Your Lips on Mine

Они должны были учиться. План был проще некуда: все семеро собирались на съемной квартире Чонгука и Тэхена. Скоро экзамены, а никто из них не может себе позволить оценку ниже четверки. Но они здесь уже больше трех часов, а единственное, что они искали – номер ближайшей пиццерии. Это, и время, в которое закрывается вино-водочный. Два очень важных вопроса. Оба решенные мистером Мин Юнги. Их с гуглом команда была непобедима. Ужин был на Чонгуке, и им даже не пришлось угрожать ему. Как только они оформили заказ, он предложил заплатить за всех, назвав это хорошим поступком недели и попросив не принимать слишком близко к сердцу. Это редкость, чтобы Чонгук заплатил, ну хотя бы, за что-либо. Он действительно хорош, когда в нужное время надо сыграть ребенка компании. Особенно, когда они собираются поесть. И каждый раз они ведутся на это. Иногда он может месяцами не платить за заказанную еду. – Вы все ещё покупаете мне обед завтра, ничего не изменилось, – сказал Чонгук, почти угрожающе, через всю квартиру. Чон сел на барный стул рядом с Намджуном, устраиваясь напротив стола. Тэхен оглянулся на Чонгука через плечо, но ничего не ответил. Тэхен вернулся на место рядом с Чимином, позволяя себе устроиться поудобнее рядом. Вскоре, Чимин обернул руку вокруг плеч Кима, чтобы тот мог откусить кусочек пиццы. Пак оторвал ее часть и скормил Тэхену, несмотря на то, что у парня в руках был свой кусок пиццы. Это действие тут же вызвало поддельные звуки отвращения среди их друзей. Оба улыбнулись. – Снимите комнату, я тут поесть пытаюсь, – сказал Сокджин. Демонстративно, он бросил кусок обратно на свою тарелку, делая вид, будто больше не может есть. Позади него рассмеялись Чонгук и Намджун. Юнги захлопал и поддержал Сокджина. Иногда Тэхен немного ненавидел их. – Вы у меня дома, – ответил Тэхен, распахивая глаза. Сокджин только отвернулся в ответ. Спустя мгновение, он снова взял свой кусок пиццы, откусив немного. Постепенно, атмосфера спокойствия опускалась на них; внимание было поделено между друг другом, музыка играла через блютус колонки, шумел телевизор. Если честно, то все считали отношения Тэхена и Чимина милыми. Это все ещё что-то относительно новое, так что они просто обязаны поддразнивать их. Но то, что теперь они открыто проявляют чувства друг к другу, чертовски лучше, чем, когда они очень, очень плохо прятали их. Худшим был момент, когда они спрашивали совета о том, как вообще справиться с этим крашем, у ребят внутри их группы. Но на самом деле, самыми худшими были моменты, когда они вели себя словно парочка, но застенчиво отрицали свои чувства, когда их спрашивали об этом. По крайней мере, сейчас они в одной лодке и единственные, кого они раздражают вопросами об отношениях это друг друга. Намджун не хочет все это анализировать или наигранно углубляться, но он считает, что их отношения идут в правильном направлении. Вся эта муть с «встречайся со своим лучшим другом», когда тебя просят дать совет, касающийся отношений. Они так и сделали, и, возможно, поэтому Джун никогда и не видел, как эти двое ругаются. Конечно, мелкие споры, да, такое было. Но ничего грандиозного. Он счастлив за них. Искренне счастлив. После второго куска пиццы, Хосок дотянулся до бутылки водки и сказал: – Я думаю, что самое время открыть ее. – Ну наконец-то, – прошептал Чонгук, сразу подорвавшись, чтобы принести стаканчики. Он рылся в шкафчиках ища одноразовые, которые недавно купил. Бессмысленно использовать стаканы. Они наверняка их разобьют в итоге. Их квартира, на самом деле, не такая уж грязная, как вы бы могли подумать, даже если учесть, что им почти за двадцать и они учатся в колледже. Но фишка в том, что они набивают шкафчики невесть чем до такого состояния, что потом там ничего не найти. Прямо как сейчас, когда все, чего хочет Чонгук – стопка стаканчиков, которые, насколько он знает, лежат где-то здесь, но вместо этого он роется в оставленных флаерах, статуэтках, и кулинарных книгах, отправленных его матерью. Выпрямившись, Чимин сказал с сухим смешком: – Я так понимаю, что учиться мы не собираемся? – Ты хочешь заниматься? Типо, серьезно? – спрашивает Хосок, ошарашено моргая. – Он вернул пятьдесят гребаных центов в полицейский участок, конечно, он хочет, – пробубнил Юнги. Чимин кинул кусок пиццы обратно, чтобы показать на Юнги пальцем в попытке оправдаться: – Кому-то могли пригодиться эти деньги! – его тон быстро перешел в саркастичный. – И нет, я не хочу учиться, но я хочу сдать экзамены, а я не помню ничего из того, что мы проходили в этом семестре. Тэхен успокаивающе вырисовывал круги на спине Пака. – Мы можем пить и заниматься. Будет весело. Вставая, чтобы присоединиться к большинству в гостиной, Намджун предложил: – Давайте сыграем в такую игру: Хоби-хен устроит Чимину вычислительную викторину. Выпиваем шот каждый раз, когда Чимин отвечает не верно. – У меня и так уже алкогольное отравление, – прокомментировал Чонгук с кухни, все ещё пытаясь найти стопку красных пластиковых стаканчиков, которые у него где-то есть. Они наверняка в его комнате. Или в ванной. Или… где-то. Вообще-то, им пора бы уже расчистить немного места. Небольшая реорганизация не помешает. Было бы неплохо, если бы у стаканчиков было свое место. В каком-то нормальном месте. Вроде столешницы. – Да иди ты, я хорош в математике. – сказал Чимин. Уголком глаза он заметил, как Сокджин согласно кивнул. Роли поменялись; теперь он на стороне Чимина. Все, кроме Чонгука, сидели в гостиной. Хосок, Тэхен и Чимин на диване. Сокджин и Юнги разделили диванчик. Намджун на подлокотнике кресла. Тэхен наблюдает за тем, как Чон прошаривает шкафчик ещё несколько секунд, прежде чем запустить руку под диван, доставая стопку красных стаканчиков и спрашивая: – Чонгуки, ты не их ищешь? Оглянувшись, Чонгук уставился на Тэхена, держащего стаканчики. Стопка раскачивалась туда-сюда, как маятник, пока Ким смотрел на него