Наперекосяк

       Всеми силами стараясь казаться безразличным, Инуяша демонстративно отвернулся в сторону, но при этом оставив свои собачьи уши стоять торчком. Подслушивать девчачью болтовню было вроде как нехорошо, но никто не запрещал ему услышать что-нибудь абсолютно случайно. Тем более, что в какой-то степени он имел на это полное право, ибо среди невнятного шушуканья Кагоме с Санго пару раз совершенно чётко прозвучало его имя. Однако, как ни старался, а разобрать что-либо кроме: «на закате» и «не говори Инуяше», так и не смог.        Полудемон несколько раз порывался плюнуть на всю конспирацию и прямо спросить у Кагоме: что вообще за дела такие, но каждый раз в последнюю секунду закрывал рот, понимая, что вместе с тем придётся ещё и признаться, что следил за ней.        — Что-то наши дамы совсем про нас забыли, — переключая инуяшино внимание на себя, произнёс вполголоса Мироку, усаживаясь рядом с ним. — Ох уж эти женские секреты…        — Да блин, задолбали уже секретничать! — зашипел Инуяша. — Устроили тут дворцовые тайны! Тьфу, как старые девы при молодой госпоже.        Мироку невольно вскинул брови, с явным удивлением покосившись на своего ушастого друга, от которого нечасто приходилось слышать нечто подобное. Но тут же одёрнул себя, вспомнив рассказ Кагоме о том, что мать Инуяши была придворной дамой, отчего его осведомлённость в этой области стала вполне очевидной. Наверняка, будучи ещё ребёнком, полудемон успел насмотреться из первых рядов на женские интриги, что от скуки плели обитающие рядом с ним барышни.        — Ну, это ведь нормально, — пожал Мироку плечами. — В некоторые вещи нам, мужчинам, лучше не вникать.        — А в некоторые просто необходимо, — прорычал Инуяша. — Что-то они мутят — это и ежу понятно.        — Ага, — скрестив ручонки на груди, закивал Шиппо, который немыслимым образом умудрился оказаться рядом с ними совершенно не замеченным. — Они даже меня прогнали. Что-то девчонки явно затевают. От Кагоме с ног до головы чем-то вкусненьким пахнет, а в рюкзаке только пара пачек сушёной картошки… Ох, неспроста всё это, — скроив серьёзную физиономию, глубокомысленно изрёк он.        Услышав это заключение лисёнка, Инуяша лишь громко хмыкнул. Где находится унюханное мелким съестное он и так знал, но вот зачем Кагоме всё это спрятала в лесной чаще, для полудемона до сих пор оставалось загадкой. Сама она столько слопать не сможет — это факт! — тогда оставался один-единственный вывод: готовились все вкусности явно для кого-то другого. И этот самый кто-то, судя по всему, не входил в число присутствующих.        «Твою мать!» — мысленно взвыл Инуяша, наконец осознав, что в этом мире есть только один сукин сын, ради которого Кагоме могла так расстараться — паскудный Кога, умеющий когда надо прикинуться убогим, чтобы эта дурёха кинулась его жалеть.        — И когда только успел, недоносок? — глухо прорычал Инуяша, сжав кулаки.        — Что? — обернулся к нему Мироку.        — Ничего! — гаркнул в ответ полудемон, подхватываясь на ноги, чтобы в следующую секунду сигануть с места на метров пять от удивлённых его поведением товарищей.        — Ты куда, Инуяша?! — крикнул ему вслед Шиппо, но тот даже не обернулся.        — Никуда! — рявкнул он, прежде чем полностью скрыться из виду.               — Инуяша? — вскинула голову Кагоме, едва успев уловить взглядом красное пятно, в которое превратилось хаори полудемона, когда тот кометой пронёсся над землёй, устремляясь в сторону леса. — Куда это он? — обернулась она к Санго.        — Понятия не имею, — пожала та плечами, после чего глянула в сторону о чём-то тихо переговаривающихся Мироку с Шиппо. — Опять эти двое его довели?        — Не думаю, — с сомнением пробормотала Хигураши, глядя на озадаченные лица монаха и лисёнка.        — Значит, просто на месте усидеть не смог, — вздохнула Санго, после чего, улыбнувшись, добавила: — Ты же знаешь, какое у Инуяши терпение… Не бери в голову — к закату, я думаю, он обязательно вернётся. Как раз успеешь всё спокойно подготовить, — подмигнула она моментально порозовевшей подруге.        — Хорошо бы, — тщетно стараясь скрыть смущение, пискнула Кагоме, бездумно очерчивая пальцем контур вышитой на платье розы.        — Всё будет нормально, Кагоме-чян, — потрепала её за плечо охотница. — Не волнуйся. Этих баламутов я беру на себя, — мельком кивнула она в сторону Мироку с Шиппо. — Они вам не помешают.        — Спасибо, Санго-чян, — вскинула голову Хигураши, глядя на подругу с робкой, но и вполне счастливой улыбкой.                      