Подарок пианисту.

Филармония. Выступление пианиста. Высокий, курносый, длинноволосый мужчина сидел за роялем. Тонкие длинные пальцы быстро бегали по клавишам, глаза были закрыты от удовольствия. Друзья часто подкалывали Игоря за излишнюю чуткость, ранимость и нежность, обвиняя во всем музыку. «Ты же мужик!» - говорили они, - «Эта твоя фортепьятина для девок», - и, конечно же, самая любимая стереотипная мысль - «Обрежь волосы, не будь бабой!». Пианисту было все равно, он просто любил свое дело и прическу, к которой так долго стремился. Одно мягкое прикосновение к клавишам, и тут же рука взлетает ввысь, оставляя их там, внизу. Недолгая пауза, и руки летят к третьей октаве. Затем быстро, с помощью арпеджио, спускаются к большой. Игорь любил играть на концертах собственную музыку, но и не забывал про таких композиторов как Баха, Моцарта, Рахманинова и других, которых так любили ценители. В паузах иногда раздавался восторженный шепот зрителей. Игорь Соболев шел по коридорам филармонии после выступления. Пальцы, казалось, превратились в булыжники – он их совсем не чувствовал – голова раскалывалась. «Еще немного, и я упаду. Прямо тут…» - то и дело мелькало в голове пианиста. Все уже разошлись, свет отключили, оставив гореть тусклые фонарики на стенах. Пусто. Непривычно. - Игорь, Игорь! – детский голос звал его откуда-то издалека. Он обернулся и увидел в темном коридоре маленькую девочку лет семи, бежавшую к нему. В недоумении музыкант просто стоял и смотрел на ребенка. В последний момент девочка падает, а Игорь ловит ее и ставит обратно на пол. В ладошке она что-то крепко сжимает. - Малышка, что случилось? - Вот, я хочу тебе это отдать, - в руки пианиста перекочевал серебряный кулон с маленьким скрипичным ключом, - Моя мама тоже играла на пианино. А теперь ее нет… Я хочу, чтобы он стал твоим. Носи его, ладно? Игорь медленно кивнул. На глазах уже были слезы. - Ты только не плачь, папа сказал, что с ней все хорошо, она дружит с ангелами и очень счастлива. Соболев присел перед девочкой. - Как тебя зовут? - шепотом спросил он. - Николь. Меня папа ждет, я пойду, - с этими словами она обняла пианиста, уже было пошла обратно, но обернулась, - Ты хорошо играешь, как мама. Она всегда говорила, что ей приносит счастье эта цепочка. - Может, ты оставишь ее себе? – щеки Игоря стали красными, небольшая борода намокла от слез. - Нет, у меня есть своя! – Николь подошла к мужчине и достала из-под воротника платья такую же серебряную цепочку с силуэтом балерины в пачке, - Я танцую. Часто мама мне играла, а я танцевала… Игорь, забери ее. Мама всегда смотрела твои выступления по телевизору и хотела когда-нибудь сходить на твой концерт. Пожалуйста, я хочу, чтобы ее мечта сбылась. - А как зовут твою маму? - Агата. Пианист разглядывал кулон. - Красивое имя… Спасибо, - шепнул он, глядя девочке в глаза василькового цвета, такие глубокие, такие печальные и радостные одновременно. Она улыбнулась и побежала прочь. Соболев еще долго смотрел в пустоту коридора, где уже не было ни девочки, ни ее отца, держа в руке цепь. Наконец он надел на шею кулон, повертел серебряный ключик в руке и тоже ушел. Пожалуй, никакие цветы и самые искренние восхищения так не радовали его, как маленький скрипичный ключик на шее, который теперь всегда сопровождал пианиста. Это самый лучший подарок…