Звёзды на земле

      На следующий день, мы с Куртом никуда не выходили и ничего не делали, даже с ребятами особо не говорили. Когда я только услышало том, что у Курта будет младший брат, меня стали переполнять позитивные эмоции, правда только, что их стёр в порошок сам Курт. По его словам и мнению, родители, таким образом решили сделать ему замену, а поскольку это мнение было невероятно глупым, мне ничего не оставалось, как начать выяснять корень такого мышления, собственно и начать дискуссию. Спустя несколько минут бессмысленного диалога, а точнее простых доводов со стороны Курта, мне надоело выслушивать прямолинейные, и глупые аргументы, поэтому мне пришлось уединиться в туалете, оправдываясь зовом природы, хоть на самом деле мне просто хотелось побыть одному. А сегодня у нас наступил «почётный день депрессии», если мне ничего не оставалось, кроме как делать вид, что я что-то ищу в интернете, и читаю новости на компьютере, то Курт основательно расположился на нашей кровати, накрылся одеялом и прирос к матрасу. Поначалу мне казалось, что это простая одноразовая, и кратковременная депрессия, ведь элементарное не соблюдение гигиены на протяжении всего дня. Сама по себе депрессия была неприемлема для Курта, особенно она была просто несовместима с его характером, ведь зная его черты характера и склонность к доминированию, эта слабость была недопустимой. Казалось, что мне стоит лишь немного подождать, однако это психологическое недоразумение оказалось куда сильнее, чем нам казалось. На протяжении следующих трёх дней, Курт всё так-же лежал на кровати, и лишь изредка выходил в туалет и выпить воды, за это время, мне не раз приходилось делать ему замечания, по поводу его нынешнего образа жизни, но вместо адекватной реакции, и прислушиванию ко мне, он отворачивался от меня и накрывал голову подушкой. На шестой день, Рома с Питером позвали меня к себе в комнату и прямым текстом мне намекнули, что Курту пора вправить мозги, поскольку из-за того, что Курт создавал не самый приятный запах, а из-за этого мне приходилось спать на диване в гостиной, Рома предложил мне устроить Курту взбучку. Естественно мне стало интересно, какими методами и способом они решили привести его в чувство, но как оказалось, у Ромы было несколько вариантов, и все они были зависимы от определённых факторов. Первое что мне предложили парни, это поход к родителям и цивилизованно решить проблему, однако этот вариант не подходил ни одному из нас, поскольку родители Курта, скажем так, не сильно меня любили, по крайней мере его мама, которая сейчас была в положении, уже даже не говоря про самого Курта. Второй вариант был основан на походе к психологу Ромы, он вроде как ещё держал с ним короткую связь, а поэтому этот вариант был хорошим, но как и в первом варианте, были некоторые проблемы, которые как уже все мы поняли, заключались в самом Курте. Ну, а третий вариант был прост и банален, нам нужно было силой затянуть Курта в ванную, помыть его и вставить мозги на место, однако тут уже был против я. Мне не сильно хотелось, чтобы мы применяли грубую силу к тому, кого я очень любил, и был готов защищать его любой ценой. Как ни странно, наше голосование пришло к некому собранию этапов, которые заключались в чередовании методов, и как ни странно, первым вариантом оказался третий, поскольку для него нам не требовалось особой подготовки. — Сэт, не волнуйся. Мы сделаем всё аккуратно и быстро. Просто помоги нам его дотащить до ванной комнаты, а там мы уже сами. — по правде говоря, мне казалось, что парни скажут мыть Курта мне. Наверное Рома понимал, что если этим займусь я, толку от меня будет, как от сухой мочалки. — Хорошо, только я прошу вас. Будьте аккуратней с ним, ему и без того сейчас плохо… — не знаю почему, но мне почему-то не хотелось впускать ребят. Просто у меня было такое чувство, что Курт пострадает, от чего ему будет ещё хуже.       