Как по волшебству

      Один, восседающий на троне, громко стукнул посохом об пол. — Локи Одинсон, за твои деяния в Мидгарде я ссылаю тебя в мир людей на тысячу лет и лишаю твоей силы, покуда ты не одумаешься и не покаешься в содеянном.       Локи ухмыльнулся. Вот так счастья привалило! Один всегда был любителем необычных наказаний, но здесь он явно превзошел себя. — Тысяча лет, не многовато ли для короткой человеческой жизни?       Один не ответил на язвительное замечание сына, а лишь покачал головой. — Отец! — до сих пор хранивший молчание Тор быстро подошёл к трону. — Это же безумство! Локи пропадёт в Мидгарде. Земной люд захочет убить его, если увидит! — Тор. — Локи попытался окликнуть брата. — Хватит.       Трикстер прекрасно понимал, чем грозит ему ссылка в мир людей, но и на этот случай у него был припасён неплохой спасительный план. Однако Тор проигнорировал недовольное шипение брата. — Да, я это понимаю. — Один недолго поглядел на своего старшего сына и выдал: — Поэтому ты идёшь с Локи. Надеюсь, ты приглядишь за ним и не дашь натворить бед.       И, не успел Тор высказать свой ярый протест, как Один привёл наказание в исполнение. Всеотец вскинул посох в воздух, и Локи тут же осел на пол, словно его вмиг покинули жизненные силы. Тор, не знающий, что ему делать, метался между отцом и братом, что-то выкрикивая. Внезапно братьев закружил серый вихрь, и вот они уже несутся в нём сквозь космическое пространство. — Зачем подыграл отцу? Он бы сжалился, если бы ты попросил! Локи, ты…!       Шум проносящегося мимо воздуха заглушил слова, так и не донеся то, что хотел сказать громовержец. — Не мешай, я пытаюсь нам помочь!       Сын Лафея лишился своих магических сил, но отнюдь не умения выкрутиться даже в, казалось бы, безнадёжной ситуации. Пока Один отвлёкся на протест Тора, трикстер смог отделить часть своей магии и заключить её в предмет, укрыв таким образом от Всеотца часть своих магических сил. Этим предметом оказался медальон, подарок Фригги, который по счастливому стечению обстоятельств, лежал в нагрудном кармане. Теперь же Локи пытался его достать, чтобы воспользоваться остатками своей магии. — Не смей ничего делать! — взревел Тор и попытался схватить брата за руки, но воздушный вихрь всё время разводил их в противоположные стороны. — Я и так из-за тебя натерпелся, а сейчас вообще — сослан! Замечательно, Локи! Прекрасно!       Трикстер извлёк медальон и попытался высвободить немного магии, однако буря, устроенная Одином, сильно мешала, и зелёный луч, выскочивший из предмета, срикошетил от стенки вихря и начал хаотично двигаться между братьями, пока не исчез из виду. В ту же секунду движение бури поменяло своё направление, предварительно встряхнув летящих в ней братьев, а уже через некоторое время ссыльные шлёпнулись на землю. — Локи! Локи! — кричал Тор, поднимаясь с земли. Он оказался в многолюдном месте и, к тому же, потерял брата из виду.       Тор с удивлением отметил, что жители Мидгарда заметно выросли с их последней встречи и теперь были выше асгардца на добрый фут с половиной. Громовержец расталкивал людей руками, то и дело запутываясь в их странных чёрных одеяниях. Вдруг кто-то схватил Тора за плечо и потянул в сторону.       И только Бог Грома хотел дать неизвестному противнику достойный отпор, как очутился перед стеклянной витриной какой-то лавки, в которой отражались две очень знакомые фигуры: мальчик с длинноватыми чёрными волосами в зелёном одеянии и мальчик со светлыми волосами и красной накидкой на плечах.       Черноволосый почему-то держался за голову.