сказка о сгоревшем сердце

***

Всё красивые истории заканчиваются хэппи-эндом. Но красота всегда была переоцененной валютой. Манипулирующий искусно поданный нож под шелковой тканью. Горящая вывеска гласит: смотреть можно с изяществом, с гордостью, и только одно касание к ней влечет за собой кровь и боль. Красота с каждым разом наполнялась этим и жаждала большего. Люди любят тайны, их сердце начинает приятно трепетать внутри, вызывая детский неумолимый восторг. Чем запутаннее обвита хитросплетениями тайна — тем слаще принимать её в себя. И так было и будет со всеми. Пока каждый, не станет главным героем этой тайны. Люди любят быть в центре всемирного внимания, но по милости небес только не в этом случае. Говорят, что замок, чудом исцеливший после пожара, стал призрачным. Да и во время своего бытия, он имел репутацию не столь живого места. Люди истолковали легенды, но фасад старинных стен намертво переплетенный страшными рассказами, так и не открыл причину столь странного пожара. Тайна закрытого замка сгорела, как подобает образцам такой временной истории и увековечилась его пепле. Сводящая от досады скулы, ах, ясно цветущая богатая семья поселилась там, еще неуказанно давно. Король не чаял души в своей дочери, устраивая и созывая для неё лучшие балы. С уст первых рассказчиков, да светлая им память, Принцесса, любила птиц. Она собирала их по лесным округам, приручая их своим необычным пением. Не было ни одной птицы, что смогла устоять, и не поддаться очаровательному голосу принцессы — будь маленький воробушек, или гордый статный орел. Но после пожара их одинокий истошный крик пугал жителей, доводя до озябшей дрожи. Он разносился на округи, напоминая им о былой роскоши королевской семьи. Птицы горевали и тосковали по её голосу. Вели себя под стать, прирученным. Чудо, да и вовсе. Обгоревшие в страшном пожаре стены хранили в себе еще много тайн. Дети местных жителей прибегали домой, заминаясь от испуга и бормоча дурные вещи. Будто бы, стены замка говорят с ними, рассказываю самые стыдные тайны его владельцев. Родители, обеспокоенные за своих детей затворяли замки и закрывали дома. Но самый сильный страх испытывали лишь матери сыновей. Ведь влекло к дивному замку лишь молодых юношей. Но разве желание познать неизведанное остановит волю и дух подрастающего мужчины? Дети подросли, держа в сердце побег к сгоревшему замку. И вот, самым хитрым и храбрым удалось сбежать. И на город обрушилось новое страшное известие — призрак самой Принцессы, который беспристрастно разгуливал по своим бывшим законным владениям. Всякий увидевший, восхищенно взывал небо, о её неповторимой красоте. Тело принцессы казалось нетронуто огнем. Оно всё было по-девичьи подвижно и игриво. Пламя обошло её, но не её сердце. Отныне в ней не было дыханья жизни, - ей дышала смерть. Всё больше и больше разговоры расходились о призраке девушки, запертой в стенах странного покинутого замка. Каждый рисовал её облик по-разному: кому-то она казалась по-детски наивной, и придерживала правой ручкой белоснежное платье, а кому-то она отдавала дьявольской усмешкой, часто поправляя черные, как смола волосы. Но лишь в одном она была совершенна в устах всех — красные отдающие пламенем глаза. И наполненные вожделением сердца юношей загорались и пылали любовью, намертво обжигая свои души. В одну из лунных ночей на жителей постигла страшная весть о гибели человека. Тело осталось возле замка. С этого времени пробило время каждого юноши, приходившего к замку, и видевшего Принцессу. Остановить страшное знамение было невозможно, как бы высоко не поднималась мольба матерей. Тела молодых юношей находили снова и снова. Пока часовая стрелка не пробила по последнему человеку. На жутких искалеченных лицах юношей застывало последнее дыхание смерти, у каждого из них в области сердца огромная была выжжена рана — а в руках алая роза. И как потом выяснилось, каждый из них, прежде чем лишится сердца, отчаянно смотрел в глаза прекрасной Принцессе. Вместо того что поднять глаза к небу и уберечься. Ведь как гласила надпись на входе сгоревшего замка: Любовь не пощадит никого — если ты добровольно посмотрел ей в глаза.

***