Love with a taste of bitter strawberries.

«…»

«Утро следующего дня.»

— Милая, мне кажется, тебе пора вставать, — шептала над ухом бабушка, нежно поглаживая меня по голове, — Сегодня нас ждут огромные дела, если не хочешь ничего пропустить, то вставай. Бабушка легонько чмокнула меня в щеку, и поднялась с кровати. Я почувствовала, что больше нет той тяжести, которая присутствовала, когда она была здесь. Глубоко вздохнув, я распахнула свои большие глаза, устремляя взгляд в потолок. Перед глазами сначала было немного расплывчато, затем ко мне вернулось отличное зрение. Я потерла кулаками глаза, после чего приняв сидячее положение, надела майку, лежащую рядом с кроватью, на тумбочке. Быстро взглянув на часы, я удивленно хмыкнула. 10:23. Не так и много времени, а за окном уже певчие птички; радостное, блестящее солнце; и шелковистая трава. Вообще, сейчас глубокая осень, поэтому замерзнуть легко, особенно здесь, на востоке Норвегии. Я не стала долго просиживать свою задницу, поэтому взяв из тумбочки банное полотенце, я пошла в душ.

«…»

Из душа я вышла чистенькая, с вкуснопахнущими волосами и размазанной по лицу косметикой, одно досадно. Но, к счастью, у меня с собой был очищающий скраб, который вдобавок и увлажнял. Быстро воспользовавшись им, я смысла всю косметику, оставив ее на ватных дисках, и принялась мулевать новую. Легкие и светлые тени, вместе с бальзамом для губ. На ресницы я нанесла минимум туши. — Готово, — я причмокнула губами, — Теперь к самому главному. «…» Закончив со своими женскими штучками, я вышла из комнаты, и закрыв ее, спустилась на первый этаж, где за кухонным столом «семья» из пенсионеров ждала меня. — Ой, какая ты красивая, Эмилия, вылитая мать, — восхищенно сказала бабушка, на что я закатила глаза и цокнула. — Перестань, комплименты, это конечно хорошо, но все же, — пыталась мягче сказать я, чтобы не задеть старушку. Я подошла к столу, и взяв пустую бутылку из-под газировки, набрала в нее проточной воды. Закрыв крышкой бутылку, я немного встряхнула ее, затем произнесла. — Мы куда-то собираемся? Может посвятите меня в свои планы? — интересуюсь я, оглядывая старичков. — Собираемся, но пока это секрет, все узнаешь по дороге. Бабушка помыла грязную посуду, вытерла со стола и выключив везде электричество, начала одеваться. Несмотря на свой обескураженный возраст, она все равно одевалась стильно и по вкусу. Я первее всех вышла из домика и пошла к машине.

«…»

Ехали мы недолго, но за это время я успела разглядеть достопримечательности, а так же природу Осло. Вполне такой не плохой городок, смириться с которым будет довольно сложно, потому что непривычно. Бабушка всю дорогу о чем-то увлеченно беседовала со своим супругом, иногда переключаясь на меня, а в свою очередь Даррен крепко сжимал руль и улыбался, иногда кидая косые взгляды то на меня, то на бабушку. Мы подъехали к многоэтажному зданию с огромными окнами. Лишь позже, когда мы уже подходили ко входу в здание, я смогла заметить табличку «school hartvig nissens». Только не говорите, что это и есть та самая школа, про которую говорят на каждом углу, особенно мамочки? — Дорогая, идём, не задерживайся, — бабушка берет меня под руку и ведёт внутрь. Мы заходим и сразу идём к кабинету директора. Даррен и Кларисса хорошая пара, особенно сейчас: идут за ручку, смеются, разговаривают. Лишь я иду позади и пинаю невидимые камни под ногами. — Вот и пришли, Даррен, милый, посиди здесь, — бабушка поцеловала супруга в щеку и махнув мне рукой, зашла в кабинет. Я последовала за ней. Изумительная женщина. — Здравствуйте, я могу видеть директора? — спрашивает моя бабушка и улыбается. Я внимательно вглядываюсь в ее улыбку. Интересно, а это фальшивая челюсть? — Здравствуйте, мадам Эйн сейчас занята, подождите немного. — Спасибо, хорошо. Мы сели с бабушкой на кресла, стоящие рядом с секретарем и откинулись на спинку. Я взяла в руки журнальчик, в котором говорилось о каких-то моделях, знаменитостях, которые мне были неинтересны и начала рассматривать, читать. Из кабинета директора бегом вышли два спортивных парня и мельком взглянули на меня, подмигнув. Я закатила глаза. — И чтобы больше такого не было, Шистад и Магнуссон! — вслед кричала директриса. Оказывается, это женщина. Когда мы зашли в кабинет, я сразу обратила внимание на светловолосую женщину тридцати восьми лет, с миловидным личиком и доброй улыбкой. — Присаживайтесь, — говорит она и указывает рукой на два стула, — Извините этих парней, они слишком часто у меня, такие вот проказники. — Очень интересно, что они натворили? — спросила я, совершенно не заботясь о том, что мы пришли не для этого. — Да любят пошалить, опять дебош устроили, ой. Так, давайте документы девочки. Бабушка достала из сумки мои документы и протянула их директрисе. Немного позже я увидела у нее на столе табличку с именем «Ванесса Эбигейл Майк». — Красивое у вас имя. — Ой, спасибо, — Майк залилась краской, — В общем, вот ваши документы, вот расписка. Ваша внучка успешно принята на второй курс!

«…»

Мы были уже за пределами школы, как мимо нас опять пронеслись те парни, только в каких-то толстовках, на спине которых были написаны множество имён, и лишь одно из них выделенное. У одного Крис, у другого — Вильям. Интересно. Так это те самые Пенетраторы? А они ничего так. Я узнала о них из своей школы. Тогда я смеялась целый день, вспоминая каждый раз слова подруги.

«flashback».

— Господи, ты слышала, опять эти Пенетраторы напортачили. Даже в Лондоне их все знают, ебаные-трахальщики-пенетраторы.

«real».

Ох, ай-яй-яй. Какие бесстыжие. Мы сели в машину и поехали в другое место, на этот раз не в школу. Даррен включил радио на 104,6. Играла приятная для ушей музыка, которую я мысленно напевала каждый раз. Я смотрела в окно и думала о своем. — Эй, Эми, хочешь в Старбакс? — резко спросила бабушка. — А? — спросила я хмуро посмотрев на нее, — Нет, лучше по делам и домой, я устала. — Ну как хочешь! Мое дело предложить, — бабушка пожала плечами. Мы ехали, поворачивая на каждом переулке, после чего подъехали к маленькому, но красивому магазинчику. Снаружи он ничем не выделялся: светящаяся вывеска «lookus», стеклянные двери с табличкой «open|close» и окна во весь размер. Рядом с дверями стоял горшок с живыми, красивыми цветами. — Красиво, а что за магазин? — спросила я, вылезая из машины. — Наш собственный. Войдя внутрь магазина, я осмотрелась. У дверей лежит подножный коврик для обуви; кафельный пол, бежевые стены; множество цветов и разной одежды. Кроме отдела одежды здесь ещё есть продуктовый отдел. — Ого, здорово, — улыбнувшись, пропела я. — Да, и знаешь что? — бабушка как-то хитро посмотрела на меня, — Я сделаю тебе подарок! — она резко улыбнулась и захлопала в ладоши, — Выбирай себе, что хочешь! — Правда?! — я кинулась обнимать бабушку. — Быстрее! Я уже ничего не слышала и мчалась вперёд к своей мечте. Здесь очень классные вещи, и одну из этих вещей я куплю себе.