Save me. Спаси меня.

Новогодняя ночь уже приближается, а Юн сидит в баре и хлебает всё подряд. Девушка была уже в зюзю, а бар как раз закрывался, ведь надо же пойти и отметить со своими родными праздник. То же самое посоветовали и Лине, а так как та была пьяна, с радостью отправилась на свою хату, где ее ждал злой Мин Юнги. Девушка ели приплелась к дому и с третьего раза открыла дверь и та бесшумно отварилась. Войдя в помещение, Юн с неспешкой сняла обувь и прошла в гостинную, где парни сидели вокруг низкого стола и смотрели телевизор, одновременно закусывая салатами и тому подобным, алкоголь. Лина почти тихо подошла с зади одного из друзей парня. — Как я по вам всем соскучилась!!!!       Пьяная морда расплылась в грустной мине. Девушка обняла со спины, как оказалось Хосока и начала его целовать в щёки и слюнявить все его лицо. Парни были в ахуе от действий сестры Мина и отпрыгнули в разные стороны, кинув друга в пожертвование ненасытной девицы. Кое-как отмазовшись от Юн, Хоуп спрятался в ближайший шкаф. Вот девушка закинула голову назад и заметила Гука с Чимином за креслом, которое находилось не далеко от нее самой. Следующие жертвы были уже определены и со страхом в глазах, друзья не смогли даже пошевелиться, дабы избежать кары. Через миг Лина обнимала обоих и пыталась целовать даже в губы, но изворотливые рожи не позволяли этого сделать, ведь Шуга их потом убьёт. Но вот бабник тоже хотел поучаствовать в этом веселье и сам подоспел к групповухе и взяв девушку за запястье вытянул ту от Чона с Чимом и сам уже стал тянуться за поцелуем, но Юнги все испортил. Он взял сестру на руки и потащил на второй этаж, дабы та проспалась хорошенечко. Ему даже не хотелось орать на нее за разбитую бутылку коньяка. За дорогу Юн много раз пыталась поцеловать брата, но все было тщетно. В очередной раз попытавшись поцеловать Мина, Лина заставила его как можно дальше откинуть голову, из-за чего он не удержал равновесие на ступеньках и упал на младшую, которая находилась в его объятиях. Неловкая пауза наступила и оба смотрели другу другу в глаза. Юн быстро приподнялась на локтях и попыталась поцеловать брата в губы, но, блять, снова не получилось. Он отскочил от сестры на пару метров и стал на нее грозно смотреть. — Ты, блять, шо, ебанулась?       ЛиНа обиженно надула губки и отвернулась, мол: Я тебя не знаю, иди нахуй. Спустя некоторое время Юнги тяжело вздохнул и посмотрел на пьяницу. Выхода нет - придется ее тащить обратно вниз и отмечать праздник, который скоро начнется. Парни внизу с ужасом смотрели на спускающуюся парочку, ведь минут десять назад, Юн буквально хотела их всех изнасиловать. Мин посадил сестру себе на колени и все сели снова вокруг низкого столика. Девушка снова приставала к брату, но поцеловать его так и не получалось. Уж слишком ловкий и "скользкий".       Вот уже подходит время. Президент Южной Кореи говорит свою речь и поздравляет всех с наступающим годом. Лина берет бокал белого шампанского в руку и чуть ли не заливает им весь стол. "Друганы" слегка посмеиваются, но потом замолкают при взгляде Юн. Джин, как самый старший открывает очередную бутылку шампанского, но уже красного и разливает всем по бокалам, иногда разливая несколько капель на пол и стол. Все чокаются стеклянными чашами и пьют до дна, ибо это Новый Год, детка. Чонгук уже достаточно напился, поэтому Намджун его отнес наверх, будучи самым трезвым из компании. Лина все доставала Юнги своими поцелуйчиками и обнимашками, но Мину было как то все равно, ведь это чудо-юдо ничего необычного не сделает, хоть и было немного противно. Перегар стоял во всем доме и даже наверное в подпольном клубе Шуги. Все еще пили, а точнее бухали, но у Юн уже не было сил даже пошевелить рукой и она прикрыв глаза, начала сопеть привлекая к себе внимание не только брата, но и Пака с Чоном, которые сидели по бокам от Юнги. Мин взял сестру на руки и отнес на верх чуть спотыкаясь, но ни разу не уронил девушку. Ночь переходила в утро, а утро в день. Все на свете спало, особенно люди, которые отмечали всемирный праздник. Все окна не пропускают лучи солнца, ведь темные шторы переграждают им путь. Перегар все ещё стоит в доме, так как открывать окно никто даже и не собирался. Юнги не любит дневной свет, поэтому не разрешает запускать лучики солнышка в дом. Но Лина все равно иногда даёт себе волю и раскрывает шторы. На данный момент она хотела только свежего воздуха и воды. Голова Юн трещала и будто разрывалась. Она непривыкла к таким гулянкам, поэтому ей было даже сложно встать с кровати. Но переосилив себя, девушка встала и подошла к окну, отодвинув шторы в сторону и открыла окно. Свежий зимний ветерок прошёл по комнате Юн и обдул ее личико. Чистым, без перегара воздухом было приятно дышать, но жажда даёт о себе знать. С поникшей головой, Лина закрыла окно и вернула на место ткань. Спустившись на первый этаж, девушка метнулась к раковине и включила кран. Холодная вода потекла и создала маленький шум. Взяв большую пивную кружку своего брата, девушка налила в неё воды и залпом выпила содержимое. Вспомнить эту ночь девушке не довелось, но краткие кусочки воспоминаний метались в мыслях. Парни наверняка все ещё в отрубе и им мешать Юн не горела желанием. Собравшись к выходу, Лина пошла по улице. Дышать было на много легче чем в доме.

***

— Да ебать вашу ж мать! Такие оры после пьяной ночи совсем не удивительны. 95-тый год сейчас лежал в обнимку и чуть ли не докасывался губами друга друга. Намджун вместе с Джином лежали на кровати и первый обнимал второго. А Хоуп лежал сверху Гука. Да прям гей-парад какой-то. — Какого хрена орёшь, придурок? — Моня сквозь сон обратился к Мину. — А какого хрена вы все тут развалились в гейских позах!? Парень даже не заметил что обнимает своего друга и до него ни как вообще ни в каком, блять, чертовом случае не доходил гребаный смысл слов блондина. — Чо?