Любимая учительница

      Его не интересовали больше другие женщины. Жены, наложницы, рабыни. Все они были послушны и предсказуемы до зубного скрежета. Они могли лишь падать ниц при виде Его величества, ублажать его, рожать и воспитывать детей. Женщины Сиама были покорны, буквально смотрели в рот своему Повелителю жизни, жадно ловя каждое слово и сию секунду выполняя любое его распоряжение.       О чем можно было говорить с любой из жен? Можно ли было спросить совета? Конечно нет.       Анна была совсем другой, выгодно отличаясь от всех остальных. Она была умна, красива и имела чувство собственного достоинства, чем, собственно, и покорила Монгкута. И своей непокорностью тоже. Нельзя сказать, что Анна была единственной непокорной женщиной в Сиаме. Была еще одна. Но Таптим не была умна как Анна. Та, скорее, была безрассудна.       Теперь Королю очень не хватало ее. Наверное, так не хватает воздуха утопающему.       Эта женщина зажгла в нем то, чего у него не было ни с одной другой женщиной. Она возбудила его душу, его сердце, а не его плоть. Он понимал, что никогда не сможет обладать ею. Хотя нет, обладать — неправильное слово.       Мадам Леонуэнс никогда не станет в один ряд с наложницей. Не позволит ее характер. Не позволит сам король. А взять ее в жены не позволял закон. И опять же, Анна не согласилась бы.       Он постепенно привыкал жить без любимой учительницы. Без той, что видела его слабым, рыдающим, прижимая к себе только что умершую малышку Файин. Она была той единственной, что видела его не королем, не любовником, а человеком.       И вот теперь, на исходе жизни, он желал снова увидеть ее, в последний раз.

***

      — Мадам Леонуэнс, — в комнату, где Анна занималась с учениками, заглянула помощница, — к вам гости. Посланник от короля Сиама.       При упоминании этой страны у женщины бешено заколотилось сердце. Несмотря на пролетевшие годы с того времени, как она покинула Сиам, воспоминания не угасли. Она помнила все, словно уехала оттуда только вчера.       В комнату вошел подтянутый мужчина восточной внешности и склонился в почтительном полупоклоне.       — Я прибыл по приказу короля Сиама Чулалонгкорна! — отчеканил гость.       Анна вздрогнула, как от удара, услышав имя старшего сына Монкгута. Неужели прежнего короля больше нет?       — Король Монкгут хочет вас видеть у себя! — продолжил посланник короля.

***

      Король не вставал с постели. Болезнь скосила его. Он понимал, что совсем скоро он отправится туда, откуда не возвращаются и очень надеялся на то, что его подданные найдут Анну. Надежды оправдались.       Мадам Леонуэнс прошла к кровати короля, склонившись перед ним как подобает обычай. Она делала это впервые, но выглядело это так просто и непринужденно.       — Это точно моя учительница? — с легкой усмешкой проговорил Монкгут, протягивая руку своей гостье.       — Это я, сэр, — улыбнулась Анна, поднимая голову. Она уже знала, что их встреча — первая и последняя через много лет.       — Тогда встаньте, — попросил уходящий король, — моя учительница всегда стояла в присутствии короля.       Анна повиновалась. Король взял ее ладонь в свою руку и поднес к губам. Женщина в ответ накрыла его руку своей ладонью, не скрывая слез. Они снова прощались. Теперь уже их будут разделять не километры, а тот невидимый барьер, отделяющий живых от мертвых.