Офельвения: танец теней

      На дворе стояла темная, зловещая ночь Назначения. Впервые сверчки, песня которых была слышна отовсюду, замолкли. Не было слышно и других ночных жителей Офельвении, кроме тихо идущих по лесу шагов.       Сердце юноши с каждой минутой билось все сильнее, а руки покрылись потом. Он постоянно во время пути шел, вытирая ладони о край рубахи. Дарко вместе со своими родителями шел сквозь влажные заросли леса, который словно со злобой не хотел их пускать дальше, запутывая в своих объятиях.       Воздух колыхал ветки огромных и старых деревьев, отчего люди не могли слышать друг друга. После очередного раза, когда юноша вытер ладони от влаги, отец постарался сказать так, чтобы его все услышали: — Кажется, остались только мы. — Его слова подтвердил отблеск огня, виднеющийся вдалеке. Около костра, языки пламени которого взлетали ввысь, стояли такие же подростки, ждущие своей судьбы, как и Дарко, а также их семьи. За костром стояло Древо Матери Всея, размеры которого были настолько велики, что юноша не сразу увидел его самые верхние ветви. А вокруг этого дерева был огромный знак, словно из выжженной травы. Он окружал дерево, словно гигантское кольцо. Жители поселения верили, что Боги когда-то давно оставили расти зерно Древа в этом месте, окружив его магической защитой от сил зла. Именно поэтому в этом месте проводили обряд Называния Имени, Назначения и Упокоения Душ. Не люди дают имена своим чадам, а Боги. Прямо за Древом Матери находилось небольшое озеро.       Ежегодно, перед началом осени, жители, получившие известие о будущем младенце, идут к этому озеру с дарами для Богов. Каждый нес то, что мог: кто-то овечью шерсть, кто-то овощи и фрукты, выращенные в саду, а кто-то нес драгоценности, оставленные им в наследство. В эту ночь у озера зажигались фонари, также, как и сейчас, Ворожей разжигал костер для даров и все стояли и ждали. Как только замолкала живность над озером появлялся туман из которого выплывали маленькие лодочки с именами семей. В этих лодочках лежали младенцы, на чьих руках после обряда появлялось Имена, данные детям Богами.