелание объекта своих дум. Последние пуговички оказались расстегнуты, и Антон одним движением стянул ткань, демонстрируя отлично сложенное тело, чего не было видно сквозь плотную рубашку. — И снова спасибо, пойдем. Ты уберешь это, — Антон глазами указал на последствия их вынужденного салона красоты, вставая. — А я рубашку отмою. — Да, конечно, пойдем. Как ты себя чувствуешь? — Отлично. А ты чего такого сделал, что у меня нос чуть щипало только что? — Ах, это хорошее средство. Перекись, называется. Помогает остановить кровотечение. А личико твое я все отмыл, можешь не волноваться. Арсений поднял свободную руку, двумя пальцами обводя лишь ему одному видимые линии на лице Антона, как тот внезапно перехватил его руку, чуть опуская и сжимая ее — Пойдем. Короткое слово, резкий тон, ускоренный шаг. И рука, все так же тепло лежащая в чужой удобной ладони.

***

Белые кафельные стены встретили мужчин глухим молчанием. Громкое эхо разнесло звуки их шагов, уведомляя мертвую тишину о прибытии новичков. Тихий шелест воды из пиалы казался звонким разговором ручья, а перешептывания представлялись беседой двух великанов. Когда Антон, а затем и Арсений открыли воду, то им сразу стало спокойнее, и теперь они уже не вздрагивали от каждого прикосновения, думая, что это реальный грабитель. - Почему ты так задержался на работе? - Я уже ушел, но потом понял, что оставил на столе один важный договор, вот и пришлось вернуться, а тут ты. - Антон, ну, я же уже извинился. Арсений пристыженно повернулся посмотреть на смеющегося Антона, практически сталкиваясь с ним. - Битва носами? - прошептал Шастун, глядя Арсу прямо в глаза, и находясь в десяти сантиметрах от его лица. - Битва носами. Попов смело принял вызов, и две полуголые фигуры на фоне белого кафеля затеяли яростную схватку, вместо мечей используя собственные органы обоняния. Антон брызнул на Арсения водой, что накопилась на его руках, весело улыбаясь. - Эй, так не честно! Парни дружно засмеялись, все так же касаясь друг друга носами. Внезапно Шастун чуть подался вперед, словно бы невзначай задевая губы коллеги своими. Арсений потрясенно выкатил глаза, не отрывая взгляда от отвернувшегося Антона. - Хэй, - тихо позвал он парня, вынуждая того повернуться обратно. - Ты же этого хотел? Мужчина нежно коснулся губ Шастуна, не в силах прогнать улыбку с лица, и даже не подозревая, что только что в голове Антона не осталось никаких сомнений по поводу Арса.

Он ему сразу понравился.