большими, невинными глазами. Он так и держал их, пока Чон не ответил. – Ну и как долго ты собирался молчать, прежде чем сказать, что они там, хен? – ответил Чонгук. Он попытался скрыть нотки раздражения в голосе, но они все равно просочились. Тэхен не тот человек, который злился в ответ, так что они знали, что не начнут перепалки. Особенного из-за чего-то настолько глупого. Но Чонгук был бы рад, если бы ему вернули те несколько минут жизни, которые он потратил на поиски стаканчиков. Пожав плечами, Тэхен просто ответил: – Я не телепат. Он раздал их каждому, пока Хосок открывал бутылку, позже встав, чтобы отрегулировать громкость музыки на фоне, когда им привезли еду. – Так чем в итоге мы займемся? – спросил Сокджин. – Потому что я не в восторге от идеи нажраться под математические вычисления в исполнении Чимина. Наконец-то открыв бутылку, Хосок ухмыльнулся на сказанное Джином. Он начала разливать по пол стакана каждому. Чон не мог сказать, что не согласен с Сокджином. Есть более веселые способы напиться, нежели под вычислительную викторину. Убавив музыку до уровня, когда его смогут услышать все, Тэхен предложил: – Давайте сыграем в правду или действие. Юнги усмехнулся. – Кто мы? Двенадцатилетки? – Тринадцатилетки. Погнали Тэхен, в ответ Юнги, вскинул брови и чуть вильнул ими. Он улыбнулся, и улыбка разрослась на его лице за несколько секунд. Он уже успел воодушевиться этой идеей, но похоже никто не поддержал его энтузиазма. Но Тэхен уже привык к такому. Он знает, что иногда просто сложно соответствовать уровню его энергичности. Но ничего, пара стаканов могли исправить ситуацию. Правда или действие – крутая идея даже в трезвом состоянии. Тэхен только мог представить, насколько это будет забавно, когда все уже будут немного навеселе. Намджун закусил губу изнутри. – Не знаю, Тэхен. Не хочешь поиграть во что-то… не знаю… повзрослее? – Взрослее, – повторил Тэхен. Между семью из них повисла тишина на некоторое время, но похоже Тэхен был единственным, кто думал о новой игре. Его взгляд сцепился с чиминовым, и спустя несколько секунд он сказал: – Бутылочка. Намджун скривил лицо. – Я не хочу с вами целоваться. – Лгун, – сказал Хосок, делая небольшой глоток. Это выбило небольшой смешок из Чимина с Чонгуком. Намджун не знал, что ответить на это, поэтому предпочел промолчать. Немного нервно, он тоже сделал глоток. Тэхен вернулся на свое место рядом с Чимином и сказал: – Мы должны прикончить бутылку прежде, чем начать. Нам нужна пустая бутылка, а также быть немного поддатыми. – Очень, очень поддатыми. – добавил Юнги, меняя тон. – Но не настолько пьяным, чтобы ты не смог запомнить, насколько великолепно я целуюсь. – сказал Сокджин. Отчасти это шутка. Отчасти нет. Он послал воздушный поцелуй в сторону Юнги, привлекая к себе больше внимания. Мин резко смахнул отправленный воздушный поцелуй. А Джин отправил ещё один, пока тот не видел. Им не потребовалось много времени, чтобы прикончить бутылку. Бутылка была большой, но в их компании из семерых и в разбавленном виде это было ничем. Намджун принес лимонад, чтобы поделиться со всеми, Чимин принес «гаторад»*, а Тэхен смешал свою водку со спрайтом. Прежде, чем осознать что-то, они почти закончили бутылку и были слегка подвыпившими. Неожиданно идея с бутылочкой показалась не такой уж и плохой. (Честно говоря, никто так уж сильно и не ненавидел эту идею, когда они были абсолютно трезвыми.) – Это была твоя идея, так что остатки за тобой, – сказал Чимин Тэхену, держа бутылку. Придерживая другой рукой затылок Кима, он поднес бутылку к его губам. Нежно придерживая Пака за запястье, он позволил ему держать бутылку, пока он будет делать глоток чистой водки. Это заставило его горло загореться – рассылая по телу тепло и покалывания – но он едва ли отреагировал на это. Он считает, что улучшил свои отношения с алкоголем. В прошлом году он был в ничто с одного стаканчика. Сейчас же его хватает хотя бы на две-три порции. Маленькие шажки. Чимин говорит, что Тэхен милый, когда пьян. Ему нравится, как краснеют его щеки и переносица, когда тот чувствует алкоголь в своем теле. Он более смешливый и тактильный, когда подвыпивший. Пак падок на внимание и похвалу, которыми Тэхен не обделяет его и в трезвом состоянии, но это множится в разы после того, как парень немного выпьет. Чонгук вечно говорит Тэхену, что тот просто в стельку. Застать подвыпившего Тэхена с кем-то на вечеринке никогда не было особым сюрпризом. До того, как они с Чимином стали официальной-при-официальной парой. Так что бутылочка никогда не была для Кима той игрой, в которую он бы стал стесняться играть. Проблема Тэхена в том, что он любит всех. Иногда уж слишком. Тэ был единственным человеком, которого знал Чон, который мог всю ночь очень близко провести время с человеком, при этом ничего под этим не подразумевая. Он никогда не видел в этом что-то плохое, и Чонгук знает, что он не пытался ввести этим в заблуждение, но так и происходило. Но опять же, это было до Чимина. Сегодняшний Тэхен на всех вечеринках целует только Пака. Лично Тэхен считает, что он из пьяных весельчаков. Но он такой и в трезвом состоянии. Ему просто нравятся люди. После того, как затяжное жжение в его глотке прошло, Тэхен нашел крышку от бутылки, закрутил ее и сказал: – Окей, давайте играть. *** Они сдвинули журнальный столик, чтобы сесть на пол скрестив ноги, будто они в средней школе. После того, как они выключили телевизор и задвинули шторы, все сошлись на том, что готовы играть. По крайней мере, готовы настолько, насколько это вообще возможно. Они попытались усесться по определенной стратегии. Чимин с Тэхеном разделились, сев друг напротив друга, в надежде, что в таком расположении их шансы в бутылочке будут выше, чем если бы они сидели бок о бок. Сокджин так и продолжил посылать воздушные поцелуи в сторону Юнги, пока тот активно делал вид, что не видит этого. Чонгук и Тэхен все время пересекались