Daredevil

Это стало последней каплей. - Я ведь предупреждала тебя, чертова сучка! Не смей даже приближаться к нему, слышишь?! - она опрокидывает на пол стул, гневно сжимая кулаки. Рвет, мечет, бесится. - Ты сама во всем виновата! Иди дальше глотай свои гребанные таблетки, ненормальная! Я всегда знала..., - голос темноволосой девушки срывается на визг, когда Хейли с яростью хватает ее за волосы, почти переваливаясь всем корпусом через стол. Вокруг раздаются удивленные возгласы, и сцепившихся девушек пытаются оттащить друг от друга. Разнять удается со второй попытки. - Я убью тебя, шлюха! - Хейли брыкается и пытается вырваться из крепких объятий Джереми. - Тише, детка, хватит, - Джереми выносит Уильямс из зала, плечом открывая дверь в обшарпанный туалет. - Тебе надо остыть. Он опускает Хейли на ноги, а та сползает вниз по стене, сдувая со лба прилипшую прядь. - Бесит. Все бесит, - уже чуть спокойнее отвечает она, стараясь взять себя в руки и восстановить сбившееся дыхание. - Тебе принести воды? - получив отрицательный кивок в ответ, Джереми озабоченно смотрит на девушку. - Ты в... - Порядке! - резко отвечает Хейли, привалившись спиной к холодному кафелю. - Что с тобой сегодня такое? - через пару минут спрашивает он. - Не знаю, - Хейли отворачивается и, чуть помедлив, добавляет. – Нахлынуло просто. Джереми качает головой, теребя бороду. Оба молчат. Сегодня какой-то странный день. Дурной. Так бывает. - Если ты хочешь, чтобы я оставил тебя здесь на какое-то время проветриться, обещай мне, что не натворишь глупостей? Я прошу тебя. - Твоя забота неуместна. Джереми улыбается уголками губ и проводит рукой по огненно-рыжим волосам, прежде, чем покинуть помещение. *** Здесь холодно, но зато свежо. Эта свежесть отрезвляет. В заднем кармане джинсов неприятно жужжит телефон. Хейли вытаскивает его и с силой бросает в стену напротив. Она опять сегодня сорвалась... Одна лампочка в самом дальнем углу перегорела, и свет мигает, периодически погружая все во тьму. Прямо как в заставке фильмов ужасов. Хейли усмехается. Она не боится. Давно перестала бояться. Девушка встает и медленно подходит к зеркалу, упираясь руками в бортики раковины. Да, она изменилась с тех времен. Только вот глаза остались те же... Говорят, глаза - зеркало души. Она видела много красивых глаз и мало красивых душ, чтобы поверить в это. Правда иногда Хейли кажется, что она возвращается в прошлое, стоит лишь пристально посмотреть в свои собственные глаза. Обиды, словно старые раны, вновь отчетливо всплывают в памяти, только теперь ей не больно. Они остались где-то далеко, за гранью. Жалеет ли она о чем-то? Нет. Это все должно было произойти; все в нашем мире естественно и закономерно. Человек должен жить одним мгновением. Жить так, как в последний раз. Смотреть вперед и не оборачиваться. Нельзя ни о чём жалеть. Никогда. Если есть будущее, то надо хотеть его сейчас. Мы все умрем, но оставим разный след в жизни. О своем Хейли точно не жалела. Она смогла добиться того, чего так хотела. Сама. Доказать всем и каждому. Не смотря ни на что. Она стала сильной, яркой, волевой. Такой, какой она должна быть. Какой она сама себя считает. Но самое главное - она стала свободной. От чертовых предрассудков, от чего-то мнения, от себя самой. - Охеренное чувство, - вслух говорит она отражению и улыбается. Да, кажется, сейчас она счастлива. Больше, чем когда-либо. Безумная эйфория. Словно, когда поешь на сцене перед многотысячной толпой, отдаваясь безумному ритму жизни. Только движение вперед. Это как целая вселенная. Своя собственная. Миллионы мыслей сливаются в одно целое, и ты кричишь, захлебываешься. Взрываешься. Вся жизнь проходит перед глазами в буйстве красок, и ты, словно сгусток небывалой энергии, делишься ей с другими. Вот твой смысл, твое предназначение. *** В баре пустынно и безлюдно, а еще неприятно пахнет пролитым алкоголем. Хейли идет мимо опрокинутых стульев к выходу. Глаза слезятся от слишком яркого света. Она выходит на улицу, кивком поприветствовав Джереми и Тейлора. Выходит навстречу новому дню. А в голове уже крутятся слова песни. Такой близкой и такой далекой одновременно. Где-то на линии горизонта видны первые лучи холодного утреннего солнца.