Среднестатистическая идеальность

       Оксана была среднестатистической супер правильной маменькиной дочкой. Две косички, юбка ниже колена и домой не позже семи. В комнате и в мыслях — всегда такой порядок, что даже тошно становится. Порядок и с оценками, и со школой, и с друзьями, стабильно просящими списать у нее домашку; порядок с распланированной до деталей жизнью — мама позаботилась.       Порядок настолько, что по ночам мучают кошмары, что проблеваться дико хочется, да вот только друзья ее за волосы над белизной унитазной впадины не подержат.

Да и больно надо.

      Потому Оксана продолжает хорошо учиться, побеждать в олимпиадах, читать умные книжки, что мама посоветует. Продолжает быть среднестатистически идеальной яркой-звездочкой послушной дочкой, оставаясь при этом серой массой.

***

      Лед трогается с места в тот момент, когда двери класса отрываются от решительного пинка, и Дмитрий Федорович громогласно представляет новенькую, а та лишь неловко, под дружный хохот вваливается в класс.       Девчонка привлекает к себе сразу же все внимание. Она настолько органична в своей аляповатой одежде, с броским макияжем и лихорадочным блеском в непонятного цвета глазах, что Оксана робеет, прикрываясь книжкой, когда новенькая совсем не как леди (мама бы точно не одобрила) плюхается на единственное свободное рядом с Оксаной место. От нее несет мокрым асфальтом и малярной краской, а на руках — разноцветные пятна и многочисленные рубцы. А еще у нее глаза искренние и светлые, и Оксане некомфортно — на нее раньше не смотрели с таким чистым интересом.       — Соня, — протягивает крепкую ладонь, и голос у нее оказывается резким, но достаточно приятным на слух.       — Оксана, — то ли шепчет, то ли пищит и, пожимая руку, чувствует неподсохшую еще липкую краску, впоследствии остающуюся солнечным пятном на ладони.       Странно, но с тех пор они становятся подругами. Настоящими. Соня общается с ней, скучной и тщедушной, не ради домашки, а просто так. Это настолько удивительно, что Оксана первое время просто отказывается верить.       Еще страннее то, что Соня остается, несмотря на пришедшую в кратчайшие сроки популярность, и вот этому Оксана нисколько не удивлена, ведь общительная, разносторонняя и просто заметная Соня настолько Соня в своей ипостаси популярности.       Оксана настолько восхищена, настолько верит в святость идеала подруги, что невольно ввязывается в авантюры, получая яростные взгляды и неодобрительные комментарии матери.

Но это не настолько уж и важно, так ведь?

***

      Соня знакомит ее с новым, неординарным и впечатляющим миром, демонстрирует прелести обыденной жизни, и ранее зажатая Оксана чаще улыбается, носит юбки на ладонь короче, завязывает волосы в хвост, ее лицо приобретает здоровый румянец, ей снятся хорошие и иногда даже постыдные сны с мелькающим лицом Сони.       Дело доходит до того, что впервые в жизни уже-не-среднестатистически-идеальная Оксана решается прогулять уроки, и они вдвоем бродят по городу, взахлеб рассказывая истории из жизни (конечно, Соня говорит куда больше подруги), и это намного интересней, чем бесконечные комбинации символов в книгах.       Узнавшая об этом и взбесившаяся мать сажает дочь под арест, становясь еще более суровой.

***

       У Сони же в глазах пляшут черти, когда она получает пару новых ссадин, взбираясь на второй этаж и плюхаясь в довольно узкую для двоих кровать.       Оксана в свою очередь не то радуется, не то пугается, называет подругу бесшабашной балдой и засыпает в ее объятьях, прижимаясь к тёплому боку под чтение вслух книжки про муми-троллей.        На утро удается пройти мимо матери незамеченными.

***

      У Сони много поклонников и поклонниц. Многие парни уже предлагали ей почки и селезенку, но она, смеясь, отшивала их, умудряясь оставаться друзьями и потом еще отшучиваться.       В День Святого Валентина она получает целую стопку открыток разной степени слащавости.       Оксана получает несколько, и каллиграфичный почерк на одной из них просто не может не узнать, и все остальные сразу же обесцениваются.        Из всей стопки, перевязанной бечевкой, Соню интересует валентинка одного конкретного человека, и она не может заставить себя перестать по-дурацки улыбаться на уроке строгого Дмитрия Федоровича, снисходительно прощающего эту мелочь.

***

      После школы уже не такая робкая Оксана прижимает Соню к стене местной курилки и несвойственно резко для себя спрашивает, выдыхая в лицо: — Ты? — Я, — твердо отвечает девушка, хотя по выражению лица уже готова быть побитой, но вместо удара получает нечто большее.       Они целуются, точнее, тупо тычутся друг другу в губы. Их первый поцелуй настолько неловкий, неуклюжий и неидеальный, что очень хочется продолжать. И Оксана невероятно рада, что ее жизнь перестала быть среднестатистически идеальной.

***

      С приближением экзаменов мать становится все строже, хотя куда уж больше. Запирает дома, ругается и в голосе сквозит арктическим холодом, и Оксана принимается за учебу с прежним остервенением. Соне же не хватает внимания, и, наплевав на все нормы морали, она настойчиво лезет в дом через парадный вход, заслужив свирепые взгляды матери.       Та даже начинает что-то подозревать и силком затаскивает Оксану в дорогой ресторан на свидание с этаким среднестатистически идеальным мальчиком, отпускающим до тошноты приличные шутки. Девушке его даже жаль, но просидев семьдесят две с половиной наискучнейших минуты в жизни, благополучно сбегает танцевать в ночной клуб с Соней, которая этим же вечером учит ее курить цыганочкой.       Подходят экзамены, и девушки сдают их достаточно удачно для поступления в нужные институты. За Оксану все решает угадайте-кто-мать, а Соня лишь идет следом. Она прилагает все свое обаяние и харизму, и они попадают в одну и ту же комнату иногороднего общежития.       Оксана коротко стрижет волосы, красит их в бирюзовый, прокалывает нос и бровь, носит до неприличия короткие юбки, учится все так же хорошо, а Соня лишь смеется переменам в образе подруги, сама ни на шаг не отставая.       И институтские ночи становятся самыми нежными и горячими — ощущение теплых ладоней на своей талии, щекочущего шею дыхания, мурашек по коже и сладкого, приятного возбуждения Оксана запомнит на всю жизнь. Хочется, чтобы это и продолжалось всю жизнь.       Соня любит рисовать, пить воду из-под крана, любит Оксану и абсолютно рада взаимности и наступившей идиллии, девушка же крайне благодарна, что Сонечка вообще появилась в ее жизни.       Все сейчас так, как надо, и Оксана уверена — дальше будет только лучше.