Classified. В лабиринте секретных служб

- Четыре месяца. — Что? — Мы не виделись с тобой четыре месяца, — Грейс Пирсон укоризненно посмотрела на Лили. — Свадьбу твоего брата я не считаю. Ты не звонила, ты даже не отвечала на сообщения. Полностью растворилась в своем Адаме. — А разве у тебя с Питом было не так? — улыбнулась Лили. — Вспомни себя, Грейс. — Возможно, — протянула Грейс, — но все равно я не пропускала ни одной вечеринки. — Ага, вот только постоянно болтала с ним по телефону. Лили сделала глоток коктейля и выжидающе посмотрела на подругу. С Грейс они подружились на первом курсе в Хогвартсе и с тех пор практически не расставались. Неугомонная светловолосая полукровка не давала заскучать преподавателям, и порой письма из Хогвартса с сообщениями о нарушении правил приходили даже родителям Лили, но те знали, что зачинщиком ночных вылазок была вовсе не она. По окончании школы волшебства Грейс решила посвятить себя все-таки маггловскому миру и поступила в юридический университет, где и познакомилась с Питером Уильямсоном. — Тебя не переспорить, я знаю, — фыркнула Грейс. Лили довольно кивнула, откинувшись на спинку дивана. — Еще ты забываешь про мою учебу. Практика, дежурства… Порой я сплю по 10 часов в неделю. — А это потому, что ты ночуешь не у себя дома, — хохотнула Грейс. — Грейс, — простонала Лили, — не начинай. — Ну разве я не права? — улыбалась та. — Ты же постоянно в Праге у Адама. Хотя я тебя понимаю, он просто отпад. Когда он появился на свадьбе Альбуса, Кетлин наверняка пожалела, что уже выходит замуж. — Прекрати! — Лили со смехом запустила в Грейс маленькую диванную подушку. — Да внимание всей женской половины было приковано только к Адаму, — не унималась Грейс, продолжая дразнить Лили. — Могу их только пожалеть, — с наигранной злостью прошипела Лили. — Он на тебя плохо влияет, знаешь? — засмеялась Грейс. — А вообще… ты… в самом деле планируешь связать с ним свою жизнь? — Это так удивляет? Только не говори мне про разницу в возрасте. — Нет, я не об этом. Просто он такой необычный. — Ауг это что-то необычное? — усмехнулась Лили. — Но у него боевые аугментации. Ты сама это говорила. — Это его работа, — пожала плечами Лили, задумчиво перебирая пальцами коктейльную трубочку. — Он совершенно не опасен. И на свадьбе он спас нам жизнь. — Да, кое-что я успела увидеть, — негромко произнесла Грейс. — Он появился словно из ниоткуда, как маг. И… в такой форме… Он был похож на тех, кто напал. — Это бронекостюм, — пробормотала Лили. — Я видела сотрудников Интерпола. Обычная одежда, и лишь тонкий жилет с надписью «Интерпол» на спине… — Интерпол бывает разный, Грейс, — перебила ее Лили. — А эти свежие шрамы, от которых ты так старательно избавляешься с помощью волшебной мази? Ты сказала, что им уже больше месяца. А они все еще заметны. Лили вздохнула. Раньше ее лучшая подруга знала о ней все. Теперь же в жизни появились тайны, в которые Лили не могла уже ее посвящать. — Это долгая история, но Адам тут не причем. — Ты очень изменилась с ним, — Грейс села на диван рядом с Лили. — Я волнуюсь за тебя. — Это лишнее, — улыбнулась Лили. — Со мной все в порядке. — Тогда не пропадай больше на такой долгий срок, — Грейс толкнула Лили плечом. — И сегодня мы идем «Руф Гарденс». — Грейс… — Отказ не принимается! Соберемся своей компанией, как в старые добрые времена. Я уже все забронировала. — Вот неугомонная, — улыбнулась Лили. — И ты даже не будешь все это время звонить Питу? — Не-а, — с хитрой улыбкой ответила та. — Потому он идет с нами! * * * «Руф Гарденс» был одним из самых эксклюзивных и загадочных клубов Лондона, и Лили влюбилась в него с первого взгляда. Самые настоящие сады, созданные еще в тысяча девятьсот тридцать восьмом году на крыше одного из зданий в районе Кенсингтон, очаровывали, окутывали какой-то своей магией. Английский