Форсу - территория матриархата

      Мариша взяла меня за волосы и, оттянув голову назад, заглянула мне в глаза.       – Я уже так вожделею тебя, – сказала она, – что, наверное, просто с ума сойду, когда увижу первый листик! Боже!       – Я хочу! – ответил я ей восторженно. – Можешь обращать меня, я на всё согласен!       И снова я услышал весёлый звонкий смех. Мариша потрепала меня по волосам и отпустила.       – У-у-уф, а соблазнить тебя оказалось гораздо проще, чем я думала. И ты даже не пугаешься перспективы навсегда переселиться на Форсу?       Я задумался, переживая внутренние борения.       «А что я теряю? – спрашивал я себя. – Свободу, родственников, возможность заниматься наукой, блага цивилизации, – тут же пришёл на ум ответ. – Да много чего. А что приобретаю? Магический мир, чудеса, новые невероятные открытия и массу секса, причём такого, какой мне просто до чёртиков нравится. И самое главное – это восхитительный матриархальный порядок, в который просто изо всех сил рвётся моя душа. Смог бы я отказаться от Форсу ради Земли? Нет! Ни в коем случае! Я уже чужим себя чувствую в своём мире, зная, что есть другой, в котором просто жажду жить. Смог бы отказаться от Земли ради Форсу?.. Да, пожалуй, очень грустно, со вздохами и ахами, но отказаться бы мог».       – Пугает, – вздохнул я, отвечая на вопрос Мариши. – Но ещё больше меня пугает перспектива лишиться счастья, которое мне показали.       – М-м-м, хороший ответ, – радостно улыбнулась собеседница. – Вот прям чувствовала, что не ошиблась в тебе. Хочу признаться, что далеко не со всеми мужчинами мы так же цацкаемся, как сейчас я с тобой. Многих просто обращаем без особых объяснений, пользуясь их фетишами и похотью, а потом отправляем на Форсу и продаём. Всё, что нужно для законности такого обращения в рамках имперского законодательства, – это зафиксированное на камеру добровольное согласие человека. И на вопросы: "хочешь ли ты сделать куннилингус, принять золотой дождь, согласен ли стать моим рабом", многие мужчины Земли с соответствующими наклонностями отвечают утвердительно и даже с восторгом, совершенно не задумываясь о том, на что они соглашаются фактически. И мы этим беззастенчиво пользуемся. Вот такие дела.       И знаешь, что забавно? В 90% случаев никто из обращённых мужчин впоследствии потом не сожалел о случившемся. А многие и не догадываются даже, что их в какой-то степени обхитрили. Тебя это не возмущает?       – Нет, – ответил я. Судьбы других мужчин меня как-то не сильно взволновали, да и вероломство форсовцев не особо возмутило. В конце концов, то, что я считал благом для себя, подсознательно считал таковым же и для других. – Но мне любопытно, чем же я обязан такой откровенности и почему ты мне это всё рассказываешь?       – Потому что ты мне очень понравился и я хочу оставить тебя себе, – ответила Мариша. – Но хочу также, чтобы ты максимально осознанно принял моё предложение. И в этом нет ничего уникального. Очень многие имперские эмиссары на вашей планете используют по отношению к понравившимся мужчинам доверительный подход. Есть особая прелесть в том, чтобы чувствовать взаимность со стороны мужчины, но нужно перед этим крепко посадить его на крючок, чтобы не сорвался.       – Ты даже этого от меня не скрываешь? – рассмеялся я.       – Но тебе ведь это импонирует, верно? – улыбнулась собеседница. – А значит, ты ещё крепче увязаешь в моих сетях. Но давай теперь вернёмся к вопросу, который ты задал мне в самом начале нашей встречи. Что же тебя ожидает. Большинство мужчин получают билет на Форсу через обращение. Но есть и малая часть молодых людей, которых готовы взять в качестве свободных супругов. И ты как раз попал в их число.       – М...Мариша, ты мне… предложение хочешь сделать? – пролепетал я, заикаясь от волнения.       – Нет, дорогой, ты мне нужен исключительно как парий. Хоть я и с удовольствием возьму тебя в качестве супруга, но, увы, не свободного. Так что речь сейчас не обо мне.       – А о ком?       – О шести амазонках, с которыми ты катался на "карусели", они все готовы назвать тебя мужем. И особенно мечут икру две из них. Догадываешься, кто?       