Повесть без названия

Глава 9. «Никогда не знаешь, где тебе повезёт»,- говорил Макс Фрай. Жданову повезло в маленьком кафе, куда он заходил обедать – очень ему нравился крабовый суп в хлебе. В этот раз кушанье не радовало вкусом – настроение было паршивое! Он все еще не определился с работой. Простую, не требующую больших знаний и образования работу можно было найти без труда – агентства предлагали неплохие места, а ему хотелось работать в солидной фирме, пусть и на скромной должности – пока! Главное зацепиться, а потом он продвинется, покажет себя. Но для солидной фирмы нужны рекомендации солидных, уважаемых людей. Задумавшись, Андрей не сразу услышал свое имя, не сразу понял, что обращаются к нему, да еще и по-русски. - Андрей! Жданов! Это ты? Невысокий, лысоватый человек стоял за его спиной, похлопывал по плечу. Кто он? Не русский, но из России… Видимо, они знакомы, раз так панибратски ведет себя, но лицо не знакомое… - Извините, но я не могу припомнить, не узнаЮ… - Понимаю, я сильно изменился – лет-то прошло сколько… Двадцать, наверное? Мы в школе вместе учились. А ты вполне узнаваем, не изменился. При упоминании школы, в голове Андрея стало проясняться, возник образ тщедушного мальчишки, черноволосого, кудрявого. Как же его звали? - Ну конечно, Семен!Френкельман! , - обрадованно воскликнул Жданов, - И где твои кудри? И откуда животик? - Нажил непосильным трудом! – засмеялся в ответ Семен. - Ты как здесь оказался? - произнесли одновременно, и опять рассмеялись. Встретить земляка на чужбине, всегда радостно, даже если не знакомы, а если знакомы, радость вдвойне. - Вижу, ты на отдыхе? – первым начал Семен, - а я из России десять лет, как уехал, но жил в Израиле, родители и сейчас там, а я сюда перебрался. Дед оставил мне свой бизнес по завещанию, думаю, что с ним делать: продать или вести дальше. - А в чем проблема? - Да фирма неприбыльная. Чтобы продать, надо долги выплатить, а для этого, надо работать с прибылью. - А что мешает? - Оборудование старое, модернизация нужна, а денег нет. И банки кредит не дают, из-за долгов. Замкнутый круг. - А ты как? В полном шоколаде? Слышал от одноклассников, живешь шикарно. - Жил! А теперь вот здесь - сбежал ото всех, достали! Хочу в Америке обосноваться, но не знаю как. Нужна другая виза, нужны рекомендации, чтобы найти приличную работу…. Да много трудностей. - Слушай, Андрей, у тебя проблемы, у меня проблемы… А если нам объединиться? С визой я тебе помогу, есть такая возможность. Жилье тоже не проблема – там, где я живу, жилье недорогое – не центр, конечно. А ты будешь работать в моей компании – вложишь средства, и оформим тебя как соучредителя, станем компаньонами. У тебя образование какое? - Техническое, легкая промышленность, швейное производство. - Отлично! Тебе и карты в руки, будешь модернизировать производство. Я-то спец по торговле: достать, купить дешевле, а что купить, что нужнее не понимаю, тут меня обмануть легко. - Неожиданно… Подумать надо. Что производите – то? - Электрооборудование для станков, комплектующие детали. - Вполне приемлемо, приходилось сталкиваться. - Тогда по рукам? - А давай! Надо же с чего-то начинать. - С переводом денег проблем не будет? - У меня есть вклад в американском банке, так что без проблем. Так началась серьезная жизнь Андрея Жданова в Америке, не отдых, а трудовые будни. *** В течение года Андрей неплохо адаптировался к жизни в другой стране: улучшил знание языка, для чего посещал курсы английского языка и брал индивидуальные уроки. Поменял первоначальную квартирку на более престижную, завел домработницу. На работе трудностей больших не было, работа на производстве ему нравилась всегда. Совместные усилия с Семеном дали свои результаты – фирма стала прибыльной, давала неплохой доход. Семен стал больше времени проводить в Израиле, где жила его семья, и Жданов стал фактически самостоятельно руководить коллективом. И все же стать истинным американцем у него не получалось – интегрироваться в американское общество он не смог. Он хорошо говорил по-английски, но думал по-русски… Он слушал русское радио, смотрел русские телевизионные каналы…И домработницей у него была не мексиканка, и не негритянка, как у большинства, белоруска, с которой они очень подружились, и часто коротали вечера вместе, разговаривая на родном языке. Он не понимал американских развлечений – например, праздник с обливанием начальства водой казался ему диким, как и напитки со льдом в ресторанах даже в холодную погоду… И то, что местные жители не пьют чай, а только кофе. Сам он кофе любил, а вот Катя… С чая все и началось – он стал по любому поводу вспоминать Катю – наверное, от одиночества? Или выпустил наружу то, что было спрятано глубоко? Теперь прятать было не от кого… Первый отпуск, через три года, провел в России, но не в Москве – еще не хотел встречаться с бывшими знакомыми, хотя уже было ясно, что как бизнесмен он состоялся. Уговорил Малиновского поехать за Урал, в горнолыжный курорт Абзаково. Он так соскучился по настоящей зиме, по снегу! Заранее списались, Роман все организовал, и они провели десять