сад, населенный фламинго. Сад в стиле Тюдоров, украшенный фонтаном и миниатюрными озерцами. И испанский пальмовый сад. Стильное освещение, завораживающий вид на ночной Лондон, невероятно уютная атмосфера, потрясающая музыка — все это отвлекало от тяжелых мыслей, даря необходимое расслабление. Единственное, что могло расстроить Лили, — отсутствие рядом Адама. Так хотелось уединиться с ним у одного из фонтанов, прижаться к широкой груди и наслаждаться спокойствием под умиротворяющее журчание воды. Но сейчас Адам снова был в Големе, и Лили заставляла себя не брать в руки телефон, чтобы не отвлекать Адама каждые десять минут только из-за своего желания услышать его голос. — Ты чего заскучала? — раздался неожиданно над ухом голос Грейс. — Я не заскучала, — ответила Лили, неохотно выныривая из своих мыслей. — Наоборот, расслабляюсь. Хотя немного устала уже. — А это все потому, что давно так не отдыхала, — улыбалась Грейс и протянула Лили бокал. — Вот, попробуй. Отличная вещь. Лили взяла бокал, но пить не хотелось. От громкой музыки уже побаливала голова, а от разнообразных вкусов коктейлей уже подташнивало. Впрочем, легкая тошнота преследовала Лили уже второй день, и она списывала это на отсутствие нормального питания. В последнее время Лили порой ела один раз в день, либо перебивалась какими-то перекусами на бегу. И теперь решила, что организм дает ей ответную реакцию. Решив завтра заняться своим здоровьем, Лили вернулась к друзьям, старательно отгоняя от себя мрачные мысли и беспокойство. Но на следующий день все стало еще хуже. Едва проснувшись, Лили тут же помчалась в ванную, а через несколько минут, умывшись холодной водой, встревоженно вглядывалась в свое отражение в зеркале. Взгляд упал на белеющий шрам на плече, и в памяти всплыли слова Грейс. «…уже больше месяца…». Вздрогнув, Лили отшатнулась от раковины, почувствовав, как тело обдало волной ледяного ужаса. Дело было вовсе не в переутомлении или отсутствии нормальной еды. Все было хуже. Гораздо хуже. Лили шагнула назад, ткнувшись спиной в стекло душевой, ноги подогнулись, и она осела на пол. Перед мысленным взором возник флакон с зельем, что уже который месяц стоит на тумбочке возле кровати в спальне Адама. Один раз. Всего один раз Лили не выпила зелье. В ту проклятую ночь, когда на них с Адамом напали в его квартире. Один чертов раз. Лили провела по лицу руками, размазывая по щекам слезы. Она понятия не имела, что делать дальше. Спустя какое-то время, счет которому Лили потеряла, дрожа от холода и страха, она заставила себя подняться и, вернувшись в комнату, села на кровать. Дотянулась до тумбочки, открыла нижний ящик. Там, среди маленьких исписанных блокнотов, пары небольших упаковок ручек, лежал маггловский тест на беременность, который Лили ради шутки купила в прошлом году. — Ради шутки… — шепотом повторила Лили вслух свои мысли, беря в руки маленькую яркую коробочку. Конечно, можно было воспользоваться более точным способом, всего лишь произнеся нужное заклинание, использовав волшебную палочку. Но Лили хотела оставить себе хоть каплю надежды, наивно полагая, что если тест окажется отрицательным, то все ее страхи сразу уйдут. Но уже через пять минут продолговатая пластмасска бесшумно упала на мягкий ковер, выскользнув из ослабевших пальцев. На цифровом дисплее светился вынесенный Лили приговор — «3 недели». * * * — Просто ответь на мой вопрос, Меган, — Пейдж медленно прогуливался по ее кабинету, сунув руки в карманы брюк. Меган хмуро наблюдала за ним, сцепив под столом пальцы в замок. — Меган? — вкрадчиво произнес Пейдж, нависая над ней. — Да, «иммунитет» от «орхидеи» не спасет от воздействия БиоНейрина, — негромко ответила Меган. — «Иммунитет», — усмехнулся Пейдж. — Мутация. — Чего ты хочешь, Боб? Уничтожить всех аугов? Остаться единственным аугментированным? — Я еще не