взглядами, и Чон подумал будет ли это против их Бро Кодекса или чего-то такого, если они с Кимом будут делать это на глазах у Чимина. Выглядит не особо правильным, но на войне, в любви и бутылочке нет ничего недозволенного. Единственный способ, который они знали в принятии решений – камень, ножницы, бумага. Так что они сыграли, чтобы определить, кто будет крутить первым. Странное нервное беспокойство повисло между ними, когда они разбились на пары или трио. В конечном счете все свелось к Хосоку и Сокджину. – Я никогда не выигрываю против него, – сказал Сокджин, – Так не честно. – Может он крутанет и выпадешь ты, вы поцелуетесь и вот она компенсация, – сказал Юнги, улыбаясь. Сокджин пристально смотрел на кулак Хосока, когда пробубнил Юнги в ответ: – Ты хоть когда-нибудь затыкаешься? Они сыграли снова. Как и предвещал Сокджин, Хосок выиграл. Честно говоря, он не уверен стоит ему радоваться или нет. Его конкурентная сторона хотела выиграть, но его логическая половина рада, что ему не придется первому крутить бутылочку. Он старается делать вид, что все нормально, но сам немного нервничает. Это все игры и веселье, пока поцелуи в руку не переходят в настоящие. – Хосоки-хен, ты первый. Тэхен положил бутылочку в центр и жестом пригласил его раскрутить ее первый раз. Хосок посмотрел на каждого в круге. В его голове зазвучала красная тревога, когда спустя секунду он осознал, что его не отталкивает мысль о том, чтобы поцеловать кого-то из них. Он чуть пожал плечами. И вдруг вся эта ситуация стала намного легче и менее пугающей. Закрыв глаза, Хосок сильно раскрутил бутылочку. Она будто бы крутилась вечность. Каждый раз, когда голова бутылки указывала на кого-то из них, складывалась ощущение, что на них направлено дуло пистолета. Их сердца пропускали пару ударов от одной только возможности быть выбранным. Предвкушение от выбора бутылочки и алкоголя в крови, расплывающегося по их кровотоку, ставило всех их на край. Бутылочка замедлила ход. Она прошла мимо Чимина… затем Чонгука… затем – Вот блять, – сказал Юнги, уставившись на бутылочку, показывающую на него. Хосок тут же вылупил глаза. Его сердце бешено билось в груди, когда через весь круг он пересекся взглядом с Юнги. Он посмотрел на бутылочку, затем на Юнги, а потом опять на бутылочку. – Вот блять, – повторил Хосок. Сокджин засмеялся так громко, что смех показался фальшивым, но его искренне позабавила ситуация. Он захлопал в ладоши, сказав: – Я люблю эту игру. Вот и наступила тишина. Наверное, это самый тихий момент, который когда-либо происходил при сборе всех семерых вместе. Юнги легонько почесал за ухом, открывая рот, собираясь сказать что-то, но тут же закрыл его. Хосок не уверен стоит ли ему сделать первый шаг, но он будто застыл. Он думает, что это придется сделать Юнги. Или кому-то придется физически столкнуть их друг с другом. – Это та самая часть, где вы целуетесь, – сказал Тэхен, нарушая тишину. Чимин засмеялся. Юнги глазами метал в Тэхена ножами, но смягчил его, когда посмотрел на Хосока. Он по его глазам видел, что тот нервничает. Чон очень редко нервничает, так что Юнги в каком-то плане польщен. Он понял, что, несмотря на то, что Хосок крутил первым, это именно ему придется придвинуться ближе. Они так никогда не сдвинутся с места, если он этого не сделает. Вздохнув, Юнги промямлил: – Ладно, хорошо, – и заставил себя рвануть вперед в центр. Ему казалось, что он шагает к краю обрыва или чего-то в этом духе. Он не мог понять, почему настолько нервничает. Сев в центр круга, где все глаза были устремлены на него, Юнги прикрыл веки на мгновенье. Он так не нервничал даже перед тестом, который он точно провалит, или перед чемпионатом по баскетболу. Его сердце настолько сильно колотилось, что казалось будто трясет все его тело. Должно быть Юнги продержал глаза закрытыми слишком долго, потому что, когда он открыл их, Хосок сидел коленями к его коленям. Он нервно улыбнулся Мину, а его рука была чуть выше колена Юнги. Постепенно, нервозность Хосока начала убывать. Юнги чувствовал, как она уходит, когда пальцы парня сжались на его ноге. Касание так же успокоили и его. Чон всегда так действовал на Юнги. Адамово яблоко Хосока подпрыгнуло в горле, когда тот тяжело сглотнул. Он сказал так тихо, что даже Юнги еле расслышал: – Ну, мы должны… Он остановился на середине предложения, когда Мин положил свою руку поверх его. – Это по странному романтично, – прошептал Намджун Тэхену, который сидел слева от него. Несмотря на это, Намджун сидел почти закрыв глаза рукой, как будто он боялся смотреть. Упершись локтем в колено, Намджун подглядывал сквозь пальцы на то, как Хосок и Юнги двигаются ближе друг к другу. Хосок наклонился первым так, что его губы были в дюйме от губ Юнги. Прежде чем Хосок сократил расстояние между их губами, на секунду, у него были сомнения. Пятеро из них наклонились вперед, полу-шокированные, полу-заинтригованные тем, что эти двое на самом деле сделали это. До них дошло, что остальным тоже придется целоваться. Часть их всех надеялась, что кто-то из них скажет, что это тупая игра и они закончат даже не начав. Теперь пути обратно не было. Двое целовались несколько долгих секунд. Они оба нервничали, так что поцелуй не был чувственным или глубоким. Юнги отстранился первым. Даже при приглушенном свете, они видели, что их лица приобрели красный оттенок. Оба оперлись руками о пол и чуть отодвинулись друг от друга. Никто из них не хотел видеть реакцию остальных. – Ну это было… – начал Юнги. Сведя брови вместе и хмуря губы, Хосок закончил его предложение… – Переоцененным? Юнги разинул рот. – Что? – Ох черт, – сказал Чонгук, стараясь спрятать смешок за ладошкой. Хосок быстро выпалил, попытавшись объясниться: – Ничего личного, хен, я просто – я не знаю! Я не знаю, чего я ожидал… мы оба нервничали! Юнги выглядел оскорбленным, будучи действительно оскорбленным тем, что Хосок не был сбит с ног от поцелуя с ним. А