Часть 1
26 января 2018 г., 09:00
А Князь вообще не одобрял что-то настолько плебейское и резко пахнущее дешёвыми китайскими специями, которые, может, вообще наполовину яд, каким можно лошадей травить.
Но мне хочется есть, мне жутко лень готовить что-то адекватное в полвторого ночи, поэтому я опять притаскиваю в его кабинет тридцати шести рублёвый дошик с маленькой пластмассовой вилкой и тремя пакетиками внутри. Говяжий, как я люблю. Мясом, там, конечно не пахнет, максимум, соевые шарики и вкусовые добавки, но зато можно сказать, что это тру веганский поздний ужин.
Я притаскиваю дошик и с порога бьюсь лбом об укоризненный взгляд моего мужика, сохранившего по этому поводу гробовое молчание. Тем более что эту адскую смесь – какая ирония – я заливаю его из чайника, из которого здесь заваривают обычно дорогущие прекрасные чаи. Из которого Князь топит в кипятке любимый растворимый кофе.
Это практически святое. Почти реликвия, осквернённая маргинальным китайским хавчиком.
Я накрываю варево пластмассовой белой крышкой, чтобы дать напитаться, и роняю себя на соседнее кресло. Князь бы мне ещё сказал сейчас что-то вроде «попробуй мне залить свои дрянью документы, и задница будет бита», но он почему-то молчит, с каменным лицом выписывая что-то в уголок военной карты.
По истечении пятой минуты я снимаю крышку, и тот самый резкий, по-чёрному романтичный запах вырывается наружу, доводя до максимума мой полуночный голод. Князь поднимает голову. Я невозмутимо берусь за вилку.
Длинные макаронины сосказльзывают с зубчиков, сколько их туда не накручивай, с них капает пропитанный специями бульон. Я жутко хочу есть, мне в сущности плевать, но Князь смотрит, и надо прекращать давиться лапшой, как будто это последний дошик на всём белом свете.
Князь смотрит, и надо есть аккуратно, не разбрызгивая соус и не чавкая. И это жутко некомфортно, буквально с ума сойти!
– Ну чего ты пялишься на меня! – не выдерживая, наконец горестно взвываю я и воздеваю руки к потолку. – Дай нормально поесть, как свинья!
Князь нахально отбирает у меня вилку и подаётся вперёд.
– А мне? Я тоже хочу.