решил, — привычно растягивая слова, ответил Пейдж. — Что с новой формулой? — Она готова. Нейропозин больше не является нейтрализатором БиоНейрина. — Умница, — улыбнулся Пейдж. — Не вынуждай меня больше сомневаться в тебе. Он вышел из кабинета, и Меган тяжело вздохнула. Она солгала. Далеко не первый раз в жизни, но Пейджу — впервые. БиоНейрин остался тем же ядом, спастись от которого возможно только инъекцией нейропозина. Меган сложила руки на столе и опустила на них голову. Она устала бояться, устала потакать желаниям Пейджа, который уже как будто нацелился на мировое господство. А еще Меган поняла, что в какой-то степени завидует Лили. Ее упорство, ее смелость противостоять таким, как Пейдж… Этого не хватало Меган. Впрочем, за Лили стоял Адам, а Меган была одна. Дотянувшись до своей сумочки, Меган достала ключи, сжала в пальцах брелок в виде объемного ромба и с тихим щелчком раскрыла его. Крошечная совместная фотография с Адамом… Решительно поднявшись, Меган взяла телефон и, найдя нужное имя, медленно поднесла его к уху. * * * Адам захлопнул за спиной дверь, повесил пальто и устало опустился на диван. Сдвинулся ближе к краю сидения, вытягивая ноги и принимая полулежачее положение. Включил телевизор и достал пачку сигарет. Вчера утром Лили сказала, что будет ждать его возвращения из Голема в его квартире, но сегодня утром сообщила, что у нее неожиданно поменялись планы. Неуверенно произнесла что-то про вызов из госпиталя и торопливо попрощалась. Адам затянулся и прикрыл глаза. В голосе Лили отчетливо была слышна тревога, но на все вопросы она как заведенная отвечала, что все в порядке. Адам потушил окурок, поднялся, чтобы налить себе виски, и снова уселся на диван. Поведение Лили заставляло его волноваться, особенно учитывая недавние события. Сделав глоток виски и закурив очередную сигарету, Адам уже собирался было связаться с Лили, но не успел он активировать инфолинк, как тот ожил сам. На дисплее сетчатки высветилось имя Притчарда. — Чем обязан, Фрэнсис? — протянул Адам, пытаясь скрыть раздражение от того, что звонок Лили приходится отложить. — Не уверен, что поступаю правильно, — раздался непривычно неуверенный голос Притчарда, — но кое-кто просит связать с тобой. — И кто это? — вздохнул Адам. В инфолинке едва слышно щелкнуло. — Адам? Это Меган. * * * Лили весь день просидела в своей комнате, не в силах не то, что бы спуститься вниз, но даже хоть на минуту отвлечься на что-нибудь, будь то телевизор, книга или разговор с кем-нибудь. Весь день она пыталась представить, как на ее новое состояние отреагирует Адам. И нужно ли вообще сообщать ему? Мысли Лили хаотично метались от уверенности в том, что он должен знать, до желания скрытно ото всех прервать беременность. Но с каждым часом Лили все больше убеждалась, что прерывать она не хочет. Это был ребенок Адама, его частичка, и Лили казалось, что, убив ее, она предаст Адама, предаст себя, предаст их чувства. И спустя еще час, когда уже иссякли все отговорки для взволнованной мамы и Лили вышла из комнаты, она приняла для себя решение. — Наконец-то, — улыбнулась мама, увидев Лили. — Я уж думала, ты до утра просидишь в комнате. Снова решила изучить материал на полгода вперед? — Что-то вроде этого, — отозвалась Лили, наливая себе чай. — Все в порядке? Выглядишь очень уставшей. — Да, все нормально, — Лили прошла в гостиную и села на диван. — Повздорили с Адамом? — мама появилась в дверном проеме, внимательно глядя на Лили. — Нет, мам, все хорошо, — она попыталась придать лицу расслабленное выражение, но, видимо, получилось не очень правдоподобно. — Но я же вижу, что с тобой что-то происходит, — мама села рядом и положила руку на плечо Лили. — Что случилось? — Просто устала, — натянуто улыбнулась она. Мама склонила голову набок. — В чем дело, Лили? Она коротко глянула на маму и опустила взгляд в