просто сидел на коленях. Юнги замахал рукой Хосоку. Он выпалил, как челлендж: – Иди сюда, давай ещё раз попробуем. – Ты не можешь переиграть это только потому, что ты хреново целуешься! – сказал Сокджин, беря на себя роль рефери. Сидя прямо, он вытянул руки будто пытаясь разделить Юнги и Хосока. Но Мин был полон решимости. Он оттолкнул руки Сокджина с пути, приблизившись к Хосоку словно он на миссии. Присев на корточки, Юнги, обернув руку вокруг его шеи, придерживал Чона, снова целуя его. Поцелуй на этот раз вышел лучше. Намного лучше. Скользящий язык Юнги по его собственному языку был чем-то приятным, а нежное покусывание за нижнюю губу четко дало понять, что Юнги знает, как целоваться. Всем спасибо, на самом деле, он был чертовски хорош в этом. Когда Юнги прервал поцелуй, он уперся лбом в хосоков лоб. Обжигая своим дыханием его губы, Юнги спросил: – Все ещё переоценено? Чон не мог говорить. Не сейчас. Его мозг закоротило примерно тогда, когда Юнги впился зубами в его губу. Заикаясь, Хосок сказал: – Это… ты… – затем, – Недооценено. Будучи довольным, Юнги прошептал: – Хорошо Довольствуясь, Юнги сел обратно на свое место. – Может ты уже будешь крутить, у нас тут не вся ночь в распоряжении, – сказал ему Сокджин. Все глаза были устремлены на Мина, когда он взял бутылку, вернув ее в центр, и закрутил будто ничего и не было. Хосоку понадобилось ещё несколько секунд, чтобы устроиться на своем месте. Он поймал себя на мысли, что хочет, чтобы бутылка остановилась на нем и они снова поцеловались. Оказалось, что ему очень, очень нравится целовать Юнги. Он думал выпадет ли ему шанс поцеловать Юнги ещё раз, когда все это закончится. Выражение лица Юнги и Сокджина были бесценны. Мин с мертвыми глазами и Сокджин с отвисшей челюстью. Но оба должны были догадаться, что рано или поздно это случиться. Карма работает быстро. – Все ещё нравится эта игра? – саркастично спросил Чимин Джина. Сокджину потребовалась минута, чтобы закрыть рот и перезапустить мозг. Юнги посмотрел сначала на Хосока, а потом на Сокджина. Выражение его лица было нечитаемым. Ким тяжело сглотнул. Они одновременно двинулись друг к другу. Сильное напряжение повисло в комнате, как только оба вступили в круг. Спустя несколько секунд, нервозность Сокджина тут же отступила, как только до него дошло, что у него есть преимущество в данной ситуации. Он докапывался до Юнги с обещанием поцеловать его ещё до начала игры, и вот время пришло. Сокджин на показ облизнул губы до такой степени, что они начали блестеть. Юнги состроил брезгливое лицо. Он наигранно сказал: – Клянусь, я ненавижу тебя. Сокджин расправил руки будто бы он хочет обняться. Он сказал: – Не бойся, я буду нежным. Будучи смущенным, Юнги закрыл лицо. Ким дотянулся до него и слегка потряс за плечо. Он сказал Мину: – Ну давай же. – Если ты полезешь ко мне с языком, то клянусь… – Ты не заслуживаешь моего языка в твоем рту, расслабься. – сухо сказал ему Сокджин. Тот снова потянул Юнги за плечо и сказал, – Давай же. Они оба сделали глубокий вдох и медленно выдохнули. А как только сделали это, притянулись друг к другу. Оба на коленях, лицом к лицу. Они пялились друг на друга; их глаза бродили по лицам, затем вниз к губам. Как и ожидалось, Сокджин поддался первым. Если честно, то это был далеко не плохой поцелуй. Он прошел намного лучше первого поцелуя с Хосоком. Губы Сокджина мягкие и были пухлее, чем у Юнги. Они на самом деле очень приятные. Было почти естественным то, как Мин прикрыл глаза и расслабился через несколько секунд. Их поцелуй не был особо глубоким, но сокджинова рука начала немного массировать плечо Юнги. Они медленно отдалились, так же медленно открывая глаза, и улыбнулись друг другу. – Всегда пожалуйста, – сказал Сокджин. Юнги толкнул его. Он качал головой, пока возвращался на свое место. Джин засмеялся. – Это нормально признавать, что я отлично целуюсь. Юнги сидел тихо, но вскоре все взгляды снова были прикованы к нему, ожидая ответа. Желание нервно почесать заднюю часть уха снова вернулось, поэтому Юнги уткнулся глазами в пол, чтобы ему не пришлось ни на кого смотреть. Он не знал, что сказать. Поцелуй не был плохим. Вообще-то, он был хорошим, но… он не хотел этого признавать. В основном, потому что не хотел доставлять Сокджину такую массу удовольствия. Но он не соврал, когда сказал: – Это было неплохо. – Ха! – гордо воскликнул Ким. Он сел обратно и отправил Юнги очередной воздушный поцелуй. На этот раз Юнги притворился, что поймал его. Сокджин думал, что это мило до тех пор, пока Мин не бросил его поцелуй обратно. – Неблагодарный, – пробубнил он. – Твоя очередь, хен, – сказал Намджун Сокджину. Ким потянулся к оставленной в центре круга бутылке. Сокджин закрутил бутылочку, наблюдая за ней пока та вращалась в центре. Несмотря на то, что его первый за ночь поцелуй уже закончился, его сердце все ещё слегка постукивало в его груди. Смысл игры в ожидании, а он никогда не умел ждать. Нетерпеливо, Сокджин смотрел, как горлышко бутылочки пролетело мимо Чонгука, затем Юнги, затем Намджуна. Она замедлилась и остановилась прямо напротив Тэхена. Оба, Сокджин и Тэхен, взглянули на Чимина. – Выглядит незаконно, – сказал Хосок, косясь глазами. Юнги посмеялся над выбранной фразой, но согласился с этим. Выглядело действительно незаконным. По крайней мере, на этой вечеринке. Но несмотря на это, Тэхен выдвинулся чуть вперед. Он просто был рад наконец-то уже сделать что-то. Ему быстро наскучило просто смотреть, как его хены веселятся. Сейчас он хотя бы может поиграть. Он немного нахмурился, когда заметил, что сидит один в центре круга. Тэхен посмотрел на Сокджина и потянулся к нему. Он сказал: – Хен. Сокджин глянул на Чимина и почти с насмешкой спросил: – Каков твой уровень ревности? Решительно, Чимин ответил: – Минус пятый. Оба, Намджун и Юнги, улыбнулись. Сокджин вскинул брови на ответ Чимина. Он сказал: – Ты не сможешь забрать свои слова в