Открыв дверь в комнату, Рома с Питером прошли к средине комнаты и стали у кровати, после чего зашёл в комнату я, и призвал Курта к небольшому диалогу, после которого, парни стали по обе стороны кровати и были готовы действовать. Увидев ребят, Курт был в лёгком недоумении, но когда увидел ехидную улыбку на лице Питера, он стал пытаться облокотится на свою подушку, но прежде чем, он понял что мы хотим сделать, парни схватили Курта за руки и потянули в сторону двери. Сопротивлению Курта не было придела, уже на первых секундах нашего небольшого захвата, Курт умудрился ударить меня ногой в живот, Питера укусить за руку, а Рому так вообще начал царапать когтями. Кое-как дотащив Курта до ванной комнаты, мне пришлось отрегулировать температуру воды и подать сигнал парням, после чего они стали заталкивать его в душевую кабинку, а меня попросили выйти и подождать их в комнате. Медленно покидая ванную комната, попутно оглядываясь на сопротивления Курта, я вышел из комнаты и направился на кухню, где взял чистый стакан с верхней полки и налил себе немного воды, чтобы хоть как-то успокоить себя самого. Именно сейчас я стал ощущать себя предателем, как-то было не по себе, от того, что парни сейчас совершают всякие манипуляции с его телом, а я сейчас сижу на кухне и ничего не делаю. Даже на кухню были слышны ругательства Курта, было очевидно, что ему было не сильно приятно, что его моют двое парней, которые никаким образом не связаны с его личной жизнью, поэтому моё дальнейшее нахождение в доме, было неприемлемым, в основном лично для меня. Выйдя на улицу, мне захотелось просто прогуляться по набережной, которая как-раз была недалеко от нашего дома. Преодолев соседнюю улицу и перейдя пару дорог, я оказался на парковой зоне, где обычные жители гуляли вдоль набережной, делали красивые фото и просто смотрели на закат. Чем мне нравилось это место, так это атмосферой, возможно это было единственное место, где мне по настоящему будет хорошо и уютно. Вся эта жизнь, была переполнена эстетическим наслаждением, после которого меня обычно тянет на романтику, в отличии от умеренной растительности и янтарного освещения с обоих сторон дороги, это место переполняли местные торговцы: еды, одежды, всяких сувениров и даже торговец музыкальных инструментов, это уже даже не говоря, про нескольких художников, которые сидели у берега и делали свои эскизы, и ресторан, который стоял в конце побережья, и имел очень хорошую репутацию. Медленно прогуливаясь по побережью, попутно наблюдая за активной жизнью этого места. Моя прогулка длилась около двух часов, за это время я несколько раз прошёлся по набережной, купил себе небольшой стакан сока и просидел последние минуты на дальней лавке, где практически не было народу. Всё это время я думал о Курте и пытался донести до себя, что всё это идёт во благо, и после того, как я вернусь домой, мы спокойно поговорим и оставим все глупости позади. Уже на подходе к дому, я увидел стоящего на улице Питера, который говорил по телефону, параллельно выпивая кофе со своей кружки, подойдя по ближе, он тут же обратил на меня внимание, и жестом показал мне минутку подождать. По окончанию разговора, он быстро положил телефон себе в задний карман и отпил последнее кофе, что оставалось в кружке, после чего положил мне руку на плечо и завёл меня в дом. Пока я снимал с себя уличную одежду, Питер зашёл на кухню и уведомил Рому о моём возвращении, так что, не успел я снять с себя обувь, как ко мне вышел Рома и стал яростно улыбаться мне прямо в лицо, хоть меня это в каком-то роде и пугало. — Ну как прогулялся? — радостно и живо спросил меня Рома. — Нормально… Как там Курт, с ним всё хорошо? — спросил я ребят, оглядываясь в сторону нашей комнаты, со стороны которой исходил тусклый свет настольной лампы. — Да не волнуйся ты так! С ним всё хорошо. После твоего ухода, мы его хорошенько почистили, привели в порядок, проветрили вашу комнату комнату, ну и собственно уложили Курта обратно в кровать, после чего провели с ним некую разъяснительную беседу, после которой он признал свою неправоту и уснул. — от слов Ромы, мне стало невероятно легко и мне тут же захотелось посетить Курта, но когда я уже было направился в сторону нашей комнаты, Питер остановил меня. Он сказал мне, что сейчас не самое подходящее время, для моего возвращения, поскольку Курт уснул буквально полчаса назад, поэтому ребята предложили мне перекусить оставшейся едой, которую они сегодня заказали к обеду, а заодно им не терпелось услышать подробности моей прогулки. — Сэт, ты не будешь против, если мы с Ромой пойдём прогуляемся до набережной, тем более ты говоришь, что там сейчас очень красиво. Заодно и побудешь с Куртом наедине. — честно говоря, я немного не понимал, почему парни спрашивали меня об этом, но если им так важно моё мнение, то я не против. — Да идите. Если захотите уединения, там на окраине, с правой стороны улицы, есть пустое место. Думаю вам там понравится. — сразу после моих слов, парни тут же направились себе в комнату, где они быстро переоделись и были готовы отправится на улицу. Перед тем как уйти, Рома ещё раз зашёл на кухню, и показал мне на недоеденную пиццу, которая лежала на верхней полке холодильника. Поблагодарив за еду, я проводил ребят и закрыл за ними дверь, после чего сразу направился к нашей комнате.       