чашку, которую сжимала обеими руками. В глазах защипало, и Лили поняла, что уже не может сдерживаться. Ей необходимо было с кем-нибудь поговорить. — Лили? — повторила мама, явно заметив, как ее глаза наполнились слезами. — Я беременна, — прошептала Лили. Мама тихо охнула, выпрямившись, но тут же взяла себя в руки. — Ты сегодня это узнала? — Да, — еще тише произнесла Лили. — Но… зелье… Если оно закончилось, тебе надо было сказать… — Оно не закончилось, — перебила Лили, — но в ту ночь, когда на меня напали… Я пропустила один прием. — Адам знает? Лили молча покачала головой. — Я боюсь ему говорить, — она почти всхлипнула. — Что уже случилось? — отец появился неожиданно, заставив и Лили, и маму вздрогнуть. Лили закрыла лицо руками. К разговору с отцом она была не готова. — Лили беременна, — тихо сказала мама. — Твою ж мать… — Гарри! — А я говорил тебе, что этим все закончится, но ты ведь настаивала, что «пусть девочка живет с любимым человеком». Пожила? — Гарри! — прошипела мама. — Виновник-то хоть что говорит? — Он еще не знает. — Так он сейчас находится в счастливом неведении, — фыркнул отец. — Адам… не хочет детей, — наконец подала голос Лили. — Что значит не хочет?! — громкий голос отца раскатом прошелся по комнате, возвращая Лили в то время, когда он категорически был против ее отношений с Адамом. — Есть причина, — тихо ответила Лили. — Какая же? Что еще мы не знаем о нем? — Гарри, мягче, пожалуйста, — требовательно произнесла мама и посмотрела на Лили. — Какая причина? Лили вздохнула. — В свое время «Версалайф» под видом поисков лекарства для смертельно больных детей ставил опыты. На детях. В лаборатории «Белая спираль». Там работали родители Адама. Биологические родители. Что их побудило отдать на опыты и своего ребенка, я не знаю, но Адам единственный, кто выжил. Ему тогда было пять лет, — Лили замолчала и отставила чашку в сторону. — У него изменена ДНК. Удалена одна цепочка. Он ни разу не болел за свою жизнь. Вообще. И у него нет отторжения имплантов, ему не нужен нейропозин. Поэтому он так относительно легко перенес столь обширное аугментирование. И в принципе, он прав. Неизвестно, как все это может отразиться на его детях. Отец шумно вздохнул, но ничего не сказал. — Что ты планируешь делать? — мягко спросила мама. Лили закусила губу, чтобы не расплакаться. — Не знаю. С одной стороны, мне очень страшно. Я не готова ко всему этому. Но с другой… — она все-таки всхлипнула. — Я не хочу убивать этого ребенка. Совершенно не хочу. Мама обняла Лили за плечи, прижимая к себе. — Я думаю, тебе стоит поговорить с Адамом. Что бы ты ни решила, в любом случае, он должен знать. — Он уже как-то говорил, что категорически против, — прошептала Лили, смаргивая слезы. — Ну возможно, ему придется поменять свою точку зрения, — произнес отец. — Насколько я его знаю, он понимает, что несет за тебя ответственность. — Это все моя вина, — Лили вытерла слезы, но по щекам тут же стекли новые капли. — В чем ты виновата? — возмутилась мама. — В том, что когда какие-то отморозки тебя чуть не убили, ты в тот момент не вспомнила про зелье? Даже не смей так думать. Давай-ка ты сейчас успокоишься и расскажешь, как себя чувствуешь. Если ты решила для себя, что ни о каком прерывании и речи быть не может, в чем мы с отцом тебя полностью поддерживаем… Так ведь, Гарри? — Коне-ечно, — сразу отозвался тот, но Лили знала, что на самом деле у отца немного иная точка зрения. — Молодец, — кивнула ему мама. — То с этой минуты тебе надо как следует себя беречь. Сейчас я дам тебе успокоительное, и ты хорошенько выспишься. — Есть еще одна проблема, — заговорил отец. — Гарри, — сквозь зубы процедила мама. — Портал в Прагу, — закончил он. — Точно, — выдохнула мама. Лили резко выпрямилась, отстраняясь от нее. — Мне нельзя пользоваться порталом? — Ни порталом, ни аппарацией, ни