течении нескольких минут. Запомни это. Смеясь, Чимин жестом показал на Тэхена, сидящего в центре круга. – Можешь поцеловать его, все в порядке, – разрешая, сказал Чимин Сокджину. Тэхен немного надул губы и сказал: – Ну и почему ты спрашиваешь Чимина, если целовать будешь меня? Он не мой босс, ну так, к сведению. – Нет, я босс, – игриво промямлил Пак. Тэхен посмотрев на него, улыбнувшись, а затем отвернулся. Но Чимин знал, что он то прав. Они оба решили, что хотят играть, в этом и есть смысл игры. Они знали, что есть вероятность того, что им придется поцеловать ещё кого-то. Здесь нет места ревности или формальностям. Чимину хорошо, пока хорошо Тэхену. И сейчас тот был более чем готов играть. Сокджин медленно зашел в круг. Он снова посмотрел на Чимина, но потом сконцентрировался на Тэхене. Джин думает, что Пак прав: Тэхен милый, когда выпьет. Он похлопывал на месте перед собой, ноя: – Хен, ну давай играаать. Вы должны быть чистым злом, чтобы запретить ему что-либо, особенно сейчас. Сокджин улыбнулся ему, садясь рядом с ним. Тэхен тут же наклонился ближе, кладя руку Джину на бедро для лучше равновесия. Сейчас он робко улыбался Сокджину, отводя взгляд, когда тот пытался создать зрительный контакт. Поэтому Сокджин дотронулся пальцем до подбородка Тэхена, заставляя того смотреть прямо. Джин молча направил губы Тэхена на свои, что без особых усилий привело к поцелую. Это был мягкий поцелуй, невиннее чего бы то ни было, продлившийся не больше нескольких секунд. Но Тэхен хорошо целуется. Несмотря на его нервозность и неусидчивость буквально с момент назад, он, на удивление, расслабился, как только их губы соприкоснулись. Сокджин чувствовал, как тот медленно дышал через нос, успокаивая себя, позволяя Джину чуть-чуть наклонить голову, чтобы немного приспособиться к их поцелую. Голос Чимина был тем, что остановило их. Он сказал: – Окей, следующий, – как только Джин нежно смял рубашку Тэхена. Сокджин отстранился, смеясь. – Я-то думал, что ты на минус пятом, – сказал он. Пожав плечами, Чимин ответил: – Так и есть, – далее, глядя Сокджину в глаза, сказав, – Следующий. Сокджин утянул себе обратно на свое место, пока Тэхен напевал: – Моя очередь, моя очередь. Он схватил бутылку и с размаху раскрутил ее. Она закрутилась в противоположном направлении, потому что тот использовал левую руку, и Джин хотел сказать ему это же, но уже было поздно. И это все равно не делало погоды. Бутылочка сделала три полных оборота, прежде чем начать замедляться. Когда она остановилась, то расположилась идеально ровно между Чимином и Чонгуком. Глаза Чонгука распахнулись в шоке. Чимин глянул на Намджуна жажда разъяснений. Он спросил: – И что нам делать? Черт, если бы Намджун знал. Он не знал, почему Чимин смотрел на него, будто бы это он придумал правила этой игры, но так как теперь все смотрели на него, он должен был ответить: – Она между вами, так что Тэхен может выбрать того, кого хочет. Достаточно справедливо. – Вы оба, садитесь в центр, – сказал Тэхен. Он жестом показал им, чтобы те подвинулись вперед. Он улыбался, говоря, – Это будет сюрприз. Оба послушались. Чонгук и Чимин проскользнули к Тэхену в центр круга. Хены внимательно наблюдали за ними, пытаясь угадать кого же выберет Тэхен. На самом деле, с лёгкостью может произойти что угодно. Вариант с Чимином и ежу понятен, потому что он его настоящий парень. Но Тэхену нравится делать то, чего от него не ожидают. Так что шанс, что он выберет и поцелует Чонгука, тоже достаточно велик. Озорная улыбка на лице Тэхена и эти двое сидящие перед ним бок о бок. Тихонько, Тэхен попросил их закрыть глаза. Он положил руки на их бедра и поддался вперед. Молча, оба закрыли глаза в ожидании дальнейших команд. – У меня такое чувство, будто я не должен смотреть на это, – сказал Юнги, оглянувшись вокруг. Они с Намджуном столкнулись взглядами и тот кивнул в согласии. Несмотря на это, все четверо пристально пялились на своих младшеньких в центре. Они просто не могли отвести взгляд. Тэхен, будучи полным сюрпризов, сначала поцеловал Чимина, направив их чуть влево, чтобы их рты соприкоснулись с губами Чонгука. Чон тут же распахнул глаза, когда понял, что происходит. Но секунду спустя снова закрыл, не видя причин не расслабиться и насладиться этим. Он никогда не целовался с двумя людьми одновременно. Как и с двумя лучшими друзьями. Когда Тэхен открыл рот, чтобы найти лучший угол для поцелуя, он почувствовал, что языки Чонгука и Чимина скользят друг по другу, чтобы найти его. Несмотря на это, это не было соревнованием; просто трое стараются найти более комфортную для них точку. Это было почти пугающе, как естественно трое из них пришлись к месту. У Тэхена никогда прежде не было тройничка, но в этот самый момент, он понял, что был бы совсем не против. По крайней мере, если эти двое будут его партнерами. Он сделал себе в голове пометку, чтобы позже поделиться с этим с Чимином. Чимин обхватил лицо Тэхена двумя руками, отделяя их от Чонгука. То, как Пак вывел Кима из поцелуя не выглядело словно дележка территории. Он просто жадный до Тэхена, до его губ, до тех звуков, которые он издает, когда целуешь его достаточно долго. В паре сантиметров от них Чонгук провел пальцем по нижней губе, пока эти двое продолжили свой поцелуй прямо перед ним. Это было тем ещё зрелищем, по правде говоря. Чонгук уже видел, как они целовались. Все видели. Но это было другим. Чонгук бы соврал, если бы сказал, что ему хоть немного не нравится. – Так, вы двое, мы тут играем, – сказал Намджун, обращаясь к Тэхену с Чимином. – Я боюсь, что нам придется обрызгать этих двоих холодной водой, – пригрозил Юнги секундой позже. Между ними повисло легкое нежелание, когда они отдалились друг от друга, но вся красота отношений в том, что они всегда смогут продолжить, когда игра закончится. Если она когда-нибудь закончится. Они могут так и остаться до конца своих дней целоваться в квартире Чонгука и