L'alba di domani

      В голове словно звучал набат. Оливье, мучимый жуткой жаждой, открыл глаза. Первое, что он увидел — ослепительно белый потолок. Он тут же зажмурился — свет больно резанул по глазам.       Дверь тихо скрипнула, а потом кто-то словно специально громко ей хлопнул. Оливье вновь распахнул глаза и резко обернулся. У двери стояла Бенедикт, в красивом сиреневом халатике, и с грозным видом. — Глазам своим не верю! — воскликнула она. — Я была о тебе лучшего мнения, Оливье!       Парень не мог осознать, что происходит. Но вдруг рядом кто-то пошевелился. Оливье похолодел. Он вскочил с кровати, сразу забыв о головной боли, и дернул на себя одеяло, обнажая того, кто спал с ним рядом. Жозе, лежавший на животе, уткнувшись лицом в подушку, что-то недовольно проворчал. Из одежды на нем были одни трусы. Собственно, как и на Оливье. Медленно, Жозе поднял голову, открыл глаза и посмотрел на Оливье. Несколько секунд его взгляд фокусировался на происходящем, а потом он тоже вскочил с постели. — Поверить не могу, — качала головой Бенедикт, впрочем, едва сдерживая смех. — Глупые шутки, — буркнул Жозе, — уровень второклассника. — Видел бы ты свое лицо, — Бенедикт веселилась от души, и, глядя на нее, Оливье тоже заулыбался. — Спускайтесь завтракать, — улыбнулась ему Бенедикт и выскочила за дверь, все еще хихикая.       Проходя мимо спальни Аделины, она заглянула в приоткрытую дверь. Аделина сидела у зеркала, расчесывая свои длинные волосы. Кристоф спал, на небольшой софе, стоявшей у окна, и был похож на большого ребенка. — Он что, так и спал здесь всю ночь? — поинтересовалась Бенедикт у подруги, тихо приблизившись к ней. — Да, — Аделина грустно улыбнулась. — Сказал, что сейчас настолько безрассуден, что хочет провести эту ночь со мной. Жаль, что хватило его только дойти до софы и скинуть куртку.       Она рассмеялась, и Бенедикт тоже не сдержала смешка. — Буди его, и приходите завтракать, — Бенедикт вышла за дверь, оставляя Аделину дальше приводить себя в порядок. Девушка собрала волосы в хвост и отложила расческу. Она тихо, стараясь не скрипеть половицами, приблизилась к парню и присела на колени, разглядывая его расслабленное лицо. Он сейчас был таким умиротворенным, таким беззащитным и таким… родным? — Если бы ты знал, какой ты милый, — тихо прошептала она, — таких как ты просто не бывает на свете. Но я тебя уже потеряла. Потому что, будучи слишком самоуверенной, не видела, что любовь рядом со мной, — и она легонько коснулась губами его губ, надеясь, что этот украденный поцелуй не разбудит парня. Смахнув слезинку, она поднялась и вышла из комнаты.       Кристоф открыл глаза и повернулся на спину, уставившись в потолок. Эта девушка губила его, словно яд, словно наркотик, вызывающий привыкание. Он не мог быть рядом, потому что она убивала его, но как только он пытался уйти, остановиться, отвязаться от этой любви — она вновь пыталась захватить его в свой плен. И хуже всего было то, что от ее слов его сердце сейчас сходило с ума.       Он встал с кровати и потянулся, разминая затекшие мышцы спины — ночь в неудобном положении давала о себе знать. Кристоф сейчас смутно помнил, что нес вчера в полубреду, но, кажется, больших глупостей не натворил. Хотя, как же он оказался в спальне Аделины? — Проснулся? — послышался мелодичный голос девушки. — А я как раз хотела тебя будить. — Да, — Кристоф неловко улыбнулся. — Прости, что вторгся к тебе так бесцеремонно. — Все в порядке, — Аделина улыбнулась. — Ты вел себя очень по-джентльменски. Надеюсь, тебе не было слишком неудобно? — Ничего, мне не привыкать. Я пойду в ванную, если ты не против, конечно.       Аделина проводила его взглядом, и, когда он вышел за дверь, тяжело вздохнула. Так вот значит, каково это — больше не чувствовать любви от человека, который дорог.       Она вышла из комнаты и лицом к лицу столкнулась с Джимми. — Привет, — улыбнулся тот чуть растерянно. — Надеюсь, мы не слишком вам досадили ночью? — Все в порядке, — ответила на его улыбку Аделина. — Но я бы на твоем месте не попадалась на глаза Лали. Линда еще спит? — Нет. Должно быть, уже спустилась готовить завтрак.       Аделина кивнула, и вместе с ним спустилась вниз. Линда действительно была здесь и хлопотала у плиты, Джоанна расставляла тарелки. Здесь же обнаружился Джон, с интересом листавший каталог музыкальных инструментов. — А где Бене? — спросила Аделина после приветствия. — Я думала, она уже спустилась. — Она наверху, — усмехнулась Джоанна. — У нее почетная и опасная миссия — разбудить Лали. Ну и удостовериться, что наши влюбленные голубки встали. — И все-таки, ты — злюка, Джоанна, — улыбнулась Линда. — Жозе ведь у нас «латиноамериканский мачо», а ты так портишь его репутацию. — А нечего напиваться до такого состояния, что нам пришлось тащить его на себе. А остальным — не повадно будет поддерживать его. — Вот здесь я Джоанну полностью поддерживаю, — Лали как обычно, словно маленький вихрь, ворвалась на кухню. Судя по одежде, она уже давно проснулась. Схватив с тарелки круассан, она ткнула им в сторону Джимми, — нечего врываться в два часа ночи и будить весь дом своим топотом. «Линда, ангел мой», — передразнила она. — А ты куда собралась, подружка? — удивленно спросила Аделина. — У меня есть очень важное дело, — довольно сообщила Лали. — Я иду завтракать с Лораном. А потом мы поедем в его загородный дом на все выходные… А вот, кажется, и он, — улыбнулась она, услышав сигнал автомобиля, и поспешила к выходу. — Похоже, она очень счастлива, — заметил Джон. — Я надеюсь на это, — задумчиво отозвалась Джоанна. — Может быть, Лоран действительно сможет залечить ее раны от ухода Себастьена…       Ее слова прервали громкие шаги по лестнице, и в кухне появился недовольный Жозе, а следом и Кристоф с Оливье. — Идиотские шутки, — ворчал Жозе. — И кому только в голову пришло подобное? Джоанна и Бенедикт переглянулись и улыбнулись друг другу. — Давайте завтракать, — хлопнула в ладоши Линда, поставив на стол кофейник, и присаживаясь рядом с Джимми. Бенедикт замешкалась, когда увидела, что свободное место осталось между Оливье и Жозе, но туда тут же плюхнулся Кристоф, словно заметив ее нерешительность. Бенедикт едва заметно улыбнулась ему и присела рядом с Джоанной.       Едва Жозе потянулся за первым тостом, в дверь позвонили. — Я открою, — вздохнула Бенедикт, поднимаясь со стула. Учитывая, что было раннее утро, и все их друзья сейчас собрались в доме, девушке было очень любопытно: кто же решил нанести им визит? Открыв дверь, она замерла, а потом с радостным криком бросилась обнимать неожиданных, и в то же время таких долгожданных гостей.