Повесть без названия

Глава18 Время! Как же оно неравномерно движется. Стоит появиться проблемам, или случиться неприятностям (про горе и поминать не стоит, явится тотчас!), так долго их приходится преодолевать. Даже если это всего один день, он тянется и тянется, и нет ему конца. А если вдруг счастье посетит, если жизнь радостная и положительная во всех отношениях, не заметишь, как годы пролетят. Ну, точнее месяцы – не бывает, чтобы за весь год проблем не было. Вроде только вчера Ждановы праздновали Новый Год, а уже весна, уже выпускной вечер у сыновей прошел. Вплотную приблизился вопрос о поступлении в институт. Этот вопрос не раз обсуждали на семейных посиделках после ужина. Школа была престижная, знания мальчики получали хорошие, поступить могли в любые ВУЗы, по призванию, а не туда, где конкурс меньше. Жданов надеялся, что сыновья пойдут по его стопам, получат профессии, востребованные в производстве модной одежды. После его ухода из Зималетто, там не раз менялись президенты, коллектив постепенно сменился. Новые работники были профессионалами в своем деле, но не было единства, сплоченности. Люди трудились за деньги, не болели душой за престиж компании. Андрею нужны были единомышленники, соратники и желательно люди азартные, не боящиеся проявить инициативу. Нужна была сплоченная команда. Пока их, соратников, было двое: Жданов и Малиновский. Андрей надеялся на приход в компанию сыновей. Катя тоже этого хотела. Сама она уходить из банка не хотела, там она состоялась как хороший руководитель, ее ценили и уважали. В Зималетто другой масштаб, там ее опыт и профессиональные качества не будут востребованы в полном масштабе. Была и еще причина: она боялась работать вместе с мужем, под его руководством. Одно дело их отношения дома – Жданов не настаивает на своем мнении, подчиняется ей, особенно в мелочах. А в компании он главный, его воля – закон, а она привыкла сама командовать. Не возникнут ли трения? Конфликты? Тем более, что Модный дом – это скопление женщин, красивых женщин, свободных в проявлении чувств. Зачем ей видеть, как они вьются вокруг столь привлекательного мужчины, как Жданов? Ее присутствие не убережет от серьезного увлечения, если оно случится, а видеть ничего не значащие улыбки, взгляды, слышать сплетни и пересуды – это зря тратить нервы Сыновья выросли, пусть они помогают отцу. Разговоры о профессии велись, но ничего конкретного не решили – мальчики не высказывали своего мнения. Время шло, пора было подавать документы, и Жданов решил действовать более решительно – решил поговорить с сыновьями наедине, без Кати. Случай подвернулся, она уехала к родителям. Елена Александровна принимала активное участие в благотворительных акциях при храме. В настоящее время проходил сбор вещей для пострадавших от пожара, и Катя повезла одежду сыновей, из которой они выросли. - Ну что, ребята, поговорим по-мужски? Куда вы «лыжи навострили»? Молчите, шепчетесь, нам ничего не говорите… - Пап, мы решили в Лондон поехать, решительно заявил Рэй. - Куда?! - В Лондон, в Лондонский колледж моды - Андрюшка был менее решителен, но смотрел с вызовом. - Понятно, бабушка Маргарита постаралась. Как же я упустил из виду … - Пап, ты расстроился? Почему? - Я столько лет жил без семьи… Я так мечтал иметь детей! И теперь, когда я приобрел, и семью, и сыновей, оказалось, что вы уже выросли, хотите жить самостоятельно. Я опоздал… Не пришлось видеть как вы росли. - У тебя еще будет такая возможность! - С внуками? – усмехнулся Жданов,- Внуки это хорошо, но это не дети. - Ну, почему с внуками. У вас с мамой будет ребенок, будете его растить вместе. Ты все наверстаешь. - Это проблематично – возраст уже… Получится ли… - Но ребенок же уже есть! Ты не знаешь разве? - Что?! Что ты сказал? - Ну…мама беременна… как я понял… - А с этого места поподробнее! Откуда ты узнал? - Мама с бабушкой Леной говорила, я услышал. Случайно. - Когда это было? - Вчера утром, по телефону. Мама еще сказала, что это не телефонный разговор, она приедет, и они поговорят. - Понятно. Вот значит, какая благотворительность. А Лондон – это из-за ребенка? - Нет, мы раньше решили. Нам хочется мир посмотреть. - Так ездили бы отдыхать. - Отдыхать – это другое. Отдыхать хорошо на море. Рэй жил в детстве в Праге, а я нигде не был. Только в Америке, с тобой. Я узнать хочу, как живут