Тэхена. И честно говоря, никто не был бы против. Могли быть вещи и похуже, которыми они могли бы убить время. Раз уж они оба были выбраны Тэхеном, Чимин с Чонгуком сыграли в камень, ножницы, бумагу, чтобы решить, кто следующий крутит бутылочку. После двух раундов Чонгук выиграл, раскрутив бутылку сильнее всех предыдущих. Некоторое время она вращалась, пока все с нетерпением наблюдали за этим. Каким-то образом, когда она остановилась на Намджуне, это стало шоком для всех. Чонгук закрыл лицо и начал смеяться в ладони, когда увидел своего нового партнера по поцелуям. Намджун улыбнулся и сохранил лицо, но это было мило, и никто из них не был против. Намджун подошел к Чонгуку, спасая его от попыток дойти до центра. Они оба были очень неловкими и нервничали, когда Намджун сел на пол напротив Чонгука. Он взял его за запястье, соскальзывая пальцами, чтобы взять того за руку. Чонгук опять захихикал и чуть наклонился в сторону, чтобы спрятаться за Чимином. Подбадривающе, Чимин толкнул Чона в плечо, чтобы тот сел прямо. – Продолжайте, – сказал Чимин. Их поцелуй был больше похож на мимолетный, но это был явно самым очаровательным поцелуем за ночь. Они продолжали держаться за руки пока целовались, но довольно быстро разошлись. Чимин хотел столкнуть их головами, чтобы те снова поцеловались, но Чонгук уже уселся на свое место, прячась и посмеиваясь. Когда Чимин оглянулся, то увидел, что Чон покраснел. Насыщенно красные щеки сочетались с красным кончиком носа. Намджун улыбнулся ему, быстро возвращаясь на место. – Твоя очередь, Намджуни, – напомнил Хосок. Намджун все ещё мягко улыбался, пока садился на свое место. Он почти забыл, что сейчас его очередь. Ему придется снова делать это с кем-то. Он немного надеялся, что ему снова попадется Чонгук, потому что тот супер милый, когда стесняется и краснеет. Намджун закрутил и все терпеливо наблюдали, когда бутылка прошлась мимо них в первый, второй, третий раз, прежде чем начать останавливаться. Бутылочка начала замедляться на Хосоке и остановилась на Чимине. Мягко, Пак выдал удивленное «ох» и стесняясь посмотрел на Намджуна. Они оба посмеялись и теперь была его очередь прятаться за Чонгуком. Чимин был первым, кто встал на руки и колени. Он подполз в центр. Намджун сделал то же самое. Это довольно мило, как они подошли к этому. Они сразу установили стойкий зрительный контакт, несмотря на то, что оба улыбались с упоением. Они не особо нервничали, потому что им было очень комфортно друг с другом, но тот факт, что им придется целоваться, все ещё был чем-то новым. Оба все ещё чувствовали, как их сердца дрожат, пока пространство между ними сокращается. – Как так вышло, что меня никто не спросил? – запротестовал Тэхен, яростно указывая то на Чимина, то на Намджуна. – Потому что ты не мой босс, – быстро ответил Чимин, используя его же слова против него. Тэхен запыхтел, но не ответил. Он думал, что это заслуженный ответ. Молча, он смотрел, как Чимин и Намджун начали сближаться, пока между их губами совсем не осталось пространства. Тут же, Намджун положил руку Паку на щеку. Его палец нежно поглаживал того по скуле. Выдыхая через нос, Чимин расслабился от прикосновений Кима. Намджун заставил опуститься Чимина на колени, сокращая расстояние между их телами. В слепую, Чимин потянулся к талии Кима, чтобы помочь поддержать баланс; но позже оставил там руку, потому что ему нравилось ощущение изгибов под его ладонью. Чимин схватил в горсть рубашку Намджуна, чтобы приблизить его еще ближе. Несмотря на закрытые глаза, он чувствовал, как Намджун улыбается в поцелуй. Ничей поцелуй не замерялся по времени, но Тэхен подумал, что этот длится слишком долго. Неосознанно, он прокашлялся и Чимин отпряну от Намджуна. Он улыбнулся тому, когда сел на свое место. Чимин на миг посмотрел на Тэхена, а потом опять на Намджуна. – Хен, твои губы такие мягкие, – прокомментировал Чимин, когда Ким уже приличное время просидел на своем месте. Он подмигнул Паку, отчасти потому что оба знали, что это издевка, и оба рассмеялись. Чимин остался в центре и закрутил бутылочку. Это было короткое вращение, которое прошлось по кругу только раз, прежде чем остановиться на Юнги. Справа от него, Чимин услышал, как Хосок издал короткий нервный смешок. Хосок не был уверен в том, что чувствует, но ему не нравилось, что кто-то ещё будет целовать Юнги. Он знает, что, возможно, это немного странно, потому что они целовались только дважды, но он скучает по губам Юнги на своих. Он немного завидует Чимину сейчас. Только Чонгук сидел между Чимином и Юнги. С Чимином, сидящим в центре, его глаза встретились тут же. Улыбку Юнги было сложно прочитать, но тем не менее это улыбка, которая заставила Пака тут же почувствовать себя лучше. Чимин не привык видеть стесняющегося Юнги, и уж точно не привык заставлять его стесняться. Так что все это было новым для него. Но он бы соврал, если бы не согласился с тем, что сейчас Юнги был просто очаровательным. Он был взволнованнее Юнги, чего сам Чимин не ожидал. Его хены всегда полны сюрпризов. Юнги медленно вошел в центр. Он снова потер свое ухо и Чимину захотелось взять его за руку и сказать, что ему не стоит волноваться. На этот раз все было по-другому, но, конечно, это не значит, что это плохо. Чимин думает, что Юнги просто не хочет ничего усложнять между ними. Он всегда такой внимательный. Чимина всегда восхищало это в нем. Чимин был немного шокирован, когда Юнги взял его за руку. Его кожа мягкая, а большой палец поглаживает внешнюю часть Чиминовой ладони прежде чем спросить: – Готов? Тут же, Чимин кивнул. Он целовался втроем со своим парнем и лучшим другом, а потом поцеловал Намджуна. Чимин думает, что сейчас он готов на все. – Готов, – промычал в ответ Пак, двигаясь ближе. Все вокруг замолкли, когда они склонились друг к другу. Чимин придвинулся первым, но Юнги взял инициативу на себя. Все ещё держа его за руку, Юнги потянул его ближе. Чимин тут