Болит

      В руках теплился, уже слегка тлеющий окурок сигареты, к слову, даже не раскуренной ни разу. Просто так приятно держать что-то несоизмеримо тёплое по отношению к холодным рукам. Просто так здорово думать, что это сигарета умирает, а не мысли, съедающие изнутри, говоря, что пусто отныне теперь. Просто так знать, что ты просто тело, которое тупо болит.       Срывая глупые маски и забывая ничтожные лица людей, так трудно остаться хоть немного собой, тем добрым и мягким, за что любили когда-то. А дождь отсекает от утра, и ты ждёшь. Ждёшь, когда пойдёшь в школу, когда станешь взрослым, когда разбивая в дребезги свою любовь, требуешь ответной реакции, а получаешь тупую, звенящую тишину, иголками проникающую в сердце, и там как будто своя Вселенная боли, она расширяется и этому не будет конца, пока не достигнет такого размера, при котором снова взорвётся горизонт событий, и вся эта ерунда начнётся заново.       Стать бы сигаретой и развеяться пеплом по ветру, а может лучиком света и сиять, но блядь… Сиять, чтобы тот кого ты слепишь в упор этого не видел за тёмными линзами дурацких очков? Проще сгореть в собственном свете, ярком, болезненно тёплом, а потом грустно бесцветном, чтобы скрыться навсегда за ещё одной искусственной маской.       Мне бы ракетой улететь на другую планету…Но это невозможно, эта, другая, и миллионы неизвестных сведутся в единое целое, складываясь только в одно созвездие, которое просто будет сиять в разных местах растерзанного неба. И придётся смотреть вдумчиво туда, где сияет злорадно улыбка, и холодно блестят камни колец на непременно горячих пальцах.       И за всё это время немого страдания или молчаливой любви я понял одно: я просто тело, такое же тело, что тупо болит.