Чувствуя сильную оторопь от свалившейся на меня информации, я отрицательно помотал головой.       – Финалистки, блин, вашего соревнования, – досадливо вздохнула Мариша. – Если б я знала, что так всё обернётся, ни в жизнь не оставила бы тебя с ними наедине. А условие пяти зачатий можно было бы и позже выполнить. И виной всему нетерпеливость моя, будь она неладна.       – Погоди, о каких зачатиях речь? – спросил я, и тут меня окатило испугом, как ушатом холодной воды. – Так Лика, всё-таки… забеременела, – произнёс я упавшим голосом. – Вот, блин.       – Вообще-то понесли от тебя все семеро, – весело усмехнулась куратор. – На это и был расчёт. Но Ленара не успела сильно тобой увлечься и не рвётся в гарем. Зато другие на полном серьёзе готовы тебя разделить.       – Че… чего?       – Чего-чего! – передразнила меня Мариша. – Хотят взять тебя в мужья! Чего непонятного? В Валенсии разрешено многожёнство, потому что мужчин на всех не хватает. А поскольку ты стал отцом семерых мальчиков, твой рейтинг в Империи может стать очень высоким. Все эти девушки, как амазонки, имеют довольно высокий статус в Валенсии. Они богаты, имениты, а объединив свои капиталы, могут сформировать достаточно влиятельный дом. Поэтому скажу без обиняков, предложение это для тебя просто сказочное, но я, к сожалению, не могу о нём умолчать, потому что через камеру наблюдений на нас пялятся шесть пар глаз и с нетерпением ждут твоего решения. Будь их воля, они бы даже силой тебя на себе женили. И это вполне можно провернуть, воспользовавшись лазейками в законодательстве и твоей неосведомлённостью. Но я, как твой куратор, – Мариша злорадно ухмыльнулась, – не дам им шанса схитрить. Как, собственно, и они не позволят мне сыграть с тобой втёмную. Так что выбор за тобой, мой хороший. Что скажешь?       – Но… но как? – пролепетал я растерянно. – Я же не кончал… Только с Ликой… Как?..       – Как-как, через "кальян". Эта техника сперва разрабатывалась с целью включения фертильности у мужчин-париев. Полагалось, что вытягивание спермы прямо в матку даст возможность даже от пария зачать. Но, увы, не срослось. Зато женщины получили надёжный и очень приятный способ залететь от свободного мужчины с одной затяжки. Кроме того, "кальян" значительно усиливает оргазм женщины, да и мужчины кайфуют будь здоров. А потому в супружеских парах он чаще всего используется вместе с противозачаточной магией просто для удовольствия.       На Земле же "кальян" стали применять вместе с "дзинчи". Это средство препятствует эякуляции мужчин, но оно не мешает напрямую высасывать сперму прямо из члена. Техника "кальяна" оказалась просто великолепной в ситуации, когда от одного мужчины хотят зачать ребёнка много женщин. Женская матка в момент оргазма захватывает своим зевом головку полового члена и вытягивает сперму из мужчины малыми порциями, что позволяет экономно расходовать её и разделить на толпу. Если хочешь, позже я могу даже видео тебе показать, как всё происходит. Там есть "икс-рэй" кадры, которые позволяют наглядно и в подробностях увидеть, как взаимодействуют половые органы и что именно у мужчины и женщины происходит внутри.       – Позже – это когда? – спросил я бесцветным голосом. Я до сих пор не мог прийти в себя от новости, что стал в одночасье отцом семерых пацанов. Наверное, мысль о том, что я капитально повязан теперь по рукам и ногам с залетевшими от меня женщинами, засела где-то в моём подсознании.       – Позже – это как-нибудь потом? – ухмыльнулась Мариша, явно чем-то довольная. – Когда разрулим возникшую проблему. Ты лучше объясни мне, что тебя так расстроило?       – Стать отцом – это очень ответственный шаг, – вздохнул я. – И я не думал, что это произойдёт так… неожиданно и… в таком масштабе. Мне кажется… я ещё психологически не готов к этой роли… и…       – Не хочешь обременять себя, да? – проворковала куратор.       – Ну… да.       – Хе-хе, ну что, девчонки, слышали? – хихикнула Мариша. – Нужен вам такой муж?       – Да ты просто жулишь! – послышался из динамика возмущённый голос Лики. – А он, дурачок, не понимает! Дима, послушай. Стать отцом в Валенсии – это совсем не то, что на Земле. И в особенности когда дело касается аристократии, к которой все мы относимся. Тебе не придётся вкалывать на пяти работах, чтобы всех нас обеспечивать, мы достаточно богаты, чтобы самостоятельно ребёнка поднять. И у нас есть слуги, которые делают всю сопутствующую работу по уходу за детьми.       Всё, что от тебя потребуется, – это разделить с нами радость материнства, подарить нам своё душевное тепло и толику удовольствия. А ещё вкушать плоды своего запредельного статуса. Быть отцом семи мальчиков – это знаешь какой рейтинг?! Просто мама не горюй! Ты в любом случае получишь дворянский титул, и не самый маленький, между прочим. Я знаю, что ты любишь секс. Так вот, у тебя будет много секса с шестью очень темпераментными и доминирующими жёнами. Ну соглашайся же, не будь дурнем!       – Но никакого куни, – с наигранной грустью сказала Мариша. – И никакого золотого дождика, сквирта и других таких сладких фетишей, которые ты так любишь, родной. А ещё рядом не будет меня. И с Землёй тебе придётся навсегда распрощаться.       Надо сказать, что я буквально завис, ошарашенный перспективами, которые мне Лика расписала. Но, вставив своё слово, Мариша вызвала во мне просто бурю противоречивых чувств. Предложение стать дворянином, жить богатой и беззаботной жизнью звучало весьма соблазнительно, но одновременно в высшей степени горестно было отказываться от запретных удовольствий. Но что ещё сильнее кололо мне сердце, когда я вглядывался в безмятежное и такое непроницаемое лицо любимой женщины, – это мысль о том, что с ней придётся расстаться.       – Ты что, идиот? – раздался в динамике гневный голос Ринки. – Как ты можешь вообще выбирать между возможностью стать дворянином с высоким общественным статусом и участью бесправного раба?!       – Подожди, Ринка, извини, – сказал я и обратился уже к Марише. – А разве у меня есть шанс остаться на Земле?       Задавая этот вопрос, я пытался найти хоть какую-то опору в том подвешенном состоянии, в котором себя чувствовал.       – Это вполне обсуждаемо. Я ещё долго собираюсь на Земле работать, – пожала плечами Мариша. – И у тебя есть шанс остаться со мной. При определённых условиях, конечно. Я даже могу отпускать тебя в твой Университет. Не придётся бросать науку, расставаться с родителями, друзьями.       – Она врёт! – послышался голос Наташи. – Всё, что ей нужно, – это прокачать тебя как пария насколько возможно, чтобы по максимуму поднять твою стоимость. Да, она будет петь тебе дифирамбы, холить, лелеять, признаваться в любви и потакать любым твоим фетишам, чтобы листики росли как на дрожжах. Но стоит тебе дойти до своего предела, как она тебя продаст. Она работорговка, Дим! Это её бизнес! Спроси у неё, скольких мужчин она продала до тебя! Спроси прямо, и ей придётся ответить честно. Ну!       – Это неправда, – замотал я головой, глядя в безмятежное и непроницаемое лицо Мариши и чувствуя, как в горле собирается ком. – Она не обманывала меня, я ей верю, она…       – Спроси её, идиот, – рыкнула Ринка. – Сказано же, что соврать не сможет. Спроси!       – Это правда? – робко обратился я к сидящей напротив меня женщине.       – Что правда? – уточнила она.       – То, что ты меня обманывала?       – Нет, – ответила она уверенно и безапелляционно.       – Бл...дь! Да задавай ты конкретные вопросы! – рассердилась Наташа. – Даже если в словах её и не было лжи, это вовсе не значит, что она ими не жонглировала, чтобы ввести тебя в заблуждение!       – Сколько ты мужчин продала до меня? – спросил я у Мариши и стал мысленно молиться, чтобы она сказала: "ни одного", ну или хотя бы двух-трёх. С каким-нибудь небольшим числом я бы ещё мог смириться. В конце концов, она ведь сама мне признавалась, что не со всеми была откровенна.       Куратор хохотнула и покачала головой.       – Блин, девчонки! Ну так не честно! Справедливости ради требую возможности вопрос уточнить. Если я назову полный свой оборот за трудовую жизнь, то парню поплохеет. Дим, ты бы хоть конкретизировал, каких мужчин имел в виду, с Форсу или с Земли. В своём мире, знаешь ли, я лет десять подрабатывала работорговлей. И, естественно, за это время очень многих товарищей пристроила в хорошие руки. А вот на Земле я работаю чуть больше года. И тут количество будет поскромнее.       – Хорошо, уточняю. Скольких мужчин ты продала с Земли? – спросил я, чувствуя, как почва раскачивается у меня под ногами.       – Шестнадцать, – ответила Мариша, совершенно открыто, с улыбкой глядя мне в глаза. Я почувствовал нервную дрожь в руках и гулкую пустоту в груди, мне казалось, что сердце моё сейчас остановится. Слишком большое число. Меньше месяца на каждого человека. Там просто не могло быть никаких чувств.       То, что я узнал о Марише, оказалось для меня настоящим ударом. Работорговка... Боже! «Неужели я нужен ей только лишь для того, чтобы выгодно меня продать? – думал я расстроенно. – И никаких чувств она ко мне не испытывает? Всё, что говорила мне, было лишь уловкой? Обманом? Господи! Как не хочется в это верить. А может всё-таки?..»       – А скольким из них ты обещала, что они будут твоими? – осторожно уточнил я.       – Никому я такого не обещала, – ответила куратор.       И от сердца у меня немного отлегло. Я получил надежду, за которую поспешил уцепиться.       – Что и требовалось доказать! – резюмировал я, радостно улыбаясь. – Не обманывала меня Мариша. И по поводу проданных мужчин она мне уже говорила сегодня, только не называла их число. А я из-за всех этих волнений не сразу об этом вспомнил. Так что у меня нет причин сомневаться в честности своего куратора. И я ей полностью доверяю. Вот так.       В динамиках воцарилось напряжённое молчание, словно амазонки о чём-то задумались. А Мариша посмотрела на меня немного грустно и с улыбкой вздохнула.       – Дим, я действительно хочу быть с тобой предельно честной. От этого зависит наше совместное будущее. А игра в вопросы и ответы без лжи не позволяет мне этого делать, потому что ты сам обманываешь себя. Давай её просто прервём и я без каких-либо уловок расскажу тебе о своих планах.       – Хорошо, согласен, – кивнул я. – Но объясни сперва, в чём я себя обманул.       – В том, что решил, будто я обещала тебе, что ты будешь моим. Но я сказала только, что я хочу сделать тебя своим. А это совершенно разные вещи. Понимаешь? Я никогда не обещаю того, в чём не могу быть уверена. И я действительно хочу сделать тебя своим, но не факт, что у меня получится.       – Почему?       – Потому что я хочу себе пария высочайшего уровня, и у тебя есть шанс таким стать. Есть шанс, понимаешь, но не стопроцентный. И пока ты не прошёл инициацию, я не могу даже вероятность этого шанса оценить. До тебя было три претендента, с которыми я была честна, целых три, и ни у одного не получилось достичь уровня, который мне нужен. Однако я никого из них не продала и они не входили в число тех шестнадцати. Вот видишь, ты снова ошибся и даже не знал, об этих трёх.       – И куда же делись эти три пария, которых ты якобы не продала? – подозрительно спросила Ринка.       – Я пристроила их в надёжные руки, считайте, что подобрала им хозяек, с которыми они могли жить дальше счастливо.       – Хочешь сказать, что бесплатно подобрала.       – Не-э-эт! – со смехом протянула Мариша. – Все они были с розовыми листочками. У двух по два и у одного один. Так что я изрядно наварилась. Но никоим образом не считаю эту сделку продажей, потому что учитывала интересы самих мужчин. Так что это было сводничество... за хорошую оплату.       – Розовые?! – поражённо воскликнула Лика. – Парии элитарного класса и не подошли тебе по уровню?! Так кто тебе тогда нужен?!       – Хе-хе, – рассмеялась Мариша. – Догадайся с трёх раз.       – Голубой, – сказал я и сглотнул слюну. А про себя подумал:       «Плакала моя задница».       – Ну не прям голубой, – хохотнула куратор, – а парий с голубым листочком. С ма-а-аленьким таким хорошим и красивым листочком. Или даже без него, но с нужной мне суммой листиков оранжевого и зелёного цвета. А голубой листик я могу и сама тебе поставить с преогромным удовольствием, – закончила она, алчно сверкнув глазами.       – Да иди ты! – воскликнула Селина, впервые вмешиваясь в беседу. – Четырёхцветный парий?! Да ты озверела, мать?! Ты хоть понимаешь, что по статистике до такого уровня добирается один из тысячи человек? И то большинству требуется не менее десятка лет, чтобы заработать одиннадцать зелёных или оранжевых листочков.       – Хм-м-м, а я планирую добиться голубого листика годика за четыре, максимум за пять лет.       – Ты совсем нереальные планки ставишь, – сердито резюмировала Селина. – Дим, это дохлый номер, я тебе точно говорю. Отказывайся от её предложения и иди к нам. Если станешь парием, в мужья ты нам уже не будешь годиться.       – Хе-хе, девочки, вы тут небольшую рекламку для Димочки рассказали. Теперь моя очередь предвыборные обещания давать. Не возражаете?       – Возражаем, – рыкнула Ринка.       – Нет, расскажи, – попросил я.       – Увы, подруги, слово избирателя – закон. Итак, на чём я остановилась. Давай вначале по шансам пройдёмся. Можешь верить мне, а можешь нет, но интуиция моя меня никогда ещё не подводила. Да меня просто трясёт, хороший мой, от желания тебя обратить. И это совсем неспроста. Сердечко моё чует, что ты – тот самый мужчина, который мне нужен. Но, допустим, я ошиблась и это выяснится уже сегодня. Лика, ты его купишь?       – Да, – ответила амазонка, не задумываясь.       – Бл...дь! Ты охренела?! Мы же договаривались! – воскликнула Селина.       – А мне пох! Поняли?! Я его хочу! В любом качестве! Так даже лучше. Он будет только моим. И он не согласится без запретных удовольствий обходиться. Это же ясно. Будет, мой любимый Димочка, только мой!       – Как видишь, в самом плохом варианте ты уже не пропадёшь, – промурлыкала очень довольная Мариша. – Но я просто зуб даю, что с самого старта ты покажешь высокий потенциал. И это может выясниться уже сегодня. Девочки, вы хотите принять участие в обращении? – поинтересовалась она у амазонок. – Мне нужно пять женщин для инициации второго зелёного листика и одна для инициации второго оранжевого. Если удастся такого результата добиться, то я гарантирую Диме розовый лист.       – И с чего это мы должны тебе помогать? – возмутилась Наташа.       – А вам запретных удовольствий не хочется? – удивлённо поинтересовалась куратор. – Если откажетесь, то ничего. Я и без вас пятерых найду. Ленара наверняка согласится. Есть у нас и магесса с тремя ассистентками, и парочка программисток. Только клич кинуть – сбегутся все как угорелые.       – Я помогу, – заявила Лика.       – Мы все поможем, – сказала Ринка за остальных и потом добавила, видимо, для кого-то особо упрямого: – Поможем, я сказала!       – Замечательно! – обрадовалась куратор. – Скажи, Ринка, ты ведь умеешь делать "дырокол"?       – Ну да, – подтвердила лидер амазонок. – А Дима-то согласится на такой экстрим?       – Ну, ему придётся, если он хочет быть моим, – сказала Мариша, глядя на меня с сочувственной улыбкой.       – Дырокол – это ведь то пробивное вливание, которое Рада сделала Максиму? – уточнил я.       – Всё верно.       – Я... согласен, – произнёс я с заминкой.       – Отлично. Если сегодняшним вечером, Дим, у тебя будут два зелёных листика и два оранжевых, то первый этап моих требований ты пройдёшь. Значит, ты останешься на Земле работать в нашем представительстве, а я берусь курировать тебя до розовых листочков. Работа твоя должна тебе очень понравиться. Придётся, правда, ездить в командировки по другим нашим ячейкам. Далеко не во всех наших домах есть парии, и женщины, прибывающие с Форсу, нуждаются в помощи в первые дни. А ещё в качестве бонусов ты получишь абсолютное здоровье, возможность есть всякую фигню и не травиться, долголетие, парии почти не стареют, и незаурядные сексуальные способности.       – А если он не потянет четыре цвета? – спросила Лика напряжённым голосом. – Что тогда?       – Хочешь трёхцветного пария за полцены? – поинтересовалась Мариша.       – До-о-орого, мне денег не хватит, – прохныкала амазонка.       – Так возьми кого-нибудь в долю.       – Я тоже готова вложиться, – тут же сказала Ринка, и я услышал жадность в её голосе.       – Помогите мне его курировать, – предложила магесса, – и можете обе рассчитывать на пятидесятипроцентную скидку.       – Я согласна! – воскликнула Лика и радостно запела – Ура! Ура! У меня будет розоволистный Димочка! Ха-ха! Как здорово!       – Но ещё не факт, что будет у тебя, – хмыкнула магесса. – Я и сама на него претендую, не забывай.       – А когда это выяснится? – уточнила Лика.       – Да, сколько нам на тебя вкалывать? – поддержала Ринка подругу.       – Если через два месяца Димочкин получает розовый листик, то наш с ним контракт продолжится, как и ваш со мной; если нет, то вы сможете его выкупить, как только я сделаю его трёхцветным.       – И сколько нам ждать до следующего этапа? Когда выяснится дальнейшая судьба мужчины?       – Там уже около года, девчонки. И с начала этого периода я хочу нашего мальчика поощрить. Если за два месяца, Дим, ты разовьёшься до розового листочка, то здесь, на Земле, мы можем даже пожениться. В ваших загсах никто не смотрит на метки париев, и разноцветные листики на шее примут за легкомысленные татуировки.       Это представительство для посторонних людей будет считаться моим домом, и после свадьбы все посчитают, что ты выгодно женился на симпатичной хозяйке дома, у которой комнату снимал. В свадебное путешествие мы поедем с тобой на Форсу. Я магесса и тоже дворянка. Мужем моим ты там считаться не будешь, но разве это так важно, когда рядом женщина, которая обожает и вожделеет тебя. В Валенсии есть морские пляжи, где можно отдохнуть как на курорте, и разные достопримечательности, которые мы с тобой обязательно посетим. Ну и, конечно, самые разнообразные сексуальные приключения, связанные с запретными удовольствиями, будут к твоим услугам. Хочешь поработать в общественном заведении для удовлетворения женщин? Я могу тебе это устроить. Поставить на любую роль, от самой дешёвой работы, в которой тебе придётся ублажать по сорок-пятьдесят женщин в день, до суперэлитной в качестве сексуальной игрушки на ночь в небольшой компании аристократок. Ну как, впечатляет, а?       Я сглотнул слюну и сказал:       – Это похоже на сказку.       – А ещё мы с тобой посетим моё имение и можем там некоторое время пожить, так что ты в полной мере почувствуешь себя аристократом. И вы, девчонки, можете ко мне присоединиться, вплоть до времени, когда захотите взять декрет. А можете рожать прямо у меня в имении, и бесплатную помощь опытной магессы я вам гарантирую. Но если захотите рожать у себя дома, то я вас отпущу без проблем и с сохранением наших договорённостей.       – Допустим, так. А сколько времени ты планируешь его до четырёхцветного пария прокачивать?       – Максимум пять лет.       – И всё это время нам на тебя работать? Ты жалование нам платить будешь или планируешь парием с нами расплачиваться?       – И то, и другое, – улыбнулась Мариша, – Если сработаемся, то после рождения детей предлагаю вам стать моими младшими компаньонами. Для начала 25% от прибыли каждой из вас двоих, а потом посмотрим. И уверяю, подруги, сумма будет гораздо большей, чем вы охранницами зарабатываете. А когда Димчик получит голубой листик и станет моим, вы, как компаньоны, сможете пользоваться им бесплатно наравне со мной. Ну как вам такое предложение?       – Голубой лист! – простонала Лика. – Это круть! Круть!       – Согласна, – сказала Ринка, и голос её прям урчал от вожделения.       – Хе-хе! Ну вот и договорились. Как здорово всё получается. А как остальные девчонки, вы не в обиде? Может, кто-нибудь присоединиться хочет? Чем больше людей в деле, тем выше доход. И хоть процентная ставка от прибыли на каждую из вас уменьшится, сумма выплат останется той же, а может и больше даже. Я буду брать себе уже не 50%, а меньше, так чтобы и у меня, и у вас доход возрастал.       – Я подумаю, – сказала Селина, а остальные амазонки промолчали.       – А теперь ты, Димочка, – обратилась ко мне куратор. – Скажи нам своё решение? Мы тут всё без тебя спланировали, но последнее слово за тобой. Чьё предложение ты принимаешь, моё или амазонок. Хочешь элитным парием стать или высокорейтинговым мужем аристократок?       – Я… я… я сейчас не...много слюнки п… подотру, – сказал я, заикаясь от сильного волнения, – и сразу о… отвечу, ладно?       – Ну конечно, милый, – весело улыбнулась Мариша.