же стал ближе к нему, наклоняя голову в сторону, чтобы найти лучший угол в поцелуе. Губы Чимина пухлее губ Юнги, и он чувствует, как их мнут наилучшим образом. Есть что-то в теплоте и присутствии Чимина, что притягивает. Другой рукой, Юнги придерживал его голову. Они целовались какое-то время. Без языка, но это было мило. Они держали газа закрытыми на протяжении всего поцелуя, и намеренно игнорировали чьи-то комментарии в их сторону. Никто из них даже не мог понять, кому они принадлежали. Им было плевать. Когда они наконец-то отстранились, оба немного задыхались. Как будто бы они задержали дыхание на все это время и только сейчас вспомнили, как дышать. Юнги немного наклонился, оглядываясь на Хосока через чиминово плечо. Он сказал: – Чимини целуется лучше. Чимин немного покраснел, когда снова уселся в центре. Любой тип похвалы делал Чимина счастливым, даже если другого это заставляло чувствовать себя, как дерьмо. Если Юнги сказал, что он целуется лучше Хосока, значит это так. Чимин в любом случае был рад это слышать. Хосок тут же выпрямился: – Я нервничал! Это несправедливое сравнение! Юнги тсыкнул на него и пригрозил пальцем. – Не вини в этом уровень страха. Я поцеловал тебя дважды. Крутя бутылочку, Юнги дразняще поднял бровь на Хосока. Его дерзкая улыбка сменилась шокированным выражением лица, когда бутылочка остановилось на Хосоке. Все засмеялись; посыпались рандомные комментарии о том, что Боги сегодня на их стороне и хотят, чтобы они встречались. Сокджин сказал, что это вселенная дает Хосоку шанс проявить себя ещё раз. Тэхен сказал, что Юнги специально так крутил, чтобы она остановилась на Чоне. Юнги не уверен, что так бы получилось, даже если бы он попытался, но он рад, что это произошло. Внутри, эти двое испытывали возбужденную тревогу от того, что им предстоит снова поцеловаться. Если бы Юнги был честен, то ни один поцелуй не был бы сравним с поцелуем с Хосоком. А Хосок думал о губах Юнги с тех самых пор, когда перестал их чувствовать на своих. Оба прошли в центр с сердцами быстро бьющимися в нетерпении. Все шутки и подшучивания утихли, как только эти двое снова сели друг к другу лицом. Они стояли на коленях, почти грудью друг к другу, пытаясь понять хотят ли они держаться за руки или нет. Держатся за руки – сильная сторона Юнги, так что он почти мгновенно взял Хосока за руку. Чон был совсем не против этого. Это успокаивало на самом деле. Он подумал, что мог бы привыкнуть держать Юнги за руку ещё чаще. На этот раз оба были полны решимости поцеловаться ещё лучше. Даже несмотря на то, что, на взгляд Хосока, второй раз был почти что волшебным. Его губы вжались в Хосоковы с большей силой. Это почти вынудило Хосока наклониться ближе, чтобы получить то, чего он хочет, но рука Юнги на его плече удерживала его. Хосок первым углубил поцелуй. Он чуть подтолкнул верхнюю губу Юнги, пока тот не разъединил губы и дал больше доступа Хосоку. Язык Чона мягко прошелся по языку Юнги, это было будто поддразниванием то, как он скользнул по нижней губе исчезая через несколько секунд. Юнги хотел повалить Хосока на пол и целовать до посинения, но он не думал, что это самое подходящее, что можно сделать перед всеми своими друзьями . Эти двое целовались довольно долго, но никто ничего не сказал им. Было ощущение, что им просто не стоит. Они оба заслужили это. Тихие, отчаянные звуки вырвались изо рта Юнги, когда Хосок обвил руку вокруг его талии, чтобы притянуть ещё ближе. Они поменялись, и теперь Хосок полностью контролировал их поцелуй. Он наклонил голову в другую сторону, чтобы Мину тоже пришлось подстроиться под другой угол. Ему нравилось, как Юнги пытался угнаться за его губами, стоило ему только отпрянуть на сантиметр. Юнги отстранился, потому что так нужно. Потому что ему придется затащить Хосока в ближайшую ванную или комнату, если он не остановится. Потому что он слишком шокирован и даже не думал, что может испытывать такое по отношению к Хосоку, пока они не начали эту тупую игру. Чон попытался удержать его, когда тот начал отдаляться. Он шептал почти в отчаянии: – Стой, стой, стой, – в губы Юнги, когда тот почувствовал, что парень чуть наклонился назад, чтобы остановить поцелуй. Оба почувствовали себя опустошенными, когда оторвались друг от друга. Никаким зрительным контактом и не пахло, когда Юнги сел на свое место, а Хосок схватил бутылочку. Шокированный Намджун нервно посмеялся. Он сказал: – Эм. Ну и какого черта сейчас было? Хосок захихикал, потому что не знал, что сказать. Юнги решил промолчать. – Моя очередь, да? – сказал Чон, будто подумав в слух. Конечно, он знал, что сейчас его очередь. Все знали. Они знали, что он знал, потому что тот остался в центре; но все попытались перевести тему. Все ещё с красным лицом, Хосок закрутил бутылочку и чуть отодвинулся, чтобы ей было, где крутиться. Бутылочка остановилась на Тэхене и тот радостно выпрыгнул в центр круга. Он выглядел даже нервознее того раза с Сокджином или с Чонгуком и Чимином. Хосок, несмотря на свою теплую и радушную ауру, всегда заставлял Тэхена нервничать. Не потому что он боялся его, а потому что было в Чоне то, чего он не мог объяснить. Он всегда был для него особенным. Как только Хосок приблизился в центре к Тэхену, Намджун, неизбежно, сказал: – Не с тобой ли был первый поцелуй Тэхена? Они всей компанией засмеялись. Тэхен посмотрел на Хосока, а затем отвел взгляд. Хосок закатил из-за Намджуна глаза, но не ответил. – О боже, я и забыл об этом, – сказал Сокджин, как будто у него только что случилось прозрение. Затем добавил, – Тогда это должно быть просто для вас. Как в старые, добрые времена. – Как ты мог забыть? – спросил Чонгук. – Это было переломным моментом для всех нас. – Переломным моментом? – спросил Чон, морща брови. – Вы все те ещё засранцы. Чонгук засмеялся и махнул этим двоим в центре, чтобы те сошлись ближе. Что-то даже в одной мысли о том, чтобы поцеловать Тэхена, заставляло