Контроль

Брок никогда в жизни не отсасывал. Да, ему самому много раз делали минет: хорошенькие девушки и первоклассные шлюхи, смазливые парни, даже другие бойцы иногда хотели встать на колени перед Командиром, что Брок им позволял сделать в каком-нибудь темном углу базы ГИДРЫ, до которого не доходил обзор вездесущих камер. Брок никогда не сюсюкался с партнерами, но всё в жизни бывает впервые. - Котик... Ну чего ты? Тише, тише... это временно. Больно не будет. - уговаривает Брок Зимнего Солдата, покрывая нежными поцелуями щетинистое лицо в темноте их спальни. - Сейчас я включу свет... Рамлоу подкрепляет свои обещания действием: целует Солдата в нос, отчего тот издает забавный фырк-полувсхлип, сползает с постели и идет к выключателю. Брок находит выключатель со снайперской точностью - с первой попытки. Комнату заливает мягким желтым светом. Брок ободряюще улыбается заплаканному Солдату и возвращается на постель, запускает обе руки в длинные волосы, мягко массирует пальцами кожу головы. Брок где-то читал, что это помогает расслабиться. Вообще-то Брок собирался себя отпустить, качественно поебаться, отыграться за все три месяца, что Солдат нагибает его, где пожелает и в любое время, когда того пожелает, дорваться хотя бы на одну ночь до шикарной мускулистой задницы киллера, которая постоянно вертится под носом, но нельзя даже по-хозяйски облапить, когда того хочется. Солдат хорошо заламывает руки, не ломая. Потом несколько часов болит. Когда Солдат пару раз в месяц всё же снисходит до седлания бедер любовника, руки Брока надежно фиксирует стальная ладонь над головой. Брок исхитрился, достал через свои связи ампулу антисыворотки и удачно всадил шприц в плечо ничего не подозревающему Солдату, разомлевшему после теплой ванны и и ждавшему вечерней клубнички. И теперь вместо жесткого справедливого доминирования Брок делает идеальному убийце ласковый массаж головы и нашептывает на ухо всякую успокаивающую муть. То ли массаж головы работает, как надо, то ли причина в том, что у обоих каменно стоит до звона в яйцах. Солдат перестает плакать, периодически жалобно хлюпает носом, полностью расслабляется под Броком и прикрывает глаза. Брок чувствует себя последней скотиной. - Детка. - с непривычной нежностью стонет Брок, прежде чем начать спускаться дорожкой поцелуев от кадыка вниз, - к внушительному возбуждению Солдата. Брать такое в рот страшно и непривычно. Брок расстрелировает сомнения за несколько секунд и на пробу касается губами большой розовой головки. Солдат выгибается, протяжно одобрительно стонет. Брок смелеет, широко открывает рот и осторожно обхватывает губами головку, посасывает одну головку, обводит языком внутри горячего рта. Эти дело оказывается не таким отвратным, как представлялось. Джеймс отмыт до скрипа, от него пахнет ванильной пеной, а с той глубины, с которой Брок подошел к задаче, чужой член во рту напоминает крупную клубничку и никак жизненно-важным процессам в организме Брока не мешает. Заставлять Солдата стонать и ерзать бедрами от возбуждения оказывается занятием увлекательным. Брок обхватывает левой мощный ствол и самозабвенно сосется с головкой, мажет и легонько щекочет языком, обводит языком по кругу, едва касается с зубами, плотно прихватывает губами, будто пытается съесть клубничку, и намеренно не отстраняется, когда приходит время. Позволяет Солдату кончить в свой теплый рот, потому что из личного опыта знает, что так приятнее. На путь до ванной, споласкивание рта и обратный Броку хватает минуты. Солдат сладко посапывает в той же позе, в которой Брок его оставил. Брок переворачивает разомлевшего любовника на живот и начинает второй заход с нежного массажа плеч. К такой цели надо подбираться осторожно, никак нельзя идти напролом. Цель одобрительно стонет, нежится на животе и подставляется под ласку. Солдат озвереет, когда восстановится, но до этого Брок его нежно оприходует и успевает ещё с полдесятка раз задобрить минетом.