Найти тайник для Инуяши не составило особого труда. Ему даже не пришлось полагаться на своё собачье обоняние, ибо даже в новолуние он легко смог бы отыскать это место. Тихий плеск воды небольшого озерца, находящегося аккурат за густым, колючим кустарником, служил отличным ориентиром. Тихий укромный уголок с небольшим водопадиком, который они совсем недавно обнаружили около деревни, так понравился Кагоме, что та потом целый день не умолкала, сетуя, что из-за поисков осколков у них нет времени устроить здесь пикник, ибо место для этого тут просто-таки идеальное.        — И ведь нашла же время, — прошипел полудемон сквозь стиснутые зубы, рывком сметая в сторону колючие ветки, прикрывающие принесённые Кагоме вещи.        Внутри тайника оказался целый склад коробок с едой, заботливо прикрытый мягкой подстилкой для пикников, на которой они всей компанией часто устраивались во время походов, чтобы подкрепиться. Из-за неосторожных движений сдёрнувших это покрывало когтистых рук лежащий сверху бумажный свёрток полетел на землю, рассыпая по траве несколько фигурных свечей ярко-красного цвета.        Словно находясь в прострации, Инуяша, почти не мигая, уставился на одну из этих свечей, которая прокатившись чуть дальше остальных, теперь лежала у самых его босых ног. Услужливое воображение, связав воедино все эти предметы, тут же выдало ему вполне ясную картинку, где Кагоме сидит на голубой подстилке у воды при свете мерцающих на лёгком ветру огоньках рядом с весьма довольным жизнью Когой, который, жадно поглощая приготовленные её руками яства, не менее жадно пожирает взглядом и её саму.        Кровь шибанула Инуяше в голову, когда тот, едва ли отдавая отчёт своим действиям, с размаху наступил на красную свечу, превратив её в горстку восковых осколков. Подстилка для пикников, что всё ещё находилась в его руках, под натиском впившихся в неё когтей с громким треском разлетелась на части и мелкими лоскутами осыпалась в траву.        — Хрена с два! — зарычал полудемон, полностью поддавшись своим же лично надуманным видениям. — Перетопчешься, ушлёпок! — рявкнул он и в сердцах пнул коробки с бенто, заставив те рухнуть на бок, попутно раскидав своё содержимое по земле.        В чувствительный нос тут же ударил приятный запах вывалившейся наружу еды, частично погасив вспыхнувшую ни с того ни с сего ярость.        — Блин, — словно разом протрезвев, еле слышно обронил полудемон, растерянно глядя на тот бардак, который сам же и устроил, поддавшись глупой ревности. — Вот ведь баран! — едва сдержавшись, чтобы не зарядить самому себе в лоб, почти провыл он. — Нашёл с кем сражаться! Когой здесь и не пахнет — так какого хрена ты вообще взбеленился?!        Продолжая костылять себя на чём свет стоит, Инуяша уже было качнулся вперёд, собираясь подобрать пострадавшие от его темперамента коробки и хоть как-то исправить то, что натворил, как вдруг…        — Инуяша? — раздался за спиной растерянный девичий голос, заставивший полудемона крупно вздрогнуть.        Виновато прижав уши к голове, Инуяша порывисто обернувшись, с трудом заставив себя взглянуть в глаза Кагоме, растерянно замершей в паре метров от него.        — Что ты тут?.. — пробормотала она, сделав вперёд неуверенный шаг, и тут же громко ахнула, увидев разбросанные по поляне кусочки омлета, валяющиеся на траве вперемешку с рисовыми комками онигири.        — Кагоме, — почти проскулил полудемон, практически полностью спрятав глаза под длинной чёлкой. — Я это… того...        — Это всё ты сделал? — от души надеясь услышать отрицательный ответ, спросила Хигураши, но при этом понимая, что эти надежды совершенно напрасны.        — Ну… Это… Того… Я… Ну… — принялся бубнить Инуяша, с особой тщательностью разглядывая пальцы своих босых ног. — Я нечаянно, — в конце концов выдавил он, полностью закопав пылающие уши в серебристых волосах.        — Нечаянно? — с трудом проглотив подступивший к голу ком, еле слышно произнесла Кагоме. — Нечаянно нашёл это место и, чтобы не было скучно, нечаянно разорвал подстилку? А потом совершенно нечаянно разбросал по всему лесу всё то, что я готовила целое утро?! — уже даже не пытаясь сдерживаться, прокричала она, с нескрываемой обидой глядя на полудемона, уши которого поле этих слов тут же встали торчком.        — Ну, лопухнулся я чутка, — буркнул он, слегка приподняв голову. — А сама-то хороша — на кой было шифроваться и прятать всё это у чёрта на куличках? Вот нахрена, спрашивается?! — не сдержавшись, рявкнул Инуяша, чувствуя, как оживают притихнувшие было подозрения.        — Теперь уже не важно, — надула губы Кагоме, при этом едва заметно розовея. — Ты уже всё испортил!        — Чего я такого испортил?! — не спеша признавать себя полностью виноватым, вскинулся полудемон. — Если ждала кого-то, то так бы и сказала!.. Ждала ведь, правда?! — подался он чуть вперёд, буквально требуя ответа, который меньше всего на свете хотел бы сейчас услышать.        — Ждала!!! — не в силах стерпеть эти нападки, прокричала Кагоме, заставив тем самым Инуяшу отшатнуться назад, будто от удара. — Ждала, но, видать, зря! Зря готовилась! Зря хотела ему угодить! Зря вообще влю… — громко всхлипнула она, не в силах закончить фразу.        — Кагоме… — вырвался из груди Инуяши тяжёлый вздох, который, по сути, был комком нахлынувших на него чувств: сожаления, обиды и горечи.        — Отстань! — не заметив этой палитры эмоций, выкрикнула Кагоме, безуспешно пытаясь сдержать навёртывающиеся на глаза слёзы. — Видеть тебя не хочу!        Собачьи уши припали к белокурой голове, когда полудемон попятился назад, не сводя глаз с Хигураши, которая, уже не сдерживаясь, приглушённо плакала, закрыв ладонями лицо. Весь мир в один миг словно перевернулся вверх томашками. На душе разом опустело, а на грудь будто упал огромный камень, безжалостно сдавивший всё внутри, мешая вздохнуть.        Желая избавиться от этих ощущений, Инуяша попытался было что-то сказать, но, даже открыв свой клыкастый рот, так и не смог проронить ни единого звука. Он просто продолжал молча пятиться назад, пока не врезался спиной в колючие ветки росшего рядом кустарника, острые шипы которого моментально вцепились в его длинные волосы. Приглушённо зарычав сквозь стиснутые зубы, полудемон резко мотнул головой и, стараясь вырваться из колючего плена, отшатнулся в сторону, въехав ступнёй во что-то мягкое. Взгляд золотистых глаз машинально метнулся вниз, чтобы увидеть под босой ногой кусочек омлета.        Собачьи уши сами собой виновато прижались к голове, когда Инуяша растерянно покосился в сторону Кагоме, при этом не решаясь поднять взгляд к её лицу. Тихие всхлипы резали слух, отчего находиться рядом с ней с каждой секундой становилось всё невыносимей. В конце концов, не выдержав этой пытки, полудемон аккуратно переставил ногу на траву, после чего, развернувшись, сиганул на ближайшее дерево, чтобы выполнить желание Кагоме — скрыться с её глаз.        — Инуяша, дурак, — снова всхлипнула Кагоме, глядя на раскачивающиеся ветви деревьев, на которые секундой ранее ступал полудемон, спеша сбежать от неё куда подальше. — Всё с тобой наперекосяк, — порывисто вздохнула она, медленно сползая на траву, рядом с поваленными набок коробками с многострадальным угощением. — И зачем я только всё это затеяла? Ведь знала же, что ничего не выйдет.        Очередной тяжёлый вздох вырвался из груди, когда Хигураши перевернула в нормальное положение свой скарб, еда внутри которого скорей всего уже и без того безбожно перемешалась. Не решаясь заглядывать внутрь, она перевела обречённый взгляд на то, что, благодаря полудемоническому темпераменту, благополучно вывалилось наружу, при этом понимая, что подбирать всё это не имеет ни малейшего желания.        В конце концов, громко шмыгнув носом, Кагоме поднялась на ноги и, стараясь не смотреть на ошмётки неудачного свидания, побрела по тропинке вглубь леса. Идти сейчас в деревню было выше её сил, так же, как и возвращаться домой. Невыносима была сама мысль, что придётся рассказывать о случившемся Санго или маме. Да и показываться людям с опухшим от слёз лицом у Хигураши не возникало особого желания.        — И что это на него нашло? — бубнила себе под нос Кагоме, огибая злополучный кустарник, за которым уже виднелся пологий спуск, ведущий прямиком к тому самому озерцу, так и не ставшему идеальным местом для идеального пикника.        Прозрачная вода тихо плескалась между массивных валунов, весело поблескивая в редких солнечных лучах, с трудом пробивающихся сквозь густые кроны обступивших эту природную чашу деревьев. Воздух здесь был наполнен свежестью и прохладой, отчего каждый вдох казался глотком божественного напитка, придающего сил.        Замерев у самой кромки, Хигураши глубоко вздохнула, словно очищая лёгкие. Затем, присев на корточки, окунула в озеро обе руки, чтобы, сложив ладони лодочкой, плеснуть прохладной водой себе в лицо. Зажмурившись от удовольствия, Кагоме повторила эту процедуру ещё пару раз, чувствуя себя с каждой секундой всё лучше и лучше. Не имея полотенца, она замотала в разные стороны головой, стряхивая с намокших волос прозрачные капельки.        — Хорошо-то как! — фыркнула Хигураши. Смахнув руками с ресниц влагу, она наконец открыла глаза да так и обмерла, увидев в отражении рядом с собой чью-то тёмную тень.        Сердце стремительно ухнуло куда-то в область пяток, когда Кагоме резко обернулась назад, готовясь в любую секунду, громко вопя, кинуться наутёк, однако…        — Кога-кун?! — удивлённо воскликнула она, с растерянностью уставившись в улыбающееся лицо волчьего принца, заставшего в паре шагов позади неё.