Страх и нерешительность отталкивали меня от нашей комнаты, хоть по словам парней, Курт уже смог совладать с собой, всё равно, некоторые осколки произошедшего за последние дни, не давали мне вернуться к нормальному состоянию. Подойдя к двери, я аккуратно и медленно положил руку на ручку двери, и стал медленно пытаться открыть дверь, чтобы в случае чего, не разбудить спящего Курта, но прежде чем я малость приоткрыл дверь, из комнаты раздался голос Курта, который любезно пригласил меня в комнату, тем самым давая знать, что он уже не спит. Открыв дверь в комнату и войдя во внутрь, я стал у прохода и стал рассматривать лежащего на кровати Курта. К счастью, сейчас у него не было тех признаков грусти и моральной опустошенности, поэтому я даже смог мягко улыбнуться через лёгкий мрак комнаты, в следствии чего, Курт стал пытаться встать с кровати и уже через несколько секунд, его руки легли мне на плечи, а лёгкое дыхание согревало мне левую сторону шеи. Благо из-за небольшого света, который проникал в нашу комнату через окно, я мог увидеть лицо Курта, спустя неделю моральных истязаний, мне наконец-то удалось увидеть у Курта улыбку, да, она была не такой яркой и откровенной, но она была, а это самое главное. — Курт, тебе уже лучше? — спросил я шёпотом, после чего осторожно взял Курта за руки, и расположил парня перед собой, чтобы видеть его глаза. — Да, мне уже намного лучше… Парни хорошенько постарались, так что спасибо вам… — мне хоть и было легче, от его слов, но эти паузы, между фразами вызывали у меня небольшую, но всё-таки тревогу. — Правда? Тогда почему ты постоянно опускаешь взгляд, и эти паузы между словами… Они тебя били? — От последнего вопроса Курт аж пришёл в ярость, из-за чего он тут же убрал свои руки и отошёл на два шага назад. — Что?! Как ты мог о таком подумать?! И вообще! Кто бы говорил! Если ты не забыл, то ты и сам бил меня! — После пары не совсем приятных ностальгических моментов, и разъярённого крика в мою сторону, мне пришлось перейти к проверенному способу успокоения, то бишь поцелуй.       Не проронив удобный момент, я быстро притянул Курта к себе и быстрым движением рук и шеи прильнул к мягким и нежным губам Курта. Несколько секунд сопротивления, после которых был раскрыты наши эмоции и любовь к друг другу, минута другая, и Курт основательно прижал меня к себе руками, и начал тянуть меня в сторону кровати, правда дело было в том, что у меня пока не было особого желания заниматься этим делом. Так что при подходе к указанному Куртом месту, мне пришлось совершить хитрый манёвр и остановить наше сближение с кроватью, на что сразу же последовала бурная и вопросительная реакция. — Почему ты не хочешь меня? Неужели запах моей шерсти до сих пор вызывает отвращение? — После этих слов, Курт тут же стал обнюхивать свои руки и одежду, но дело было далеко не в этом, а поэтому, я тут же стал делать доводы против его глупого предположения. — Курт… дело тут не в твоём запахе. Сейчас ты прекрасно пахнешь, впервые за эту неделю. А причина собственно в том, из-за чего тебе пришлось пережить эту слабость. — прижав к себе Курта, я стал нежно гладить его спину, и время от времени целовать шею. — Сэт, я не хочу говорить об этом… Ты как никто должен понимать, зачем они мне брата. Достаточно вспомнить случай с моей матерью, которая чуть не погубила тебе жизнь. Поэтому… Я не стану проявлять своё существование до тех пор, пока они сами про меня не вспомнят. А если не вспомнят, мне же будет легче. — от слов Курта, мне становилось ужасно печально. Неужели это и есть то решение, к которому он смог прийти в конце своей депрессии? Если так, то это неправильно. — Курт, ты уверен, что это действительно то — что ты хотел мне сказать? Просто я не думаю, что тебе стоит обрывать все связи со своей семьёй, учитывая то — что твоя мама сейчас беременна. Ты не должен… — не успел я договорить, как Курт резко вскочил ко мне и схватил руками за воротник, после чего стал яростно смотреть мне в глаза и как-будто пытаясь что-то сказать, но язык не был готов к таким словам. — Хватит Сэт! — сквозь зубы произнёс Курт. — Кому как не тебе знать, что такое фальшивая семья! Что-то я не заметил у вас тёплого общения в семье! Я уже даже не говорю про твою сестру, которая выжила тебя из дома! — было грустно это признавать, но в словах Курта были не только очевидные факты, но и простая обида на собственных родителей, которую он пытается перекинуть на меня. — Всё Курт, достаточно. Я начал этот разговор лишь для того, чтобы убедится, что тебе стало лучше, а не наоборот. Ну да ладно… Кушать будешь? — думал резкая смена темы сможет отвлечь его от семейных проблем, но оказалось, что Курту понадобилось больше времени, чем я подсчитывал.       