замечательных дней: катались на лыжах, снегоходах и на собачьей упряжке, парились в бане и кедровой бочке, купались в зимнем бассейне – после крепкого морозца за окнами, вода в бассейне казалась парным молоком. Жданов стал приезжать «домой» регулярно, и всегда зимой – выбирал пансионат в глубинке. По нескольку дней гостил у Малиновского – инкогнито. Пансионаты вскоре наскучили – везде одно и то же, стеснять Романа было неудобно – у него всегда бурная личная жизнь, а Жданову хотелось уединения. Тогда он купил дом недалеко от Москвы, но не в коттеджном поселке, а в заброшенной деревушке, перестроил его, осовременил: обставил хорошей мебелью, оборудовал современной техникой. И стал приезжать по-настоящему домой. Ненадолго, на несколько дней, в любое время года. Для присмотра за домом нанял одинокого мужчину, бывшего военного, Володю. В Америке у Андрея появилось новое увлечение – рисование. Сам себе удивлялся, и никому не говорил – не поверят. Любитель женщин, горячительных напитков и веселой жизни у моря под пальмами – и вдруг уединение, рисование, зимние пейзажи за окном… Стоило поселиться на другом краю земли, возле океана, чтобы полюбить дом в лесной глуши, и чтобы пережить заново моменты, которые, оказывается, и были счастьем, и которые подарила ему смешная женщина-девочка с косичками. Больше такого не было в его жизни, остались только воспоминания. Он рисовал эти воспоминания – картинки из прошлой жизни. И почти в каждом рисунке была она, Катя, такая, какой он ее помнил. *** Прошло десять лет – спокойных, размеренных, и…скучных… Его азартная натура требовала риска, преодоления препятствий, и победы, как результата его усилий – так было в Зималетто. Правда, победа оказалась поражением… Но он бы все равно ее достиг, если бы ему дали возможность довести дело до конца. А здесь Андрей не мог работать так, как хотел, не мог рисковать. Семен предпочитал пусть и меньшую, но стабильную прибыль и рисковать бы не позволил – Жданов и не пытался его убеждать. Он хотя и вложил свои средства, хозяином фирмы не был… Жизнь не стоит на месте, все когда-то кончается, и плохое, и хорошее. Закончился и спокойный период жизни Андрея в Америке. Первый звонок прозвучал от отца. Андрей предполагал, что когда-никогда этот звонок раздастся. С родителями Жданов общался редко. В основном поздравлял с праздниками, заодно справлялся об их здоровье. Вживую встречались всего три раза: когда погибла в автокатастрофе Кира, они, как и он, приезжали в Прагу на похороны. Тогда даже не поговорили – и родители, и Никита почему-то винили Андрея в случившемся. Как будто он виноват, что Кира пристрастилась к спиртному, села нетрезвая за руль и разбилась. Минаев смотрел на него волком, и даже не пригласил в дом, не познакомил с сыном. Ждановы-старшие тоже мальчика не видели. Родственники Никиты посчитали, что мальчик слишком мал, и лучше ему не быть на церемонии. Второй раз Андрей виделся только с Маргаритой – она прилетала в Израиль делать пластику, а он был там по делам фирмы. А третий раз встреча состоялась в Лондоне – отец сильно болел, и Андрей навещал его. Еще тогда Павел начинал разговор о судьбе Зималетто, но Андрей не был готов к такому разговору - возвращение в Москву не входило а его планы. Теперь же ситуация изменилась. Их фирму готова была перекупить более крупная компания. Семен склонен был осуществить сделку. У него уже был бизнес и в Израиле, он хотел жить стабильно там, американская фирма была ему больше не нужна, а нужны были деньги. Андрей опасался, что рано или поздно это произойдет, производство возможно перенесут в другую страну, где более дешевая рабочая сила. Тогда ему предстоит начинать жизнь опять с нуля… В этом свете возвращение в Москву было неплохим вариантом. Павел Олегович уже давно вернулся к управлению компанией. Александра пришлось отправить в министерство, где он работал раньше, поскольку он пристрастился к азартным играм в казино, тратить личные средства на оплату проигрышей он не хотел, жадничал, и запускал руку в финансы компании. Но возраст давал о себе знать, Павлу было трудно справляться с большим объемом работ – компания разрасталась, а из помощников у него был только Малиновский. Вернувшись из Америки, Роман пробовал себя на разных поприщах: реклама, торговля, ресторанный бизнес, но нигде долго не задерживался – не лежала душа, тянуло его в Зималетто. Как только он узнал, что Воропаев больше не президент компании, он обратился к Павлу, и тот его принял на прежнюю должность. А со временем Малиновский стал фактически управлять компанией – Павел предпочитал жить в Лондоне, да и здоровье его пошатнулось. Такое положение дел Роману не нравилось, он не любил брать на себя ответственность, предпочитал быть вторым лицом. Он и подводил Жданова-старшего к мысли вернуть Андрея. Павел позвонил Андрею, попросил прилететь в Лондон для серьезного разговора и принятия окончательного решения. Андрей пообещал встретиться, но не тотчас, а приурочить встречу к его поездке в Прагу по делам фирмы. А вскоре прозвучал еще звонок – из России, и Андрей срочно вылетел в Европу.