люди за границей, почему рвутся туда. - Хочешь остаться там? - Наверное, нет. Вернусь к вам, в Зималетто, чтобы с тобой. Я тоже мечтал – об отце, чтобы жить вместе. - Ладно, закроем тему. Учитесь где хотите. Матери я сам скажу, не переживай. - Спасибо, пап! Тогда мы пошли? - Куда это? - Я разве не сказал? На дискотеку, нас пригласили. - Уж не девушки ли? - Да, девушка, одна. Это Рэя девчонка. - Что матери сказать? Когда вернетесь? - Мы… это…с ночевкой… - Это как понимать? У девушки будете ночевать? - Нет, мы с бабушкой Леной договорились, у них переночуем – к ним ближе, рядом почти. О том, что у Пушкаревых будет ночевать только он, Андрюша умолчал. Может, не раскроется обман? Он придет поздно, старики будут уже спать, а утром Рэй обещает вернуться пораньше. В другое время Жданов бы предположил, что в этой ночевке есть подвох, докопался бы до истины, но сейчас у него в голове были другие мысли. *** Жданов метался по пустой квартире. Сыновья ушли веселиться, жена уехала к родителям (или куда?), он остался один со своими мыслями и обидой. Как она могла так поступить? Через семнадцать лет опять те же грабли на их пути. Тогда не сказала про беременность, и теперь тоже. Тогда он был виноват перед ней, а теперь почему не сказала? Напрашивается вывод, что хочет скрыть, рожать не хочет. Может она вовсе и не к Пушкаревым поехала? А к врачу? Или от родителей к врачу, чтобы было алиби. При нынешнем уровне медицины, при маленьком сроке, хватит десяти минут, и ребенка не будет. И тогда уже никогда не исполнится его самое заветное желание… Андрей заскрипел зубами от напряжения. Надо успокоиться и обдумать проблему трезво. Но вместо этого он достал бутылку виски, плеснул, не глядя в стакан – получилась изрядная порция, больше половины стакана, и также не глядя опрокинул жидкость в рот. Налил еще, опять выпил, и все размышлял, почему Катя с ним не откровенна? Он к ней со всей душой, а она, оказывается… Очнулся от того, что головой ударился об стол – заснул видимо. На автомате пошел в спальню – надо лечь, но не дошел, повернул в другую сторону, в комнату, где началась его жизнь в этом доме. Там и лег. Щелкнул замок входной двери – Катя пришла! Андрей закрыл глаза, для верности прикрыл их рукой, пусть Катя думает, что он спит. Ему категорически нельзя сегодня с ней разговаривать! Он сорвется, наговорит лишнего, потом это будет трудно, или даже невозможно исправить. Он хоть и обижен на нее, но терять ее, а значит и семью не намерен. Завтра они поговорят. А Катя, как назло, была в прекрасном настроении, и не намерена была проводить вечер в одиночестве. - Мальчики! Я пришла! – сообщила она, войдя в квартиру, а, не услышав отклика, задала вопрос уже громче. - Анрюша! Рэй! Андрей Палыч! Где вы? Тишина была ей ответом. Озаботившись таким положением дел, она прошла по комнатам, обнаружила на кухонном столе ополовиненную бутылку виски, а в теперешней комнате Рэя – спящего Жданова. - Андрей, ты, что здесь разлегся? Напился, уснул в чужой комнате… Вставай, давай, иди в спальню! Мальчики вернутся, увидят тебя пьяного… Какой пример ты им подаешь? Жданов стойко молчал, играл роль спящего, но она каким-то неведомым чувством поняла, что он не спит. - Хватит притворяться! Вставай немедленно! Жданов сел, посмотрел на жену - нехорошо посмотрел, но гнев сдержал. - Кать, я здесь сегодня лягу. Ты иди. – Он легонько подтолкнул ее даже. - Андрей, что случилось? Что все это значит? - Ты о чем? - О том: виски, твой тон, раздельная ночевка… Объясни! Не хватило у Жданова выдержки! Не смог больше держать в себе обиду. - Это ты мне объясни! Почему ты так поступила? Почему через семнадцать лет ты повторила свой поступок? - Что я сделала? - Ты опять не сказала мне о беременности! Родители знают, сын знает, а мне не сочла нужным сказать! Я что, не причастен к этому? Ты не хочешь рожать, ну так и скажи! - Андрей, успокойся, я все объясню. - Я не могу успокоиться. Пробовал, пил, не помогает. Он не давал ей слово вставить, обида прошлая и нынешняя изливалась из него, как из рога изобилия. - Ты была у врача? – он не спрашивал, утверждал. - Была. - Ты хоть понимаешь, чего лишаешь меня? Второй раз… - Андрей, я… - Уйди, Кать! Прошу, уйди. Жданов снова лег, отвернулся к стене. Катя выключила свет и тихо вышла, зажав рот рукой – рыдания рвались наружу. Это была их первая