камином, — покачала головой мама. — Теперь придется Адаму мотаться в Лондон. — Но у него нет столько свободного времени, — взволнованно произнесла Лили. Об этом она совсем забыла. — Найдет, — пожал плечами отец. — Сиди здесь, — сказала мама Лили, — я сейчас все принесу, — она быстро поднялась и направилась в сторону кухни. — Ничего не говори, — почти прошипела она, когда проходила мимо отца. Но он тут же сдвинулся с места и, подойдя к Лили, присел перед ней, положив руки ей на колени. — Не бойся, — тихо произнес он, — это не конец жизни. Учебу сможешь продолжить позже, она никуда от тебя не денется. А Адам, я уверен, не сделает и не скажет ничего, что могло бы тебе навредить. — Спасибо, — сквозь слезы улыбнулась Лили и, скользнув с дивана на пол, крепко обняла отца за шею. * * * Адам медленно выпрямился. — Мэг? — Да… здравствуй… Прости, что вот так вторгаюсь, но… я хотела бы с тобой поговорить. Можно? — О чем? — О том… что происходит. — Лучше расскажи, что ты создала, — хмыкнул Адам, выдохнув сигаретный дым. — Я… Да, но… это долгая история. — Да, Мэг, ты всегда уходила от разговоров. Адам повернул голову и посмотрел на стоящий на кухонном столе-острове букет цветов. Лили настолько радостно реагировала на цветы, что у Адама уже почти вошло в привычку заказывать в доставке свежий букет как только предыдущий начинал вянуть. — Я понимаю, я очень перед тобой виновата, и нам многое надо обсудить… — Это в прошлом, — перебил Адам. — А сейчас давай по существу. Тебя окончательно прижали шантажом, и ты ищешь помощи? Или решила затеять новую игру? — На твоем месте, я бы тоже не стала доверять мне, но на самом деле я — как бы смешно сейчас это ни звучало, — переживаю за тебя. — Мэг… — резко начал Адам, но Меган перебила. — Я ни о чем не прошу, Адам. Даже если бы мне и хотелось. Знаю, что все упущено, но… Послушай, пожалуйста. «Орхидея» действует, как… — Я знаю, как она действует, и даже успел испытать на себе. — Но БиоНейрин другой. Ты от него не защищен. В малых дозах он сразу не убивает, но имеет свойство накапливаться в организме. Большая доза смертельна, но есть «окно» — максимум час. Если в это время вколоть нейропозин — достаточно обычной разовой дозы, — то бОльшая часть БиоНейрина нейтрализуется. Но есть еще кое-что. Пейдж потребовал изменить формулу, сделать так, чтобы антидота не было. Я не знаю, Адам, чего он хочет, но… возможно, он решил подменить нейропозин этим ядом. И каждая ампула, любым путем попавшая к аугу, станет для него последней. — Я не принимаю нейропозин, ты же знаешь, — сказал Адам, заподозрив, что Лили, упомянув клинику, на самом деле направится в Сан-Франциско. Дотянувшись до ноутбука, он запустил программу отслеживания. — Знаю, — вздохнула Меган. — Но я просто хочу, чтобы ты знал возможную опасность. Программа загрузила карту и показала, что Лили находится дома в Лондоне. Или ее серьги. — С чего вдруг такая забота, Мэг? — Наверное, потому, что я устала от всего этого, — ее голос слегка дрогнул. — Наверняка ты считаешь меня расчетливой сукой, но… я верила в то, что делала. Верила в лучшее. А теперь, видя, к чему это все привело, и… это ведь еще не конец… Я жалею, что приложила к этому руку. Если я хоть чем-то смогу тебе помочь это остановить… — она замолчала и глубоко вздохнула. — Хотя нет. Я хочу, чтобы ты был осторожен. Те, кто стоит за всем этим… Их не победить, Адам. — Но я все же попробую, — ответил он. — Тебя не переубедить, да? — Да. У меня есть причина не останавливаться. — Я даже знаю, как зовут эту причину, — тихо произнесла Меган. — Что ж… рада была тебя услышать, Адам… — Удачи, Мэг. Адам отключил инфолинк и прикрыл глаза. Это было слишком неожиданно. Воспоминания, от которых Адам уже успел избавиться, снова накатили. Он не сравнивал Меган с Лили. Лили была для него слишком важна, чтобы ставить ее в сравнение