Оказавшись на кухне, я сразу предложил ему сесть у окна, и стал доставать остатки хлеба, которые остались после ребят, собственно как и остатки пиццы, на что Курт отреагировал очень положительно. Пока несколько кусков пиццы подогревались в микроволновой печке, я нарезал остатки хлеба и клал на них куски колбасы, которую нашёл в морозильной камере холодильника. Пока я готовил нам небольшой ужин, Курт всё время смотрел на улицу и время от времени концентрировал своё внимание на прохожих, которые проходили возле дома, когда бутерброды были готовы и расположены напротив Курта, я вернулся к пицце, и вытащил её в самом горячем состоянии. Через минуту, мы уже сидели напротив друг друга и поедали наш скромный ужин, перед тем как приступить к пицце, я заглянул в стол и достал от туда по паре вилок и столовых ножей, которые уже через секунду лежали на столе. К сожалению Курт отверг моё предложение столовых приборов, оказалось, что ему было удобнее кушать руками, к счастью исключительно пиццу, а не всю еду в целом, на что мне было немного смешно, зато я снова почувствовал между нами тёплую связь, которая угасла несколько дней назад. Придерживаясь некой атмосферы во время нашего ужина, я всё время старался вытянуть Курта на диалог, правда за всё время, нашего провождения за столом, мне так и не удалось завязать весёлое общение. Хотелось сказать, что в этом был виноват я, но если сказать честно, то именно Курт не хотел отвечать мне взаимностью, жаловаться на это было просто глупо, тем более сейчас, так что мне ничего не оставалось, как закончить свою часть ужина и отправится в ванную комнату. На часах уже было около девяти часов, да и собственно меня начало сильно клонить в сон, после всего этого дурдома, поэтому я не видел другого выхода, как пойти спать. Пока я чистил зубы, и принимал душ, Курт в это время сидел на кухне и всё так-же смотрел на улицу, после того, как я вышел из ванной комнаты, в дом вошли ребята и стали нас приветствовать. По их "внятному" диалогу с нами, мы сразу поняли, что парни были подвыпившими, и не слабо так пьяными, поэтому Курт тут же покинул кухню и направился в нашу комнату, а я остался помогать парням снять с себя одежду и сопроводил их в их комнату. У меня был только один вопрос, по поводу всего этого бреда. Где, и кто продал им алкоголь? И как им удалось не попасть под полицейский патруль, ещё в таком то состоянии. Ладно, все интересующие вопросы, я задам им завтра, а сейчас мне нужно идти спать.       Войдя в свою комнату, мне пришлось застать Курта за письменным столом, который сидел за ноутбуком и что-то писал, ну или кому-то. Не став вторгаться в личную жизнь, поскольку прекрасно знал последствия такой глупости, я быстро подошёл к кровати и стал снимать с себя одежду. Откинув покрывало в сторону и быстро устроившись на своё место, мне ничего не оставалось, как подождать Курта, который по всей видимости уже скоро закончит, а пока мне ничего не оставалось, как наблюдать за столь вялым движением хвоста моего любимого и наслаждаться цветом его трусов. — Курт, ты там скоро? Мне уже спать хочется… — спросил я цель своего ожидания, одновременно максимально плотно укутываясь в тёплое одеяло. — А ты не хочешь заняться сексом? — медленно, но уверенно спросил меня Курт, но он наверно не понимал, что для того, чтобы заниматься этим делом, мне как минимум нужны силы. — Курт, какой секс… Ложись спать, нам завтра рано вставать… — я конечно уважал желания своей любви, но не до такой же степени, чтобы потерять сознание прямо во время этого дела. — Хорошо, хорошо, сейчас лягу… — закрыв свой компьютер, Курт небрежно подошёл к кровати и стал пытаться стянуть с себя свою футболку, благо трусы остались на нём. Когда футболка оказалась на стуле, он резко упал на кровать, после чего заполз как можно ближе ко мне и полностью накрыл себя моим одеялом, пока из-под края не показался лишь край его хвоста. — Спокойной ночи Сэт, приятных снов. — Спокойной ночи Курт, постарайся меня больше так не мучить… — Прости… — сказал Курт сквозь наше одеяло и обнял мой торс руками, ну, а я, обнял руками подушку и спокойно уснул, с яркими надеждами на завтрашний день.