ссора. Катя ушла, а он вдруг успокоился. Выплеснул на нее обиду, и теперь совершенно иначе оценивал ситуацию. У Кати могла быть сотня причин не сказать ему о беременности. Не была уверена в результате теста – она же явно делала тест. Не было подходящего момента – рядом постоянно дети, не при них же сообщать такую новость. Были сомнения в его реакции на свершившееся – она ведь не знает, что он мечтает держать в руках живой комочек, который не что иное, как его продолжение в жизни. Может быть, она хотела сказать об этом в интимной обстановке, или в особо романтической – при свечах, с бокалом шампанского… А он все испортил! Набросился на нее с обвинениями, не пошел в спальню. Андрей резко сел, обхватил голову руками, стал раскачиваться из стороны в сторону, как при зубной боли. Только душевная боль гораздо сильнее, и ее не так просто вылечить! Надо идти к жене, каяться, просить прощения, умолять, стоять на коленях – все, что угодно, но надо помириться с Катей, пока незаслуженная обида не проросла в ее душе чувством отторжения – тогда уже ничего не исправить, тогда как мужчину, как человека, она его не приемлет. Вперед, Жданов! У тебя только один шанс, одна надежда – на ее любовь и прощение. Осторожно, на цыпочках подошел к двери в спальню, прислушался – тишина. Зашел, приблизился к кровати – Катя лежала на самом краешке, закрывшись одеялом с головой, только нос наружу – дышать же надо. Опустился на колени, отодвинул с лица Кати одеяло – ресницы подрагивали, значит, не спит, притворяется. - Кать… Катя…. Прости меня… Она открыла глаза, сказала спокойно, но губы дрожали, и глаза блестели от влаги. - Мне не за что тебя прощать, ты прав, это я виновата, не сказала тебе первому о том, что беременна. - А ты беременна? Точно? - Точно. Врач подтвердил - И рожать будешь? - Не знаю… - Как бы ты не поступила, что бы ни решила, ты имеешь на это право! Я приму любое твое решение. Ты не должна думать о моих чувствах, моих желаниях – все зависит только от тебя, от твоих возможностей, от твоего здоровья. - Нет, все зависит от того, нужен ли тебе еще один ребенок. Хочешь ли ты? Готов ли ты к трудностям, которые нас ждут. - Кать, я был бы счастлив! Но думать будем только о тебе – тебе его вынашивать, тебе рожать, а дальше – вместе! Я постараюсь все заботы взять на себя! - Значит, решили – рожаем. Ну, смотри, Жданов, ты сам хотел. - Хотел, хочу! - Сейчас конкретно чего хочешь? - Любить тебя хочу. Всю ночь. - А с этим придется потерпеть – врач запретил секс, угроза выкидыша большая. - Не вопрос! Секс же не главное в нашем возрасте. - Как же ты будешь любить меня? - Я буду тебя обнимать, гладить, целовать, говорить нежные слова. - Какие слова ты знаешь? - Я…тебя…люблю… Она закрыла глаза, прошептала еле слышно. - А еще? - Честно-честно, - также тихо ответил он и поцеловал, нежно, в уголок губ, а потом долгим и страстным поцелуем, так, что она едва не задохнулась. - Если ты так меня будешь целовать всю ночь, у меня губы распухнут, и все подумают, что я их накачала. - Я буду целовать не только губы. Всю буду целовать! Ты же вся моя? - Твоя. Вся. И не одна уже… Он снова потянулся к ней, но она отодвинулась, сказала со смехом - Ты бы разделся и лег, что ползаешь на коленях по полу. Ему не надо было повторять два раза! Быстрее чем солдат по тревоге разделся и нырнул под одеяло – в ее объятия! И задохнулись оба от восторга. - Катя, - он слегка отодвинул жену, - нельзя же… - Ой, я и забыла. Тогда…Тогда я обниму тебя, поглажу, поцелую, - свои слова она сопровождала действиями, и результатом был стон-вздох Андрея. Мир в семье был спасен! Послесловие Что было дальше? А дальше была жизнь: с радостями и горестями, проблемами и успехами – обыкновенная жизнь, но счастливая! После отъезда сыновей на учебу в Лондон, Катя и Андрей словно вернулись на много лет назад, в ту точку, от которой тогда пошли в разные стороны – теперь они этого не допустят! Научены горьким опытом. Если бы она не сбежала, если бы он ее не отпустил, уже тогда они вот так же ждали бы ребенка , а потом растили его вместе, радуясь каждому новому достижению – зубик прорезался, сказал «мама», написал контрольную на отлично… Родится дочка, и они пройдут этот путь, вместе, рука об руку, может даже более счастливо, чем это было бы в молодости – теперь они знают цену счастью. Конец. Январь 2018г