с кем бы то ни было. Даже если надо будет умереть за нее, Адам ни секунды не будет раздумывать. Впрочем, не так уж и давно он и из-за Меган пересек полмира. Адам поднялся, намереваясь пойти в душ, как инфолинк снова ожил, сообщая вновь о входящем звонке от Притчарда. — Что-то еще? — спросил Адам. — Всего лишь хотел узнать, как все прошло? — ответил Притчард. — Серьезно? — фыркнул Адам, снимая верх бронекостюма. — Наша великолепная ученая, перебежавшая по другую сторону баррикад, вдруг вот так просто решила выйти с тобой на связь? Неужели соскучилась? — Все гораздо проще, Фрэнсис. Она хочет, чтобы я остановился. Рассказывала, насколько это все опасно. — Кажется, она забыла, с кем имеет дело, — хмыкнул Притчард. — Тебе не кажется, что это был заказной звонок? — Я уже ничему не удивлюсь, — вздохнул Адам. — Ты дал ей доступ к инфолинку? — Нет. Но она и не просила. — Соединять, если снова объявится? Адам зашел в ванную. Взгляд сразу упал на полку, заставленную Лили десятком различных своих бутылочек. — Да. Интересно, к чему все это приведет. * * * На утренней пятиминутке Лили совершенно не могла сосредоточиться на словах доктора Норвуда. Все ее мысли были далеко от этой клиники со всеми ее пациентами и их проблемами. После вчерашнего разговора с мамой стало легче, но лишь слегка. Самое трудное было еще впереди — сказать Адаму. Как Лили ни пыталась, она не могла представить себе, как он отреагирует. Непривычно резкая реакция Адама на ее слова о детях слишком прочно засела в памяти Лили. Хотя она не могла понять, чего боится больше. Что он разозлится? Или обвинит ее? Или вообще бросит? Лили вздохнула. Нет, Адам вряд ли на такое способен. Но к чему Лили уж точно пыталась себя подготовить, так это к тому, что радости Адама она точно не увидит. Вечером Лили, несмотря на слова мамы о том, что ни о каком способе магического перемещения и речи быть не может, активировала портал в квартиру Адама. Если бы она добиралась до Праги маггловским транспортом, Адам бы моментально заподозрил неладное. И никакие отговорки Лили не спасли бы ее. А она хотела сначала выяснить, какое у него настроение, готов ли он к той новости, которую Лили собирается ему сообщить. Адама дома еще не было. Лили знала, что он будет поздно — разговаривала с ним днем по телефону и так старательно делала беззаботный голос, что почти сама себе поверила, что ничего не произошло. Приготовила ужин, забралась с ногами на диван и включила телевизор, всеми силами стараясь создать привычную обстановку. Нельзя раньше времени позволить Адаму заподозрить что-то неладное. Вздрогнув от щелчка замка, Лили поняла, что успела задремать. Быстро поморгала, прогоняя остатки сна, и поспешила навстречу Адаму. — Я уснула, пока тебя ждала, — улыбнулась Лили, обвивая руками шею Адама. — Задержался, прости, — негромко ответил он, целуя ее. — Раздевайся, я подогрею ужин, — Лили еще раз коротко его поцеловала. — У тебя все нормально в клинике? — спросил Адам, скрываясь в спальне. Рука Лили дрогнула, вилка едва не выскользнула из ослабевших пальцев. — Конкретно у меня, да, — ответила она, надеясь, что голос не дрожал. — Не отдала еще Норвуду формулу, которую выкрала в Сан-Франциско? Лили посмотрела в сторону спальни. Она не была готова разговаривать на эту тему. Да и на любую другую тоже. Единственное, что ее волновало, — как рассказать Адаму о ребенке. — Нет. Не знаю, как объяснить ему, где я ее взяла. Адам появился в комнате, на ходу натягивая белую футболку. — Я вчера разговаривал кое с кем. По поводу БиоНейрина. — С кем же? — Лили поставила тарелку на стол. — С Меган. Вилка звякнула о тарелку сильнее, чем Лили рассчитывала. Она вскинула взгляд на приближающегося Адама. — У нее есть доступ к твоему инфолинку? — недовольно произнесла Лили. Оказывается, есть тема, которая способна отвлечь ее от мыслей о