Хосока улыбаться. Он никак не мог побороть это. Он не знал, что с ним происходило, но так было всегда. Они поцеловались только раз, год назад, но, до того, как Чимин и Тэхен стали парочкой, они были единственными в компании, кто целовался. Понятно, что эта статистика может выйти в окно после сегодняшнего вечера, но Хосок привык думать, что его отношения с Тэхеном были особенными. И они все ещё такие, считает он. Они распускали шутки об этом, но для Чона всегда было честью быть первым у Тэхена. Сейчас они нервничали так же, как в их первый поцелуй, хотя они даже не знали почему. Оба знают, что у них нет чувств друг к другу. И после сегодняшнего вечера, когда они перецеловали всех в круге, это не должно было быть большой проблемой. Но они все ещё нервничали. По какой-то причине, в паре эти двое всегда были особенными. Они все время улыбались во время поцелуя. Оба держали лица друг друга в ладонях. Тэхен чуть сильнее прильнул к Хосоку, заставляя его чуть отклониться, но они не потеряли равновесие. Медленно, Тэхен убрал руки с лица Чона, хватаясь на его спине за футболку. Тэхен всегда был жаден до поцелуев, даже когда был спокоен. На его губах всегда было это ощущение покалывания, которое делало его нервным, когда он целовал кого-то. Хосок близко прижал к себе Тэхена, живот к животу, и он мог чувствовать, как быстро он дышит. Успокаивающе, Чон пробежался пальцами вниз по его спине. В ответ на прикосновение, Тэхен наклонился ближе, желая большего, чем Хосок был готов ему дать. Они целовались какое-то время, и медленно разошлись. Им немного не хватало воздуха, улыбки все ещё красовались на их лицах, а пальцы были сплетены вместе. Чимин заговорил первым. Он проговорил это медленно, будто не был уверен, что хочет оглашать, что было у него на уме: – Это было… горячо. Хосок громко засмеялся, прикрывая рот руками. Он склонился вперед почти в истерике, но когда он выпрямился, его лицо было собрано, а голос был мягким, когда он сказал: – Подкиньте нам денег, и мы устроим шоу. Чимин вскинул брови. – Не искушай меня, – предупредил он. – Никаких секс-шоу, пришло время вернуться, – сказал Тэхен. Он махнул Хосоку на его место, чтобы тот освободил центр круга, и закрутил бутылочку. Хосок сел обратно на место, как раз в то время, когда бутылочка замедлила ход. Она остановилась на Чимине, почти идеально по центру, и Тэхен громко засмеялся. Юнги закатил глаза, когда Сокджин встал в месте и сказал: – Окей, мы закончили. Тэхен проигнорировал их, ползя из центра. Чимин слегка наклонил голову, наблюдая за ним и забавляясь тем, как к этому подошел Тэхен. Он положил руки Паку на плечи, частично садясь тому на колени. – О господи, – сказал Юнги. Он покосился на них, отводя взгляд. Чимин с Тэхеном переигрывали на публику, только чтобы побесить пятерых. Они громко целовались, преувеличивая стоны, исходившие от них. Чонгук, сидевший рядом, встал и перешел на другую сторону круга. Намджун на этот раз закрыл глаза по-настоящему. Он выглядел так, будто его глаза были выжжены из черепа. – Окей, мы вас поняли, – сказал им Намджун. – А я-то думал, ты сказал никаких секс-шоу, Тэхен! – прокричал Сокджин. Тэхен и Чимин были слишком заняты, чтобы услышать их. Они сбавили драматичность, но вот поцелуй был все ещё очень даже реальным. Тэхен уселся удобнее на коленях Пака. Его руки перекочевали с плеч, обвивая шею Чимина. Он аккуратно потянул за ткань футболки, пытаясь напомнить себе, что неуместно пытаться раздеть Чимина прямо сейчас. Все здесь. Никто не оценит этого так, как он. Руки Пака поглаживали спину Тэхена, чуть приподнимая его рубашку, чтобы дотронуться ладонью до слегка горящей кожи. Ему всегда нравилось, когда Чимин держал его за бедра, так что, когда он так сделал, стон Тэхен так же показал реальность их поцелуя. Когда Тэхен заерзал на бедрах Чимина, чтобы сесть поудобнее, все были готовы закидать их полотенцами. – Это все, я пошел, – сказал Сокджин. Он уже стоял, так что он развернулся и зашагал на кухню, бубня что-то про то, что ему нужно выпить. Хосок пошел за ним, качая головой, но не прежде чем кинуть подушкой в этих двоих. Чонгук сказал им: – Вы двое все веселье рушите, – но они были слишком заняты, чтобы беспокоиться о том, что кто скажет. Пятеро из них сбежали на кухню, оставляя Тэхена и Чимина в гостиной. Все ещё оставаясь на полу, они оторвались друг от друга спустя какое-то время, потому что потребность воздуха зашкаливала. Позади, они слышали, как остальные болтают. Тем не менее, те жаловались на то, что эти двое заходят слишком далеко. Кто-то что-то пробубнил про то, что надо запретить Тэхену с Чимином играть с ними, что Чимин счел драматичным. Наверняка это сказал Сокджин. – Мы закончили! – смеясь, Пак позвал остальных. Он и Тэхен переместились на диван, сидя нормально и друг с другом. Он сказал, – Вы можете вернуться! Хосок отозвался первым. – Вы обещаете, что все? Тэхен захихикал, утыкаясь в плечо Паку, чтобы заглушить смех. Чимин ответил: – Да, пока все. Повисло молчание, как будто бы пятеро решали, как одна команда, хотят ли они возвращаться к ним в гостиную. Тэхен считал, что они могут остаться там, если так хотят. Он и Пак займут гостиную. Тэхен нашел пульт в нескольких сантиметрах от телевизора и включил его. Там обязательно должен быть какой-то хороший фильм. Постепенно, остальные начали возвращаться в гостиную. Чонгук принес миску с попкорном, в которую Ким засунул руку, как только увидел ее. Намджун нес в своих руках две упаковки, состоящие из шести банок пива. Сокджин, Хосок и Юнги принесли подушки и одеяла из комнаты Тэхена и Чонгука. Они не были уверены, какой именно фильм сейчас идет, но Тэхен был в предвкушении. Он эксперт по фильмам в их компании. Они надеялись, что фильм хотя бы заставил их засмеяться. Никакой учебы сегодня не было, но их личное исследование на тему, кто лучше целуется, прошло успешно. Победители: Мин Юнги одержал полную победу.