беременности. — Нет, конечно, — хмыкнул Адам. — Она позвонила Притчарду, и он соединил со мной. — И что же она сказала? — Лили чувствовала, как ее все больше одолевает злость. — Примерно то же, что и тебе, — какая серьезная опасность подстерегает меня, — вздохнул Адам, проведя рукой по короткой бородке. — Но это не важно. Она сказала, что БиоНейрин нейтрализуется нейропозином, если вколоть его в течение часа после инъекции БиоНейрина. Вот только Пейдж дал команду изменить его формулу и убрать эту спасительную возможность. Лили нахмурилась. — Почему она вдруг решила поделиться с тобой этой информацией? — Лили, я не знаю, — как-то устало произнес Адам. Или раздраженно? Лили вернулась на диван и хмуро уставилась в телевизор. — И как часто она теперь будет названивать? — У нее нет доступа к инфолинку, — медленно проговорил Адам. — И я хочу обсудить с тобой действие этого яда, а не разговор с Меган. — Почему же, когда я передала тебе ее слова об опасности, ты разозлился? — Потому что не хочу, чтобы она имела хоть какое-то влияние на тебя, — Адам оперся руками на кухонный стол, внимательно глядя на Лили. Она нервничала, понимая, что ее попытки вести себя как обычно вот-вот с треском провалятся. Но Адам вдруг внезапно улыбнулся. — Чего ты смеешься? — буркнула Лили. — Почему в тебе столько ревности? — со смешком отозвался Адам. — Может, потому, что ты слишком хорош, и все так и норовят получить твое внимание, — хмуро ответила Лили, безуспешно пытаясь взять себя в руки. Зря она сегодня не выпила то зелье, что настойчиво давала ей мама. — Мне кажется, или буквально еще пару недель назад тебя это не так сильно беспокоило? Лили молчала, боясь, что если развить эту тему, все может дойти и до небольшой ссоры, а портить настроение Адаму она не хотела. — Давай лучше поговорим про БиоНейрин? — предложила она. — Будет лучше, если ты расскажешь, что конкретно тебя так беспокоит, — ответил Адам, подходя к ней и садясь рядом. — Такое поведение тебе не свойственно, Лили. Что происходит? Она опустила голову, сжимая пальцами виски. Внезапно снова накатил приступ тошноты. — Лили? — позвал ее Адам. — Что с тобой? Расскажи сейчас, чтобы потом не было поздно. Она покивала, чувствуя, что не может больше сдерживаться. — Я… сейчас, — Лили резко встала, быстро направляясь в ванную. Адам не сдвинулся с места, и когда Лили вернулась в комнату, выжидающе на нее смотрел. Она подошла к дивану, но садиться не стала, замерла на небольшом расстоянии, словно боялась подойти ближе. — Мне действительно надо тебе кое-что сказать, — тихо начала Лили, избегая встречаться с Адамом взглядом. Нервно крутила в пальцах волшебную палочку. — Только не перебивай меня, ладно? Мне и так трудно это говорить… — она коротко глянула на Адама. Он смотрел напряженно, и Лили даже не могла себе представить, какие мысли крутятся у него сейчас в голове. — Я… — она запнулась. Одно-единственное слово никак не получалось произнести вслух. Лили вздохнула, прикрыв глаза. — Я… беременна, — и тут же быстро заговорила: — Помню, что ты мне об этом говорил, и знаю, что ты категорически против. Это все моя вина. Я убедила тебя, что можно полностью на меня положиться, что я серьезно к этому отношусь и не допущу промаха, но… Но в ту ночь, когда на нас напали… Я еще не успела выпить зелье, а потом… потом было не до этого, и теперь… Теперь случилось то, что… случилось. И ты был совершенно прав, когда говорил, почему именно ты против, и я с тобой согласна, но… — Лили быстро вытерла скатившиеся слезы. — Но я очень хочу оставить этого ребенка. Она замолчала, все так же глядя вниз, на свои руки. Адам тоже молчал, и Лили не знала, то ли он ждет, что она еще заговорит, то ли молчит от удивления, злости или еще по какой причине. Когда Адам поднялся, Лили вздрогнула, но с места не сдвинулась. — Ты вчера об этом узнала? — тихо спросил он, и Лили кивнула. — Ну это многое объясняет, — продолжил Адам. Медленно протянул руку, вытащил из дрожащих пальцев Лили палочку и положил на столик. Она взволнованно за этим проследила, не зная, что будет дальше. А Адам шагнул еще ближе и притянул Лили к себе, обнимая. — Ты чертовски напугана. Меня боишься? — Я не сдержала свое обещание, — прошептала Лили, вжимаясь в него. — В этом нет твоей вины, и ты наверняка это понимаешь. Но думала, что я заставлю тебя избавиться от ребенка? — Ты сказал, что против… — начала Лили, но Адам перебил. — Да, против, но это не значит, что я не хочу этого. — Правда? — Лили наконец подняла голову, чтобы посмотреть на него. — Да. Несмотря ни на что, эта новость все равно потрясающая, — Адам коснулся губами ее виска. — Я тебя обожаю, — улыбнулась Лили, крепко обнимая Адама. — Странно, что ты ожидала другую реакцию, — произнес он. — Не ожидала, — заспорила Лили, — но все равно очень волновалась. — Не надо было, — Адам увлек Лили за собой и посадил на диван. — Родителям хоть сказала? Или тоже боишься? — Сказала, — вздохнула Лили. — Мы можем скоро сделать анализ, взять образец ДНК и узнать, чего ожидать, — она внимательно смотрела на Адама, пытаясь понять, искренне ли он сейчас говорит с ней. — Это рискованно. — Да, но… зато мы будем знать, что все в порядке, — о другом результате она даже думать не хотела. — Но есть другая проблема, — она снова погрустнела. — Мне теперь нельзя пользоваться магическим перемещением. Сегодня я все-таки использовала портал. Ну… чтобы… — Чтобы я сразу ничего не заподозрил, — с улыбкой кивнул Адам. — Да, — Лили виновато улыбнулась в ответ. — Значит, ты теперь все время будешь проводить в Лондоне под охраной отца. Это еще одна приятная новость, — сказал Адам. — Не такая уж и приятная, — нахмурилась Лили. — Я привыкла, что могу увидеться с тобой в любую минуту. — Зато в Сан-Франциско появляться не будешь, — добавил Адам. Лили вздрогнула. — Об этом я не подумала. Адам крепче прижал к себе Лили. — Как вообще ты себя чувствуешь? Все нормально? — Теперь да, — облегченно выдохнула Лили, закрывая глаза. Самое страшное наконец было позади. — Когда надо вернуться в Лондон? — Послезавтра я должна быть на занятиях, — ответила Лили, с грустью думая о том, что с сегодняшнего дня ее встречи с Адамом станут очень редкими. — Значит, завтра придумаю, как вечером доставить тебя домой, — сказал он. — А сейчас ложись спать, уже поздно. — А ты? — Лили подняла голову, чтобы посмотреть на него, и Адам поцеловал ее. — Мне надо поговорить с Алекс, потом приму душ и приду. Измученная переживаниями, Лили заснула сразу же, но во втором часу ночи проснулась в кровати одна. Из комнаты не доносилось ни звука, и Лили быстро выбралась из кровати, зябко поежившись от холода. В комнате было совершенно темно, и Адама Лили заметила не сразу — только когда пролетающий на улице дрон слегка зацепил лучом света окно и высветил силуэт Адама. Присев на подоконник, он курил у открытого окна. И то ли он отключил радар, то ли настолько углубился в свои мысли, но Лили заметил лишь тогда, когда она коснулась его плеча. — Ты еще не ложился? — тихо спросила она. — Нет, — Адам выбросил сигарету и быстро закрыл окно. — Я тебя разочаровала? — еще тише спросила Лили. — Что? Нет конечно. — Тогда о чем ты так задумался? — Закрой окна, — скомандовал Адам «умному дому», и стальные жалюзи за стеклом медленно поползли вниз. — О том, как мне обеспечить твою защиту, — Адам подхватил Лили на руки и понес в спальню. — Я не могу больше ошибиться. В кровати Лили прижалась всем телом к Адаму, уткнувшись носом в его шею. — Со мной все будет хорошо, — прошептала Лили, проведя ладонью по груди Адама. — Главное, чтобы ты так не уходил в себя во время этих своих смертельных вылазок. Я не переживу, если с тобой снова что-то случится.